Цивилизация 2.0 Выбор пути

Утро выдалось солнечным. Я на правах вождя распределил задания — Тор с братом пошли проверять верши, Эрика с девочками сидела у входа, ловко переплетая кожаные ленты. Тройка оставшихся мальчишек собирала хворост. Запасы материалов заканчивались, и как их пополнить, я ещё не придумал. Попробую заменить кожаную посуду глиняной, выходы бурой глины были совсем недалеко.

За несколько ходок я приволок в пещеру большую гору глины и, поменьше — песка. Теперь вспомнить бы, как угадать состав… Я отмеряю одинаковые порции глины, и добавляю песок. В первую немножко, затем все больше. Теперь замесить глину, и вылепить жалкое подобие тарелки из каждой смеси. Палочкой выдавливаю цифры от одного до пяти. Теперь на солнышко, пусть сохнут.

Как же не хватает простейших инструментов…

Металла в этом мире я не видел, его нужно как то добыть, а это или метеориты с самородками, либо переплавка руды. Шанс найти метеорит или самородок стремился к нулю. А вот где в моём мире были самые большие месторождения металлических руд, помню. Но где находится эта пещера?

Если мое сознание перенеслось только во времени, в ближайшего подходящего человека, то я должен по прежнему быть в Северо — Восточной Украине. Правда, море наводит на мысли о более южных широтах. А ведь широту можно определить по солнцу!

Новая идея настолько захватила меня, что я решил сегодня же воплощать ее в жизнь. Нужно измерить высоту солнца над горизонтом, и, чтобы не мучаться с поправками, лучше измерить ее над уровнем моря. Итак, мне нужно определить время полдня. Затем в это время замерять угол. И, отняв от 90° полученное значение, я получу очень приблизительное значение в градусах.

Полдень определить можно по тени в любой солнечный день. Угол определить сложнее, но тоже реально. Нужен циркуль, отвес и тонкая полая трубка. Вот изготовлением этих инструментов я и занялся. Отвес собрал быстро — плетёный ремешок и увесистый камень на конце, готово. Затем долго выбирал два прямых высохших стволика дикого орешника, выровнял их по длине, с одной стороны заострил, а с другой начал сверлить отверстие под шпильку. Это было самым сложным — деревянное сверло с кусочком острого камушка на конце работало из рук вон плохо, даже с применением механизации в виде вращения его луком.

Проще всего было с полой трубкой — тростник на берегу отлично подошёл для этой цели. Выбираю подходящее колено, разламываю по междоузлиям, и тонкой палочкой вычищаю сердцевину. Теперь приматываю его к одной ножке циркуля тонкой полоской кожи. Готово!

Немного подумав, добавляю к собранным инструментам обрывок шкуры в две ладони шириной. Пробиваю в нем маленькое отверстие, пригодится для защиты глаз от солнца.

За всей этой работой прошел шестой день.

Ночью мне приснился сон, первый сон в этом мире. Я стоял на гребне высокой стены, рядом с взрослыми, одетыми в странную, чешуйчатую броню, воинами. Шлемы частично скрывали лица, но характерные черты неандертальцев были вполне отчетливы. А внизу, под стеной, бесновались черные дикари. В нас летели копья, стрелы, дротики и просто камни. Визжащие негры кривлялись, прыгали, стараясь хоть как то достать нас. Визг толпы нарастал, и я проснулся. Странно, звук не пропал… Я вскочил, хватая копьё. И тут же рассмеялся. Кира, самая маленькая из девочек, вскарабкалась на кучу принесенных дров, а по пустому залу пещеры метался небольшой зверёк. Крыса? Нет хвост пушистый, и сам он какой то вытянутый. Проснувшаяся Эрика подбросила в огонь охапку сухой травы, и пламя, вспыхнув, осветило ночного гостя. Ласка! Зверёк на мгновение замер, а затем, разогнавшись, пробежал по боковой стене мимо костра наружу.

