Шаман наших дней

Шаман наших дней

Глава 1

Каждая дверь не случайна. Каждая дверь - это портал. Портал между мирами, своим и чужим. И на самом деле большой вопрос, где именно находится ТВОЙ мир, с какой стороны двери. И так ли нужен этот переход из мира в мир? Ведь за что Ромул убил своего брата Рема? За то, что он перепрыгнул черту будущего города, то есть нарушил границу между своим и чужим мирами. А прошёл бы он сквозь двери или врата, возможно, что-то и изменилось бы в лучшую сторону. Впрочем, история не знает сослагательного наклонения.

Мужчина на секунду остановился перед закрытой дверью, выдохнул, откашлялся и протянул аккуратную ухоженную руку к самой обычной дверной ручке, которая была прикручена там, где ей и положено было быть: на обитой чёрным дерматином двери. Но его пальцы схватили лишь пустоту и сжались в кулак, а сам мужчина по инерции наклонился вперёд и чуть не упал. Однако ни о какой мистике речь в данном случае вовсе не идёт. Просто двери, как известно, открываются с двух сторон, и дверь перед ним в данный момент была распахнута изнутри.

- Проходите, Вадим – проговорил высокий худощавый мужчина с заострёнными чертами лица, пронзительным взглядом и нездоровым, землистым цветом кожи. Вадим чуть-чуть замешкался, затем прошёл в прихожую и огляделся. Обычная прихожая с абажуром и платяным шкафом, слева ванная и туалет. Прямо - кухня и спальня. Хозяин прикрыл за гостем дверь и указал рукой сначала на тапочки, а потом на комнату в конце коридора. Пока гость переобувался и шёл следом за хозяином, мужчины молчали. В комнате, которая одновременно была и залом, и рабочим кабинетом, хозяин так же жестом указал гостю на низкое кожаное кресло, а сам сел напротив и заговорил негромким, чуть хрипловатым голосом:

- Меня зовут Александр. И прежде чем вы озвучите мне свою просьбу, я хотел бы услышать всю предысторию обращения.

Вадим окинул взглядом комнату, чуть задержался на огромном книжном шкафе со стоящими на полочках фигурками животных, потом на висящем на стене двухметровом рыцарском мече и, наконец, посмотрел в глаза хозяину квартиры. Тот без труда выдержал эту дуэль, и теперь уже Вадиму пришлось прятать глаза от его немигающего, будто бы змеиного взгляда. Но спрятав их, Вадим тотчас же наткнулся на другой, ещё более тяжёлый и серьёзный взгляд. И принадлежал этот взгляд... крупному чёрно-рыжему коту!

- Ну короче. У меня был брат-близнец, Игорь. – начал рассказ мужчина, откинувшись в кресле и расслабленно положив одну ногу на другую, - Это был талантливый пацан, медик, художник. Он институт закончил, жениться собирался, ну чо, как все чтобы. А потом ночью его какие то козлы ножичком почикали у подъезда… Вот я сейчас и хочу с ним побазарить. Скучаю, типа, сильно! По братану. А ты, говорят, шаман, – гость неопределённо обвёл рукой помещение, - и что мне братана с того света позвать можешь.

Шаман смотрел на горящую в пиале ароматическую траву и молчал. Молчал и гость. Кот, развалившись на огромном кожаном диване, лениво жмурился от ярких лучей солнца и, казалось, улыбался каким то своим, кошачьим мыслям. И только старинные часы-ходики равнодушно тикали на стене, не давая тишине стать окончательно звенящей.

- Вы мне многое не договариваете, – глядя будто сквозь собеседника, сказал Александр. - Я вам помочь не могу. И не хочу. Кем был покойный брат?

- Слышь! Тебе-то какая разница? – начал психовать Вадим. – Ты мне Игорька сюда вытащи, а я денег отстегну. Много денег. А остальное не твоего ума дело, понял?

- Вадим! Мне очень не нравится, когда меня пытаются использовать. Либо вы рассказываете всё как есть, и я думаю над этой просьбой, либо сразу уходите отсюда, – в голосе шамана послышались стальные нотки.

- Ну хорошо, – неожиданно быстро согласился Вадим и, барабаня пальцами по поручню кресла, заговорил доверительно, старательно подбирая слова и избегая жаргонизмов.

