Кодекс Охотника. Книга XIII

И тут мы подходим к самому интересному моменту. Все мои Печати настроены на то, чтобы не делиться ни с кем своей душой, даже если хозяин будет находиться в бессознательном состоянии, а какая-то тварюка попытается у меня это немного отсосать. Ха-ха, звучит пошло, но передаёт точный смысл. Короче, мне придётся ни много, ни мало надрезать Печать Регенерации, чтобы она потеряла часть свойств, и начала немножко «кровить». Ну, как немножко… Кровить она должна «множко», и я должен при этом не сдохнуть.

Я почувствовал, как задрожала внутри меня душа, завибрировали Печати, которые пришли в дисбаланс. Если бы они были живыми, то прямо сейчас были бы в панике, не понимая, что с ними происходит. Но да, прямо сейчас мне понадобится много энергии, чтобы внутри было что-то, с чем можно было работать. Поэтому я вскочил на ноги, достал Аквилу и проговорил в пустоту:

— Вылазь, мерзляк! Покажи мне, где здесь кристалл спрятался?

— Ш-ш-шам мерзляк! — огрызнулся Шнырька, но кристалл мне показал. Он был совсем недалеко.

— Что ж, — улыбнулся я. — Раз, два, три, четыре, пять. Сандр идёт искать. Кто не спрятался, я не виноват.

Вывалился я из портала часа через три. Геноцид големчиков завершился успешно, и меня сильно давила жаба, что я не могу забрать полученный с них камень для своей каменной братвы. Но энергия была собрана, кристалл разбит. Внутри меня творилось чёрт знает что, доставляя мне определённый дискомфорт.

Когда я вышел из Разлома, Ульрих сидел прямо на снегу. Шуба лежала рядом, а он внимательно наблюдал за мной.

— Всё прошло успешно? — осведомился он.

— Д-да… — проговорил я.

Пальцы мгновенно скрючились, я потянулся к шубе.

— М-можно мне её назад?

— Да, конечно, — без улыбки подал мне шубу Ульрих, и заботливо напялил мне на голову ушанку.

— С-спасибо, — сказал я.

Сука, приеду домой, сутки из бани не выберусь.

— Возвращаемся в замок?

— Д-да… — сказал я.

Попытался высморкаться, но в итоге от носа у меня отвалились две сосульки.

— С-сука… — тихо проговорил я.

Ульрих, похоже, услышал, потому что я увидел его лёгкую улыбку. Издевается, чёртов снеговик. У него в венах вообще, что, кровь или антифриз?

Обратно мы пошли быстрее.

Вскоре мы были уже в замке, и вот подходим к покоям принцессы.

— А сейчас я попрошу вас остаться за дверью.

На удивление, королевская чета, без разговоров, кивнула. Когда я потянул ручку двери на себя, то спиной почувствовал суровый взгляд отца. И не нужно меня так буравить. Я закрыл за собой дверь, и тут же направился к столику, который заприметил ещё в своё прошлое посещение. Взял в руки большой хрустальный графин, оттопырил плотно притертую пробку и принюхался. Коньяк. Хороший коньяк. И разом замахнул в себя полбутылки. По телу пробежалось приятное тепло, и я удовлетворённо выдохнул.

— Сука, как вы тут живёте…

С сомнением посмотрел на полупустую бутылку, вздохнул, закупорил, и поставил на место.

Снова сел уже около спокойной Хельги.

— Нет, я, конечно, всё понимаю, подруга. Теперь ты после всего этого просто обязана выйти за меня замуж, — пошутил я в никуда, и положил ей ладонь на голову.

В тот момент, как наши души сплелись, я почувствовал охренительную боль. Похоже, закричали мы синхронно…

Замок Северного Королевства

Коридор около покоев принцессы

— Я вас предупреждаю. Что бы вы ни услышали, не вздумайте заходить внутрь. Ни в коем случае. Вы можете всё испортить. Это ясно? — глаза Александра сверкнули голубым пламенем.

Король прищурился, а у Лагерты перед глазами внезапно поблёк облик юного барона. Она увидела перед собой состоявшегося мужчину, отдаленно напоминавшего этого парня, вот только нёсшего за плечами опыт столетий, словам которого повиновались целые армии, а взглядом которого — воспламенялись целые города. Оба члена королевской семьи кивнули, и молодой человек зашел в комнату их любимой дочери.

— Дорогой, успокойся, — успокаивала Лагерта своего мужа, на котором лица не было.

