Хранители Фолганда (СИ)

Ясно, что старик дурит мальчишке голову и пытается обмануть самого Фолганда. Наивный юноша легко пошёл за старым лжецом, сыгравшим на чувствах. Пришлось подыграть в ответ — ничего, немного охладит горячность Ская.

Для Стефана оставалось загадкой, кто помог Мальтусу с чарами. Возможно, всё было наоборот, и это антиквар помогает чужому магу, скрытому в тени. Когда придёт время, то маг объявится, но в каком состоянии будет Скай к этому моменту. Старая схема зачарования разрушена. Выстроить новую очень легко.

Днём маг продолжил заниматься расследованием. С Шауном они обсудили итоги посещения Мальтуса, и Энвар согласился, что к старику следует присмотреться. Младшие служащие составили список антикваров. Напарники честно разделили его на две равных части и отправились по адресам.

Уставший Стефан вернулся домой, когда на улицах горели фонари. Без Ская дом потерял часть тепла и света. Шустрая Фрейя освещала жизнь семьи радостным смехом, который словно сделался тише — она скучала по часто вредному и мрачному брату. Маргарита, сдержанная и закрытая, теперь перестала улыбаться вовсе. Маг видел, что и Вельда держится пока дети рядом, а наедине уголки губ опускаются, взгляд рассеянный. Но что они могут сделать с глупым мальчишкой, принявшим решение изменить жизнь.

— Я хочу поговорит о Скае, — старшая дочь решительно разбила тишину в столовой.

Они ужинали в молчании, которое перестало нравится даже гувернантке. Госпожа Гэфни переживала за Ская не меньше родных. И с удивлением обнаружила, что ей не хватает шалостей Фрейи. А огненная девочка последние дни вела себя тихо и примерно.

Стефан чуть заметно указал взглядом на Фрейю. Маргарита поняла и замолчала. После ужина маг попросил гувернантку почитать с девочкой книгу, а сам расположился в гостиной. Огромный черный ворон сел на плечо, требуя внимания и рассказывая свои истории.

— И ты скучаешь, Черныш, — маг взъерошил пёрышки на груди птицы. — Знаю.

Птица перелетела ближе к камину, на любимое место с древних времён. Вельда молча встала позади кресла, положила руки на плечи мужа. Разговор обещал быть серьёзным. Семейный совет Фолгандов, всегда проходивший по радостным поводам, сегодня начался в напряжённом ожидании.

— Когда Скай вернётся? — дочь не стала обходить стороной главный вопрос.

— Твой брат отказался уходить, — собрав все силы, чтобы сохранить спокойствие, ответил Стефан. — То, что я увидел… Скай должен сам разобраться в себе. Понять, кто рядом с ним. Иначе мы останемся для него врагами.

Маргариту ответ не устроил. Она знала, что брату плохо, тревожило неясным предчувствием беды. После ночи в парке, где она столкнулась с туманом и человеком в тёмном, сны девушки стали беспокойными. Часто Ри видела брата, сидящего вдали на камне, а туман приближался к нему, поглощая скрюченную болью фигурку. Сердце сжимало холодом, а запах прелой листвы не покидал и после пробуждения. Так и не призналась отцу, что Скай уходил из сада, а она бежала за ним. Сотни раз говорила себе, что должна рассказать правду. Может быть теперь пришло время. Она ничем не навредит брату и не подведёт его.

— Забери его, отец. Пусть силой, — воспоминания о тумане возродили тревогу. — Заставь, прикажи словом Фолганда. Как угодно!

Родители переглянулись. Эмоциональность Маргариты удивляла и немного пугала. Всегда разумная и рациональная, она внезапно требовала от отца отступить от хорошо известных ей принципов.

— Ри, ты же знаешь, я не люблю такого насилия. Никогда не использовал внушение и не стану. Против сына тем более.

— Ты и меня бы оставил в опасности? — не понимала и принять не могла спокойствия отца, а мама сделает так, как решит маг и не может стать союзником.

— Ри, — Белка попыталась остановить дочь от необдуманных слов, обычно они легко понимали друг друга. — Очень трудно спасти того, кто этого не желает.