- Я хочу у брата спросить имена его убийц, найти их, выследить и сдать мент… полиции. Чтобы типо зло было наказано. А то что же это получается? Братана черви точат, а злодеи ходят по кабакам и девчонок там жмут вволю? Куда только Бог смотрит?! Или шаманы в него не верят?

- Шаманы в принципе не верят, шаманы знают, – поправил его Александр, – знают многое. Что же касается зла и добра, то это просто колебания системы. Влево или вправо, вперёд или назад, к злу или к добру, это не так уж и важно для Вселенной. Пока система колеблется, она движется, развивается, а значит, и живёт. Как только она сбалансируется, то остановится и замрёт. Как камертон. И жизнь остановится. Впрочем, вам ведь это не интересно, вы о зле знаете не понаслышке. Ведь вы уже убили троих из тех, кто зарезал вашего брата.

Вадим попытался вскочить и выхватить нож, но получилось только нелепо дёрнуться и завалиться вниз лицом на стол. Витиевато выматерившись и вдоволь надёргавшись, парень затих, уткнувшись лицом в столешницу. Александр наклонился вперёд и ехидно поинтересовался у него:

- Сложно угрожать, когда лежишь безвольной куклой? - потом поднялся, обошёл вокруг стола и усадил гостя вертикально. – Ваш брат не был художником. И медиком он тоже не был. Это ложь. Он был преступник, киллер экстра-класса. Но однажды показал тайник с деньгами и этим подписал себе приговор. Но вот беда, тайник был пуст, а исполнители затребовали денег не только за убийство, но и за молчание. Троих вы сразу убили, а потом вспомнили про перстень, что был у брата всегда на пальце, но исчез после убийства, так? И решили разыскать. Только зря. Проклят тот перстень, а брат это знал и был его жрецом. Четвёртый из убийц, тот, что сумел сбежать, уже и сам мёртв. А если вы найдёте перстень, то тоже умрёте. Перстень не просто убивает, он собирает души убийц. Теперь можете убираться отсюда вон, я не стану звать вашего брата из глубин Нижнего мира.

Вадим нерешительно пошевелил пальцами, затем рукой, затем медленно и аккуратно поднялся из кресла, придерживаясь за его спинку.

- Вы меня ментам сдадите, да? - спросил он у шамана.

- Нет, – пожал тот плечами, – это не моё дело. Никто не умирает не своей смертью. Каждый уходит в своё время. Так что карать вас я не собираюсь, однажды это сделает судьба. А сейчас уходите!

Вадим, шатаясь, побрёл к выходу из комнаты, затем испуганно вернулся, положил на кресло конверт с деньгами, глянул на неподвижное лицо Александра и, вынув из кармана ещё горсть мятых купюр, не считая, бросил их рядом с конвертом. Затем кивнул своим мыслям и как мог быстро покинул квартиру шамана, едва не упав на пороге.

Кот не спеша спрыгнул с дивана, подошёл к креслу и, встав на задние лапы, обнюхал деньги.

- От них пахнет кровью и порохом! – внятно подумал он. – Опять все в детдом унесёшь?

- Да, – подумал ему в ответ шаман, – а у тебя есть другое предложение?

- Есть. На первом этаже живёт мать-одиночка. Купи ей швейную машину, она будет на еду портняжить.

- Куплю, тут всем хватит, – улыбнулся уголками губ шаман. – А ты за последние сто лет стал мудрее, да и в размышлениях о дверях и границах есть зерно разумного.

Кот демонстративно фыркнул, закатил глаза и вернулся на диван, обернув вокруг себя огромный пушистый хвост.

© Copyright: Тимофей Клименко

Глава 2

Люди всегда к чему-то стремятся. Чего-то хотят, добиваются, движутся. И будто бы не осознают, что их движение конечно. Что когда-то они остановятся навсегда. Что однажды в череде дорог и дверей они встретят свою последнюю дверь. Ту, после которой уже не будет других. Но они откроют её и переступят свой последний порог. У кого-то она будет вести в жилище, а у кого-то, наоборот, из жилища, но суть не в этом, а в том, что она последняя. Но что бы изменилось, если бы осознавали? Скорее всего, научились бы ценить своё время, свою жизнь и свой путь. Научились бы наслаждаться жизнью, идти по ней не спеша и смакуя каждый шаг, каждый путь, опять же каждую дверь… Но люди этого не понимают, оттого и спешат, и торопятся, и падают, как снежинки на ладонь: навсегда и не заметно для других.

