Адмирал Империи – 11 (СИ)

— Зависть плохое качество, Иван Федорович…

— Так, вернемся к нашим баранам, то есть к вам и господину Красовскому, — Самсонов снова сделал серьезное лицо, при этом сильно покраснел, ибо в данный момент с широко открытыми глазами наблюдал за переодеванием княжны.

— Спасибо за комплимент, — ничуть не обиделась Тася, — только отвернитесь пожалуйста, господин адмирал, а то вы на мне дыру прожжете…

— Прошу прощения, — смутился Иван Федорович, с неохотой переводя взгляд в сторону. — Но, не пытайтесь заморочить мне голову. Во-первых, прекратите со мной играть!

— В смысле? — не поняла княжна, оборачиваясь на командующего.

— В прямом, — пробурчал тот. — Что это за маскарад с ранением?

— Какой маскарад, вы не видите, что у меня и нога и вот живот, — Тася начала показывать на себе рубцы еще не затянувшихся ран.

— Нет, не вижу…

— Как это?

— Так это, вы же сами запретили мне на вас смотреть, — ответил хитрюга Самсонов.

— Да, точно, — согласилась Тася. — Тогда поверьте на слово…

— Как вам можно верить, когда вы постоянно врете.

— В смысле? — снова повторила девушка, между тем уже одевшись в форму и сейчас причесываясь, глядя в монитор медкапсулы.

— Заладили, как попугай, «в смысле», «в смысле», — недовольно пробрюзжал Самсонов. — Зачем вы залезли в регенерирующую капсулу? Чтобы я вас пожалел и не стал отчитывать…

— Была на это небольшая надежда, — честно призналась Таисия Константиновна.

— Вот-вот, только прокололись, когда узнали, что с вашим обожаемым Васильковым все в порядке…

— Так вы признаете, что этот русский офицер — союзник Дрейка и есть Васильков, — теперь уже Таисия поймала своего собеседника за язык.

— Один-один, — сдался командующий.

— Так что не только я обманщица, но и вы, господин адмирал, — победно улыбнулась девушка, оправляя китель и теперь разрешая Самсонову повернуться. — Так что вы там говорили о баранах?

— Аааа, да, о баранах, — наморщил лоб командующий Черноморским флотом, — Итак, перейдем к вашим действиям, вашим и Александра Красовского. Возможно, это привычка не подчиняться старшему по званию и делать то, что я хочу — остатки воспитания золотой молодежи на «Новой Москве». Я все понимаю… Но, здесь военно-космический флот, госпожа капитан-командор, поэтому всякое самоуправство наказуемо и наказуемо самым строжайшим образом… Вы меня понимаете⁈

— Да, господин командующий, прекрасно понимаю и готова понести заслуженную кару, — Тася хотя и старалась делать строгое лицо, у нее все равно это плохо получалось, предательски блестели глаза, а на губах то и дело появлялась улыбка.

— Вижу новости о Василькове поднимают с постели лучше всяких регенерирующих клеток, — тяжело вздохнул Иван Федорович, догадываясь что не его визит заставляет княжну прыгать до потолка. — Тем не менее, перестаньте паясничать и в подробностях расскажите мне, как вы дошли до жизни такой…

— В каком смысле?

— Не бесите меня этой фразой! — строго предупредил командующий.

— Хорошо, что вы хотите узнать, господин адмирал? — Таисия попыталась принять деловой вид. — Отчет о битве за Херсонесе-9? Так он и так наверное уже переслан вам в виде файла. Что я могу добавить? Лишь только что пыталась в силу своих возможностей отстоять главную базу Черноморского космического флота, с потерей которой нахождение всех ваших дивизий в «Тавриде» не имело бы никакого смысла…

— Всех «наших» дивизий, — поправил ее, командующий.

