В некотором царстве

— Говори! — милостиво он кивнул садовнику, думая, что тот сейчас будет просить какие-то диковинные саженцы купить.

А тот и выдал:

— Ваше царское величество, пока вы на новый городок медитируете, планы планируете, да мечты мечтаете, у вашего министра по строительству новый дворец растет!

И неплохо было бы вам проверить, откуда у него дорожки из каррарского мрамора взялись!

Не с тех ли телег, что на стены главного академического здания должны были быть доставлены?

И как попал на его личный пляж золотистый речной песок!

Да и другое кое- что проверить бы не помешало!

Хорошее настроение царя как рукой сдуло. Или смыло. Или снесло. Не важно. Кончилось оно резко и жестко.

— А ты не наговариваешь? — строго спросил царь садовника.

— А какая мне с того выгода? — хмуро ответил садовник, и пошел дальше щелкать ножницами. Кусты стричь. Работа у него такая.

Царь понял, что и верно, нет садовнику никакой выгоды в оговоре, есть только желание пользу для дела соблюсти.

И понесся к министру по безопасности.

Но по пути его такая мысль шандарахнула…

А ведь не мог этот его безопасник таких вещей не замечать! Не мог! Его люди все грузы проверяют…

Царь затормозил посреди бега, так что аж подошвы задымились. Постоял. Подумал.

И пошел советоваться к матушке царице.

Женщины в таких делах, как на чистую воду вывести, большие мастерицы!

Когда им это выгодно.

И царь точно знал, что на мелочи всякие, типа утянутых леденцов до обеда, матушка глаза закроет, а вот помехи в строительстве…это уже серьезней!

Ибо и она этим делом загорелась нешуточно!

И концы в тайгу

Посоветовался царь с женой, и впал в горестные раздумья.

Нет, ну вот на самом деле, как так-то?!

И зарплаты им! И бонусы с плюшками! И соц. пакет нереальный!

А всё одно хоть что-то, а увести надо! Непостижимое мышление!

Думал он не долго. Кликнул свою охрану, и двинулся к министру по строительству.

Подъехав к его дворцу, царь аж ахнул.

У него самого таких хором не отбабахано! И отбабахалось за последнее время столько, что ахать и ахать.

Министр парился в бане.

Так розовым и нежным его к царю и доставили.

— Откуда дровишки? — строго спросил царь.

Министр хрюкал, мякал, мыкал, но ничего толком не объяснил.

Только клялся в вечной преданности и ярой службе государю батюшке да отечеству.

Вот только клятвы его как-то мимо царских ушей проскакивали.

А уж когда царь зашел в кабинет задумчивости, да увидел золотой инкрустированный бриллиантами золотой, с платиновой отделкой унитаз, впал в неистовство.

Сорвал с себя парик вместе с короной, и не жалея государственной собственности, этим париком вместе с короной министра по всем частям тела и отходил. Хорошо так отходил.

Потом приказал охране его под белы рученьки да в карету запихать, прям как был, в простыне, да рученьки сковать.

И поехал вместе с новым пассажиром к министру по безопасности.

Тот блаженствовал на пруду, с аршинными золотыми рыбками. Крайне редкой и дорогой породы.

Желаний не исполняют, зато едят исключительно маракуйю, и маммею с черемойей.

А они, фрукты эти, в сафьяновых сапожках ходят, из-за моря, океана их доставляют!

На плече у безопасника сидел Ара гиацинта, и нежно пощипывая его за ушко, нашептывал хозяину комплименты.

Громко нашептывал. Как любой попугай.

Около ног сидел шикарный тибетский мастифф.

Вид у безопасника был сибаритский и олигархический.

А совсем не министерский на зарплате!

— И этого в карету! Да связать его!

Мастифф, было попытался что-то рыкнуть, но ему очень доходчиво объяснили, что если будет защищать преступников, пусть даже сто раз хозяина, то лишится отборной индюшатины, и вообще, согласно тибетскому происхождению может стать вегетарианцем.

Мастифф был не дурак. Впечатлился. А так как он и вообще больше любил дочку хозяина, то её за настоящую хозяйку и считал.

А этот…ну, миску оплачивал. А любви не заслужил!

Вернувшись домой с пленниками, царь батюшка пошел к царице матушке, да и говорит:

— Слушай, матушка, суд разводить смысла не вижу, вина их на лицо.

Отправлю я ка их в тайгу. Лес валить, да орехи собирать. Авось поумнеют!

— Правильно, батюшка, — поддержала его матушка, — нечего не них государственные средства расходовать! Пусть отрабатывают.

Вот только, кто на их место пойдет?

Свято место пусто быть не должно!

— Не изволь беспокоиться, матушка, есть у меня претенденты. И надеюсь, на сей раз умные и надежные!

Причина скоропортящихся царских чиновников

После долгих, трудных рассуждений автор пришла к мнению, что причина скорой порчи царских министров и иже с ними вовсе не в каких-то там порчах али сглазах. Нет!

Причина проще.

Просто все царские чиновники потребляют в пищу скоропортящиеся продукты.

Такие как:

Черную и красную икру, свежепосоленную. Без консервантов.

Мясо, без антибиотиков.

Хлеб быстровысыхающий на столе, в силу его специального замеса.

Сыр, слезой истекающий, без консервантов. На чистом сычуге.

Фрукты, овощи без ГМО.

Попадая в их организмы продукты, начинают процесс скоро портящийся.

Тем самым вызывая загнивание и порчу оных царских слуг народа изнутри.

Мы же с вами не портимся!

А всё почему? Потому что едим мясо, способное лежать в холодильнике, не в морозилке, в холодильнике, месяцами и не загнивать.

Молоко, стоящее в пакетах годами.

Яблоки, не темнеющие на срезах.

Йогурты со странным привкусом крахмала, и надписью «без заменителей молочных жиров»».

Помидоры и огурцы, не гниющие теми же месяцами.

И так далее.

Потому, питаясь тем, что испортиться, не может априори, потому, как все естественное из него выдавили, мы и сохраняем свет души и желание помочь ближнему своему.

Вывод:

Во избежание порчи государственного имущества, в виде и форме вышеозначенных слуг государства и народа, постановить:

Питаться им тем же, чем простой народ питается.

И на ту же сумму.

Исключительно из заботы об их состоянии душевном и телесном, и пожелании им доброго и долгого здравия!

Вывод личный. И предполагает альтернативные варианты.

Как вам мой, друзья? Обсудим?

Или согласны?

Выставляю предложение на обсуждение, дабы потом вынести общее решение.

Конец строительства. Не без казусов

Так все испорченные личности со строительства были удалены, то стройка завершилась точно в сроки. И даже с небольшим опережением.

Ибо многие будущие студенты выразили желание участвовать, дабы приблизить сроки открытия академии.

И вот этот час настал!

Праздник получился многослойным:

Окончание строительства, раз.

Открытие академии, два.

Принятие студиозусов, три.

Ну, и ещё, так, по мелочи.

Ах, какие торжественные речи произносились с трибун! Ах, как говорливы и красноречивы были ораторы!

Они поздравляли студентов с таким шикарным почином.

Они поздравляли себя с таким чудесным начинанием.

Они поздравляли преподавателей с началом всего.

Студенты стояли затаив дыхание. И мучительно ожидали окончания речей, которые ну никак не желали заканчиваться!