Вельда сжала плечи мужа, ожидая острой реакции, но Стефан оставался холоден, и только боги Фолганда знали, чего ему это стоило, какие внутренние силы приходилось искать каждую минуту. Новый жертвенник изобрела для мага судьба. Каждый день всходил на него, а не раз в сорок дней, как при ревнителях лика.

Он внимательно смотрел на Маргариту, внезапно осознав, что за колкими словами стоит нечто большее. Девочка недоговаривала, зная скрытое от них с Вельдой. Положил ладонь на руку жены, успокаивая.

— Рассказывай, Маргарита, — говорил вроде бы мягко, но с повелением в голосе.

Закусила губу — семейная привычка, что у Фолгандов, что у Вельды — молчала, но не посмела ослушаться отца.

— Скай сбежал из сада накануне прогулки у озера.

— Я знаю, — Стефан не скрыл сдержанной улыбки. — И ты ходила за ним.

— Ты знал?! — она вспомнила, как лгала отцу, глядя прямо в глаза, а он ничем не выдал себя, какой стыд. — И ничего не сказал, — румянец разлился по лицу Маргариты, никогда она не чувствовала себя настолько неловко.

Захотелось скрыться, спрятаться. Стефан осторожно высвободился из рук Вельды, подошёл к диванчику, где сидела дочь. Ри опустила голову, придавленная проступком. Первый раз солгала ради брата.

— Не переживай так, Ри, — отец сел рядом, обнял. — Я понимаю, почему ты лгала мне. Ты любящая сестра и остаёшься хорошей дочерью. Мы не сердимся на тебя, а совесть тебя уже наказала. Постарайся больше не скрывать от меня ничего. У Фолгандов слишком непростая судьба, чтобы врать друг другу. Это может привести к беде. Ты видела что-то особенное в ту ночь?

Тяжесть вины ушла. Положила голову на плечо отцу. Вельда села с другой стороны от дочери, взяла за руку. И стихии одни на всех. Тепло, безопасно в единстве магов. И как Скай мог добровольно лишить себя такой любви. Всё дело в стихиях, возможно, которых он не чувствует. Но тепло и любовь не зависят от магической практики. Они с братом всегда знали, что любимы, всей душой чувствовали сколько помнили себя. Сердца родителей всегда открыты для них. Что же случилось со Скаем, если с готовностью покинул родной дом. Неужели настолько сильно в нём желание раскрыть дар.

— Скай сидел в парке. А потом я отвлеклась. Сильный туман помешал рассмотреть говорил ли кто с ним. Тумана становилось больше и больше. Ощутила опасность и набросила щит, как ты учил, приготовилась к атаке.

Слушая дочь, Стефан хмурился всё сильнее, складка пролегла между бровей. Их взгляды с Вельдой пересеклись, без слов поняли, что думают об одном и том же -— опять настаёт неспокойное время для Фолгандов.

— Ты все правильно сделала, — погладил по голове.

— Из тумана вышел человек в тёмной накидке, — почувствовала, как напряглась рука матери и дрогнула рука отца. — Но ничего не случилось. Он быстро исчез и туман ушёл.

— Посмотри на меня, Маргарита, — маг требовательно взял лицо дочери в ладони, повернул к себе, как же она похожа на него, настоящая Фолганд. — Обещай, что сразу же убежишь, когда туман будет рядом, — смотрел в глаза, пугая своим потемневшим взглядом. — Никаких атак и битв. Создаёшь все возможные защиты и уходишь. Если Фрейя будет с тобой, не разрешай ей играть в тумане, уводи домой или туда, где будет защита. Мы с мамой не переживём, если с вами что-то случится.

— Но ничего же не случилось! Только…

— Что?!

— Как ушёл Скай, я стала видеть туман во сне. И постоянно запах осеннего леса, низины и влаги. Опасность и тревога. Я чувствую, как беда идёт к брату. Папочка, забери его, — она с детских лет называла Стефана «отец», сдержанно и почти официально, страх за брата всё изменил, спрятала лицо в руках мага.

— Невозможно, Ри, — сердце Стефана разрывалось. — Но я верю, что Скай сам поймёт. Мы знаем, где он, я слежу издалека, и попытаюсь успеть в случае опасности. Он справится, а испытания сделают из твоего брата мужчину, потому что пока он ведёт себя, как избалованный мальчишка, — маг сказал это так твёрдо и холодно, что Маргарита поняла, насколько сильно Скай задел отца.