— Хорошо, всех наших дивизий, — продолжала Таисия Константиновна. — И о контр-адмирале Красовском… Если бы он не вовремя не появился бы у Херсонеса, во-первых, я бы перед вами сейчас не стояла, и, во-вторых, планета к этому моменту была бы уже под контролем Илайи Джонса…

— Так я не наказывать оказывается, вас с Красовским должен, а наградить? — удивленно воскликнул Иван Федорович.

— В наградах не нуждаюсь, — отрезала капитан-командор, несколько уязвленная сарказмом командующего. Княжна действительно рассчитывала не только на прощение своих прежних ошибок, но и на похвалу со стороны Самсонова, так как честно, и что еще более важно — эффективно проливала свою кровь здесь у центральной планеты системы. В ответ же слышала только упреки и угрозы от этого усатого брюзги…

— И Красовский тоже? — ехидно усмехнулся Иван Федорович. — Не думаю, этот за очередной орден и очки боевого опыта многое отдаст. Видимо именно поэтому Александра Михайловича и кораблей его дивизии нет сейчас у Херсонеса, так?

— Контр-адмирал Красовский решил добить остатки дивизии «Звезда Смерти» и покинул орбиту планеты незадолго до вашего появления, — ответила капитан-командор Романова, решив больше не пикироваться с Самсоновым. — Но вы по-прежнему несправедливы к Александру Михайловичу, он сделал очень многое для победы: в тяжелейшем сражении разбил одну из лучших дивизий 4-го «вспомогательного» космофлота американцев, сохранил собственную дивизию, ну, за небольшим исключением, таким как линкор «Аскольд» — который серьезно пострадал и долго еще не будет принимать участия в военных действиях…

Самсонов усмехнулся словам Таисии Константиновны, но промолчал, в уме подсчитывая плюсы и минусы произошедших событий и решая, наказывать ли этих двоих: Романову и Красовского или простить…

— Почему вы усмехаетесь? — разозлилась княжна.

— Потому, что «Аскольд» один из лучших дредноутов моего флота… Был одним из лучших, а сейчас это груда бесформенного металла, который легче заново собрать на принтере, чем отремонтировать, — ответил на это командующий, включая планшет и просматривая данные по недавнему сражению за Херсонес-9.

— Ладно, пусть так, — согласилась капитан-командор Романова, — но тот же Красовский нашел своему «Аскольду» достойную замену…

— В смысле? — собезьянничал за княжной командующий Самсонов.

— Заразное словечко, да? — рассмеялась Таисия Константиновна.

— Что вы там говорили про достойную замену «Аскольду»? — повторил вопрос Иван Федорович.

— Посмотрите на трофеи, — подсказала ему, Таисия.

— «Юта»!!! — широко открыл глаза командующий. — Это флагман «Звезда Смерти» и личный линкор Джонса-младшего!

— Так точно, — кивнула Таисия Константиновна, победно посмотрев на своего собеседника. — Более того, Красовский захватил не только флагман 6-ой «ударной» дивизии, но и его командующего…

Здесь Тася немного соврала, приписав Александру Михайловичу пленение Илайи Джонса, в то время как Красовский наоборот делал все, чтобы прикончить американского адмирала, а спасла его именно княжна с помощью полковника Дорохова. Но Самсонову не обязательно было знать эти детали, ибо над Красовским в отличие от Таисии тучи действительно сгущались. Командующий Черноморским флотом был известен своим крутым нравом и твердолобостью, и если уж записывал кого-нибудь себе во враги, продолжал с ним воевать до победного конца. Так было и есть с Васильковым, так могло произойти и с Красовским. Не то, чтобы княжна сильно переживала по этому поводу, но платя Александру Михайловичу за собственное спасение, не могла не попытаться защитить его от расправы командующего. За себя Тася особо вообще не волновалась, рассчитывая что всегда может позаигрывать с Самсоновым и тот растает, а если нет, то выручить отец…

— Чтоооо⁈ Бешенный пес — этот однорукий Илайя Джонс у Красовского в плену⁈ — не поверил своим ушам командующий, как-то при этом злорадно улыбнувшись.

