Лу за гранью свободы

— Ответить на звонок, включить громкую связь!

Может быть, и перезвонили бы, но рисковать она не собиралась.

— Луиза, через сорок минут за вами подъедет машина. Будьте готовы.

Вот так, ни доброго утра, ни «хорошо ли вы спали». Ворча себе под нос, Лу быстро разморозила завтрак, высушила волосы и залезла в шкаф. Нужно было что-то посерьёзнее, чем ее любимые яркие шмотки. Чёрный обтягивающий свитер, классические брюки? Ну и что, что вся в чёрном, говорят, этот цвет стройнит. Не удержалась, накинула на плечи безразмерный красный пиджак с огромными накладными карманами. Рэм уверял, что она в пиджаке — словно клоун, ну а Лу нравились вызывающие вещи. Что ж, высокий хвост, тяжелые ботинки военного образца, немного подвести глаза и брови — и девушка во всеоружии. Хоть на собеседование, хоть на вечеринку.

И снова Серж с его светлыми глазами и мягкой улыбкой, невольно приподнявший бровь при виде Лу.

На миг ей стало неловко за свой наряд, но она тут же разозлилась: имеет право! Свобода слова, свобода личности, каждый может жить так, как ему нравится. Захочет — вообще голой ходить будет. За это нынче не преследуют.

Гордо уселась в машину, готовая огрызаться, но не пришлось. Мужчина только поздоровался и предложил:

— Сделай себе кофе. Я сливок свежих залил.

О, они перешли на «ты»? Неплохо.

…

— Ты водитель? Это твоя машина?

— Я универсал. Могу водить, могу стрелять, могу сидеть над отчетами. У нас просто девушка, которая была за рулём, недавно получила разрешение на ребёнка. Ушла, конечно, в отпуск на все положенные пять лет.

Снова про ребёнка! Мироздание, хватит уже давить на больную мозоль!

— А у тебя дети есть? — не удержала любопытства Лу.

— Нет. Жена была, разошлись. Давно уже.

— А хотел бы?

— Ребёнка? Конечно. Все хотят, — Серж улыбнулся нервно, кривовато, но очень обаятельно. — Ну, планета переполнена. Дети нынче — роскошь, не каждому дано, верно?

Лу кивнула, тыкая пальцем в экран. Вот, кофе. Сливки, сахар. Все, как она любит.

Зажужжав, выдвинулся поднос с бумажным стаканчиком. Лу отхлебнула: вполне неплохо. Она не разбиралась в кофе. Сладкий? Да. Со сливками? Да. А уж какой там сорт, какая обжарка, какой купаж — это не к ней. Хотя многие считали кофе чем-то знаковым. Впрочем, кто-то любил чай, кто-то вино, а Лу вообще обожала яблочный компот, благо, яблок в магазине было сортов сорок, не меньше.

— Да, нам заправляют самый дешёвый кофе, — вздохнул Серж, неправильно истолковав ее гримасы. — Я иногда покупаю хороший, но слишком уж быстро заканчивается.

— Нормально все. Кофе как кофе, мне нравится.

— Я рад.

Ехали на выделенной высоте для общественного и служебного транспорта, а потому благополучно миновали все пробки. Серж был отменный водитель, очень аккуратный и внимательный. Лу ехала бы быстрее, да ещё в паре мест попетляла бы, а на 31-ю Желтую и вовсе бы не поехала, срезала бы переулком. Но то она, которая город знает лучше многих. В любом случае, через сорок минут они уже входили в здание ОСП.

Теперь Лу могла оглядеться. Ничего так, миленько. Высокие потоки, гидропонная зелень за стеклянными панелями, хром, бетон, яркими пятнами ковры на полу. Бордовый, лиловый, синий. Стильно и не скучно. И ориентироваться проще: вот они прошли по зелёному коридору, поднялись на 3-й этаж и свернули в лиловый зал.

Серж привёл Лу в ту самую приемную с диванами. Их ждали.

— Мадмуазель Луиза, тест вы прошли успешно, — сразу сообщил высокий. — Разве что резерв у вас не велик, зато отличная интуиция. Так что, хотите с нами работать?

— А у меня есть выбор? — усмехнулась девушка, ловя одобрительный взгляд Сержа.

— На самом деле не такой уж и большой, — впервые высокий улыбнулся, демонстрируя великолепные белоснежные зубы. — Нам очень нужен в команду интуит. Серж, наверное, уже рассказал, что один из членов команды временно выбыл из строя. Мы ищем ему замену. По регламенту, в отряде должно быть четыре человека: два мужчины и две женщины. Вы нам подходите.