Трое мужчин быстрым шагом поднялись по ступеням и остановились на площадке так, что один оказался перед дверью в квартиру, а два других блокировали собой ступени вверх и вниз соответственно. Стоящий перед дверью сделал предостерегающий жест, и все трое одновременно замерли. Выждав несколько секунд и убедившись, что вокруг нет никого кроме них, мужчина кивнул своим спутникам и занёс руку вверх, чтобы постучаться. Но дверь в ту же секунду распахнулась, и в образовавшемся проёме перед ними предстал сам хозяин квартиры.

- Проходите, – его голос звучал одновременно и устало, и саркастично. Но гости, не дожидаясь разрешения, уже вбежали в квартиру и, на ходу достав оружие, тотчас осмотрели помещение. В небольшой, тускло освещённой прихожей остались только хозяин квартиры и тот из гостей, что хотел постучаться в дверь. Он явно был главным и всем видом показывал собственную значимость и силу. Продемонстрировав чёрный короткоствольный пистолет, он качнул дулом в сторону двери. В это же время подельники вернулись после осмотра в прихожую и, не обнаружив никого постороннего, доложили об этом коротким и ёмким словом «Чисто!». Хозяин, мужчина неопределённого возраста, в тёмном свитере и таких же тёмных неприметных брюках, удивительно гармонировал с прихожей, будто бы растворяясь в ней. Он был гораздо выше своих гостей и, пользуясь этим, смотрел на них слегка свысока. С улыбкой закрыв входную дверь на несколько оборотов, мужчина картинным полупоклоном указал на дверь в конце коридора. Грабитель так же картинно поклонился в ответ и кивнул, чтобы мужчина шёл первым. Сам он пошёл следом. Главарь был молодым, крепкого телосложения парнем, которого можно было бы назвать даже вполне привлекательным, если бы не шрам от левого угла рта и почти до самого уха. За ними шли подельники. Это были люди из той породы, для кого атрибутика важнее сути. Их наколки были сделаны не в тюрьме, а в тату-салоне, а золотые фиксы, что они установили в районной поликлинике вместо здоровых зубов, служили исключительно для имиджа. Но это не мешало двум круглолицым розовощёким братьям считать себя авторитетами уровня Дона Корлеоне.

Комната, в которую вошли все четверо, представляла собой довольно просторное помещение с огромным книжным шкафом, тремя креслами, кожаным диваном и низким резным столиком из тёмного дерева. На стене висели часы с гирьками в форме еловых шишек, а в шкафу рядом с книгами стояло несколько чучел животных. На диване лежал крупный чёрно-рыжий кот, который удостоил вошедших лишь беглым взглядом полуоткрытых глаз. Хозяин прошёл к одному из кресел, сел в него и, еле заметно улыбаясь, вежливо представился грабителям.

- Меня зовут Александр. Я шаман, и я слушаю вас.

- А нас не зовут, мы сами приходим, - пошутил главарь, и соратники подобострастно засмеялись. – Санёк, ты блаженного мне тут не строй, я точно знаю, что денег ты зашибаешь нехило. Отдай по хорошему, не жадничай, и тогда даже пыль в шкафу останется лежать на своём месте.

- То есть вы считаете, что придя в мой дом, вы можете угрожать мне, шаману и Стражу миров? Так?

- Так. А не отдашь по-хорошему - всё равно заберём, – главарь выразительно посмотрел на шамана и навёл на него пистолет, – но уже по-плохому!

Тот с лёгкостью выдержал взгляд и поинтересовался:

- Вам никто не говорил, что к незнакомым людям нужно обращаться на «Вы»? Очевидно, нет. А ваши угрозы довольно занимательны и смешны, хоть и маловероятны. Вы тут постойте, а я сейчас наведу себе чай, и мы продолжим эту светскую беседу!

