Аномальщик 2

Нас встречает сам Сулимов.

— 12 минут 47 секунд, — с непроницаемым лицом сообщает он нам, потом смотрит что-то на экране своего Мити. — Жертв среди мирного населения нет, зачищено тварей 56 из 56. Зачёт по транспортировке раненой… — он смотрит на ротного, который что-то обсуждает по рации, тот кивает, — … зачёт засчитан, экзамен с учётом повышенной сложности сдан на отлично. Поздравляю, товарищи курсанты!

Мы с Майей переглянулись. У неё на лице было такое забавное выражение! Такая смесь радости и неверия!

— Спасибо за поддержку, товарищ подполковник! — я вытянулся по стойке смирно. — Если бы не вы, я бы и правда не знал, чем займусь весь следующий год!

Сулимов скривился, как будто лимон съел.

— А можно я уже слезу? — спросила сзади Лера, про которую я совершенно забыл.

— Как впечатления, Валерия? — спросил у неё Сулимов.

— Это было нечто! И совсем не страшно! — та аккуратно сняла шлем. — Не представляю, как они что-то видят, успевают среагировать. Такое впечатление, что они заранее чувствуют, куда стрелять, или что автомат сам стреляет!

— Вот этому здесь и учат, — Майя подмигнула мне.

Конечно, учат, как же. Просто отбирают тех, у кого под иномирным допингом что-то получается.

Только три пары не сдали экзамен, причём две из них — это молчуны из нашего отделения. Судя по их довольным лицам, они не очень-то и хотели. Уж не знаю, чем они по жизни занимаются, вроде не зеки, но полученные в учебке усиления им и без аномалий пригодятся, так что парни в любом случае не в проигрыше. А может, за этим и шли сюда!

Не все догадались зачистить подвал или чердак, и за это им снизили балл. Но было немало и тех, кто, как и мы, уничтожили 100 % тварей. И даже опередившие нас по времени были, чем очень сильно гордились! А мы радовались за коллег, ведь не обязательно быть всегда и во всём первыми, пусть и другие побудут!

Всё это нам рассказал ротный на построении.

Дальше те, кто не сдал, должны будут пройти в медсанчасть, им там поставят комплексную не то вакцину, не то сыворотку, в общем, укол. Подпишут кучу бумаг и до свидания. Повторно можно попробовать только через год, не раньше.

А тем, кто прошёл, предстоит подписать вагон и маленькую тележку разных бумажек. Ротный пошутил, что в среднем стержень на подписи уходит, на одного человека. Так что мы в учебке ещё на пару дней задержимся, нас будут вызывать по одному, и дальше всё объяснят.

Служить пойдём по распределению, и тоже нам всё объяснят. Одно известно — как парами учебку проходили, так парами и распределяют.

После построения мы переоделись, и наконец-то пообедали. После всех нагрузок и треволнений жрать хотелось просто жуть как. Под конец обеда за нашими молчунами пришла медсестра из лазарета. Мы им, конечно, посочувствовали, попрощались.

День прошёл в счастливом ничегонеделании. Нам разрешили отдыхать до самого окончания пребывания в учебке. Мы просто валялись по своим кроватям, и сержанты нам ничего за это не говорили. Кто-то играл в карты, кто-то ушёл на стадион играть в футбол… Мы с Майей валялись в обнимку, и, ни от кого не скрываясь, слушали музыку. А всё почему? А потому что мы уже не курсанты, а выпускники! А это почти то же самое, что дембеля! И нам — можно. Если не борзеть, конечно.

Потом на ужин позвали. Там к нам присоединились четверо отсеянных.

— Парни, а вы разве не в лазарете должны быть? — спросил у них Коля.

— Да нас уже отпустили, ща пожрём и домой, — ответил за всех Тимур. — Мы ж сегодня всё равно на довольствии, чё добру пропадать!

— А ещё двое где, ушли уже? — Майя оглянулась, чтобы найти недостающих.

— Нее, они в лазарете лежат, у них температура за сорок, сестричка сказала до завтра проваляются.

Мне это показалось странным, и, взглянув на нахмурившуюся Майю, я понял, что и ей тоже. Встретив мой обеспокоенный взгляд, она нахмурилась ещё больше.

После ужина дошла очередь на подписание документов и до нас.

Действительно, прочитать, понять и подписать пришлось целую гору бумаг. В первую очередь — подписки о неразглашении и согласие на установку нейроимпланта. Потом целую пачку бумаг, суть которых сводилась к тому, что нам объяснили, в чём риск работы аномальщиком и мы согласились. Нам и правда объяснили, только ничего нового не сказали — спасибо Завельеву и крысам, мы уже обо всём догадались. Заявление на поступление на службу в ряды аномальщиков. И, собственно, сам контракт сроком на пять лет. Уведомление о распределении: нам с Майей, как отличникам, разрешили выбирать, и мы выбрали «лакомое» распределение в сам Петрозаводск.

