Каратист: путь воина. Том 3

Как я и учил. Специально для девушек. Чтобы они умели освобождаться от захвата за волосы.

Ну, и конечно, самые молодые ученики. Я оглянулся на край поляны.

Чуть в отдалении Синегородцев ожесточенно сражался с Муравьевым. Тоже школьником. На год старше. Забавно видеть на пухлом лице толстячка Вити свирепое выражение.

Выглядело смешно. Если не знать, каким стал Синегородцев. За эти три месяца.

Он не пропустил ни одной тренировки. Приходил самый первый. Уходил последний. Занимался самозабвенно.

И хотя в весе почти не сбавил, но быстро стал грозным бойцом. Кстати, в школе его больше не обижали. После того, как он избил обидчиков. Причем старшеклассников.

Одному вывихнул кисть. Другому сломал нос. Третьего приложил об забор. Так, что тот потерял сознание. С тех пор его не трогали.

Вот и сейчас мой тезка явно доминировал над Муравьевым. Хотя тот и выше, и старше, и крупнее. Но просто не мог достать Синегородцева.

Тот не только умело уклонялся. Но еще и быстро атаковал в ответ. Да так, что успел три раза уложить Муравьева на снег.

Я оглядел поле битвы. Ученики продолжали мутузить друг друга. Знали, что нельзя останавливаться. Пока не прозвучит команда. Или пока противник не свалится в нокаут.

— Ямэ! — крикнул я. — Хватит. Молодцы! Те, кто проиграл — чтобы в следующий раз такого не повторилось. Или будете отжиматься пятьсот раз. Те, кто выиграл — нечего гордиться. Готовьтесь к новым боям.

Я поклонился. Осу! Ученики поклонились в ответ. А затем я хлопнул в ладоши.

— А теперь перерыв. Готовим костер. И делаем шашлык. Парни, пошли за дровами!

Ребята радостно подняли руки и громко закричали «Ура!». Девчата завизжали от восторга.

Мы быстро устроили пикник. Очистили в центре поляны место для костра. Притащили дровишек. Вскоре тут весело запылал огонь.

Девушки приготовили закуски. Мы пожарили мясо. Заранее маринованное. И перекусили на лоне природы. От этого любая еда становится в разы вкуснее. И восхитительнее.

Особенно, когда ты перед этим прошел километров двадцать на лыжах. И дрался в кумитэ, как бойцовский пес.

После обеда я дал ученикам отдохнуть. Мы погрелись у костра.

— Эх, жаль, тут на ночь нельзя остаться, — сокрушался Голенищев. Его опухшее лицо светилось от счастья. — Я бы с удовольствием остался. А вы, девушки?

Кораблин недовольно заерзал на месте. Оксана обольстительно улыбнулась. У всех присутствующих парней сердце провалилось в желудок. Или еще куда пониже.

— Ну почему бы и нет? — ответила девушка. Приобняла Кораблина. Чтобы тот не злился. — Правду я говорю, Тема?

Кораблин радостно кивнул. Я мысленно усмехнулся, глядя на него.

Хорошо, что у нас с Валей не так. Она у меня вышколена, как солдат. Слушается любых команд.

Знает, что карате у меня на первом месте. А она на втором. И теперь уже не обижается. Сейчас, кстати, на соревнованиях. В Ереване.

Я бы должен ревновать. По идее. Но просто скучаю. Потому что доверяю ей.

Кроме того, у нас с ней все вроде серьезно. До свадьбы ни-ни. Никаких. Она хочет, чтобы первым у нее был только муж.

Я давно мог бы нарушить это правило. Скорее всего, Валя согласилась бы. Чтобы я был у нее первым. Но я сам уважал ее желание.

Но, также я не хотел сейчас жениться. Надо сначала достичь всех поставленных целей. И только потом создать семью.

Короче, вот так. И главная цель сейчас — это Париж. Вернее, чемпионат мира. Который пройдет в следующем году. В столице Франции. И о котором у меня договоренность с Воловниковым.

Пока мы возвращались на лыжах домой, я вспомнил про сделку. Иногда я прокручивал ее в голове. Вот также, как сейчас.

Он ведь зачем пришел тогда в мой спортзал? Впервые. Не только для того, чтобы посмотреть. Как я обустроился.

Но и для того, чтобы обсудить. Наше дальнейшее сотрудничество.