– Александр поднялся и прошёл мимо не шелохнувшихся людей в коридор. Кот, наблюдавший за сценой с дивана, улёгся поудобнее и стал пристально рассматривать грабителей. Потом прикрыл мягкой лапой глаза и удручённо покачал головой. Вскоре в комнату вернулся Александр с кружкой ароматного смородинового чая и уселся обратно в кресло. Он не спеша отхлёбывал чай и рассматривал стоящих перед ним замерших людей. Потом его взгляд стал рассеянным и устремился, куда-то мимо своих визитёров. Пока шаман пил чай, кот тоже смотрел куда-то в одну точку рядом с главарём грабителей.

- Сергей, как вам спится? Кошмары не мучают? – спросил шаман у главаря, наслаждаясь ароматом смородины из своей кружки.

- Ты урод! Ты что с нами сделал, гад? – закричал тот, смешно взвизгивая и растягивая слова.

- Если сейчас же не извинитесь, оставлю немым на всю жизнь, – спокойно проговорил Александр, швыркая чаем. - Так что же со снами?

- Извини… те. Я больше не буду. Кошмаров нет... Спокойно всё…

- Странно. Вы убили как минимум четверых, и трое из них жаждут мести, а вы спокойно спите. – И, перехватив недоумённый взгляд, пояснил: – Их духи сейчас рядом с вами. Милиционер, подельник-бандит, человек, который пытался убежать, и девушка из поезда. Они у вас за спиной.

- Они все сейчас здесь?

- Все.

- И хотят моей смерти?

- Хотят.

- Ты… Вы… Вы меня убьёте?

- Нет, я шаман, а не палач. Да и девушка просит не убивать.

Внешне ничего не изменилось, Сергей стоял так же, как и замер, чуть наклонившись вперёд, и с направленным на шамана пистолетом, но голос его предательски задрожал.

- Почему? Почему она просит не убивать?

- Говорит, что давно простила и не хранит в душе зло. Как и его, – Александр кивнул на застывшего в попытке сесть в кресло второго бандита, – простили собаки и кошки, которых он с друзьями замучил в подвале. Впрочем, не все, так что бродячих животных ему остерегаться всё же стоит. Если останется жить.

- Блин, а где именно она сейчас? Я хочу извиниться! Я это, дурак короче, я… я… - начал тараторить Сергей, но шаман его прервал.

- Дурак, конечно дурак! Неужели трудно было выяснить, кого идёте грабить? Что же касается убийств, то тут вы Сергей не дурак, а убийца. Хладнокровный и жестокий. И дружки такие же мерзавцы, – Александр встал и прошёлся по комнате между оцепеневшими гостями.

- Мир находится в движении, но стремится к равновесию. Правое уравновешивает левое. Низ уравновешивается верхом, а зло добром. Я не знаю, сколько вам осталось жить, – шаман обращался уже ко всем троим, останавливаясь около каждой живой скульптуры и заглядывая в глаза с видом усталого учителя, ругающего нерадивых учеников. – Я не знаю, что вам нужно делать, чтобы уравновесить всё то зло, что вы уже совершили. А если бы и знал, не сказал. Ведь это должно исходить от вас самих. Я даже не знаю, успеете ли вы совершить столько добра, мне это совсем неинтересно. Я накажу только за этот глупый визит. А как жить дальше, решайте сами. Если хотите. Жить.

С этими словами шаман щёлкнул пальцами и вывел грабителей из оцепенения. Затёкшие за время вынужденного стояния суставы отказались подчиняться, и люди тут же со стонами попадали на пол. Александр подошёл к окну и, дав грабителям пару минут прийти в себя, подозвал главаря:

- Сергей, подойдите, пожалуйста, сюда. Детский городок видите?

- Да.

- Вот вместе с Антоном и Михаилом вы до заката должны его покрасить. И цветы на клумбу высадить. Сами, своими руками. Не сделаете - снова так же замрёте, но в самый неподходящий момент. За рулём или в бассейне, например.

- Но ты же сказал, вы… что не палач и что не убьёте?

- А я и не убиваю, – улыбнулся уголками губ шаман. – Я же оставляю возможность жить, для этого просто нужно уравновесить хотя бы часть зла добром.

- А можно мы людей наймём? Если кто-то из братвы увидит, что я двор мету, я же сразу масть козырную потеряю, я же…

- Либо делаете, как я сказал, - шаман прервал бандита на полуслове, - либо не делаете. И тогда всё равно будет так, как я сказал.

- Ну давай, убей нас сейчас! – закричал молчавший ранее Михаил, ползая у ножек кресла. - Давай, если такой крутой!

