На чердаке пахло пылью и масляной краской. Из пролома в крыше лез вечерний оранжевый свет. Слышались голоса, хлопали чьи-то крылья. Вбежал Василь, встрёпанный и потный. Воскликнул:
— О!
А потом:
— Оборудование попортили. Вычту из зарплат!
И, наконец:
— Живы!
Крист чихнул. А Стафен сказал:
— Будь здоров.
И рассмеялся. Живы.