Уравнение для влюбленных (ЛП)

Джесс удалось найти около тысячи важных дел, которые ей нужно было сделать немедленно. Она записалась на прием к автоинспектору, чтобы продлить свои права, назначила ежегодные медицинские осмотры для себя и Джуно, а также визиты к дантисту. И отправилась на пробежку, а потом долго принимала душ. Еще в качестве подарка на день рождения она даже купила себе новый свитер. Пообедала с Наной и Попсом, убралась в своей квартире, сложила все белье, которое смогла найти, забрала Джуно из школы и прочитала с ней почти весь роман Джуди Блюм, прежде чем Джуно насильно заставила Джесс уйти из дома, чтобы Нана и Попс могли прийти и подготовить для нее вечеринку-сюрприз.

Сюрприз!

Имея в запасе целых два часа, которые ей нужно было как-то провести, плюс уведомление, которое горело в приложении, привлекая ее внимание словно заноза в пальце, и вот Джесс всё-таки сдалась и позвонила Лизе Аддамс.

В окнах GeneticAlly было темно, но в вестибюле зажегся свет, когда машина с ней заехала на парковку. В окне появилась Лиза, быстрым шагом подошла и открыла дверь машины.

— Джессика, — задыхаясь, произнесла она. — Спасибо, что так быстро приехали.

Даже в сумерках Джесс заметила румянец на щеках Лизы, и то, что вдоль линии ее волос проступали капельки пота. Она поставила еще одну галочку напротив пункта «Напряженно и слишком волнительно», относительно всей этой затеи.

— Никаких проблем. Но у меня есть где-то час.

— Конечно. Пойдемте. — Лиза развернулась, и направилась в пустое здание. Ничто из этого не походило на обычную рабочую ситуацию, из-за чего Джесс почувствовала себя так, словно выпила серной кислоты.

— Должна признаться, что я действительно не понимаю, почему всё так срочно.

— Я все объясню, как только мы окажемся внутри.

Джесс последовала за ней через двойные двери и дальше по длинному коридору, по которому она проходила, когда была здесь в прошлый раз. Рабочий день определенно был закончен; офисы были темными и пустыми, что даже безобидные помещения наводили жути.

В конференц-зале Лиза жестом указала на шесть человек, сидящих вокруг большого стола. Ривера среди них не было.

— Джессика, я хотела бы познакомить тебя с нашей командой руководителей.

С их кем???

— Это Дэвид Моррис, научный руководитель, ответственный за первоначальное исследование, и генеральный директор GeneticAlly.

Мужчина справа от нее встал, протягивая руку, и Джесс узнала в нем человека, с которым познакомилась после того, как услышала, как Ривер назвал ее «совершенно обычной».

— Джессика. Очень рад снова вас увидеть.

— Взаимно. — она вытерла ладонь о штаны, прежде чем пожать в ответ. А потом до нее дошло: первоначальное исследование. Исполнительный директор. — Точно. Как вы понимаете, я не знала, кого встретила в коридоре в тот день.

Он громко рассмеялся:

— Ну, мне кажется было бы немного глупо сказать: «Я генеральный директор Дэвид Моррис».

— Возможно, — сказала Джесс, — Но вы точно имеете право отвечать именно так.

— Я дружу с Аланом Тимберлендом из Genentech, — сказал он, все еще улыбаясь, — И он упомянул, что обращался за помощью к аналитикам. На днях, просмотрев информацию о том, чем вы занимаетесь, я сложил два и два и понял, что вы являетесь мозгом их новых высокопроизводительных алгоритмов скрининга.

Джесс была похожа на бутылку шампанского, готовую взорваться в любой момент. О, так это из-за данных? Неужели GeneticAlly пригласили ее сюда, чтобы поговорить об алгоритмах?

— Алан великолепен, — осторожно ответила она. При мысли о том, что она здесь для консультации, а не потому, что ее ДНК похож на ДНК лемура, тошнота и волнение постепенно утихли.