— Я могу пойти в тот дом, отец? — слезы высохли, смогла собраться, помня уроки Стефана, говорить о чувствах она не умела.

Маг кивнул. На этом семейный совет был окончен. Маргарита пошла тренироваться в зал. Защитные заклинания вскоре могут понадобиться. Отец велел убегать при опасности, но об атаке она не забыла, отработав схемы нападения.

После долгого дня Стефан немного расслабился в горячей воде с травами. Тело обретало силы, а разум успокаивался. Они справятся, должны. Фолганды не ломаются, только сильнее становятся от ударов судьбы.

Обмотавшись полотенцем, он вернулся в спальню, где Вельда, уже в ночной рубашке, готовилась ко сну, начала вынимать шпильки из волос. Огненный локон волной лёг на плечи. Стефан с улыбкой перехватил инициативу, а она позволила ему освободить волосы. Легко касаясь головы жены, он медленно расчёсывал волосы Вельды. Оба ощутили покой, но с оттенком зарождающегося желания.

— Как он? — не нужно было объяснять, о ком спрашивает Белка.

— Худой, злой и упрямый.

— Весь в тебя, — выдохнула Вельда.

— Разве я злой? — брови взлетели на мгновенье в притворном удивлении, руки продолжали нежно касаться волос.

— В деле ты просто зверь, — сказала тягуче и многозначительно, уголки губ приподнялись.

Маг фыркнул, дела своего не бросил, с удовольствием погружая пальцы в огненные волосы Вельды. Так уж выходило, что никакие трудности и вызовы реальности не могли помешать им насладиться обществом друг друга. Из близости они черпали силы для борьбы и наполнялись стихиями, в руках друг друга забывали о плохом.

— Мне пришлось сыграть со Скаем в неприятную игру, — Стефан закончил расчёсывать волосы жены, повернул Вельду лицом к себе.

Посмотрела строго, требуя объяснений.

— Я дал понять, что теперь он сам отвечает за свою жизнь и решения, а мы оставляем его. Был с ним очень холоден, показал, насколько зол. Он свободен и никого нет рядом, чего наш сын и хотел. Это должно помочь Скаю переосмыслить, понять свои желания. А человек, который забрал у нас мальчика, будет думать, что мы отступили. Начнёт действовать, если задумал использовать Фолганда.

— И…, — Вельда покачала головой, не пришлись по душе слова мужа, — Скай расстроился?

— Удивился, и я увидел, что его задела моя нелюбовь. Самому было неприятно, но пришлось причинить мальчику боль.

— Наверное ты прав, Стеф, — начала гладить плечи мага, успокаивая и пробуждая одновременно. — Может быть отправить Фрейю пожить у твоего брата? Мне не понравилась история про туман.

— Пока опасности нет, — в ответ на ласку, Стефан обнял жену, притянул ближе, ничто не могло повлиять на их желание. — И только догадки, связанные с новым расследованием. Я всё решу, любимая, — он не стал больше тянуть время и, зарывшись в огненные волны, ласкал губами шею Вельды.

Её руки обвили в ответ шею мужа, скользнули по плечам, пальцы прошлись по середине груди. Подставляя шею для горячей ласки, Вельда провела ладонью по животу мага, пальцы коснулись ткани и полотенце полетело на пол.

— На тебе тоже кое-что лишнее, — жарко прошептал в ухо, потянул рубашку.

Она хихикнула, совсем как девчонка, какой была шестнадцать лет назад. Такой Вельда и оставалась для мага — смелым Бельчонком, бесконечно любимой и желанной женщиной. И никакие выверты судьбы Фолгандов не могли этого изменить.

17

Маргарита заснула не сразу. Сестрёнка несколько часов уже видела радостные детские сны, а она лежала, закрыв глаза. Обрывки мыслей о дне прошедшем и будущей встрече с братом не давали расслабиться. Как там Скай, близко ли опасность, что он скажет завтра? А тревога разрасталась.

В итоге сон сморил и её, приняв в объятия тьмы. Осознанность пришла, когда Ри поняла, что идёт по дороге среди пустоши. Искривлённые голые деревья редкими маяками обозначали путь. Серая земля напоминала прах и оседала на сапожках. Как часто бывает во сне, Маргарита не знала куда и зачем идёт. В самом движении вперёд содержался смысл. И она шла, а пустошь расстилалась перед глазами бесконечным пространством. Вскоре всё вокруг стало белеть и заполняться туманом, напомнив об опасности.