— Ты понимаешь, что мы только что доверили самое ценное, что у нас есть, практически, незнакомому человеку?

— Ну, тут я возражу. Во-первых, я с ним знакома. Князь Андросов давал рекомендации. Да и с Хельгой он всегда ладил.

— Одно дело — ладить, а другое дело — от него зависит жизнь нашей дочки! — буквально прорычал Ульрих.

— Всё будет хорошо, — Лагерта провела ладонью по скуле мужа.

Если честно, она и сама сильно боялась за Хельгу, а мужа в таком состоянии видела в первый раз. Большой и сильный мужчина, который привык всегда решать дела силой и напором, возможно, в первый раз оказался в ситуации, когда что-то, а точнее, кто-то зависит от другого человека. Сразу же «кто-то» — это оказалась единственная любимая дочь.

Лагерта была здравомыслящей женщиной и предполагала, что что-то может пойти не так. А еще она боялась, что в случае смерти Хельги Ульрих выйдет из себя и захочет наказать Галактионова. А вот что случится дальше — об этом Лагерта даже не хотела думать. Да, она привыкла к тому, что её муж всесилен. Фактически, она видела в нём, кроме любимого мужа, ещё могучего повелителя, почти полубога. Но противостояние Ульриха и барона Галактионова? В его результате она не была уверена до конца.

— Всё будет нормально, дорогой. А знаешь, что меня больше всего волнует? — несмело улыбнулась она.

— Что? — нахмурился Ульрих.

— Как бы от этого лечения у них внезапно дети не организовались…

И снова резкий бросок ауры, а потом король обуздал эмоции и гулко расхохотался.

— Да ради бога! Вырастим и выкормим!

— Кого? — на этот раз удивилась Лагерта.

— Ребенка, который получится от лечения.

Тут уже Лагерта рассмеялась, поняв, что муж немного расслабился, и теперь пытается и ей поднять настроение.

Они взялись за руки, и в этот момент за дверью раздался дикий крик. Мужчина и женщина кричали в унисон…

Глава 4

Ну да… «Вырастить и выкормить», — а то Шнырька не показал мне сразу, как сильно были сжаты кулаки Ульриха за спиной. Да он сперва уничтожит меня, а потом придумает, что сказать нашим детям. Типа, ваш отец был таким самонадеянным и неосторожным, что умудрился в моем дворце… споткнуться? Сломать себе шею? Нанести себе две тысячи смертельных ударов? В спину?

Не-не-не! Никаких детей! Боюсь, что мне понадобится еще время, прежде чем я смогу что-то сделать Ульриху, сражаясь с ним хотя бы на равных. Силен тролль северный! Да, к чёрту! Я даже не уверен, что Пепельный дракон здесь поможет. Как бы животинку не угробил, если я его призову. Ладно, это все шутки, но Шнырька сидит и довольно улыбается после того, как слил мне их разговор.

Первая моя попытка была неудачной. Когда я сюда пришел, Хельга не зря кричала. Здесь такой вой стоял, и сейчас, хотя внешне она молчит, но в душе орет без остановки. Ей ужасно больно, и мне хотелось сделать все побыстрее, но это было нелегко. Только я зашел в ее душу, как попал под атаку, и к такому был не готов. Тут дело не в том, что я ослаб, или что она сильнее. Нет… Девушка не была сильнее, чем я, но сейчас она работала с очень опасной энергией. Она закрылась в своем первородном слое, в котором у любого человека находится колоссальное количество энергии. Проблема только в том, что если ее потратить, то больше не станет и души.

Я успел увидеть, что она сидела в ледяном коконе, который причиняет ей ужасную боль. Наверное, это последствия той твари. Она делала ей больно, и когда она пропала, Хельга не заметила, но по привычке считала, что боль никуда не делась. А это такой слой сознания, что там может быть все, что угодно.

Так, планы меняются. Одной регенерацией тут не обойдешься. Мне нужно действовать не просто аккуратно, а прямо филигранно. Один неверный шаг, и она умрет. А может и я с ней. Вторая попытка была куда удачнее. Я уже знал, что там меня ждет и закрылся защитой по самое «не балуй». Когда вошел в ее душу, то атаку, практически, не заметил.

— Ну, и чего ты кричишь? — говорю я Хельге, которая сидит в своем шаре.

Хотя и далеко, но я сделал так, чтобы она меня услышала. Не помогло, не пришла в себя.