И, в дополнение ко всему, нам даже выделили жильё, по комнате в общаге каждому. Потом дали направления: на склад за обмундированием, в госпиталь на установку имплантов, сразу с указанием даты и времени, когда подходить.

Отдельным пунктом нам пришлось подписать ещё одну кучу бумаг на Чарли. Насколько я понял, наша с ним работа — это был особый эксперимент по использованию разумных иномирных животных для службы в рядах аномальщиков. Мы оказались не единственными участниками такого эксперимента, но всё же массовым это явление точно не было.

Установка имплантов нам была назначена на понедельник, 24 июля, а до этого времени нам надлежало явиться в расположение дежурной части, чтобы отметиться и познакомиться с начальством, переехать в новое жильё и получить обмундирование.

Собирая вещи, я задумался, а куда я, собственно, из казармы пойду? Но тут нас с Майей подозвал сержант Рысев.

— Значит, покидаете нас? — прищурился он.

— Да, Игнат Ильич, вот, закончили… — развёл я руками. — Как-то даже неожиданно!

— Это потому, что последние три недели провалялись в госпитале. Держи, — он подал мне ключ, — Маратыч просил тебе передать, когда отучитесь. Я так понял, квартиру за тобой сохранили, пока не переедешь в общагу.

— Ооо! А я-то уже думал в казарме до утра остаться! — признался я.

— А я думала, — Майя залилась румянцем, — а, ладно, неважно!

— Так, где уединиться, потом договоритесь, — остановил её Игнатыч, чем окончательно вогнал в краску, — нет, ну а что, с вами и так всё ясно, не забудьте потом только на свадьбу позвать.

— Мы… — хотела было возразить бардовая от смущения Майя, но Игнатыч только рукой махнул.

— Да я ж так, шутя-любя, — улыбнулся он. — Тут такое дело. Внучка моя просила у вас номера телефонов взять. Встретиться она с вами хочет, с обоими.

— Внучка? — переспросил я. — С чего бы вдруг? Мы даже не знали, что у вас внуки есть.

— Лерка говорит, у неё к вам разговор есть, ну и статью свою показать хочет, — подмигнул Игнатыч.

— Так Валерия — ваша внучка??? — у Майи глаза на лоб вылезли. — Конечно, мы согласны! Запишите мой номер, пусть она мне завтра позвонит!

Глава 2

Нежданчик

— Куда ты сейчас? — спросил я у Майи, когда мы вышли из такси неподалёку от Управления, возле общежития.

— Мне надо привести себя в порядок после… после всего, — ответила она, как обычно, покраснев.

Нам вернули наши вещи, но особой разницы не было, так и так мы оба ходили всё время в полёвке.

— Ну давай тогда, а я последую твоему примеру, — глянул на отросшие и местами обломанные ногти, провёл рукой по волосам. — В парикмахерскую, что ли, сходить…

— Ну, это уже завтра! — засмеялась Майя. — А к тому времени и я приду, не успеешь сильно заскучать! Чарли возьмёшь?

— Конечно, — пожал я плечами. — Зачем его в общаге светить.

На нас и так оглядывались редкие прохожие. Блондинка в военной форме — вообще нечастое зрелище, а ещё я тут рядом, с енотом на плече. Енот в Петрозаводске — это почти как слон, такая же редкость. Только маленький. Встретить в одном месте две такие редкости — любой оглянется!

Решив, что пора прощаться, я хотел притянуть Майку к себе, чтобы поцеловать на прощание, но она аж отскочила.

— Ты с ума сошёл, на улице? А если кто-то увидит? — зашипела она.

Я только глазами захлопал. Ну увидят, и что такого? Потом дошло.

— Это считается неприличным, да?

Майя только глаза закатила. Потом дошло и до неё.

— Погоди, а у вас что, не так?

— Ну, секс на улице — это всё ещё нарушение общественного порядка, могут штраф выписать, а вот целоваться — в порядке вещей.

— Всё, я поняла, — остановила меня Майя жестом руки, — не объясняй. Это всё тлетворное влияние запада!

— Конечно, а как же иначе! — охотно согласился я, и протянул руку для рукопожатия — До встречи, товарищ Бурова!

Та руку пожала, хмыкнув, и убежала к себе в общагу.

Квартира встретила тишиной и пустотой. Мои немногочисленные вещи лежали ровно там, где я их оставил, как будто никто не заходил в моё отсутствие. Только разувшись, я вспомнил, что в холодильнике мышь повесилась.

— Чарли, я за едой схожу, посиди здесь, пожалуйста, — ссадил я енота на табурет.

Тот вздохнул и улёгся, свернувшись калачиком.

Уходя, я оставил дверь в туалет приоткрытой. Дальше Чарли сам разберётся.