Впрочем, небо уже светлело, и я начал собираться во второй поход к морю. Теперь, когда я знал дорогу, я решил взять с собой Эрику, оставив за старших близнецов. Девчонка называла много съедобных растений, и я решил, что такой гид поможет мне их опознать. Но было ещё одно дело, и я решил поручить его всем остающимся детям. Уложил вокруг на полу крупные камни, на них — такие же, поменьше, выкладывая невысокую кольцевую стенку. Внутрь положил все свои тарелки, перекладывая их мелкими камнями. И накрыл все это широким плоским камнем, для устойчивости. Обложил со всех сторон дровами, и, когда огонь разгорелся, с помощью Эрики разъяснил, что пламя должно гореть постоянно, и со всех сторон. Обжиг глины начался…

Однажды пройденная дорога становится короче. Это наблюдение туристов из будущего работало и в этом времени. Мы добрались до берега моря задолго до полудня, и это при том, что девчонка то и дело останавливалась, и, сорвав очередную траву или листок, на ходу пыталась мне объяснить их значение. Я опознал дикий чеснок, крапиву, лободу, одуванчики, подорожник и мяту. А вот это что за трава? Эрика, жестами указывала на голову, обхватывая ее руками и закрывая глаза. Наркотик? Обезболивающее? Галлюциноген?

— Эта трава делает голову лёгкой, — несколько раз переставив слова, она довольно кивнула.

Ладно, запомню, вдруг получится разобраться. Сам я тоже указал ей на сухие коробочки с семенами мака, и скромные голубые цветы дикого цикория. Эти растения она не знала, как использовать, и пыталась меня расспросить всю дорогу, для чего они могут пригодится.

На берегу я выбрал ровный участок песка, и воткнул в него копьё, выровняв его по вертикали отвесом. Отметил камушком край тени от него, и, наблюдая за девчонкой, собирающей на берегу ракушки и мелких крабов, подождал немного. Тень медленно двигалась по песку, солнце поднималось все выше. Наконец она замерла. Я положил ножку циркуля без трубки на песок, на вторую набросил кусок кожи, продев планку с трубкой через него. И стал медленно раздвигать стороны, пока в трубке не сверкнул яркий огонек солнца. Ещё немного вверх, чтобы попасть точно в центр звёзды, и теперь фиксирую полученный угол поперечной палкой. На вид 45°… Для верности я быстро начертил на песке окружность, затем разбил ее на шесть секторов, а потом и на двенадцать. приложил полученный угол к чертежу — да, может чуть меньше, 44 или даже 43°, учитывая топорность инструментов.

Отнимает от 90° эти цифры и получаем полосу от 45 до 47° северной широты, если я прав и меня не забросило слишком далеко. А это… Крым, Керчь, побережье Азовского или Черного моря. Если подумать, то можно сказать точнее — гряда холмов повышалась на юго-запад, и сходила на нет в этой точке. Степь на севере за рекой… Все таки это Крым. Примерно в этом районе в далёком будущем будет находится Феодосия.

Отлично, уже какая то определенность. Хотя климат явно прохладнее, степь, несмотря на конец лета — это я заключил по спелым плодам, — насыщенного зелёного цвета. Растительность не выжжена солнцем, деревья не спешат сбрасывать листву. Значит, и зима тут мягкая.

А вот это уже очень хорошая новость!

Я позвал Эрику, и стал собирать инструменты. Девчонка с интересом рассмотрела рисунки на песке, даже потрогал рукой проведенную окружность.

— Дим, это сила эн-ой?

Меня снова подозревают в шаманстве…

— Нет, эти рисунки указали мне, где мы сейчас находимся.

Эрика рассмеялась:

— Мы же на берегу большой плохой воды, разве ты не знал?

— Я узнал где в мире находится земля, где мы стоим, и вот эта плохая вода, — обвожу рукой море.

Эрика задумалась. Масштаб мира явно не укладывался в ее голове. Но вот следующий вопрос меня удивил:

— Дим, где в мире находится твой род?

Если бы я знал… Точно не на этом берегу.

— Там, — указываю за реку. Очень далеко, за многие дни пути отсюда.

— Дим шел к нам? Ты шел к моему роду?

Я пожал плечами. Как объяснить, что для меня важнее не расстояние, а тысячи лет, отделяющих меня от привычного мира.

— Я умер в пути. Потом снова вернулся к живым людям.

— Это очень далеко, если ты стал стариком и умер. Наши охотники никогда не ходили дальше пяти солнц.

Пять дневных переходов… Учитывая выносливость неандертальцев, это даёт радиус в 200 — 250 км. Огромное расстояние…

— Нет, я не был стариком. Меня убили другие люди.

— Люди не убивают людей. Или …

Эрика задумалась, вспоминая.

— Когда я была как Кира, к пещере принесли странного черного человека. Мертвого. Он вместе с другими черными напал на наших охотников. Их убили, но черные тоже успели убить троих людей. Тебя убили черные?

Вот и первое подтверждение стычки между кроманьонцами и неандертальцами. Как Кира… на вид ей сейчас около двенадцати, значит это было очень давно, больше семи лет назад.