— Голоса… Они… Голоса… Почему я? За что… Я не могла… Я не хотела убивать отца… Отец… Я не могла убить мать… Мама… Это была не я… Трон… Не могла… Он мне не нужен… Не я… Не я-я-я-я-я-я!!! — последнее она прямо таки завыла.

Хельга рыдала навзрыд, и ей было очень плохо. Сидя на полу и обняв свои колени, она не смотрела по сторонам, а только тихо шептала себе под нос эти слова. Тварь здорово влезла ей в голову, заставив поверить в то, что она ради короны убила своих родителей. Вот что, оказывается, могло надломить эту сильную девушку. А когда я подошел поближе, пробираясь через снежную метель, то понял, что этот шар создала не она. Это тварь была очень сильной! Она смогла воспользоваться ее личными силами. Так я думал ровно до того момента, пока не подошел вплотную.

— Вот это поворот! — удивился я увиденному.

За спиной у девушки стояла вытянутая тень, у которой тело состояло из черной, как ночь, энергии.

— Поздно… — улыбнулась тварь только что сформированной на пустом лице улыбкой. — Ты опоздал, человек! Она уже наша!

Вот это поворот! Кого-кого, а вот ее не ожидал я увидеть. Проклятый Пересмешник…

Откуда эта тварь тут взялась, для меня было большим секретом. Но если она здесь, то дела у нас не очень хороши. Если раньше я еще предполагал, что некоторые нюансы мне лишь кажутся, или сам все притягиваю за уши, то теперь уже точно нет. Враг Ордена в этом мире действительно существует, и он здесь давно. Жаль только, что самого Ордена в этом мире нет. Хотя… Что значит нет? Если здесь есть я, то есть и Орден! Клятва Охотника Кодексу, как любил шутить Старый Мак, не имеет срока давности, и даже смерть — не повод ее нарушить!

— Опоздал-опоздал! Мальчик опоздал! Хи… Хи-хи! — стала насмехаться надо мной тень.

Ее бесформенное тело вдруг начало обретать оболочку, и передо мной теперь стоит черная женская фигура, сотканная из тени. Ей смеяться надо мной показалось мало, и она решила еще больше побесить меня тем, что стала обнимать Хельгу и шептать ей что-то на ухо.

— Девочка уже моя… Моя! — хитро смотрела она на меня. — Что ты будешь делать? — спросила она меня, развлекаясь по полной. — То, что ты смог попасть так глубоко, это странное, но впечатляющее достижение. Не слышала, чтобы в этом мире кто-то так мог. Кто ты? Из какого Рода? Мне нужна эта информация. А за это я тебя не буду убивать… больно. Хи-хи-хи!

Я стоял и качал головой. Дожился, Пересмешник издевается надо мной, и делает это самым наглым образом.

— Почему молчишь? Боишься? — усмехнулась она, показывая зубы с кровоточащими деснами. — Я твой страх и ужас! Я сожру твою душу! Хи-хи-хи-хи… — мерзко захихикала она.

Ясно… У нее с головой не все в порядке.

Пересмешники — это прислужники Безымянного, и они относятся к разумным существам. Очень даже разумным, а вот эта в своем развитии решила уйти в другую сторону от своих собратьев. Иначе не могу объяснить, откуда у нее такое идиотское поведение.

— Ну, поговори со мной! — вдруг приблизилась она к куполу и облизала его своим змеиным языком. — Это первое мое задание за триста лет! Мне так было скучно… в том мертвом мире. Пожалуйста… Поговори со мной… Я хочу услышать твое отчаяние. Попросишь не причинять ей вред? А может вернуть тебя в твой мир? — выжидающе наклонила она голову.

Она еще улыбалась, ожидая от меня хоть какой-то реакции и, кажется, дождалась. Пространство в душе задрожало, меня охватила злость. Я тот, кто лично убил четверых Владык, несущих Скверну, не мог слушать слова этой жалкой пешки.

— А ты наглая! — наконец-то я выдал хоть что-нибудь, и при этом усмехнулся.

— О-о-о-о… так ты не немой, — захлопала она в ладоши, но получилось плохо из-за дефектов тела. — А я уже подумала, что мне будет скучно.

— Скучно? — удивился я. — Нет… Скучно точно не будет!

В следующий момент я сделал шаг вперед, и она снова рассмеялась, когда я не смог пройти барьер. А вот когда я дотронулся рукой до барьера и он бесследно исчез, то улыбка у нее пропала.