— Да, и находится в данный момент на своем линкоре «Юта», на борту которого я своим распоряжением организовала временный лагерь для пленных космоморяков из дивизии «Звезда Смерти»…

— Вот это действительно хорошая новость, — потер руки Самсонов, уже что задумав и внезапно засобиравшись уходить. — Ладно, мне пора заниматься делами. Надо привести в порядок наши потрепанные сражениями дивизии, поставить на очередь в эллинги своих поврежденные корабли и назначить командиров четырех новых вымпелов Черноморского космического флота… Да-да, Таисия Константиновна, не только вы с контр-адмиралом Красовским побеждаете «янки», мы тоже не сидели сложа руки и в частности Вячеслав Васильевич Козлов в результате удачного рейда к Херсонесу-3 привел четыре трофейных тяжелых крейсера…

— Вот это удача, так удача! — обрадованно воскликнула капитан-командор Романова. — Наверное у «Шваброидного Грега» сильно пригорело от такой пощечины…

— Пусть привыкают, скоро не только пощечины получать начнут, — поддержал девушку, командующий Самсонов. — Ладно, оставим на время наш с вами разговор и разборы полетов… Но только на время, позже я вернусь к теме неподчинения и наказание все равно последует, в этом не сомневайтесь…

— Даже несмотря на все победы, — печально вздохнула Таисия Константиновна, скуксившись как девочка.

— Этим вы меня не проймете, — отвернулся от нее Иван Федорович, направляясь к двери из палаты. — Сначала вы не выполнили мой прямой приказ, потом, тоже самое сделал и Красовский. И сейчас его кораблей нет на орбите и неизвестно, когда они здесь появятся и появятся ли вообще…

— Я верю, что Александру Михайловичу будет и дальше сопутствовать удача и он обязательно вернется с Херсонесу с победой, приведя на буксире в качестве трофеев остальные корабли дивизии «Звезда Смерти», — сказала на этот Таисия Константиновна.

— Только это может спасти вашего дружка от сурового наказания с моей стороны, — ответил командующий, выходя в дверь.

— Никакой он не мой «дружок»! — крикнула вслед Самсонову, Тася.

— Я уже запутался с вашими женихами! — издалека послышался ответ Ивана Федоровича.

Глава 13

Иван Федорович Самсонов на личном вельботе отправился на линкор «Юта». Мысли командующего в этот момент были о тех планах, о которых он поведал несколькими минутами ранее Таисии Константиновне, с делами по ремонту и реорганизации легко справятся его многоопытные комдивы: Козлов и Козицын. Нет, сейчас сознание адмирала Самсонова было полностью занято одним человеком. Этим человеком конечно же были не капитан-командор Романова, не контр-адмирал Красовский и даже не контр-адмирал Васильков, сейчас Иван Федорович думал лишь о встрече с этим бешеным Илайей Джонсом. Своей недолгой встрече, так решил командующий, посмотрев на эфес сабли, пристегнутой у своего пояса.

Оказывается, Самсонов жестокой расправой над Теодором Торресом не собирался завершать начатое, и слова, произнесенные им в видео-обращении к американцам были правдой от начала и до конца. Именно поэтому так обрадовался наш командующий, когда узнал о пленении еще одного адмирала «янки».

— Вы могли подумать, что я просто разок психанул, леди и джентльмены, отрубив пустую голову этого недотепы Торреса, — зловеще улыбнулся Иван Федорович, в полголоса разговаривая сам с собой и мысленно обращаясь к всем своим противникам в лице американских флотоводцев. — Но это не так, и сейчас я покажу вам, что мои слова нужно воспринимать серьезно…

Челнок командующего прибыл на полуразрушенный и стоящий сейчас на приколе одного из пирсов распределительной станции верфи линкор «Юта». Рядом, кстати, находился и упомянутый «Аскольд», вышедший победителем противостояния с американским дредноутом. Состояние «Аскольда» было не многим лучше, чем у «Юты», но Самсонова в данный момент это мало интересовало…

— Где находятся пленные «янки»? — командующий ответил кивком на приветствие огромного полковника-новгородца, похожего на киборга.