Магазины уже были закрыты. С ума сойти, времени ещё девяти нет, а уже ничего не работает! К счастью, прохожие подсказали, где поблизости есть магазин, работающий допоздна.

Допоздна — это до девяти, а я примчался без пяти. Продавщица, больше похожая на шпалоукладчицу, даже пускать не хотела.

— Девушка, — не моргнув глазом, соврал я, — полчаса как из учебки, два месяца дома не был, там даже тараканы все с голоду подохли!

— Ладно, проходи, но быстро! — растаяла девушка, которой я, наверное, в сыновья годился. — Мне ещё кассу снимать!

Схватил нарезной батон, десяток яиц на неровно отрезанной ножом картонной подложке, банку тушёнки и пару луковиц. Вспомнил про Чарли, прихватил ещё одну банку тушёнки и несколько яблок. Рассчитался, не глядя.

— Спасибо за заботу! — поблагодарил я продавщицу, которая как-то подозрительно начала на меня смотреть.

Ну да, набор явно холостяцкий, дома никто не ждёт… Так, пошёл я отсюда, пока у неё смена не закончилась!

Но если продавщица и подумала так, то она ошиблась. Дома меня ждала Майя.

— У нас воду отключили, на подъезде объявление, — пожав плечами, улыбнулась она. — Я тебе звонила, но ты недоступен был.

— А я вот, в магазин бегал, — показал я покупки. — Но, кажется, я мало взял?

— Я тоже с собой принесла, с голоду не умрём. Лёш, ты ведь не против, если я у тебя ванной воспользуюсь, правда? — Майю интересовала совсем не еда. — У тебя даже горячая вода есть, я уже проверила!

Через приоткрытую дверь я заметил, что она уже там расположилась с кучей всяких баночек, составленных на табурете. Ха, девочки они везде такие девочки!

— Да конечно, о чём речь! Спинку потереть? — подмигнул я.

— Я подумаю, — покраснела она и юркнула в ванну.

Я прошёлся по квартире, скинул полёвку, оставшись в трусах и футболке.

— А ты там надолго, красавица? — спросил я через дверь, подойдя к ванной.

— Ой, прости, я не подумала! — дверь открылась, Майя успела раздеться до нижнего белья, но стесняться его она за время казарме перестала. — Тебе ведь тоже в душ, наверное, хочется! Давай ты первый сходишь, а я потом уже… со всеми процедурами?

— Давай! — охотно согласился я.

Мне хватило десяти минут, чтобы понежиться в душе. Выходя, я завернулся в полотенце.

— Мы с Чарли подзакусили, — встретила меня Майя на кухне, — тебе тоже оставили!

Шикарное зрелище — одетая только в спортивный топик и трусики фигуристая девушка, хозяйничающая на кухне. Я едва не облизнулся, и вовсе не от вида еды. Подойдя к Майе, я притянул её к себе, а она и не сопротивлялась.

— На улице нельзя, ну хотя бы дома на кухне можно? — спросил я.

— Конечно можно, — ответила она и сама потянулась ко мне руками и губами.

Мы целовались минут пять, и всё это время мои руки блуждали по всему её телу, мягко поглаживая. А потом я оторвался и даже отодвинулся от неё. Она смотрела на меня таким взглядом, что мне показалось, сейчас сама накинется.

— Ты в ванну хотела, — напомнил я ей.

— Ну ты и сволочь, Неверов! — ответила она мне с хрипотцой.

— Ага! — охотно согласился я.

Пахло от неё в этот момент возбуждением. И она понимала, что я этот запах ощущаю. Стояла, красная, как рак, тяжело дышала, и думала, что делать дальше.

— Иди, иди, — я повернул её в сторону ванной и шлёпнул по попе.

— Ах ты! — подскочила она от неожиданности.

И вдруг, стоя спиной ко мне, сняла через голову топик. Прикрыв грудь левой рукой, она правой швырнула топик в меня.

— Вот тебе! — и, показав язык, скрылась в ванной.

Я ухмыльнулся. Как говорил один мудрый персонаж из анекдота, лучше пару часов подождать, чем всю ночь уговаривать!

На столе остался стоять салат, похожий по виду на Оливье. Приготовить его так быстро Майя точно не могла, одна картошка сколько варится. Купить готовое? Не видел здесь ничего подобного, хотя, может, не там смотрел. Наверное, кто-нибудь из соседей угостил. Возможно, Майя вернулась домой в разгар чьего-нибудь праздника. Кто готовит Оливье просто так? Наверняка или день рождения, или юбилей. И ведь пошла ко мне, хотя могла остаться и повеселиться с соседями.

Да и отмазка с водой явно притянута за уши. Можно подумать, мы месяц в палатках жили. В душ Майка каждый день бегала, и сегодня после экзамена — тоже. Понятно, что надо со всякими баночками в ванне помокнуть, но на самом деле это не настолько ведь срочно.