Лиза указала на чрезмерно загорелого мужчину слева от Дэвида:

— Брэндон Буткис — наш руководитель отдела маркетинга.

Другая рука сомкнулась вокруг ладони Джесс, другое лицо одарило ее настойчивой широкой улыбкой. Все, что она могла видеть в этот момент — это ослепительно белые зубы.

После того, как Джесс пожала руки всем, кто находился в комнате, Лиза жестом пригласила ее сесть на центральное место за столом.

— Наверное, это неожиданно — войти в комнату, полную людей, — начала Лиза.

— Немного, — согласилась Джесс. — Но я знаю, как важно упорядочить данные и как трудно это сделать, когда набор данных такой большой, как у вас.

Дэвид и Брэндон обменялись быстрыми взглядами. Улыбка Лизы исчезла всего на секунду, но Джесс это заметила.

— Это определенно так. Уверена, вы знаете лучше, чем кто-либо.

Мужчина — Джесс подумала, что его зовут Санджив — сидевший по другую сторону стола, обратился к Лизе:

— Пенья придет?

— Да, он будет, — сказала Лиза, а затем повернулась к Джесс. — Простите, что заставляем вас ждать, Джессика.

— Джесс — нормально, — сказала она, добавив, — Я имею в виду, называть меня Джесс — нормально. — еще одна неловкая пауза. — Если что, это я не говорю о себе в третьем лице.

После небольшого вежливого смеха в комнате воцарилась гробовая тишина. Казалось, все кроме Джесс знали, в чем дело, но никто не мог сказать ей, пока не пришел Ривер. К сожалению, никто не знал, где он был («Он сказал, что поднимается из своего офиса десять минут назад», — сказал Санджив, прочистив горло и перебирая бумаги за столом).

И никто не мог придумать, что сказать. Поэтому, конечно, ее рот открылся, и слова полились сами собой:

— Вы все, должно быть, очень взволнованы запуском.

Головы вокруг стола качнулись, и Брэндон Буткис произнес восторженное «Очень!»

— Вы все тоже сдавали образцы? — спросила она.

За столом произошел странный обмен взглядами, прежде чем Дэвид осторожно сказал:

— Да, все.

Джесс как раз собиралась перейти к следующему вопросу, чтобы получить хоть какую-то чертову информацию, когда дверь распахнулась, и Ривер широким шагом вошел в комнату — именно также раздражающе он появлялся и в Twiggs:

— Я здесь. Что случилось?

Напряженность наполнила комнату. Спины сидящих непроизвольно выпрямились. Пока он шел к своему месту, все взгляды следили за каждым его движением. Да, смотреть на него было приятно, но, казалось, в их внимании читалось нечто большее, похожее на подсознательное поклонение герою.

Пристальный взгляд Ривера прошелся по группе, скользнул мимо Джесс, прежде чем остановился и резко вернулся к ее лицу:

— Почему она здесь?

— Присаживайся, Рив, — сказала Лиза, затем повернулась к миниатюрной азиатке справа от нее. — Тифф? Раздашь данные?

Данные. Да. Здорово. Плечи Джесс расслабились, и она взяла один лист из появившейся перед ней стопки.

На этом листке с данными содержалось гораздо меньше информации, чем потребовалось бы Джесс, чтобы дать полезную обратную связь о состоянии компании такого масштаба.

В левом верхнем углу были указаны два номера клиента, а в правом верхнем углу — красный кружок вокруг номера. Девяносто восемь. Ниже была таблица с простой сводкой набора данных: имена переменных, средние значения, отклонения и P-значения со многими, многими нулями после запятой.

В этих данных был сделан очень важный вывод; срочность этой встречи становилась очевидной.

Ривер испустил вздох, который прозвучал так, словно его выбили из него.

— Вау, — сказала Джесс. — Девяносто восемь. Это показатель совместимости? Я понимаю, что я новичок в этом, но это же очень важно, верно? — она вернулась к своим воспоминаниям о презентации Лизы. — Бриллиантовое?

