Алёша Попович

— То есть, хуже, чем пятьдесят на пятьдесят?

Старичок немного помолчал и выдал:

— Да, немного хуже.

— Идём к князю.

— Сначала завтрак. Лукерья Степановна вчера строго-настрого предупредила, чтобы к ней с утра зашли.

Еда вновь оказалась сытной и приятной глазу. Участковый опять не задумывался над этим. Он вдруг осознал, что не успокоится, пока не увидит Алёнушку живой и невредимой.

Поэтому шагал по улицам Ростова твёрдым и быстрым шагом. Авось еле поспевал за ним, но и не ругался.

Вчера эксперт сказал, что у старшего приказчика Зайцева был плохой день. Катастрофически плохой. И это навело на определённые выводы. Значит ли это, что таким образом можно будет давать оценку всем людям: свидетелям, потерпевшим, подозреваемым? Разумеется, это не самое точное доказательство, но косвенное. А несколько косвенных задают направление и темп, а там и твёрдые факты найти можно будет.

Участковый краем глаза увидел, как напарник покосился на него.

— Ещё скажи, что процент нашей сегодняшней удачи немного подрос.

— Да. Как ты догадался? — удивился Авось.

— Правильные мысли в голову пришли. Нам папка нужна, — вскинулся младший лейтенант, остановившись посередине дороги, — бумаги складывать.

— Авось, у князя найдётся, — проворчал божок, — чай, не бедный.

— Да и обязан обеспечить, — кивнул Алексей и добавил, — родную дочь.

Старшая дочь Василия оказалась в порядке. Более того, она оживилась при появлении участкового, засмущавшись и мило улыбнувшись.

— А это твой эксперт? — удивился князь, указав на божка.

— Да, ваше Темнейшество. Не всегда точный, но единственный в своём роде.

— Это как же?

— Иногда может определить то, о чём другие вовек не догадаются. У меня два вопроса.

— Валяй.

— Первый — дозвольте посмотреть на ваши карты.

— Хочешь Гореловку свою увидеть?

— И её, родимую, тоже.

На одной карте были княжества, сплошь русские, что располагались вокруг Ростовского. На другой — само Ростовское княжество. Никакого совпадения с тем, что читал и видел младший лейтенант в фолианте, не было.

Да и Горелово находилось по отношению к Ростову совсем не там, где Гореловка.

— Вот твоя родная деревня, — палец князя скользнул по названиям, — рядом Водовка, там две речки пересекаются, чуть дальше Изобильное. Что за второй вопрос?

— Пусть отныне Алёнушка с нами повсюду ходит, всё записывать будет. Вчера у купца Зайцева старший приказчик повесился. Только у нас сомнения появились, что сам он это сделал.

— Думаешь, помогли?

— Очень похоже. Вот вчера уже нужно было фиксировать результаты сыскного дела.

— Правильно говоришь, — задумался князь, — верно. Что ж, так и решим.

— Только одеться ей надо попроще.

— Хорошо.

— И да, ещё такой вопрос. А насколько ей безопасно с нами без охраны по городу ходить? Я имею в виду, что с дураками да случайной шпаной я и сам справлюсь. Но ежели её захотят похитить, да бросят на это дело человек тридцать-сорок, то я не сдюжу.

— До сих пор она сама по городу ходила, — удивился князь, — инцидентов не было.

— Вам никто не угрожал раньше? Может, зуб кто-нибудь на вас точит?

— Врагов много, но и дружина всегда под рукой, — усмехнулся Василий, — надо будет — половину Ростова вырежем. Это все знают.

Такая кровожадность не понравилась Алексею, но немного успокоила.

— Ну, и к записям папочка нужна, чтобы бумаги хранить.

— Подойдёт? — князь вытащил из шкафа кожаную папку коричневого цвета с тёмно-фиолетовым узором по краям.

Участковый чуть слюну не пустил от зависти.

— Супер, — прошептал он.

За такое чудо кожевенной промышленности он бы многое отдал. В руку папка ложилась идеально, весила немного, закрывалась коваными крутыми заклёпками. Мечта любого мента!

Вскоре пришла служанка с готовой формой тёмно-фиолетового цвета. Одетого Алексея долго крутили, осматривая со всех сторон.

— Ну и мастерица у вас, ваше Темнейшество, — бормотал Алексей, — до того ладно сидит, словно в ней и родился.

Служанка зарделась, поклонилась и, довольная, ушла.

— Так что там вчера случилось? — князь указал на кресла.

Алёнушка хотела выйти, но участковый задержал её:

— Раз ты в деле, то тебе тоже надо слушать. Да и записывать.

Отец кивнул и дочь осталась. Участковый подробно, в деталях описал лавку, молодого продавца, купца Зайцева, комнату старшего приказчика и всё, о чём они говорили.

— Хм, любопытно, — протянул Василий, — думаешь, справишься?

— Надо будет подробно опросить всех слуг, кто, где был вечером, кто кого видел рядом с домиком приказчика. А, может, и заходящим в него. И сопоставить все данные. Почти наверняка появится зацепка. Преступник не может предусмотреть все детали и мелочи, на этом обычно и попадается.

Алёнушка переоделась в простую одежду, и троица отправилась на службу. Алексей с удовольствием отметил, что девушка сняла все золотые и прочие украшения. Они только мешают в работе.

