Копье Мониту, системы Мосина

По всей Италии стали восстанавливать старые римские колизеи, а в школах и университетах высочайшим повелением были созданы Спортивные Манипулы, с разделением по видам спорта, а это были фехтование, конкур, метание копья и ядра, бег, стрельба из лука, бокс и конечно футбол, который тут так же, как и бокс народился в Британии и быстро стал популярен. В Риме теперь стали модными спортивные шествия и парады в присутствии короля, причем спортсмены приветствовали монарха кличем: «AveCaesar, ad victoriam, salytant vos!»[21].

* * *

Нарком НКИД князь Хоменков и Светлейшая княгиня Клементина, стали энтузиастами и инициаторами Большого спорта в Диктатории. Секции и Манипулы были созданы во всех округах. Секции были преимущественно детскими, а вот Манипулы уже взрослыми профессиональными командами. Плюс к этому Светлейшая Княгиня Клементина, организовала женские манипулы, после чего стала самой популярной женщиной в Мире. В Париже, редакцию газеты, в которой не лестно отозвались о женском спорте вообще и княгине в частности, разгромили разгневанные суфражистки, а главного редактора и местного уборщика, которого из за огромных усов, приняли за журналиста пишущего под псевдонимом Мусташ, облили патокой и обваляли в перьях.

Цезарь загодя объявил о Всемирных Олимпийских играх, но очень строго стал проводить отбор участников, причем не бесплатно. Дресс кодом являлся один из Олимпийских видов спорта и официальное количество членов Манипулы. Владимир приплыл к нему с отрядом кораблей, в который входил коммерческий галеон, с меньшим водоизмещением чем стандартные суда флота Диктатории, но зато с тремя паровыми машинами, парусным, колесным и винтовым движителями и шикарно отделанный изнутри и снаружи. Звался этот плод конструкторско-тупиковой мысли «Венеция» и Владимир по дружбе подарил его Цезарю (всего за пол миллиона золотых лир), а Цезарь в ответ подарил Светлейшему князю, один из новых Римских колизеев с инфраструктурой, под резиденцию для спортивной делегации Диктатории (всего за двести тысяч пиастров). Так что спортсмены Базы прибывали не на пустое место. А когда Владимир намекнул, что за признание женской спортивной делегации из Диктатории, он подарит хозяину Олимпиады еще один корабль, Цезарь сразу же объявил что из уважения к дамам, выделяет для женской Олимпиады один из новых Колизеев и присваивает ему имя Колизеум Клементины (билеты туда перепродавались по десятерной цене). Свой второй новый галеон король назвал Княгиня (также в честь Клементины) и послал его в Марсель для бесплатной доставки суфражисток, чем сорвал большую порцию восторгов от женщин Европы. Кстати после известия о женской команде Диктатории и ее признании в Риме, в Олимпийский комитет хлынул поток прошений от женских спортивных кружков и сообществ, и Цезарь, как опытный популист, полностью использовал данную пропагандистскую нишу, да и параллельно деньгу сорвал немалую, ибо командный взнос в десять тысяч золотых лир, он ни отменять, ни понижать, для женщин не стал. Женский сегмент Олимпиады вызвал невообразимый фурор и суфражистки придумали клич — «Цезарь и Клементина», который очень не понравился Тарасюку. Генерал-старшина и Светлейший Князь ворчал в усы, что этому чорнявому женишку про его голови настукаэ яко що, но обошлось. Ну а когда Цезарь пожаловал Тарасюку титул Маркиза ди Форце, старшина окончательно к нему подобрел.

Глава восьмидесятая — О Спорт ты Мир

И вот грянула Олимпиада. Древняя столица Цезарей и Римских Пап, буквально кишела народом. Надо сказать, что Цезарь не поскупился, и на улицах, для гостей Олимпиады периодически выставлялось угощение, да и сам римляне не гнушались угостить иностранца стаканом вина. Король не поскупился и на спортивные награды, медали были из настоящих драгметаллов, золотые, серебряные и бронзовые в серебряной обойме. Плюс победители получали соответственно градации мест, по солидной сумме (хотя при таком количестве взносов, казна всеравно оставалась не в накладе). Олимпийская судейская коллегия была набрана из британских и французских арбитров бокса, футбола и скачек, других профессиональных спортивных судей в Европе не было. Правда фехтование и бег судили итальянцы, и главным судьей Олимпиады, был ни кто иной, как князь Боргезе.

* * *

У вождя «Белое перо», помимо воли на лице периодически появлялась змеиная улыбка, его Манипула лучников, победила этих чероки из территориальных войск и теперь на Олимпиаду в Рим поедут пограничники их бригады. От территориалов по конкуру сначала победили сиу, но потом проиграли мексиканцам из НКВД, хотя двоих из них включили в команду. Манипула боксеров была из канадских лесорубов, которые шли вне конкурса, ибо соревновались только между собой, (других таких здоровенных боксеров не было). По фехтованию выдвинулись германцы тоже из НКВД, ну а остальные ниши заняли Армейцы.

Колизеи, ипподромы и спортивные площадки, буквально ломились от зрителей, несмотря на высокие цены на билеты, уличные торговцы, делали в эти дни состояния. Особенный интерес вызывала делегация легендарной и таинственной Диктатории, несколько лет назад появившейся как будто бы ниоткуда в Северной Америке. Но внимание было не только доброжелательным.

СМЕРШ бдил, так как была информация, что кого-нибудь из спортсменов Базы попытаются вербануть или даже похитить, так же ожидались провокации с целью нанесения спортсменам физических увечий. Провокаторов и вражеских агентов четко локализовали и нейтрализовали, не забывая допросить с пристрастием. Владимир приказал ОПК выявить все исполнительские цепочки, а после Олимпиады по ним пройтись. Под общую сурдинку попалась группа придурков из Сицилийской мафии, они попытались пристать к двум девушкам из команды, которые нарушив приказ вышли в город в местных платьях, а не командной форме. Девушки были из спецназа НКВД и входили в команду по вольной борьбе, так что они сломали двоим бандитам руки, а потом включилась охрана, которая естественно бдила. Так что с этим Контора справилась, но случилась другая напасть. Судейская коллегия целенаправленно занялась занижением оценок, а то и прямой дисквалификацией спортсменов Диктатории, которые стабильно перли впереди всех. Например попытались дисквалифицировать двух сиу их конкура, которые вышли на дистанцию с луками и на скаку выпустили по стреле в столб с указателями, но их прикрыл князь Боргезе, которому очень понравились эти лучники. Ну а когда поступила информация, что у футболистов хотят нагло украсть победу, чтобы первыми стали Британцы. СМЕРШ и ОПК сработали жестко и оперативно. Трех самых наглых судей постигли серьезные неприятности…

Одного избили в порту неизвестные, переломав при этом руки и ноги, когда он спешил на яхту одного Лорда, любившего спортивный тотализатор.

Второй провалился в сортир в дешевом борделе, до которых был большой любитель.

А третий просто исчез, после чего чистота судейства поднялась на невообразимую высоту. Короче Сборная Диктатории собрала почти все золото, лишь в футболе ограничившись серебром. «Право это судьба», — сказал Светлейший Князь Константин, лично футболистов Базы. По итогам Олимпиады были созданы три официальных спортивных общества — ЦСКА, ЦСКФ и Динамо. Соответственно Армейский, Флотский и НКВД, причем туда радостно принимали и гражданских, Владимир пускать спорт на самотек не рискнул, а растить кадровый резерв для силовиков, так это вообще святое.