Напряжение за столом стало вдвое выше; все головы, кроме одной, кивнули. Ривер все еще смотрел на листок бумаги.

— Да, — потвердила Лиза, ее улыбка была такой напряженной, что кожа вокруг глаз была слишком натянутой. — Самый высокий показатель, который мы прежде видели в ДНК-Duo — девяносто три.

— Хорошо, перед нами стоит вопрос о способе подтверждения этого результата? — Джесс наклонилась, глядя на переменные. — Без исходных данных я могу только догадываться, но, похоже, вы настроили свою статистику с помощью анализа N-типа — это именно то, что использовала и я. Но, уверена, вы знаете, что самая большая проблема в этом случае заключается в том, что границы, которые мы обычно используем для стандартного алгоритма, становятся менее эффективными. Хотя, — она усмехнулась, — глядя на это P-значение, я предполагаю, что у этой пары совпадения почти в каждом пункте, даже с учетом более строгих границ. Я могла бы создать неевклидову метрику, что-то вроде многомерной структуры данных…например, k-d дерево или дерево покрытий… — она замолчала, подняв глаза. В ответ на ее объяснения никто взволнованно не кивал; и никто не бросился в активное обсуждение. Может быть, в комнате просто не было другого статистика. — Я более чем счастлива покопаться в ваших анализах парных сравнений, хотя, учитывая количество генов в вашем массиве данных, мне может потребоваться пара недель.

Смутившись, она положила листы на стол, разглаживая их левой рукой. В комнате стало так тихо, что звук касания ее ладони бумаги, казалось, эхом отдавался в воздухе. Но никто другой на самом деле и не посмотрел на раздаточный материал и даже, казалось, не слушал. Все они смотрели на Ривера.

И когда Джесс тоже посмотрела на него, на неподдельный шок, отражающийся на его лице, ее словно пронзило электрическим током, будто она только что коснулась оголенного провода.

Он прочистил горло и повернулся к Тиффани:

— Тифф, ты просмотрела исходные данные?

Она кивнула, но смотрела на Дэвида, который обменялся еще одним тяжелым взглядом с Брэндоном. В комнате воцарилась глубокая, многозначительная тишина, и Джесс поняла, что упускает какой-то важный подтекст данной беседы.

Осознание опустилось на нее так же быстро, как тяжелый груз в воду. Джесс снова взглянула на информацию о клиенте.

Клиент 144326.

Клиент 000001.

О, Боже.

— Эм… а кто клиент номер один?

Ривер прочистил горло; он был бледный как полотно, стоя со сжатой двумя руками листом:

— Я.

О.

Что ж, Господи Иисусе, неудивительно, что он хотел подтвердить результаты анализа. Бриллиантовое совпадение для ученого в подобном проекте было огромной новостью, особенно когда запуск уже так близко.

— Хорошо, я поняла. — Джесс глубоко вздохнула и откинулась назад, готовая приступить к работе. — Чем я могу помочь?

Ривер посмотрел на Лизу, в его глазах читался очевидный вопрос. Все остальные в комнате в свою очередь уставились на него, ожидая, что он скажет что-то вроде: Мы подтвердили анализ? Проверили ли мы повторно результаты с помощью резервного образца?

Но он спросил совсем не это. Тихим, дрожащим голосом Ривер пробормотал:

— Кто находится под номером 1-4-4-3-2-6?

Все головы повернулись в сторону Джесс и…

Когда она поняла, что происходит, почему они все были в этой комнате, почему они послали машину, почему они не заставили ее подписать соглашение о неразглашении информации, почему Ривер не знал, что она будет там, и почему все остальные смотрели на Джесс с тем горящим, ожидающим выражением на лицах — всё происходящее было похоже на падение с обрыва. За тем исключением, что здесь она просто сидела за столом.

Это было настолько абсурдно, что из нее вырвался смешок, постепенно перешедший в громкий смех.