По дороге участковый вновь попытался узнать, угрожал ли кто-нибудь князьям, их детям в последнее время. Не случалось ли каких-нибудь чудных, странных, непонятных происшествий.

Алёнушка, подумав, на все вопросы отвечала отрицательно.

— Слушай, а, может, кто-то сватался, да ему отказали? Он мог затаить нешуточную злобу.

— С какой целью интересуешься? — рассмеялась девушка.

— Пока только с целью обеспечить безопасность своего сотрудника, — преодолев смущение, пробормотал Алексей, — появятся другие мысли — обязательно сообщу.

— А они ещё не появились?! — совсем развеселилась Алёнушка, — На Елену так пялился, что нам всем неудобно стало.

— Перепутал я, взаправду перепутал, — отрезал участковый, — никак не думал, что бывают разные люди, похожие друг на друга, словно близнецы.

— А та, с который ты перепутал, насколько близко ты с ней знаком?

— Мало, — честно ответил младший лейтенант, — только здороваемся при встрече. Но в нашей деревне попробуй не скажи кому-то «здрасьте», мигом охают и в остолопы запишут.

Алексей помолчал секунду и рассмеялся:

— Да я даже не знаю, кто её родители.

— Но говорил с моей двоюродной сестрой, как с хорошо знакомой.

— Это от неожиданности, — участковый резко перевёл разговор в другое русло, — когда я скажу, записывай все слова опрашиваемых. Мы потом будем перечитывать и сопоставлять.

— Хорошо, кивнула девушка.

Купец Зайцев потел утром не меньше вечернего. Даже платок в его руке был шире вчерашнего.

— Здравствуйте, Никифор Афанасьевич, — Алёнушка слегка поклонилась удивлённому мужчине.

— И тебе здравствовать, княжеская дочь, — купец всё-таки поклонился гораздо ниже, покосился на участкового, — успели пошить? Хороша ваша девка, ничего не скажу, мастерица.

— Спасибо, — ответил Алексей, — материал отличный. Что с пересчётом?

— Ерунда какая-то, — с досадой буркнул купец, — мелочь. За полгода мог покрыть недостачу не напрягаясь. Никто бы не заметил. А тут в петлю лезть? Сам уже не верю.

— Кто у вас финансами занимается?

— В основном жена ведёт, но главные вопросы решаю я сам.

— Где вчерашний мальчик?

Они стояли возле закрытой лавки, и Зайцев только пожал плечами.

— Спать пошёл, мы всю ночь считали, да перекладывали, умаялись, слов нет.

— Извините.

Алексей отозвал Авося в сторону и, нагнувшись к его уху, прошептал:

— У кого сегодня неудачный день в поместье?

— У самого Зайцева, — хмыкнул божок, но вдруг его брови поползли вверх, и он удивлённо зашипел, — у этого мальчика, что вчера с нами в лавке был и ночью пересчётом занимался.

— Никифор Афанасьевич, быстро, — повернулся участковый к купцу, — где спит паренёк? Нам надо бежать туда.

Они не успели. Купец поторопиться никак не смог, хоть и позвал слуг, чтобы путь указали, всё равно получилось медленно. Когда они прибыли на место, паренёк лишь дрыгал ногами. Его голова была расколота большим камнем, валявшемся тут же, в комнате.

— Я видел этот камень раньше, — проворчал слуга, которого крикнул Зайцев, — он валялся в траве. Показать, где?

— Да, — кивнул участковый, — конечно.

Скорее всего, камень лежал на пути злодея, и он прихватил орудие убийства. Таким образом, траектория маршрута преступника становилась немного известной.

— Вот тут, — ткнул палец слуги в высокую траву под забором.

— Ты не ошибся? Как ты его тут заметил?

— Намедни запнулся за него пальцем и осерчал. Хотел выкинуть за забор, но смог только поднять. На остальное сил не хватило.

Значит, убийца торопился, и он достаточно силён, чтобы спокойно дотащить каменюку до комнаты и кинуть на голову паренька. И не очень умён.

— Сделай рисунок, — повернулся участковый к девушке, — забор, место, где лежал камень и все строения поблизости. А также господский дом. А я замерю своими шагами расстояние до каждого объекта.

Алёнушка достала из папки лист бумаги, положила на папку и начала рисовать. Попович присмотрелся — чем-то вроде простого карандаша.

Затем принялся считать шаги. Заодно посчитал приблизительное время, которое понадобилось человеку, чтобы поднять камень и подойти к домику, где спал паренёк.

Минуты две. Алексей хмыкнул, кто-то запросто мог увидеть убийцу.

— Никифор Афанасьевич, нам нужно прямо сейчас собрать всех слуг и опросить их. Выделите нам комнату. Так, чтобы с одной стороны входили, а с другой выходили.

— На складе есть такая. Подойдёт?

— А где склад?

— Да вот он, — купец указал рукой на соседнее здание.

— Отлично, собирайте слуг, а мы пока погибшего осмотрим.

Ни в комнате убитого, ни на его теле ничего интересного не нашлось. Интересным был только тот факт, что камень разбил голову парня, словно тонкую скорлупу.

— Видать, силён мужик-то, — проворчал Авось.