— Почему ты не смеешься? — делаю еще шаг, и передо мной мгновенно возникает новая стена.

Плевать, хоть десять… Даже тысячу таких стен… Пусть даже своего Владыку призовет, ее уже ничего не спасет.

— Так не должно быть, — нахмурилась она, и кинула взгляд на Хельгу. — Девка жива, но ты сломал ее барьер.

Кажется, у нее сейчас сломается психика от такого.

— Почему не должно? Откуда простому Пересмешнику знать, как должно быть? — с презрением спросил у нее.

И вдруг до нее стало доходить, что дело тут нечисто, когда я еще один барьер прошел без проблем.

— В этом мире нет таких… — начала говорить она и запнулась, а может и догадалась.

— А кто сказал, что я из этого мира? — и тут ее озарило, но еще не до конца, нужно добить. — Позволь мне представиться. Сандр, Гранд-Магистр Ордена Охотника и просто хороший парень! Сандр… Хотя… Может тебе больше скажет мое прозвище Сандр — Ужас Чистилища? Именно я тогда возглавил нападение на ваш Мир!

А вот теперь она осознала и даже захотела покаяться, я прямо был уверен в этом. Сколько в этом существе сейчас обреченности и ужаса.

— Невозможно! Охотников нет в этом мире! Он обещал мне, что этот мир чистый! — кажется, у нее началась истерика.

— Кто он? — теперь уже я хочу знать, кого мне нужно еще завалить.

Но так легко, само собой, не было. Она не собиралась сдавать своих. Вместо этого выбрала момент, когда мне оставалось пройти последний барьер, и обрушила их все. Барьеры рухнули, и Хельга заорала от боли, а тварь, воспользовавшись этим, бросилась бежать. У нее был запасной выход, но до него еще нужно добраться. Она явно посчитала, что я вначале решу помочь Хельге, а лишь потом начну преследовать ее, а зря… Я очень злопамятный, а их братия достала меня еще в прошлой жизни.

— Ш-ш-ш-ш-ш-шабака Ш-ш-ш-ш-шутулая… — заржал Шнырька прямо мне на ухо и показал вблизи, как она бежит.

Вернее, не то, как бежит, а ее лицо меняется в этот момент. Оно сейчас перетекает из одной личины в другую. Трудно себя контролировать, и каждое из них имеет одно и тоже выражение… Ужас!

— Она твоя… Хирдавардимион! — с этими словами я выпустил Хтоническую Душу, очень злую и невероятно голодную.

Мне сложно описать это существо по многим причинам. Одна из них — просто невозможно его описать словами. У него были ноги, крылья, щупальца, множество глаз, и сотни ртов. С его глупым видом можно только сравнить опасность, которую оно из себя представляет. В реальном мире я, наверное, не рискнул бы его выпускать. Даже будь я на пике своего могущества, все равно сомнения остались бы. Но тут… Тут правила другие, и здесь главной силой являюсь я.

Хтоническая тварь завизжала, и попыталась оказать сопротивление, но получив звонкую оплеуху, быстро подчинилась и помчалась за Пересмешницей. И очень быстро ее догнала. Дальше было много боли и криков, настолько искренних, и самое главное, что от ее насмешек не осталось и следа. Стоило твари умереть, как состояние Хельги заметно улучшилось. Но далеко еще до идеала. Для этого я здесь, чтобы ее подлатать. И я знал, как это сделать. Возвращаемся к плану «А».

Подойдя к девушке, которая мало что сейчас понимала, а может, вообще, ничего, я вздохнул и щелкнул пальцами. Ее верхняя одежда пропала, оголив спину. Да-да, именно спину. Захватив контроль над этим местом, теперь здесь я Бог. Одежда оставалась только на передней части туловища у девушки, а спина была полностью голой. Затем несколько минут я все проверял, и только после этого приступил к работе. Процедура была сложной, но интересной. Мне нужно нанести на ее нестабильную душу Печать Регенерации. Сама печать не требует много энергии, но сколько нужно вложить в нее знаний и опыта. Боюсь, что даже мне будет сложно с этим справиться. Но зато, если не убью ее при нанесении печати, то она будет иметь две регенерации. Душевную и телесную. Возможно, даже самую лучшую регенерацию в этом мире, потому-что мне придется поделиться с ней частичкой своей души. Душой Охотника…

Дворец Ульриха

Коридор возле спальни Хельги