Девяносто восемь!

— О. — Джесс все еще смеялась, на трясущихся ногах поднимаясь с места. Биение ее сердца отдавалось пульсирующей какофонией в ушах. — Получается, я здесь не для того, чтобы давать советы по вашей статистике.

Девяносто восемь. P — значения, содержащие не менее десяти нулей после десятичной дроби. Всё это время ее мозг пытался найти выход из этого положения.

— Джесс…, — начала Лиза.

— Здесь какая-то ошибка, — оборвала ее Джесс, пытаясь нащупать свою сумочку.

— Мы прогнали данные через все наши стандартные программы анализа, — тихо добавила Тиффани.

— Нет, я имею в виду, что уверена, ваша статистика… — начала Джесс, но поняла, что не может закончить предложение, потому что совсем так не считала. Очевидно, что их статистика была полной фигней, а все они просто сумасшедшие. И к сожалению Джесс, приехала она сюда не сама. — Я позвоню кому-нибудь, чтобы за мной приехали.

Джесс взглянула на Ривера, который следил за каждым ее движением дикими темными глазами, а затем на шикарную Лизу, похожую на сёрфера, и Зубастого Брэндона, и Бенедикта Камбербэтча — Джеффа Голдблюма, и всех остальных людей в комнате, которые также никогда не сталкивались с подобной ситуацией:

— Было приятно познакомиться со всеми. Большое спасибо, что пригласили. Извините за болтовню об анализах N-типа. — она повернулась, открыла дверь рукой, не уверенная в том, что ее конечности всё еще подчиняются ей, и практически побежала обратно тем же путем, которым пришла.

Глава 6

Руки Джесс тряслись так неконтролируемо, что пока она шла, едва могла напечатать смс Попсу с адресом и просьбой приехать и забрать ее. Длина коридора словно стала в два раза больше; она целую бесконечность добиралась до лифта, и когда нажала кнопку, то услышала, как кабина медленно поднимается с нижнего этажа.

В коридоре послышались шаги. Они не были похожи на каблуки Лизы, и, да, подняв взгляд, Джесс увидела Ривера, направлявшегося к ней.

— Джессика, — позвал он, подняв руку. — Подожди секунду.

Он это серьезно? Джесс повернулась и продолжила идти в сторону двери с надписью «ВЫХОД», ведущую на лестничную клетку. Десять быстрых шагов вниз по ступенькам, прежде чем дверь с лязгом захлопнулась за ней; звук был таким резким, что от неожиданности она даже пригнулась. Где-то сверху на пол пролета выше дверь снова распахнулась. Шаги были всё ближе, и Джесс ускорила шаг, бегом спустилась на первый этаж и вышла в вестибюль.

Ривер только успел снова произнести спокойным голосом «Джессика, подожди», прежде чем дверь на лестничную площадку вестибюля захлопнулась.

Убегать было бесполезно; он все равно догонит ее уже на улице. Потому что, хоть Попс и ответил, что он как раз вышел, чтобы купить торт, и поэтому может приехать за ней быстро, у него все равно не получится доехать до Ла-Хойи за три минуты. По крайней мере, на улице она могла сделать глоток свежего воздуха, и подумать над происходящим без давления от всеобщего внимания.

О чем они думали, сообщая что-то настолько личное в комнате, полной незнакомцев?

Обхватив себя руками, Джесс в ожидании расхаживала по тротуару перед зданием. Когда она услышала, как появился Ривер, она ожидала, что он сразу же заговорит, но он этого не сделал. Он медленно, даже осторожно, приблизился и остановился примерно в десяти футах от нее.

Может быть на три секунды Джесс даже понравилось, что он дал ей пространство. Но потом она вспомнила, что обычно он не был таким внимательным… а еще, судя по всему, он был ее второй половинкой.

Абсурдность этой встречи, наконец, словно пощечина, шокировала ее. Она закашлялась от сдерживаемого смеха:

— О, Боже мой. Что только что произошло?