— Я хочу, чтобы ты попал на этот чемпионат, — сказал он тогда. — И произвел там настоящий фурор. Ты можешь, я знаю. Я уже говорил с компетентными людьми. Все говорят, что ты уникум. И вполне можешь забрать чемпионский титул. В Париже. Почему бы не совместить приятное с полезным?

Конечно, он бил наверняка. Прямо в мою ахиллесову пяту. Чтобы стать чемпионом мира, я готов душу продать. И знал, что не могу выбраться из СССР. Без согласия партии. И КГБ.

Правда, стать доносчиком я так и не хотел. О чем тут же заявил Воловникову.

Но Игорь Станиславович в ответ досадливо поморщился.

— Что за дурацкие понятия! При чем тут это. Мы бы тебя об этом не попросили. Речь о другом. Мне нужно твое согласие. На то, чтобы в Париж поехали наши люди. И ты подтвердил, что они тоже каратисты. Вот и все.

Ну что же. Я же говорю, что готов на все. Так я и сделал. Согласился тогда. И мы заключили сделку. Которую теперь надо выполнять.

Глава 2

Повседневность

После похода мы вернулись в Москву. На электричке. На вокзале разбежались по делам.

Я уехал в общагу. Ребята и девчата по домам. Время уже вечернее.

Обычно после интенсивной физической нагрузки я устраивал медитацию. Совмещал с отдыхом. Чтобы привести себя в тонус.

Сейчас пришел. Решил отдохнуть. Прикрыл на секунду глаза. А когда проснулся, уже темно.

Поглядел на часы. Два часа ночи. В комнате темно. Холодно.

От батарей отопления идет тепло. Но окна покрылись серебристой изморозью. Снаружи видны продукты. Всякие в авоськах.

На других кроватях лежали темные силуэты. Антон и Серега. Кровать Крылова пустовала. Олег блистательно отсутствовал.

Ладно. Так бывает. Я невероятно измотался за неделю и выходные. И теперь отрубился. Без задних ног. И не вижу смысла вставать.

Перевернулся. На другой бок. Железные пружины заскрипели. Закрыл глаза. И продолжил спать.

Зато проснулся рано утром. В четыре утра. И сразу почувствовал себя свежим. И выспавшимся. Готовым к труду и обороне.

Вскочил. Быстро оделся. И привычно отправился на пробежку. А там забежал в парк. Где провел тренировку силовых. И тамэсивари.

Вернулся в общагу усталый, но довольный. Около шести утра. Каменда, кстати, уже привыкла к моим утренним подъемам.

Сама спала в своей комнате. А дверь открыла. Надо только запереть за собой. Я зашел в общагу.

Только хотел закрыть дверь. И тут кто-то схватил ее снаружи. Не дал закрыть. Я отпустил дверь.

В общагу ввалился Крылов. От него несло перегаром. За километр. Усталый и помятый. Глаза ввалившиеся.

— А, это ты! — проворчал он. — Как хорошо. А то я думал, каменда не пустит. Ну все, я пошел.

Он хотел пройти мимо. Но я схватил товарища за руку.

— Олег, ты пьян. Опять гужбанил всю ночь. Как так?

Крылов удивленно посмотрел на меня. Двигался и говорил он медленно. И расслабленно. Как любой пьяный мужик с похмелья.

— Ты чего, сенсей? Какие вопросы? Что не так?

Я сжал зубы. В общем, Крылов отличный боец. С ходу схватывал любой прием. Понимал его суть.

И подавал большие надежды. Если бы только не вот эти его гулянки. Пару раз в месяц обязательно. И до поры до времени я спускал ему. Но теперь это уже выходит за рамки.

— Хватит, Олег, — сказал я. — Тебе не кажется, что ты слишком расслабился? Чересчур?

Крылов удивился еще больше.

— Ты чего, Витя? Да ну, брось. Я что хочу, то и делаю. Ты прям, как моя мамаша.

Я вздохнул. Сейчас не время. И не место. Не стал возражать. И спорить. Толку нет.

Но дал себе обещание. Твердое. Что обязательно переговорю с Крыловым. О недопустимости такого поведения.

Если хочет ходить в мой клуб, то должен прекратить. Особенно, если хочет участвовать в Ледяной неделе.