— Может, все-таки представитесь? — не утерпела Лу. Она уже понимала, что нужна им больше, чем они ей.

— Меня зовут Марк Ши. Вон там — Жанет Ольхова. Ну а Сержа вы знаете уже.

— Я могу узнать о зарплате?

Марк придвинул ей стопку листов с крупным словом «Контракт» на верхнем из них. Лу сразу полезла в конец, а потом долго и задумчиво разглядывала цифру с пятью нулями. Почти в десять раз больше, чем у таксиста. Что же это за работа такая? Стало понятно, почему Серж намекал на юриста.

Подписать бы разом, не дёргаясь, и радоваться, что ей привалила такая удача, но Лу со вздохом принялась читать. И не зря.

— Это что такое? — возмущённо воскликнула она через четверть часа. — Пятнадцать лет не рожать ребёнка?

— С момента подписания контракта.

— Но мне будет уже сорок три!

— Отличный возраст для материнства, осознанный.

Лу бросила взгляд на Жанет, та невозмутимо пожала плечами. Наверное, тоже подписала.

— А ваша девушка, та, что ушла? Она же родила!

— Ей было уже сорок пять. Девушка — это я неловко выразился, — виновато улыбнулся Серж.

— Ваша бабушка родила после закрытия контракта, — напомнил Марк. — А потом ещё пятнадцать лет отработала.

— А маме было намного меньше.

— Ей просто повезло. Получила разрешение сразу же, как только закончила учиться. Ну там и Женева подсуетилась, конечно.

Лу замолчала и принялась читать дальше. Подводных камней она вроде и не видела. Обучение за счёт организации. Обязательный медицинский осмотр, полный цикл анализов раз в три месяца. При необходимости — служебное жилье. Освобождение от социальных работ. Ежегодная индексация зарплаты. Оплачиваемые вдвойне ночные смены и переработки. Все, как и у всех. Стандартный контракт, не считая пункта о беременности.

— А чем вы вообще занимаетесь? — спросила угрюмо. — Попаданцев ловите?

— В том числе. Ищем тонкие места, предотвращаем открытие «окон». Есть аналитики, которые довольно точно предсказывают их появление. К счастью, это происходит не так уж и часто, но проверять приходится каждую жалобу. Мы — единственная оперативная группа в городе. Отдел небольшой, с десяток аналитиков, бухгалтер, пара техников и мы. Я — старший группы.

— А разве это здание, — Лу махнула рукой, — не ОСП?

— Нет, — развеселился Марк. — Тут много отделов. Мы один из самых маленьких.

— Оу. Я могу подумать?

— Недолго. Хотите, покажу вам столовую?

— Можно было бы.

— Серж, Жанет, как насчёт ланча?

Глава 4. Выбор

В столовую пошли парами. Марк вёл Лу, Серж о чем-то перешучивался с Жанет. Лу предпочла бы наоборот. В смысле, пойти с Сержем. Он нравился ей больше. В принципе, она была совсем не дурой и догадывалась, что эти двое могли играть на контрасте, доброго и злого полицейского. Марк строил из себя сурового и надменного молчуна, а Серж — рубаху-парня.

Разумеется, если Лу подпишет контракт, она узнает их ближе. Но девушка сомневалась, надо ли ей это.

— Жанет, тебе как всегда? — Серж был сама предупредительность. — Я принесу.

Его предложение было кстати: в большом светлом зале едва удалось найти свободный столик. Народу сидело много. Разумеется, столики возле окон оказались заняты, пришлось сесть в центре.

— Столовая бесплатная, — пояснила Жанет удивленной Лу. — И открывается в десять. Все бегут завтракать. Очередь, конечно, но наши мужчины обычно берут эту миссию на себя. К тому же, если встанешь, столик сразу уйдёт. Садись давай.

Лу послушно опустилась на прозрачный пластиковый стул.

— Луиза, какие-то пожелания есть? Или я могу взять на свой вкус? Кофе? Круассан? Блинчики?

— Только не кофе. А есть что-нибудь с яблоками?

— Я погляжу.

Марк, оказывается, умел быть милым. Они с Сержем отправились в конец очереди, длинной, как змея.

— Жанет, а можно вопрос?

— Спрашивай.

— У тебя тоже контракт… ну… с условием про ребёнка?

— У всех женщин такой. Ты сомневаешься?

— Ну да. Пятнадцать лет…

— Смотри на это по-другому. Через пятнадцать лет ты почти гарантированно получишь разрешение. Государственная служба и все такое. К тому же у тебя будет образование и неплохая зарплата. Сможешь приобрести своё жильё, обзаведёшься полезными знакомыми.