— Ри-и-и! — долгим эхом донеслось через туман.

Голос брата звал к себе, умоляя о спасении. Маргарита ускорила шаг, прислушиваясь к звукам. С одного из деревьев вспорхнул огромный чёрный ворон, не испугав, а став знаком, что она идёт в верном направлении. Ворон для Фолгандов — друг и помощник.

Голос Ская больше не призывал к себе, но она шла за вороном, что иногда скрывался в тумане, хрипло каркал, чтобы Маргарита не потеряла дороги, потому что туман становился гуще. Так они вышли к дому, показавшемуся Ри невероятно высоким, уходящим в белую пелену неба. Серые полуразрушенные стены с трудом поддерживали угловатые башенки, украшенные каменными фигурками диковинных животных. Она никогда не видела таких образов в книгах, но оскаленные пасти с острыми зубами внушали тревогу.

Дом не выглядел обитаемым — ступени разрушены, дверь с разбитым витражом висела на одной петле, пустые проёмы окон кое-как заколочены досками. И серый прах, лежащий на всём вокруг. Ворон сел на верх перекошенной двери.

— Ри-и-и, — громким шёпотом и голосом брата вздохнул дом.

Не задумываясь ни минуты Маргарита перескочила через ступени и вбежала в дом. Серая пыль, выбитая из половиц, поднялась в воздух.

— Скай! Где ты?!

Ответа не последовало, но где-то наверху скрипнула лестница. Только теперь к Маргарите подступил страх. Преодолела, вспомнив уроки отца, набросила щит, и начала подниматься на второй этаж. Лестница скрипела и стонала под ногами, а шаги гулким эхом били в осыпающиеся стены дома.

Одна из дверей на втором этаже оказалась распахнута настежь, и Ри сразу же заглянула внутрь пустой без мебели комнаты. Глаза почему-то очень медленно воспринимали образы, которые никак не желали отпечатываться в сознании. Подняв руку к лицу, Маргарита закрыла рот ладонью, чтобы не закричать.

Посередине комнаты стоял обнажённый по пояс Скайгард, босые ноги измазаны кровью, стекающей по рукам. Крови было так много, что она растекалась огромной темной кляксой. В руке Скай держал перо. С ужасом она наблюдала, как брат окунает кончик пера в грубо распоротую рану на левой кисти, медленно и незряче пишет в раскрытой книге. Напротив него стоял человек — невысокая фигура в тёмной накидке, безликий под капюшоном, плывущий над облаком тумана. Человек держит раскрытую книгу, где кровью Фолганда пишется история.

И с каждой строчкой Маргарита ощущает холод, подбирающийся к сердцу, облачка пара вылетают изо рта Ская, а кожа бледнеет до синевы. И нет возможности двинуться с места, скованно тело. Зачарованно Ри смотрела на весь этот ужас, пока дверь не захлопнулась прямо перед её лицом. Она колотит в дверь, пытается открыть запертое. Всё тщетно. Чёрный ворон взлетел на второй этаж, сел на плечо Маргариты. Внимательные бусины глаз готовы поведать все тайны земель, но сон истаивает, выпуская Ри из цепких лап.

За окном брезжил рассвет. Холод кошмара не уходил, и она чувствовала его даже под одеялом. Свернулась калачиком, пытаясь согреться. Скай в опасности, теперь нет сомнений. Как же ей спасти брата, если и отец не может ничего сделать с упрямцем. В раздумьях Маргарита провела остаток раннего утра. О сне она обязательно расскажет Стефану. Скрывать не имело смысла. Ри твёрдо запомнила слова отца, что Фолгандам опасно лгать друг другу.

Пробежав по дому, она нашла мага в библиотеке, перебирающим книги и рукописи. Мельком увидела, что записи посвящены сделкам магов с богами Фолганда. Насколько Маргарита знала, отец всегда отзывался о сделках с опасением, предостерегал детей от использования договора с богами. Боги любят сделки, с готовностью раздают дары, но коварны и в итоге запросят больше, чем им предложишь. Неужели отец решил отступить от принципа.