Шатаясь, Крылов поднялся по лестнице. Скрылся за поворотом.

Я закрыл дверь. И поднялся за другом. Привел себя в порядок. Позавтракал. И отправился на учебу.

В универе все прошло по плану. Лекции и семинары. С учебой я справлялся неплохо. Тащил основные предметы.

А по дополнительным преподаватели закрывали глаза. Потому что у меня репутация. Звезды спорта. Причем в такой модной дисциплине. Как карате.

Оксана и Артем Кораблин отсутствовали. Неужто не оправились после вчерашнего забега? И поединка? Ладно, на тренировке выясним.

После универа я привычно отправился в Малую арену. Казалось бы, прошло всего пару месяцев. Но рутина уже затянула.

Два раза в неделю занятия с оперативниками КГБ. Остальные дни — с другими учениками. Обычными.

Сам я потом оставался в зале до позднего вечера. Или ночевал там. И тренировался до упаду. Некоторые из неистовой десятки тоже оставались.

Повторяли за мной. Или устраивали кумитэ. Мы разговаривали о карате. Тоже до ночи. Иногда и больше. До утра.

Результаты тренировок уже впечатлили. На прошлой неделе к нам пожаловали из «Черного волка».

Во главе с их лидером. Андреем Тимаковым. Предложили поединок. Против нашего лучшего бойца. Трех бойцов. Если мы не боимся.

Я тогда усмехнулся. Предложил своим бойцам выйти самим. Вызвались Смелов, Куприянов и Гончаров.

Бурный, Крылов и Голенищев тоже хотели. Но я решил, пусть себя покажут новички. Ну, а Смелов пойдет тараном.

Вышло, как я рассчитывал. Первый противник не испугался Куприянова. Думал, он обычный коротышка. А когда Митя отметелил ногами соперника, «Черные волки» изумились.

Гончаров также успешно справился со своим противником. Уложил в нокаут. Хотя тот оказался сильным и резким. И сопротивлялся до последнего.

Смелову достался сам Тимаков. Здоровенный, жесткий. Приверженец агрессивного стиля. Техники ноль. Зато напора полные штаны.

Леня мудро ушел в глухую оборону. Отбивался изо всех сил. Хотя надо признать, это трудно далось. Тимаков пер буром. Неудержимо.

Когда противник выдохся, Леня быстро вырубил его. Тремя точными ударами. Ногами в корпус. И контрольным в голову.

После трех поражений подряд «Черные волки» сдулись. Чуток протестовали. Пытались доказать, что мы победили нечестно.

Я предложил разобраться на татами. Но они повозмущались еще. И ушли.

После этого случая я убедился, что ребята развиваются. Они как глина. Можно вылепить произведение искусства.

Главное не опускать руки. И работать. До седьмого пота. Тогда будет результат.

Поэтому я продолжал гонять учеников. Тяжело в учении, легко в бою.

Сегодня пришли тридцать два человека. Вся десятка тоже. Кроме Крылова. Я провел разминку. Потом кихон ката в парах.

На остаток тренировки передал руль управления Смелову. Он должен провести упражнения по тамэсивари и кумитэ.

Сам я принял душ в душевом на втором этаже. Синегородцев предоставил мне такую привилегию. Переоделся в костюм. Поехал по другому делу.

В четыре тридцать заседание ячейки комсомола. И молодежи производственного объединения гражданской авиации Советского района. Там у меня тоже есть продвижение.

Доехал быстро. От стадиона «Динамо» семь станций метро. Через двадцать минут я уже вошел в трехэтажное здание. В актовом зале сегодня собрание. Я выступаю с небольшим докладом.

«Развитие навыков самообороны для защиты трудового класса от физической агрессии буржуазных элементов». Название, конечно, полный абзац.

Сначала я хотел назвать просто: «Обучение молодежи навыкам самообороны». Про карате даже заикаться не стал. Знал, что не пройдет. По-любому.

Отдал на согласование в комитет. Но даже такое простенькое название не понравилось. После долгих проволочек мне вернули черновик доклада. Весь перечеркнутый и исправленный.

Правок так много, что не хватило полей. Дописали на отдельном листе. Из первоначального проекта осталось только процентов двадцать. Полная попа.

Я даже спорить не стал. Знал, что бесполезно. Решил, что донесу основные мысли устно. После доклада. Когда будут вопросы.