— Ты не жалеешь? — Лу внимательно смотрела на свою собеседницу.

— Нет. Мне ребёнок светил только чудом, — длинно вздохнула Жанет. — Здоровье не очень, наследственность так себе. У меня были оба родителя, зачатие естественное, сама понимаешь…

Да, Лу понимала. Одиноким женщинам процедура оплодотворения выполнялась в клинике под присмотром врачей. Это гарантировало безупречную генетику. А те, кто на свой страх и риск беременели от партнера, ни в чем не могли быть уверены. Хотя, конечно, анализы и обследования предотвращали рождение больных и неполноценных детей.

— Тебе нравится твоя работа? — спросила Лу.

— Мне нравится моя зарплата. И соцпакет. И перспективы. Дар у меня, знаешь ли, совсем слабый, не то что у тебя. У меня в предках были индейцы, отец — так вообще почти чистый чероки. Представь себе, из резервации.

Ого! Лу, конечно, слышала о народах, которые наотрез отказались вливаться в цивилизованный мир, но вот их представителя видела впервые.

— А ты была там… ну, в резервации?

— Была. Дикие они. Живут в хижинах, готовят на дровах или газовых баллонах, выращивают кур и овец.

— И им разрешено рожать детей столько, сколько они хотят?

— Нет, это же не цыгане. Это только цыгане могут отказаться от медицины, образования и всяких социальных благ ради непонятной свободы. А у нас там строго: если выходишь в большой мир — учиться или работать, или за медицинской помощью — сразу получаешь противозачаточный имплант. Сама понимаешь, выходят все. Хотя бы и к стоматологу. Но в остальном — там довольно любопытно.

Лу с восхищением поглядела на Жанет: какая у неё интересная жизнь! Индейцы, резервация, дикари…

Наверное, она права. Семь раз Лу получила отказ. Вполне вероятно, что получит и ещё пятнадцать. С ее характером прожить год без штрафов и замечаний просто немыслимо. А тут, на этой работе, у неё есть вполне весомый шанс стать матерью. Хоть и через пятнадцать лет.

— А что, часто появляются попаданцы? — небрежно спросила Лу, пытаясь найти взглядом «своих» мужчин в очереди.

— А это уже внутренняя информация, — хмыкнула Жанет. — Вот подпишешь контракт и все узнаешь.

— Ла-а-адно. А рассказывать о своей работе друзьям можно?

— С ума сошла? Конечно, нет. Второй уровень секретности, ты что, не дочитала?

Собственно, Лу ничего и не видела, кроме зарплаты и пресловутого пункта про пятнадцать лет.

Мужчины тем временем вернулись. Марк поставил перед Лу поднос с фруктовым чаем и блинчиками с яблоком и корицей. Все. За это она готова была простить ему все преступления оптом. Он хотел ей угодить — и у него получилось. Стоит здесь работать даже ради столовой!

— Я согласна, — сказала она Марку. В самом деле, о чем тут думать? Такой шанс! К тому же зарплата и вправду впечатляла.

— Отлично. Подписываешь контракт, на медкомиссию, на инструктаж. Три недели испытательного срока. Ты ведь у нас таксистка? За руль пока сядешь? Посмотришь, что к чему, попривыкнешь.

— Той самой классной тачки, на которой катал меня Серж? Спрашиваешь! Ещё как сяду!

— Вот и отлично. Свой врач есть? Или к нашему пойдёшь?

— Да мне без разницы. Пойду, куда быстрее получится.

— Правильно.

Марк внимательно поглядел на Жанет, и Лу поняла: они специально их оставили вдвоём. Что из того, что говорила Жанет, правда? Может, она тут с три короба наврала? Теперь поздно думать об этом, согласие дано. Лу — одна из ОСП.

— Не нравятся блинчики? — спросил Серж. — Или чай не тот?

— Все очень вкусно, спасибо, — криво улыбнулась Лу. — Как вам удаётся не растолстеть? Бесплатно же!

— Генетика хорошая, — фыркнул Серж. — И спортзал три раза в неделю. Можно ещё бассейн, но я не люблю, брезгую. А Жанет ходит.

— Бесплатно, — пожала плечами женщина. — Плохо, что ли?

Ничего странного — бесплатный абонемент в тренажёрный зал или бассейн входил даже в соцпакет таксиста. Государство заботилось о своих работниках. Точно так же и медицина везде была бесплатной: заходи в любой врачебный центр и занимай очередь. Лу завернула после подписания контракта под первую же увиденную вывеску.

4-2