— Да.

Отвечаю правду, меня ведь и вправду убили далёкие потомки этих черных…

— Ты сильный эн-ой… Никто раньше не становился снова живым после смерти.

Я молча пожал плечами. Хочет думать, что я шаман — не буду ее разубеждать, сейчас это пойдет только на пользу моему племени.

Вручил свёрток с инструментами Эрике, иду набивать солью мешки. Сейчас я уже немного окреп, попробую набрать больше. Соль — это способ сохранить рыбу на зиму, да и как приманку ее можно использовать, для крупных травоядных.

Назад добрались без приключений. Моя спутница по дороге нарвала большую охапку полезных растений, а я сумел рассмотреть множество нор в траве и среди кустарников. Тут жила большая колония сурков, и на них можно попробовать поохотится.

В пещере ярко пылал костер, дети не подвели, обжиг образцов керамики продолжался. От жара пещера прогрелась, воздух стал сухим и горячим. Сейчас света было больше, и я мог хорошо рассмотреть свой новый дом. Большой круглый зал, по его периметру тянется каменная ступенька, около полуметра высотой. В боковых стенах темные провалы ниш, пять слева и семь справа. А в торце виднелись несколько забитых камнями и мусором узких проходов и расселин.

Свод пещеры пересекала широкая трещина, и, похоже, она тянулась до поверхности. В нее лёгкий сквозняк затягивал дым от костра.

Рыба уже жарилась на костре, Тор с братом отлично освоили рыбалку с помощью вершей, и сегодня сами сплели ещё несколько. Уловы росли с каждым днём, и с завтрашнего дня начнем сушить добычу, пока ещё солнце по — летнему жаркое. Мой взгляд наткнулся на горку спелых груш — их тоже будем сушить.

Пора начинать заготовку продуктов. Вряд ли зима будет долгой и холодной, но река на пару месяцев, а то и больше, точно покроется льдом. Этот период нужно пережить без потерь!

За ужином Лена с гордостью демонстрирует мне моток плетёной кожаной веревки. Хвалю всех маленьких рукодельниц, ведь и правда, веревки очень нужны. Жаль, запас кожи практически закончился, но я уже знаю, чем ее заменить — заросли крапивы у реки. Ее волокна довольно крепкие, вымахала она больше метра в высоту, проблем с материалом не будет.

Толь и Слав тащат свои поделки — две заострённые и обожжённые на концах ровные палки. Кора снята, все сучки сточены об камень. Мальчишкам всего то по пять — шесть лет…

И этих хвалю, старались! Но завтра я им поручу другое дело…

Старшие близнецы хотят на охоту. Что ж, как вождь, поддерживаю это начинание. Тур хватает копьё, явно великоватоые для него, и показывает, как будет убивать самого большого бизона в степи. Тор его поддерживает, но, подумав, на бизона замахивается не стал, выбрав своей воображаемой целью козу. Великие охотники… Я едва сдерживаю улыбку. Эрика отвернулась, чтобы не обидеть своих братьев, и тоже смеётся. Понимает всю несбыточность их желаний.

Встаю, и, положив руки на плечи моих маленьких охотников, киваю

— Тор, Тур, вы обязательно убьете этих зверей. И я сам поведу вас на охоту. Но не сейчас. Завтра же мы будем охотится на сурков!

Близнецы не спорят, сурки так сурки. Они уже неплохо понимают меня, даже без перевода Эрики.

Юр, самый младший, тоже желая показать, что и он добытчик, подходит ко мне, что — то сжимая в маленьком кулачке. Протягиваю ладонь, и на нее падает несколько довольно крупных орехов. Молодец! Ещё один ресурс в нашу зимнюю копилку.

Сегодня впервые слышу, как в разговорах между собой дети используют русские слова вместо родного им наречия. Часто искаженные, иногда совсем непривычно звучащие, но ведь для них прошло меньше недели!

Постепенно разговоры стихают, а я, прикрыв глаза, обдумываю результаты сегодняшнего похода.

Крым… Крымские горы содержат мало полезного — да, здесь находили полудрагоценные камни, даже золото, но сейчас мне они не нужны… На востоке, ближе к Керченскому проливу, были месторождения железа, и извести, но вот с углем и лесом все плохо. Полуостров не изолирован, африканские дикари свободно тут шастают, разнося болезни и убивая местные семьи неандертальцев.

Из плюсов — близость моря, доступ к запасам соли, теплый мягкий климат.