Глава восемьдесят первая, где в финале опять сыграют железные дороги

Лейтенанта Смита зарезали во время внеочередного ночного обхода караулов на палубе. Он заметил у одного из часовых, у зачехленных пушек на палубе, эту дьявольскую светящуюся и играющую тихую музыку картинку, он слышал о них, но увидел в первый раз. Лейтенант был не в духе, тем более он вдрызг проигрался морякам и посему решил выместить дурное настроение на сипае. Лейтенант требовательно протянул руку и грозно рявкнул на солдата, и вдруг чья то рука протянутая сзади заткнула ему рот, а в бок ударила сталь кинжала. Через пару минут, два сипая, пробормотав про жертву Великой Кали, сбросили с кормы бездыханное тело нервного джентльмена, которого поглотили черные ночные волны. За время морского перехода пропало еще несколько излишне любопытных офицеров, остальные же приняли это к сведению и не лезли во внутреннюю жизнь сипаев, впрочем позднее им это мало помогло. Караван наконец прибыл в залив Джеймс и сипайские полки, стали пересаживаться, так сказать с корабля на бал. Железнодорожная компания, получившая подряд на перевозку сипаев на «учения» возле южных границ Британской Канады, полностью выполнила сои обязательства по контракту. Компания называлась Юнион Пасифик, и через подставных лиц принадлежала ОПК, которому принадлежало 80 % акций. Подвижной состав компании был целиком из современных локомотивов и вагонов производства Диктатории и серьезных конкурентов у компании не было. Ни чиновники ни бандиты составы с эмблемой компании — Крылатой колесной парой, не трогали, ибо были прецеденты, весьма печально закончившиеся для желающих поживиться. Эшелоны четко подавались прямо на причалы, загружались и сразу же уходили уступая место следующим. Последним ушел эшелон со штабом Сэра Персиваля, это был личный поезд губернатора. Локомотивам Экспедиционного корпуса, был везде зеленый путь и до границы они дошли без задержек, но когда сэр Персиваль прибыл на приграничную станцию, то вместо корпуса, обнаружил там только штабные вагоны, в которых присутствовал офицерский состав корпуса, но только без голов. Надо ли говорить, что везде был написан кровью Знак Кали, только через сутки выяснилось, что эшелоны с сипаями ушли на территорию Конфедерации, а еще через несколько дней выяснилось, что ни подвижного состава, ни персонала компании Юнион Пасифик, на территории Британской Канады не осталось, после чего Сэр Персиваль застрелился. Штабной врач хирург-капитан Томпсон, англо-индус по происхождению, осматривая тело генерала, нашел под ключицей след укола, но вспомнив о пропавших в дороге офицерах и безголовых командиров сипайских полков, решил этого не замечать. Белая рука тут сработала недостаточно чисто, но у них было только три минуты, на проникновение в купе генерала и отход. Так что планы удара по Диктатории откладывались, тем более, что Канадская Фракония разделилась на несколько частей, которые тут же сцепились между собой, туда сразу же влезли Северяне, а индейские наемники появились повсеместно, так что Генерал-губернатор, объявил военное положение и ушел в оборону.

А сипаи вполне удачно прибыли на место своей новой службы, где их уже ждали благоустроенные дома и семьи, в поселках с номерами полков и батальонов в названиях, плюс к тому, в одноименной столице Округа Рамаяна, уже был построен храм Кали, где сипаи принесли личную присягу Верховному Лорду-Протектору, Светлейшему Князю Александру.

А Канадская Франкония разделилась на три области, одна из которых стала новым Округом Диктатории, Квебек снова стал британским, ну а остатки подобрали Северяне, которые заключили с Лондоном договор, очень похожий на вассальный. Узнав про этот договор, Александр и Владимир буквально в унисон матерно выругались.

Глава восемьдесят вторая, в которой мажордом находит себя

Берримор присмотрел себе пятую жену, тем более, что и здоровье и средства позволяли. Его жизненный вектор резко переменился, после того как он вдрызг проигрался на скачках, причем играл он на деньги взятые в долг. Звали его на самом деле Томас и был он помощником мажордома в особняке «Серебряной ложи», логове теневых владык Британии. И тут, к нему подошел джентльмен, которого он иногда видел на ипподроме и даже один раз пропустил с ним по кружечке старого доброго эля. Мистер Джоунс, коммивояжёр, торгующий галстуками, вошел в положение Томаса, тем более он только что выиграл и с радостью ссудил новому приятелю нужную сумму, а потом еще одну и еще одну, короче когда долг перевалил за тысячу фунтов, любителю скачек, было сделано предложение, от которого невозможно было отказаться и сразу все стало хорошо т долг списался и деньги на ставки стали регулярно появляться, а всего то надо было рассказывать обо всём, что творится в особняке, а за отдельную плату, установить в Большом каминном зале, где как правило происходили заседания Ложи, новый фрагмент отделки стены в виде розетки-медальона. Ну а потом, мистер Джоунс, сказал, что Томасу надо умереть, ибо после определенных событий, его в покое не оставят. После потрясшей Лондон истории «Дома отрезанных голов», слуг усиленно трясли, как официальные инстанции, так и теневые, а вот Томаса допросить не получилось, его тело выловили в Темзе с разможженой головой и кинжалом подлопаткой труп опознали по одежде, портсигару и бумажнику. Особенно жалко было Томасу серебряный портсигар, память о первой любви, но когда Джоунс, подарил ему золотой портсигар весом пол фунта и озвучил его жалованье в Диктатории, Томас повеселел и успокоился.

Первый раз Берримор (таковым было его новое имя), женился прямо на корабле, брак зарегистрировал капитан. Его невестами были две мулатки с Кубы, которых некогда похитили и хотели продать в бордель но которых спасли моряки Диктатории. Они работали официантками в ресторане Кают-компании галеона, Берримор и девушки, сразу почувствовали обоюдную симпатию и все сложилось к общему удовольствию… Берримор получил темпераментных жен красавиц, девушки солидного мужа (на его счету в Имперском банке Диктатории* было сто тысяч пиастров, а оклад жалования Младшего советника в Информационном бюро ОКП, составляло сто пиастров, не считая премий и надбавок. Дом ему выделили в Дзержинске (так Владимир назвал квартал в Эльдорадо, где жили сотрудники спецслужб). Служба его состояла из разовых консультаций по Британскому истеблишменту, о котором слуги, знали больше любого журналиста. Ну и параллельно он писал серию так сказать отчетов-размышлений на тему массонских лож Лондона. Его хозяин, Лорд, считая слуг чем то вроде мебели, частенько при нем рассуждал в слух о делах сложившейся, тем более, что Томас лично разжигал камины в личных апартаментах Лорда. В столовой бюро Берримор познакомился с двумя индианками официантками и тоже взял их в свою семью.

Ну и новая жена, была канадской беженкой, работавшей буфетчицей, в секретариате Светлейшего Князя Владимира (до этого, она была агентом под прикрытием в Квебеке).