— Кккк-коормовой от-оттсек средддней палл-ллллубы, — протянул Кузьма Кузьмич, вытянувшись по струнке перед адмиралом. — Чччасть нах-ход-диться в медббл-локке, тттакк-ккккак многггие раннены…

— Что с вами полковник, вы ранены? — спросил Иван Федорович, имея в виду речь Дорохова.

— Никкк-как нет…

— Все-таки покажитесь медикам, — бросил командующий, направляясь к лифтовым капсулам. Кузьма Кузьмич последовал за ним, как в данный момент старший офицер на корабле.

— Сколько «янки» все вам удалось взять? — спросил Самсонов у Дорохова, когда они вошли в ближайшую пневмо-капсулу и за ними закрылись двери.

— На ээтту минн-нуту поч-чтии шестьсот чел-ллов-век, — ответил Кузьма Кузьмич. — До сссих ппор приб-быв-ввают еще…

— Кроме Илайя Джонс есть ли среди них офицеры высоких рангов?

— Нннет, гос-сполдд-дин комм…

— Понял, — Иван Федорович не дал договорить Дорохову. — Где находится вице-адмирал Джонс?

— В мед-дициинск…

— Понял, — снова прервал полковника, Самсонов. — Летим туда…

Капсула с тихим шипением рванула на среднюю палубу, затем, повернула в сторону кормового отсека американского линкора. Через три минуты Самсонов и Дорохов уже стояли в коридоре, ведущем в медблок. По крови и оплавленным стенам помещений Иван Федорович догадался, что бой на палубах «Юты» был не из легких. Командующий хотел было задать несколько вопросов по этому поводу своему спутнику, но вовремя удержался, понимая, что потеряет слишком много времени…

— Сссюд-да, господ…

— Дорогу я знаю, полковник, медицинские модули стандартные на всех кораблях, и наших, и американских, — кивнул Иван Федорович, останавливая Дорохова жестом руки. — Можете возвращаться к своим обязанностям, дальше я справлюсь сам…

— Слуш-шшаюсь, госп-поддин комм…

Самсонов недослушав уже скрылся за дверью. Пройдя вдоль всего главного коридора Иван Федорович увидел, что все палаты охраняются нашими «морпехами», это означало, что внутри все боксы заполнены ранеными американцами.

— Где лежит Джонс? — командующий уже понимал, что Илайя ранен, иначе он бы здесь не находился.

— Первая палата, господин адмирал, ответил один из охранников. — Вы ее только что прошли…

— Благодарю, — бросил Иван Федорович и возвратился назад.

Войдя в бокс командующий приказал двоим штурмовикам, находящимся здесь, выйти в коридор, оставив его наедине с раненым.

— Господин адмирал, у нас приказ никого не допускать до этого безрукого «янки», — ответил один из охранников.

— Чей приказ, полковника Дорохова? — нервно произнес Иван Федорович, уязвленный неподчинением ему со стороны «морпехов». — Если это так, то вон он в коридоре еще не ушел, можете уточнить…

— Нет, господин адмирал, приказ был дан не полковником Дороховым, а капитаном-командором Романовой…

— У вас хорошее зрение матрос⁈ — Самсонов из-под бровей прожег взглядом неуступчивого штурмовика. — Хорошо ли вы видите, кто стоит перед вами… В коридор, оба и без разговоров!