Пытаться осуществить технологический рывок здесь — очень сложно, скорее вообще невозможно. Даже если мое маленькое племя выживет, повзрослеет, мы обречены. Неандертальцев мало. Даже не так — их катастрофически мало… Негры их сметут, походя, даже не заметив.

Основной поток миграции кроманьонцев идёт по побережью Азовского и Черного моря, в Европу. Идти на север, в степи Слобожанского края и Донбасса? Да, та есть железо и другие металлы, уголь, природный газ, огромные запасы соли и мела. Но там мы встанем на пути этой бесконечной орды переселенцев.

Допустим, мы вырвемся из Крыма, и даже незамеченными пройдем по Южному Кавказу, и дальше, за Урал, в таёжные леса и тундру Сибири. Там тоже есть все для быстрого старта цивилизации, но вот неандертальцев или нет, или очень мало. Да и земли эти заселены родственным видом людей. Денисовцы, как их называли в мое время, вряд ли образуются незваным гостям. И снова, пусть теперь не мы, а наши дети и внуки вымрут из-за недостатка свежих генов и войн…

Идти на Запад, в Европу, в надежде присоединится к сильному племени? История показала, что это тупик… Рассеянные по огромной территории, неандертальцы жили обособленно, и даже их самые сильные семьи были на порядок меньше по численности племен кроманьонцев.

Собрать семьи древних людей, живущие рядом, в Крыму и на побережье? Это здесь я вождь, а там — никому не известный подросток, без авторитета и сильного племени за спиной. Но эти люди нам нужны!

Пожалуй, это и станет для меня первой главной целью — любыми средствами увеличивать численность моего народа. Когда-то я читал, что для полета к Проксиме Центавра и основания колонии нужно всего сорок девять пар людей, правда, генетически не родственных. В другой статье говорилось, что популяция практически гарантированно восстановится с цифры пятьсот человек. Наконец, были гипотезы о трижды пройденных людьми "бутылочных горлышках", когда численность вида падала до тысячи двухсот особей.

Собрать хотя бы две тысячи неандертальцев, рассеянных по всей Европе… Это вообще возможно?

Людей нужно как-то привлечь… Силой? Не выйдет, меня просто убьют, какими бы миролюбивыми со слов Эрики, они не были.

Подарки, подкуп? Так можно в будущем будет получить невест моим подросшим парням, и, если, постараться, даже новых воинов. Но другой род все равно не сдвинется с места…

А вот когда при следующей встрече эти люди расскажут своим бывшим родичам о высоком уровне жизни в моей семье и комфорте, это может сработать!

Это и станет моим первым шагом — непрерывный рост уровня жизни. Да, они пока дети, но это временный недостаток. Неандертальские подростки по силе не уступают взрослым моего времени. Они легко учатся, если не заняты добычей пищи.

И с завтрашнего дня я направлю их энергию в нужное русло!

Глава 2. Племя Солнца

И две тысячи лет война

Война без особых причин

Война — дело молодых

Лекарство против морщин

Красная-красная кровь

Через час уже просто земля

Через два на ней цветы и трава

Через три она снова жива

И согрета лучами звезды по имени Солнце

Группа "Кино", "Звезда по имени Солнце"

Я ударил по стене, и на камне появилась восьмая зарубка, началась вторая неделя новой жизни. Моя семья оправилась от болезни, пропал досаждающий первые дни кашель. Река стала основным источником пищи, и призрак голодной смерти на время отступил.

Дети в разной степени освоили несколько десятков русских слов, Тор, Тур, и особенно Эрика уже неплохо могли говорить на новом языке. Наметились первые направления прогресса — пенициллин, керамика, плетеные веревки.

Сегодня за рыбой пошли Слав и Вит. Юр и Кира собирали дикие груши, Толь — дрова для костра. Лена, Соня и Тая, обмотав руки шкурами, таскали в пещеру стебли крапивы. Вскоре все подходящие камни у входа были заняты сохнущими на солнце дольками плодов, а в центральном зале уверенно росла горка материала. Я показал Эрике, как удалять из стеблей мягкую сердцевину, и она увлеченно размочаливала стебли на волокна.

Костер теперь горел непрерывно, и излишки рыбы, натертые солью, подсушивались над огнем, и затем досыхали на ветру. Высохшие тушки я складывал в большой мешок, подвешенный к потолку одной из ниш, чтобы к запасам не добрались грызуны.

Близнецы получили задание собрать все мелкие трубчатые кости птиц перебирая вынесенные раньше из пещеры горы мусора. Я задумал поставить силки на сурков, а чтобы зверьки не перегрызли веревки, защитить их костяной броней.