Так что пригляд за новым сотрудником, и от ОПК, и от СМЕРШ, был более, чем плотным. А работа младшего советника, была весьма важной, особенно для базы досье «Белой руки». Владимир получив от Александра полный карт-бланш на локализацию внешних и внутренних угроз, развернулся по полной. Во всех Управлениях НКВД отделениях СМЕРШ и естественно в отделах ОПК, были Детекторы лжи от Михельсона, ну и естественно медкапсулы, через которые пропускали всех кандидатов на важные посты, успешно ликвидировали латентную коррупционную составляющую. А участие в ОПГ, в любом качестве, означало только «Конопляную тетушку», серьёзная организованная преступность, Диктатории была не нужна.

Эскадрилья «Валькирия» подчиненная напрямую Секретариату Лорда Протектора по Безопасности, охотилась в открытом море, за судами и кораблями с объектами «Имеющими отношение». Пропали во время ходовых испытаний два новейших крейсера HMS, исчезли в хладных водах несколько яхт с власть имущими, но создание Антанты, тем не менее близилось и Диктатория сосредотачивалась.

Глава восемьдесят третья, о трубочистах и шпионах

Спица с напарником, звеня ведрами и цепями с ядрами и щётками, подошли к черному входу отеля «Старые вязы». Констебль уважительно притронулся кончиком указательного пальца к шлему и брезгливо отстранив шпика, стал объяснять мастерам, как удобнее попасть на крышу отеля, но тут вышел смазливый и манерный мужчина, в вызывающе розовом фраке и голубом атласном жилете, это был начальник охраны Лорда казначейства, прибывшего на заседание ложи. Маленький Битти (так его звали в Клубе), разорался на тему того, что всех входящих в здание надо обязательно досматривать. Констебль извиняющеся развел руками, а трубочисты, сохраняя на чумазых лицах полное спокойствие, предъявили шпику ведра, в которых он старательно покопался, измазавшись при этом с ног, до головы. (Все шпионские прибамбасы, хранились внутри ядер). А когда чинуша удалился, констебль извинился перед трубочистами и попросил разрешения потрогать тринадцатую и пятую пуговицы[22] на их сюртуках. После чего положил в ведро пять пенсов и ткнул локтем шпика, который нехотя достал испачканными в саже пальцами пятипенсовик и тоже потрогал пуговицу.

Когда Спица с напарником, скрылись в здании отеля, констебль значительно сказал шпику, что его начальнику, удачи теперь не видать, и тот даже не представлял насколько он прав.

(Ворон не зря приказал своим агентам одеться трубочистами, в старой доброй Британии, было три вида невидимок: трубочисты, рассыльные и герой будущего романа Сэра Герберта Уэллса). Спица с напарником прекрасно знали схему дымоходов, и потому начали чистить именно ту трубу, которая была от камина в курительном салоне, где заседала ложа. Самоходное записывающее устройство из хозяйства Михельсона в, несгораемом кожухе, с автомимикрией, разместилось в камине и засняло и записало секретное совещание. А трубочисты, напоследок почили вниманием трубу номера Лорда казначейства. За пятьдесят фунтов, лакей рассказал Ворону, что после совещания старый содомит должен уединиться в своем номере, с начальником своей охраны, с который был более близок чем по службе. Дрова уже сложенные в камине, были опрысканы составом без цвета и без запаха, а учитывая то, что на улице перед парадным входом, почвились два матроса Королевского флота, которые выпили явно больше чем могли, но меньше чем хотели и стали требовать каких то сестричек Мэри и Салли, и под этотт шум отход группы прошел, как по маслу (морячков подпоили сотрудники Ворона, проиграли им в кости женский гребешок из слоновой кости и сказали, что это секретный талон в бордель «Старые вязы», по которому сестрички Мэри и Салли, обязаны подарить счастливым обладателям оного, восхитительную ночь любви!). А у отеля началась грандиозная драка с участием моряков, полисменов, шпиков, морпехов, солдат и случайных прохожих. Самое смешное было в этой истории то, что полиция в последствии нашла двух дам полусвета с такими именами, и хотя они не были сестрами, а только подругами, их оштрафовали за нарушение общественного спокойствия, то полиция в последствии нашла двух дам полусвета с такими именами.

Ну а когда на следующее утро, хозяин отеля потея от страха, открыл своим ключом двери апартаментов Лорда, то глазам полицейских предстали два мертвых обнаженных тела, сидевшие а обнимку в постели с искаженными ужасом лицами повёрнутым к окну.

* * *

А Александр и Владимир, прослушав запись заседания Ложи, выяснили, что Антанта уже определена и составлена. Объединённая британо-кая-французская эскадра должна была высадить десант в Порт-Артуре и Акапулько, а Русская эскадра, везла сменщика графу Рязанову, Великого Князя Велимира, братца новой императрицы. Дела в России были очень хреново, семейка новой императрицы подгребала под себя все и вся, а император был, как в тумане. «Ну что друзья» — сказал Александр членам Высшего Совета. Похоже нам надо опять сосредотачиваться.

Глава восемьдесят четвертая, в которой Русская Америка меняет курс

Граф Резанов, пил водку со Светлейшим князем Владимиром. На столе, среди рюмок и закусок, лежал роскошный кожаный бювар, украшенный золотой инкрустацией и гербом Диктатории из золота и рубинов (Гербом официально была признана красноармейская звездочка образца 1918 года с плугом и молотом). В бюваре был договор, о вхождении Русской Америки в Диктатории, в качестве Особой Территории. Подпись графа, полностью меняла его судьбу и судьбу этих земель. А к берегам Русской Америки, неотвратимо приближалась эскадра нового наместника, что означало конец всего. Рязанову уже сообщили, что родственник императрицы везет ордера на арест графа и его штаба. Для растормозки мысли, граф снова потянулся к графинчику, но тут возле беседки появились новые действующие лица, и то что их пропустила охрана, было тревожным знаком. Перед входом в беседку выстроились: полковник Иванов (Главный воинский начальник Русской Америки), капитан второго ранга Беклемишев второй (командир флотилии береговой охраны) и ротмистр Краузе (Начальник жандармского присутствия Форта Росс). Офицеры щелкнув каблуками, отдали честь и застыли по стойке смирно, взяв фуражки на руку. Граф встал, одернул мундир и выдохнув, шагнул к короткому строю и обвел по очереди взглядом лица гостей, вопросительно изогнув бровь.

Полковник Иванов шагнул вперед и отрапортовал…

— «Ваше Сиятельство, мы верны Присяге и верны Вам, но узурпаторы трона самое меньшее, что нам всем готовят, это каторгу. Мы готовы идти за вами куда угодно, даже и в застенки, но если вы решите перейти под руку Диктатории, то знайте, все кто носит погоны за вас!».

Люди Владимира провели тут большую предварительную работу, и среди офицеров, и среди купцов и промышленников, впрочем последние, тут все были практически в финансовом поле Диктатории. Светлейший Князь Константин, не сильно это афишируя, расширял своего экономического спрута, причем при бурном участии генерала-старшины Тарасюка. Контроль над не очень большой промышленностью Русской Америки, на 70 % принадлежал Базе, а рудники и прииски, на все восемьдесят, и все серьезные расчеты шли через Государственный банк Союза Территорий и Имперский банк Диктатории. Надо ли говорить, что эти банки были под полным контролем Высшего Совета Диктатории. А всем военным было обещано повышение звания через ступеньку, всем военнослужащим повышение оклада денежного содержания до уровня соответствующих структур Директории, ну и тут еще сыграла матримониальная политика Диктатории, и небывалые права для женщин. А уж среди учащейся и прочей молодежи Русской Америки, Диктатория вообще была Землей обетованной. Учащихся привлекала иная система образования и Русский язык образца ХХ века, а девушек возможность учится вообще и главное, возможность получения высшего образования.