Дожав морпехов авторитетом, Самсонов через секунду остался единственным русским в палате. Со своей стороны Илайя оказался единственным американцем в этом боксе. Адмирал Джонс без движения лежал в одной из регенерирующих капсул, пристегнутый за руку к поручню магнитными наручниками. Рядом дежурила робот-медсетра, которая, ничуть своим присутствием не мешала задуманному Самсоновым…

А Самсонов, как вы наверное уже поняли, замыслил совершить с Джонсом тоже самое, что сутки ранее совершил с адмиралом Торресом, причем, точно таким же способом. Иван Федорович вопреки расхожему мнению, не сошел с ума, хотя нервная систем нашего главкома действительно была серьезно расшатана. Именно поэтому, после продолжительных сражений и постоянного отступления, несмотря на некоторые недавние победы, в голове адмирала Самсонова, всеми силами пытающегося сохранить флот и переломить ход кампании, возник план жестокий и ужасный по своей задумке, но который на самом деле мог выстрелить.

Отрубать буйные головы адмиралов «янки» Самсонову удовольствия не доставляло. Однако эффект, который производили эти, так назовем их, действия был сравним с эффектом термоядерной бомбы, но только в том случае, если в серьезность намерений русского адмирала поверит враг. И что он поверил одной отрубленной головы было недостаточно, Самсонов желал поселить в сердца американцев настоящий, суеверный, цепенящий страх и для этого готов был идти до конца.

— Вот когда вам некуда будет девать этих самых голов собственных адмиралов и высших офицеров, после того, как я буду периодически отправлять вам такие подарки на челноках, только тогда вы поймете, с кем связались и тогда из сектора боя при одном лишь моем появлении побежит не только 20-ая «линейная» дивизия, но и все ваши хваленный флоты, — так говорил сам себе Иван Федорович, подходя вплотную к регенерирующей капсуле, в которой лежала его очередная жертва.

— Я уже устал от визитов, господа, — бросил ему в качестве приветствия, Илайя Джонс, американец был в сознании, несмотря на тяжелые ранения, полученные при штурме «Юты» абордажными командами Дорохова. — Сначала прибыл мой так называемый победитель — контр-адмирал, как его там зовут, Красовский… Слащавый «раски», пытающийся показать себя тем, кем на самом деле не является…

— Здесь я с вами полностью согласен, адмирал, — усмехнулся Иван Федорович. — Красовский мне самому, если быть честным, не сильно нравиться…

— Зачем же тогда вы держите рядом с собой такого дивизионного адмирала? — удивился Илайя, морщась от боли.

— Приказ свыше, — коротко ответил командующий Черноморским космофлотом.

— От Бога? — пошутил Джонс.

— Почти, от императора Константина Александровича, — подыграл ему Самсонов.

— Тогда понятно, — кивнул американец. — После прибежала эта малышка княжна, которая понравилась мне гораздо больше…

— И здесь я с вами соглашусь, — улыбнулся Иван Федорович, посматривая на эфес своей именной сабли, не пора ли браться за дело.

— Она была добра и вежлива со мной, — продолжал говорить тихим голосом Илайя, — но уж чересчур меня опекала, даже оставила охрану, будто опасаясь за мою жизнь. И это несмотря на то, что я ей сделал…

— У Таисии Константиновны есть такой дар, она умеет предугадывать что вскорости случится, — кивнул Иван Федорович, сначала покосившись на дверь, закрыта ли она, потом на мониторы капсулы и многочисленные провода и капельницы, опоясывающие тело американского адмирала. — Может даже статься, что она ведьма. По крайней мере по другому я не могу объяснить ее дьявольской привлекательности…

Самсонов говорил сейчас чепуху, видимо, потому что ему надо было что-то говорить.

— Я не совсем понимаю, о чем вы адмирал, — поморщился Илайя, напрягшись и видя, как странно ведет себя этот русский, почему-то начавший вырывать капельницы и отсоединять приборы капсулы. — Что вы делаете?

— Слишком неудобно вы лежите, господин Джонс, — в полголоса пробурчал Иван Федорович, пытаясь вынуть американца из капсулы.