- Правда? Прямо сейчас? – спросил шаман.

- Нет! – столь же горячо возразил бандит и, чуть помолчав, поинтересовался:

– А что именно нам делать-то надо, чтобы по жизни косяки отработать? Может, куда-нибудь денег дать? Сиротам или старикам?

- Деньги решают далеко не всё. И вы сейчас сами это прочувствовали на своей шкуре. Вы видели силу, неподвластную ни деньгам, ни пистолету. Чем именно искупить своё зло, вы должны решить сами. Не бойтесь экспериментировать, добра в мире мало, всегда найдется свободная ниша. Ещё вопросы есть?

- Александр, но мы же до заката не успеем, у нас нет ни цветков, ни краски, – вмешался молчавший ранее Антон, – мы реально не успеем! Дайте ещё день, а лучше два!

- Если боитесь не успеть сделать, значит торопитесь делать. Это про площадку и про всё остальное. А сейчас пошли вон!

Когда за неудачливыми грабителями захлопнулась дверь, шаман мысленно обратился к коту:

- Ну и что ты думаешь обо всём этом?

- Что я, как и всегда, прав! – потянувшись, ответил тот. – Они увидели свою последнюю дверь и страшно захотели жить, только пока ещё не все осознания пришли в их тупые головы. Но, клянусь кончиком хвоста, придут обязательно. Лучше бы ещё и при жизни.

Шаман тем временем поудобнее уселся в кресло и зажёг в пиале пучок ароматной травы.

- Далеко собрался? – поинтересовался у него кот.

- Мне нужно встретиться с Аней.

- С этой призрачной брюнеткой, что просила не убивать Сергея?

- Да. Мне нужно у неё кое-что спросить, – скороговоркой ответил шаман, – но это по делу.

- Ну-ну, – ухмыльнулся кот. – И конечно же, именно сегодня ты не зовёшь меня с собой в Нижний мир? Впрочем, удачи тебе! Иначе без женской ауры у меня каланхоэ точно погибнет.

Старушки, сидя на лавочке, наблюдали за молниеносным преображением детского городка.

- Ты погляди, как стараются-то ребятки! Даже курят на ходу!

- Да, ни минуты не стоят! Будто бы за орден работают!

- Как же, за орден! За деньги. За большущие деньги!

- Нет, те, кто за деньги, они в одёже форменной и в жилетках. А енти в пинжаках!

- А кто тогда они? ЖЭК, что ли?

- Как же, ЖЭК… Держи карман шире! Это, наверное, опять колдуна нашего с третьего подъезда обокрасть хотели, а ён их и проклял!

- Да ну тебя, глупости!

- Саму тебя ну! А то, что всю зиму у нас снег во дворе участковый с братом своим, рэкетиром поганым, каждое утро чистили, это тебе не глупости? А то ишь ты, не верит она…

© Copyright: Тимофей Клименко

Глава 3

Что такое добро и что такое зло? Кажется, что ответ очевиден, но это только в теории, а в жизни всё гораздо сложнее. Вот, к примеру, построить на берегу моря санаторий. Это благо. Это добро. Это спасёт множество людей от болезней. А какой урон при этом будет нанесён природе? Сколько леса, животных и рыб будет уничтожено? Сколько мусора будет выброшено в море и во время строительства и позже? Для природы этот санаторий будет как раз злом. Или если волк поймал зайца и принёс его своим голодным волчатам, спася их тем самым от смерти. Для волчат это благо. И для волка. Но не для зайца. Вот и получается такой парадокс, что добро и зло, благо и вред, каждый разграничивает и оценивает по своему усмотрению и применительно к себе. Так, как удобнее и лучше для себя.

- Проходите! - Александр открыл дверь перед очередной посетительницей за мгновение до стука. Дама свысока оглядела его, задержалась взглядом на явно не новом свитере, на двух-трёхдневной щетине и впалых щеках, скривилась и, не переступая порога, высокомерно поинтересовалась:

- Колдун Александр принимает?

- Проходите! – повторил шаман. Женщина неопределённо хмыкнула и прошла в прихожую. Александр молча указал ей взглядом на стоящие у стены тапочки и прикрыл входную дверь.

- А без этого нельзя? – спросила гостья, с отвращением кивая в сторону тапок.

- Нет.