Через несколько дней все газеты Нового Света полыхнули сенсацией, о признании Русской Америкой нынешнего императора Всероссийского недееспособным и находящимся под властью узурпаторов и присоединения земель Русской Америки к Союзу Территорий, в качестве новых Округов.

Когда Новая эскадра Тихого океана Российской Империи, подошла к границе территориальных вод, бывшей Русской Америки, их встретили низкие и стремительные БСК Береговой охраны Диктатории. От имени командующего Отрядом Береговой Обороны Тихоокеанского района Сакраменто, контр-адмирал Беклемишев (первый) передал сигнал «Ваш курс ведет к опасности», а когда взбешенный Великий Князь Велимир приказал дать полный ход, и уничтожить все лоханки бунтовщиков, поперек курса русской эскадры поднялась стена воды огня (Александр и Владимир пообещали графу не проливать зря русскую кровь).

В результате, Велемира скрутили и сделав укол успокоительного уложили в адмиральском салоне, а эскадра сделала «все вдруг оверштаг назад», впрочем не все… Броненосец «Потемкин», и новейший пароходо-фрегат «Аврора», подняли флаг Диктатории и взяли курс на Сан-Франциско, столицу одноименного округа Диктатории.

А по возвращении эскадры на Балтику, заработали вовсю трибуналы, Велемир возненавидел всех моряков и специальным императорским указом была введена для моряков казнь на рее — «В случае выявления измены Императорскому дому», а Высшим Морским Трибуналом, был назначен командовать Великий Князь Велемир, так что к берегам Диктатории, стали периодически приходить русские корабли. Кукловоды императрицы, то ли специально, то ли нарочно, подсунули императору указ об отмене старой присяги и введении новой, где поименно упоминалась императрица и ее родственники, но писец-аудитор, пропустил фразу о сроках действия старой присяги и посему, не дожидаясь виселицы, многие моряки ринулись искать счастья за морями. Венцом исхода, был прорыв через Босфор и Дарданеллы, каравана с беженцами, среди которых была часть Высших князей Православной церкви, Высокая Порта объявила это Казус Белли и высадила десанты на Кавказском побережье, параллельно полыхнули восстания в Аджарии и Черкесии, так что поход Антанты опять откладывался.

А на счет огненной завесы, ОПК сделал утечку о маленьких катерах покрашенных под цвет моря и разливших по воде горючую смесь. Эскадра «Валькирия» висела над облаками и ее никто не видел, а бомбили напалмом и стреляли из скорчеров, создавая отсечную завесу, именно с ее дирижаблей. Разворотом назад, русские корабли практически спасли себя, ибо приказ у командира эскадры не имел двойных толкований.

Глава восемьдесят пятая, в которой речь пойдет о связи

Полковник Телеграфных войск Степан Синицын находился в глубоких раздумьях. Его две скво, Быстрая лань и Зеленый ручеек, объявили, что их младшая сестра Красная ветка, вошла в брачный возраст и она должна войти в их семью, а то апаша отдаст ее за Черного буйвола, а девочке уже давно любит Степана и вообще, с Черным буйволом ей будет плохо.

Полковник руководил Управлением полевой связи «Народного комиссариата обороны и нападения», неплохая картера для сержанта-связиста ВЧ 26436. Когда ВПК Базы наладило выпуск проводов и телеграфных аппаратов, а позднее и телефонов, Высшим Советом было принято решение, не создавать гражданский Наркомат связи, ибо Связь, это нервы войны, и нечего на этих нервах играть штатским. Единственно в УПС был введен институт вольнонаемного персонала. Светлейшая княгиня Клементина, лично спроектировала униформу и знаки различия для Телеграфного корпуса (Был еще и телефонный корпус). Черная униформа, с серой отделкой, петличная идентификация званий а ля РККА у вольнонаемного персонала. Петличные эмблемы связистов Советской армии у основного состава, и стилизованные телефоны и телеграфные аппараты у вольнонаемных. Кстати с подачи же Светлейшей княгини Клементины, у всех офицеров Диктатории, петличные эмблемы исполнялись из золота (у сержантов из серебра, а у рядовых из бронзы, сплавы были подобраны стойкими к коррозии, так что никакой патины). Ну и понятно, что все связисты проходили медкапсулы, на предмет привнесенной верности Уставу и Диктатории. Михельсон научился дублировать медкапсулы и Медицинская лаборатория постоянно расширялась и дело было не только в вопросах безопасности, но и медицинском обслуживании титульного населения Базы, ибо настоящих врачей практически не было, от слова вообще, кроме санчасти при ВЧ 26436, которая хоть и реструктуризировалась в Академию Медицинских наук, но процесс был не быстрый, а тут и большая война была не за горами. Ну а Департамент радиосвязи естественно был секретным и подчинялся непосредственно Лорд Протектору по делам безопасности и обороны Светлейшему Князю Владимиру, так теперь называлась его должность. Владимир ворчал, что с таким набором чинов и рангов недалеко и до обвинений в Бонапартизме докатиться, но Лорды со Старой Земли объяснили ему, что больше просто некому заниматься этой военно-шпионской бодягой, слишком много промышленно-технических вопросов. А на день рождения эти ехидные мерзавцы, одарили Владимиру настоящую треуголку Наполеона, выкупленную дипломатами у одного британского коллекционера.

А территории Диктатории постепенно опутывались проводной связью и на каждом столбе была надпись, грозящая виселицей любом, кто повредит собственность Управления Полевой Связи, а появившиеся на некоторых столбах висельники, напрочь отбили у воришек охоту на такие красивые провода. Столбы делали железобетонными, с заранее устроенным фонарным кронштейном, который вполне годился и для «Конопляной тетушки».

Транс-телеграфная линия соединила Мехико, Квебек, Оттаву, Ричмонд, Солт-Лейк-Сити и Нью-Йорк. Все линии были собственностью Диктатории, а телеграфные аппараты сдавались в аренду, так что денежка капала буквально за каждое нажатие телеграфного ключа. Как говорила Наркомфин Соня Дрейфус (сосланная некогда в Текстильный из Плешки) — бесплатно у нас только дождик, но мы уже работаем над этим вопросом. Ну а телефонная связь, была строго только на территории Диктатории и строго в гос-учреждениях, и у определенных ранговых групп населения.

А полковник Синицын, произведенный в генералы, взял не одну, а двух новых жен, ибо крайнее слово, должно оставаться за мужиком. Его четвертой женой стала беженка-мормонка, работавшая телефонисткой в штабе. Так сложилось, что в процессе работы она стала немножко беременна и понятно от кого.

Глава восемьдесят шестая, в которой Белая Рука, становится «Мечом Гарибальди»

В этом Мире тоже был Гарибальди, но он погиб во время Римско — Неаполитанской войны, являющейся фрагментом очередной Франко-Прусской войны. И после этого в Италии появились анархисты-гарибальдисты, хиленькие надо сказать анархисты и их достаточно быстро выловили, а учитывая что и у Австрийских оккупационных часткй и у жандармерии Папской области, и у Неополитанских берсальеров, разговор с инсургентами разнился только между виселицей и расстрелом, от анархистов остались одни воспоминания, но Владимиру название понравилось и он его запомнил.