— Сделка? — она тревожно посмотрела Стефану в глаза.

Маг нахмурился, перевёл взгляд на книги, снова на дочь, понял.

— Не бойся, Ри. Я обещал маме не вступать в сделки. Не нарушу слова. Это для работы. Подозреваем, что преступник — маг на сделке.

— Я видела сон…

И она рассказала Стефану кошмар во всех деталях, которые удалось запомнить. Оказалось, что помнила она всё подробно, снова увидела яркие картины сна, почувствовала холод. По мере того, как разворачивалась история Маргариты, лицо мага застывало маской. В какой-то момент, Ри решила, что с отцом снова случится приступ, как это было в день ухода брата. Но Стефан справился с эмоциями, только рука привычно легла на собственное плечо, а пальцы сильно сжались. Обхватил себя, чтобы удержать.

— Скай в опасности, отец? — положила ладонь на ледяную руку отца, застывшую на плече.

— Вероятно в большей, чем мы можем себе представить.

— Ты знаешь кто это? Человек с книгой.

— Знаю и не знаю. Последнее дело в Управе. Мы ищем мага, который убил коллекционера ради нескольких страниц древней книги. Никто не знает, что написано в ней. Ни один человек, видевший страницы, не смог прочитать текст. Если твой сон не отражение страхов за брата, то магу нужен Фолганд для работы с артефактом.

— Но Скай не чувствует стихий!

— Крови Фолганда достаточно.

— Лучше бы это был пустой сон, — Маргарита уже сама не желала верить.

— Ты права, девочка. Всем было бы безопаснее и легче. Но кроме силы стихий, земля Фолгандов даёт нам знания. Я сам испытывал это, видя сны близкие к реальности. Мы сможем помочь Скаю, если разберёмся с личностью мага и книгой. И твой брат должен сам бороться, без этого ничего не выйдет. Только личное сопротивление и воля.

— У него должно получиться, — сказала уверенно, но на самом деле убеждала себя.

— Надеюсь, — Стефан вернулся к книгам, отвернулся, чтобы скрыть отчаянье в глазах. — Я очень старался воспитать в вас необходимые качества. И Скайгарду придётся пройти испытание. Видно, судьба такая у Фолгандов — всегда быть готовыми к борьбе и спасать эти земли. А судя по твоему сну, мы снова столкнёмся со старыми знакомыми.

Она кое-что припомнила из историй отца.

— Кукловод?

— Холод — верный признак. Только бы портал не был открыт. А маг не знал о…, — Стефан не договорил, вспомнив, что подробностей детям не рассказывал, стоило ли дочери знать об отпрысках Кукловода, вживляемых только в тело Фолгандов.

Вряд ли кто-то смог повторить опыты кузена. Аспер надолго запер безумного двоюродного брата в местной тюрьме.

— О чём?

— Не знал про ритуал, — он быстро нашёл нейтральный ответ. — Книга — главный артефакт, но в основном ритуале никогда не присутствовала книга. Говоришь у Ская были порезаны руки? И только руки?

— Он писал в книге своей кровью. Я схожу сегодня к нему, вдруг брат послушает меня.

— Скай — упрямец, — маг резко бросил одну из книг на стол. — Но это может помочь ему выжить.

От подобных разговоров тревога Маргариты только усиливалась. Скай — мальчик без магии, как он сможет бороться. Пусть он хорошо владеет кинжалом, ловок и достаточно сообразителен, но против магии брату не совладать. Она не стала дальше развивать тему — основное было сказано. А Стефан успел перед завтраком поговорить с Вельдой, рассказал о сне дочери и подозрениях.

— Опять?! — Белка не стала сдерживать эмоции. — И Тарвит?

— Про жреца ничего не известно. Только признаки Кукловода. Тарвит — мелкая крыса, оказавшая услуги. Думаю, Дивный бог давно поглотил его сознание, растворил в Древе.

В глазах Вельды горела ярость. Снова белая пустыня готова заполнить жизнь, уничтожить дорогое существо и помешать счастью. Вот, что значит быть Фолгандом. Стефан обнял, забирая часть эмоций себе.

— Что ж, — она встретилась взглядом с потемневшими глазами мужа. — Как обычно, ничего нового для нас. Мы справимся, но почему тот мир никак не может оставить Фолганд в покое.