Учитывая, что Антанта обязательно состоится и воевать с ней, рано или поздно придется, Высший Совет Диктатории дал Лорду Протектору по делам безопасности и обороны Светлейшему Князю Владимиру, карт-бланш на операцию «Этна на Манхеттене». Это должна была цепочка диверсий, покушений, похищений, подкупов и.т.д., должная затормозить научно-технический прогресс Нового Света, а тем и снизить его обороноспособность. А посему, в редакциях ряда Европейских газет, за хорошие деньги (в фунтах стерлингах и золотых лирах), был размещен Манифест «Друзей Гарибальди», общества анархистов, боевой секцией которого был «Меч Гарибальди». В Манифесте объявлялась война всем генералам и нуворишам, которые тянут из народа деньги, на никому не нужные Армии, так как если отменить государство, то армия будет ни к чему и все эти деньги можно будет пустить на благосостояние бедноты. Ведь если скажем в той же Франции сократить всех генералов, то на сэкономленные деньги можно каждый день, ставить на стол бедной семье жареную курицу, а если на заводах Ансальдо и Беретта делали бы вмесчто оружия плуги, то каждый крестьянин Аппенин, мог бы получит по одному плугу бесплатно, а плюс к этому и косилки. Если бы в британии строили не военные корабли, а рыбацкие шхуны, то бедняки объедались бы рыбой. Ну а если бы ученые вместо того что бы изобретать снаряды и броненосцы, изобрели бы, как собирать больше хлеба и растить больше скотины, то голода вообще бы не было. В принципе подобные манифесты бывали и раньше, но тут был реальный поток золота и буквально в течении недели после публикации данного манифеста, по Старому и Новому Свету прокатилась волна диверсий и покушений. Было убито три генерала в Европе, причем среди них генерал Жоффр, единственный серьезный военачальник во Французской армии, прогремели взрывы на ряде военных заводов и верфей, в том числе и на Портсмутской Королевской верфи в Британии, там взлетел на воздух новейший броненосец Трафальгар. Через два месяца в Гвардейске и Акапулько было захвачено две группы анархистов, которые пытались проникнуть на территорию Базы под видом беженцев из Европы, откуда после взрывов и пожаров на заводах и верфях, валом валили специалисты, привлеченные высокими окладами и дешевым, а то и бесплатным жильем на заводах Диктатории. Диверсанты оказались анархистами из Итальянской и Испанской секции «Друзей Гарибальди», они во всем сознались и на публичном процессе были приговорены к повешению, которое из гуманизма, Военный трибунал заменил расстрелом. Тут как раз, впервые применили новые разработки Закрытого Медицинского Сектора, по изменению внешности. Добровольцы из «Белой руки» сначала пройдя медкапсулы, стали все как один, а ля Ринальдо Ринальдини, а потом, после инсценировки расстрела, стали представлять из себя незаметных джентльменов и месье, для работы в соответствующих странах. Их родная внешность, был уже сильно засвечена, при изъятии ряда европейских ученых и изобретателей. Для них, в Кордильерах, в изолированной долине, была создана большая Шарашка, но в отличие от системы Лаврентия Палыча, вместо стакана сметаны, для технических гениев присутствовали талоны в бордели, которые ОПК нанимал в Европе под ключ, на годовые контракты. Благодаря медкапсулам, со здоровьем, и у дам полусвета, и у их клиентов все было в порядке, а тех кто представлял оперативный интерес обрабатывали в режиме «Присяга» и в промышленности, науке и спецслужбах Базы, появлялись новые лояльные сотрудники. Кстати девицы из «Красной орхидеи» (так назывался комплекс борделей), во всех Конторах, шли нарасхват, (увы «специфика нашей окаянной работы», как сказал бы некий Итангар из книги Сан Саныча Бушкова).

Мор напал и на известных и не очень ученых и изобретателей. Владимир приказал локализовать у потенциального противника под полный ноль все разработки связанные, с перспективными направлениями науки и производства, грозящими развитием военного вектора. Так что новые взрывчатые вещества, новая броня, ДВС, летательные аппараты тяжелее воздуха, пулеметы и магазинные винтовки, все это скрылось в ткмане тайной войны.

А за «Мечом Гарибальди» охотились полицейские и разведки всех пострадавших стран, но безуспешно, «Белая рука» работала четко, как автомат ППС (который кстати уже был создан и на бумаге и в металле, но не запущен пока в производство. Рано еще).

Глава, восемьдесят седьмая, где рассказывается о промышленной революции в одной отдельно взятой Диктатории

Лорд Протектор по делам Промышленности — Светлейший Князь Константин Соломатин был очень доволен. Он наконец добил Мишкино упрямство, и поставил его на промышленную зону Кордильеры, Лордом Протектором, причем буквально перехватил его под носом к Владимира, который хотел подгрести Михаила под свой Наркомат Обороны и нападения.

Промзона Кордильеры, уже давно превзошла по моему промышленному потенциалу Гвардейск и Старую базу вместе взятые. Благодаря энергоустановке звездолета, вопрос расширения производства, упирался только в станки, завод по производству которых наконец заработал на полную мощность. ОПК и НКИД, хорошо поработали по вербовке профессиональной рабочей силы в Старом Свете и с персоналом все складывалось хорошо. А учитывая, что массовый поток эмиграции в отличие от старой Земли, шел не в САСШ, а в Диктатории, то население Союза Территорий, превысило уже двадцать миллионов человек. Благодаря Светлейшей Княгине Клементине и Дивинтенданту Михельсону, сельскохозяйственные новации позволяли полностью обеспечивать продуктами растущее население. Во всю стало разворачиваться фермерское хозяйство, и что интересно, наибольший сегмент в этом секторе, заняли русские, немцы и индейцы, хотя русских и немцев хватало и на предприятиях. В структуре Наркомата просвещения был образованно Управление по Профтехобразования, причём и для детей и для взрослых. Государственным языком стал русский, а алфавит и орфография, ХХ века Старой Земли. Причём наиболее одаренных, проводили через Медицинский спецсектор, и помимо блока Присяги, благодаря новым изысканиям Михельсона, в капсулах можно было теперь получать и профессиональные навыки. После запуска на Новом локомотивном заводе Железнодорожного проходческого комбайна (курсив Мишкин, как изобретателя), строительство железных дорог на Территориях пошло в нарастающем стиле. Тем более, что разработанный Михаилом, с помощью Михельсона, Рельсовый стан, который гнал рельсы, как сосиски, полностью исключил «рельсовый голод». А благодаря горнопроходческому комбайну с встроенными гиперболоидами, проходка тоннелей в любых массивах, перестала быть проблемой.

Тракторный завод, помимо танков, стал клепать серию паровых грузовиков и тракторов, которые шли пока только на внутренний рынок. Там кстати создали серию правительственных лимузинов, так же паровых, и которые, за дикие деньги продавали на экспорт. Во всех двигателях, естественно стояла система неизвлечения, а Владимир приказал прибавить туда чип контроля, дабы можно было отслеживать стимпанкваген (курсив Кости) и если что привести систему самоуничтожения в действие. Очень хорошо работал «в стол» Авиа комбинат. Производились самолеты уровня Ан-2, в качестве штурмовиков. Была создана секретная база в жестко охраняемой пустынной местности, где была сама по себе авиабаза и летное училище. Летчики жили там вместе с семьями и инфраструктура, была пока замкнута, сама в себе. Массированно применять авиацию тяжелее воздуха, было решено применять, только в случае нашествия. Был еще в Кордильерском промышленном пуле комбинат Цвемет, где тянули проволоку всех вариантов и заодно штамповали гильзы для всех стволов, а дальше по списку шли… и Пулеметный завод, и большой Комбинат боеприпасов, и много чего еще, включая Металлургический комбинат, естественно работающий на звездных технологиях. А не последним из главного были так называемые Ремонтные Ангары, находившиеся в поле генераторов звездолёта, и в котором любая техника произведенная с элементами звездных технологий, сама по себе восстанавливалась и обновлялась. Этот процесс, Михельсон называл мудрёный словом нанотехнологии, объясняя это одним из направлений буржуазной лженауки адептов некоего Фейнмана.

Тут же был Государственный печатный двор, где печатали гербовые бланки и бумажные пиастры. Банкноты печатались на анодированном золотом и серебром пластике, имели хождение только на территории Диктатории и вне ее границ, ценились даже выше золотого номинала, особенно у Бонистов (в смысле коллекционеров банкнот, а не фанатов Бонапарта). И было ясно, что такого скачка в развитии, Мировая закулиса, никогда не простит. Владимир доложил на Высшем Совете Диктатории, о том, что вверенные ему службы, разъяснили главные центры Мирового влияния и их места встреч. Так что, если, что, так сразу и на каждую Закулису, у ОПК есть «Белая рука».

Глава восемьдесят восьмая, в которой у Михельсона опять новости

Дивизионный интендант Михельсон, продолжал осваивать компьютерный центр звездолёта, и это было необходимо, ибо повышение его уровня, как пользователя системы, открывало ему новые уровни информации. Найдя программы профобразованию для медкапсул, он нашел среди них и программы обучения корабельных специалистов, поставил себе нужные для работы на ВЦ уровни, после чего вышел на новые информационные слои.

И тут всплыл полный план звездолёта, и космический корабль оказался гораздо больше, чем виделось изначально. То что считалось звездолетом было в принципе рубкой управления, ниже был основной корпус а вернее вертикальный блок корпусов, с оборудованием для наземной базы, складами техники, оборудования, продовольствия и даже ангарами. Но дальше было еще интереснее…

Судя, по данным обнаруженных Михельсоном в «облаке», одна из лун этой Земли, была искусственным телом и именно с ней была как-то связана эта экспедиция. Спутник представлял собой станцию, представляющую собой исследовательский центр и музей одновременно. Эта станция облетеле много звездных систем, но потом из за аварии, попала сюда, причем весь экипаж погиб, а звездолет «Ледяное копье знаний», приблизительно так переводилось его название, был исследовательский корабль, который сняли с маршрута и послали на сигнал аварийного маяка. Но пока он сюда летел, в его родной системе произошел взрыв Сверхновой звезды, и та цивилизация погибла.

Так вот, в ангарах звездолета, были Штурмовые катера типа планета-космос. И теперь был срочно создан Отряд космонавтов, который прогоняли через медкапсулы и тренажеры, готовя экипажи для космической эскадрильи. Эскадрилья Сокол вошла в состав эскадры Валькирия, и первыми ее пилотами, стали парочки из первого состава, уже имеющие минимальный боевой опыт. Остальных подобрали в первую очередь из землян, и подбирали также семейные пары, как сказали психологи СМЕРШ, семейный экипаж, надежнее обычного.

Пятнадцать штурмовых космолётов, стали однозначным «Последним доводом королей» для возможных обострений с этим Миром. После отработки боевой слетанности, и уничтожения залпом бортового оружия, нескольких необитаемых скалистых образований в океане, Александр решил, что скрывать своё военное преимущество Базе больше не следует, ибо если что «Соколы» прикроют от любой Антанты. Проводить экспансию вне материка, Диктатория не собиралась, но Северную Америку, Высший Совет, считал своей однозначно.

* * *

Новейший HMS пароходо-фрегат «Лис» уже сутки ходил галсами (экономия уголь) в районе Каменного архипелага. По данным Морской разведки, тут была станция контрабандистов промышлявших золотом и валютой Диктатории.

Коммодор стоящий на мостике, как раз принял из рук вестового кружка с кофе, сдобренным бренди, когда в небе что то сверкнуло, и один из скалистых островов исчез в вспышке белого огня, а потом запоздало раздался грохот, а потом еще вспышка, а потом еще грохот, и так продолжалось пока архипелаг не исчез в бурлящих волнах, а потом мелькнула свистящая адским свистом черная тень, и последнее сто увидел капитан британского судна, огненную пульсирующую звезду над кораблем.

Первый испытательно-боевой вылет «Соколов» прошел успешно.

Глава восемьдесят девятая, в которой самурай становится танкистом

Генерал-майор, князь Коцане Асиму, командир Стальной дивизии, был по настоящему счастлив, окидывая взором ряды стальных машин с бронзовыми буквами Лизавета на броне. Это были его солдаты, его воины, он воспринимал танки, как живые существа единые с экипажем. Кстати, экипаж его танка состоял из его жен, что особо отметил после учений, Лорд Протектор по делам безопасности и обороны, Светлейший Князь Владимир присвоивший его онна-бугэйся, звания младших лейтенантов Стальных войск. А дивизии было добавлено к названию «Краснознаменная», так назывались воинские части армии Диктатории, победившие в бою.

Учения проходили в пустынной местности возле Мексиканской границы а туда бодро отступала разбитая, армия Вильи Седьмого, одного из многочисленных мини диктаторов (в кипящей Мексике теперь постоянно образовывались мини государства которые мексиканские минибонапарты нагло называли Диктаториями). И этот табор на свою беду наткнулась на дивизию, отрабатывающую разворачивание частей и подразделений при развертывании.

Так что кавалеристы, на конях перегруженных шмотьем честно заработанных непосильной экспроприацией, были сметены бронированным валом, танков и бронетранспортёров (специально для Бронечастей, выпускался бронетранспортёр на гусеничной базе, получивший название «Буйвол» и вмещавший два отделения солдат, при двух пулеметах). Бронедивизия нового строя, состояла из трех полков, в каждом из которых было по одному танковому батальону (31 танк), одному бронегренадерскому (65 бтр) и самоходно-артиллерийскому дивизиону (три батареи по 6 САУ).

Бой был настолько скоротечен, что бронегренадеры даже не высаживались из своих боевых машин. Танки даваили огнем и маневром, БТРы подчесывали пулеметами и огнем из бойниц, САУ шедшие сзади атакующей схемы, прокатились на этот раз просто так. Короче, этот бой обошёлся танкистам без потерь, после чего Генерал-майор, князь Коцане Асиму, доложил Светлейшему Князю Владимиру о том, что Стальная Краснознамённая дивизия к бою готова.

И теперь, он с командирского танка, наблюдал, как чётко проходят боевые машины вверенной ему части. Он еще не знал, куда повернут его танки, но знал, что серьезные бои близко.

Войска Британской Канады вцепились в остатки Франконии, Северяне подбирали ближайшие к себе графства, но обострение на границе Диктатории, буквально чувствовалось ожидалось лишь Казус Белли, ибо слишком много Британских войск новое правительство Ее Величества, прислало в Новый свет, после «Сипайского скандала». Британцы сделали очередной финт, они набрали новый Сипайский корпус из неприкасаемых, обещав им после войны все права и должности в колониальной полиции, чем получили мотивированные и надежные воинские части, плюс к этому прислали и австралийские войска. Агентура ОПК выяснила, что САСШ будут после Франконии следующими.

А в Европе сцепились Германия Франция и Италия, и под эту музыку Чехи, Венгры и Австрийцы вновь объединились в Империю, а поляки снова захотели Речь Посполитую, ну а России было не до Европы, ибо полыхнули Манчжурия и Корея. Так что у Британии, в Новом Свете, руки были развязаны и новый Гранд Флит уже дымил в Скапа-Флоу, причем в становлении HMS была виновата База, которая своими огромными заказами (до Кордильерского периода) на металлопрокат и оборудование, практически инвестировал Британское ВПК, да и секрет сварки и модульной сборки судов, быстро перестал быть секретом. Так что Диктатория опять сосредотачивалась, впрочем делала она это все время, начиная со дня своего образования.

Глава девяносто, в которой наш паровоз вперед летит

Как сказал Константин, на открытии двухпутного ЖД моста через Миссисипи: «Вовремя проведенная железнодорожная реформа, так же полезна для государства, как рюмка Столичной перед горячим, для организма». Производство Столичной водки наладил генерал-старшина Тарасюк и на экспорт она шла буквально гектолитрами. Старшина по рецептам своих деда с бабкой, по просту стал выделывать самогонку тройной перегонки и двойной фильтрации. Были построены огромные самогонные аппараты из титана (который молекулярные синтезаторы производили в любом количестве) и кукурузный и пшеничный самогон выдавался всевозможных сортов… и на малине, и на смородине, и на любых других фруктах, а уж настроенная в дубовых бочках амброзия, под брендом «Старшина», мог поспорить с любым французским коньяком. Но вне всякой конкуренции шла «Столичная слеза», компания Смирнов, даже пыталась судится с винокурней «Гвардейская», но безуспешно.

А вот железнодорожная реформа была на коне, причем на железном.

Благодаря, новациям в ЖД строительстве и развитой металлургии, все города и веси Диктатории, были соединены стальной паутиной. НКПС возглавил, один из ближайших помощников Тарасюка, прапорщик Шмыгайло. Он был сыном потомственного машиниста, службу начинал в учебке железнодорожных войск, потом в Школе прапорщиков и на Базе, командовал железнодорожным дебаркадером, плюс занимался логистикой. Ему добавили знаний в медкапсуле, и наркомат заиграл. В каждом населенном пункте, имеющем статус города, были устроены вокзал, пакгаузы и депо.

Вокзалы обязательно имели ресторан или буфет (в зависимости от величины города) и гостиницу, для отдыха поездных бригад. Пакгаузы же были собственностью НКПС, и грузы доставляемые по железной дороге должны были храниться там (не бесплатно конечно). Также в наркомате был свой Телеграфный департамент, то есть все станции были связаны своей телеграфной сетью, которую, естественно контролировал СМЕРШ («Ибо связь это нервы войны, а нервы себе портить мы не дадим» Светлейший князь Владимир). Акционерами в Железнодорожный телеграф, вошли местные банки и банковские переводы по телеграфу и коммерческие телеграммы, дали хороший прибыток.

Ну и естественно развивались и железнодорожные войска. В каждом округе был свой Железнодорожный дивизион, куда входили транспортные эшелоны с тягой и бронедивизион (в мирное время, транспортные эшелоны разрешалось использовать в Народном хозяйстве).

БеПо, надо сказать получили после рейда на Акапулько большую популярность. В Мексике, жд шушпанцеры, появились даже на узкоколейках, но в Диктатории все было по взрослому. Стандартный Окружной бронедивизион включал в себя два бронепоезда, две бронеплощадки с паровозами и путеремонтный поезд. Плюс в каждом Округе был Отдельный бронедивизион НКВД, включавший в своем штате бронепоезд и дюжину бронемотрисс. И у погранцов естественно бронемотриссы буквально кишели. Железнодорожниками работали в основном русские и немцы. Были созданы специальные железнодорожные поселки, где служащим НКПС выделялось бесплатное жилье (только на время службы) и была полная инфраструктура для комфортного проживания, включая профильные ПТУ. После того, как на один из поездов НКПС недалеко от мексиканской границы напала банда и поездная бригада понесла потери, Лорд Протектор по делам Безопасности и Обороны, Светлейший князь Владимир, выступил в прессе с заявлением, в котором объявил, что все кто будет пытаться причинить вред НКПС, автоматически станут пребывать в статусе «вне закона» и будут покараны, невзирая на местонахождение и подданство. После чего банда была выслежена и уничтожена вместе со своей базой в селении ударом «Валькирий» НКВД, после еще пары подобных случаев, и немедленного и жестокого возмездия, на поездах НКПС Диктатории, спокойно и безо всякого риска, для чести, достоинства и собственности, могли путешествовать девственницы ню, с мешками золотых пиастров.

Но британцы, тем не менее готовились к аннексии прилегающих территории Канадского Генерал-губернаторства, скопилось уже около двухсот тысяч войск. А в Европе гремела война, всех со всеми. Германия, Франция, Новая Австрия, Новая Польша, Италия, скрестили штыки, периодически меняя союзы и коалиции. Болгария и Румыния получившие от России свободу и независимость, по-быстрому снюхались с Турцией, которая натравила их на Балканские княжества, после чего и сама влезла в разборки. Россия официально находилась пока в стороне, хотя кое кому тайно помогала, но Русская, армия была занята борьбой с сепаратистами на Кавказе и Дальнем Востоке, что явно снимало напряженность с вопросом по бывшей Русской Америке. Но по крайней мере, попытки покушений на графа Резанова прекратились.

Глава девяносто первая, в которой сгущенка и селедка, входят в конфликт с HMS Royal Navy ​

Малый коммерческий галеон «Финвал», производства Порт-Артурской Верфи, шел под норвежским флагом в Осло с грузом знаменитой сгущенки ГОСТ 2903-78, не менее знаменитого концерна «Сгущенка». Капитан Ларсен немного нервничал, так как среди контейнеров со сгущёнкой, было немного (тысяча другая бутылок) «Столичной Лимонной» по которой в Скандинавии буквально сходили с ума, но и ввозные пошлины были запредельные, тут постаралось лобби британских виноторговцев, и посему контрабанда водки, была более, чем сверх прибыльным делом. И тут на горизонте появились дымы, и скоро сигнальщик мог определить два HMS типа Глостер, новейших бронепалубных крейсеров Royal Navy.

Крейсера разошлись в стороны таким обоазом, чтобы курс галеона прошел как раз между ними. К капитану подошел один из пассажиров, взятых в Акапулько до Осло, джентльмен среднего роста, с незапоминающимся лицом, звали его насколько помнил капитан эре Лунгстрем и был он торговцем из Стокгольма. — «Не волнуйтесь капитан». сказал швед, — «Ваш груз насколько мне известно, является, собственностью Диктатории, а Диктатория хорошо смотрит за своим добром».

Капитан Государственной Безопасности Лунин из ОПК, знал о чем говорил, ибо груз, который его команда сопровождала в Осло, был предназначен «Белой руке» для спецоперации, против Мировой закулисы», от имени Анархистов, естественно (после серии зачисток реальных и потенциальных ключевых противников Диктатории или просто опасных для нее лиц, был запущен слух о международном Союзе анархистов, который и творит часть этого ужаса. После истории с казнями от имени богини Кали, в это охотно поверили и больше того, по всей Европе появилось множество анархических ячеек и союзов, которые занялись мелким террором и естественно периодически попадались на горячем, что создавало прекрасный маскировочный фон, для работы ОПК.

На Финале, вместе с пополнением, для шведской группы, шло оборудование для акции против одного из Центров Мировой Ложи, и почему, Лорд Протектор по делам безопасности и обороны, Светлейший Князь Владимир, приказал боевому дирижаблю из эскадры «Валькирия» (бортовой номер, О222, что означало Вторая машина, второго звена, модель Орел 2).

Валькирия получила сигнал от капитана Лунина, но и сама заметила HMS.

Дело было в том, что груз на борту норвежского галеона действительно юридически принадлежал концерну «Сгущенка», так как шел для, бартера, на селедку. Тарасюк придумал очередной маркетинговый ход, дарить покупателям по лотерее, селедку. Ну и для, общепита селедка годилась, ибо картофель произрастал и потреблялся, вовсю. Так что окончательный расчет должен был произойти в Осло. Надо сказать, что про контрабандную водку старшина прекрасно знал и имел с этого свою долю.

Так что как только флагманский крейсер дал предупредительный выстрел, вы око в небесах расцвели огненно-ледяные залпы скорчеров, спаренных с гиперболоидами. Орлы-2 были вооружены именно таким оружием. Так что капитана потом и не пришлось даже вербовать, ибо после увиденных на месте британских крейсеров шаров огня и пара, о аж ножками сучил повизгивая, от желания работать на диктаторию.

А через неделю, старинный особняк в окрестностях Стокгольма, сгорел дотла, не смотря на то что он был каменным, сгорел вместе с хозяевами и гостями, собравшимися, на какой-то семейный праздник. (Белая рука не пожалела плазменной мины из «звездного» арсенала). О своей, причастности к этому пожару заявили сразу, четыре секции Анархистов, в Европе началась охота на ведьм, особенно в, воюющих странах. Жару в этот костер добавили и агенты ОПК. По их хитрой наводке, военная, контрразведка обнаружила в ряде банков принадлежащим Ложе, склады оружия и неучтённые деньги вне официальных банковских хранилищ. А процессе этих операций, два банка были ограблены «анархистами», а тут еще раз взяли Варшаву и освободили Вену, так что в Европе было весело, как в древнеримском цирке и на арене весь день, незримо блистала агентура Базы.

Глава девяносто вторая, в которой Кицуне выходит замуж

Лорд Протектор по делам безопасности и обороны, Светлейший Князь Владимир женился, причем в третий раз. Первые две его жены были традиционно для верхушки Диктатории, индианка и мормонка, обе его секретарши выдержавшие кастинг и естественно прошедшие процедуры в медкапсуле, причем во всех смыслах. Одна из главных государственных тайн Базы заключалась в том, что в медкапсуле, помимо поправки здоровья и постановки психологоческих блоков, можно было радикально менять внешность. Это применялось в целях спецслужб и естественно этой привилегией пользовались супруги Светлейших князей, а в народ была запущена сплетня о том, что близкое общение со Светлейшими, делает женщину моложе и красивее. Учитывая, что омоложение сиятельные жены проходили раз в год, при штатном медосмотре, байка легла в самую плепорцию. Тем более что жены Светлейших хорошели с каждым годом. Михельсон, тайком от всех кроме Владимира и Александра ставил всем дамам высшего круга, блок от рассказов об медкапсуле вне высшего общества и это Высшие руководители Диктатории одобрили, а то так недалеко и до женской революции. Но от женщин у них теперь отбоя не было, от слова вообще. Кто из них этим пользовался и пользовался ли вообще, опустим.

А новой, в смысле очередной женой Владимира, стала самая всамделишная Японская принцесса Ханако химэ. И этот брак вельми рекомендовал Генерал-майор, князь Коцане Асиму, командир Краснознамённай Стальной дивизии.

Это была последняя оставшаяся, в живых представительница Императорского дома Комэй, ей повезло, что отец принял присягу у отряда самураев от ее имени, и этим бойцам, чтобы не стать ронинами, нужно было спасти принцессу, и было очень важно, что бы она в течении года вышла замуж, ибо срок присяги по контракту продолжался после вступления в статус прямой наследницы ровно на год и в случае законного брака, самураи автоматически становились Сабиру буси нового Дайме, мужа принцессы, или же в ином случае снова становились ронинами.

Самым важным во всей этой котовасии было завещание императора, подписанное членами Тайного Совета Сумицу-ин, в котором гласилось что в случае насильственной смерти оного, новым Тэнно становится супруг последней наследницы, которой и являлась эта самая Ханако химэ Комэй. То есть все самураи Диктатории будут вдвойне преданы своему Дайме и Тэнно и много других самураев покинут Ямато.

После гибели императорской семьи в пригородном дворце, сгоревшим после его штурма армией Трех князей, самураи ниндзя и их принцесса, находившиеся к счастью в порту, смогли сесть на галеон Диктатории перевозивший поселенцев и прибыв в Акапулько, сразу же вышли на Асиму, которого их командир знал еще в Японии.

Владимир посоветовался с триумвиратом друзей, и Александр Мишка и Костя, буквально хором сказали: «И раздумывать нечего!», а Мишка добавил — «Тэнно», и все (кроме Владимира) заржали.

Когда Владимир сообщил своим женам, что политические интересы Диктатории требуют расширения их семьи, и скво и sister-wives, ответили что мужчине виднее, но хотелось бы и посмотреть на будущую товарку, в чем Владимир был полностью с ними согласен и назначил смотрины.

Самураи в шикарных кимоно, в красных банданах хатимаки с иероглифами, проконвоировали во двор резиденции Светлейшего князя и Лорда-протектора закрытые носилки и построились рядом с ними, после чего склонили головы и из носилок появилась фигурка в раззолоченном красном кимоно, с вычурной прической, и катаной за спиной, лицо она прикрывала веером, а когда веер с треском закрылся, Владимир воскликнул изумленно — «Кицуне!», увидев в ответ не менее удивленный взгляд на красивом немного хищной красотой фарфоровом личике, являющимся точной копией шёлкотканой картины которую дед привёз с войны из города Муданьдзяна. Дед рассказывал, что этот оборотень-лиса Кицуне, героиня японского эпоса. А принцесса поклонилась Владимиру и сказала на ломанном русском, что воин назвал ее тайное имя и теперь он ее господин. А Владимиру вспомнился старый анекдот, где … «и выпустил старший брат стрелу, и попала она в младшего. Пришлось жениться». Короче свадьбе быть, тем более, что жены кандидатуру одобрили. А этой же ночью Светлейшего князя практически изнасиловали в собственной спальне, куда вместо кого либо из жен, заявилась невеста.