Попал! Том 6

— Берегись! — показался рядом Муромов, отбив ногой летящую часть дорожного знака.

— Грёбанные франки! — оскалился Калашников. — Как им удалось занять Троцкий мост первыми?!

Пересечь мост оказалось невозможным. Французы перегородили путь металлоломом из подручных средств и обстреливали подступающих русских фрагментами дорожной плитки, брусчаткой, кирпичами зданий. Снаряды несмертельные, но когда их запускал мастер чёрного оби такой кусок камня или металла мог убить бойца красного пояса как пить дать. В итоге команде Российской империи до сих пор не удалось пересечь мост и теперь приходилось пробиваться через укрепление французов. Трое уже убиты, четверым оторвало конечности, восстановить которые без хирургических инструментов адептам было не под силу. Переплыть водный канал тоже не вышло. Франки быстро выцеливали пловцов. Вот и соорудили русские подобие баррикады, которую медленно, но верно двигали через мост.

— Они воспользовались моим планом! — сокрушался Астафьев. Ведь именно он предлагал занять оборону Троцкого моста. — Суки! — выглянул он, запустив тротуарный столбик.

— Господин Калашников! — подбежал к аристократам боец из клана Ворониных. — У меня послание от госпожи! — он присел рядом, скрывшись за баррикадой. Каштановые волосы мокрые от пота, небритые щёки красные. На плече вышивка в виде чёрной вороны.

— Говори! — зыркнул на него Владимир, удерживая ладонями и плечом целостность строения баррикады.

— Перебраться через реку не удалось! Госпожа и глава Грозный решили пойти в атаку лично! — доложил боец. — Времени ждать больше нет! План таков: прорваться силой и вступить в бой с мастерами Франции!

— Ясно! — прохрипел Калашников. — Значит битва между Российской империей и Францией решиться здесь, на Троцком мосту! Давно пора! — оскалился он хищно. Наверняка, надоело скрываться за баррикадой и смотреть на смерть слабых.

— Зададим лягушатникам! — поддержал Муромов.

— Это битва точно не для тебя, Даниил, — остудил пыл молодого аристократа Калашников.

— Не обижай меня, Владимир, — не согласился Муромов. — Пусть я и не мастер, но обладаю коричневым поясом.

— Об этом я и говорю, — серьёзным взглядом смотрел на него Калашников. — В бой пойдут одни мастера...

Глава 4

Воронина и Грозный сидели за третьей баррикадой и отлавливали камни c металлическими конструкциями, прилетавшие от франков. Таким образом защищали основную часть сил Российской империи. В то время, как Калашников, Муромов и Астафьев медленно, но верно продвигались вперёд. Злобин с Катериной Долгорукой и Жуковым отвечали за тыл и защиту от возможного окружения. Если команду Российской империи возьмут в клещи на мосту — это будет конец. Конечно, мастерам удастся пробиться с боем и выжить, но большей части спортсменов придётся погибнуть. Нужно избежать такого исхода.

Боец, отосланный Юлией, вернулся с докладом.

— Госпожа! Калашников и Астафьев готовы выступить по вашему сигналу! — отрапортовал он. — Так же с ними выступят мастера их кланов!

— Молодец, Аршинин! — похвалила Воронина гвардейца за выполненную задачу, после чего обратилась к Грозному. — Александр, остальное за тобой, — и холодным взглядом посмотрела в глаза сильнейшему после императора. Тот кивнул.

Грозный — сорокашестилетний русоволосый мужчина с ясными голубыми глазами. Гладко выбритое лицо, и крепкое тело. Он не был высокорослым гигантом, не был и худым. Среднего телосложения. Казалось, с виду простой мужик. Но эти волчьи глаза. В них никогда не пробегал страх. Только гордость. Сила. Власть. В ясных голубых глазах читалось самое настоящее императорское величие. Множество дам было покорено этим взглядом, а сколько напугано бравых мужчин. Каждый в Российской империи знал: связываться с Александром Грозным — последнее дело, иначе сгинешь. Сжав покрепче дорожный столб со знаком "осторожно дети", коим он отбивал снаряды от франков, словно битой, вышел из-за баррикады и медленно пошёл вперёд. Шаг твёрд. Взгляд яростен. Мимо плеча пролетел снаряд. Второй он поймал ладонью — им оказался фрагмент дорожной плитки. Грозный сжал пальцы, раздавив ту в труху. И раздался его крик. Крик, полный ярости и гнева:

— Мастера Российской империи! Встаньте, братья! Плечом к плечу, как во все времена! Мы идём в бой!

И ответом ему был голос десятков. Не только мастера, но куда слабые воины не могли после такого остаться в стороне:

— ОДИН ЗА ВСЕХ!!! И ВСЕ ЗА ОДНОГО!!!

— ОДИН ЗА ВСЕХ!!! И ВСЕ ЗА ОДНОГО!!!

— ВПЕРЁЁЁЁЁЁД!!!!! — разбрызгав слюной, бросился Грозный в атаку.

Калашников и Астафьев, будучи на передовой баррикаде, получив сигнал, сорвались на бег. При этом увидели мелькнувшего мимо Александра. Слишком быстро! Невероятно!

— Чёртов, монстр! — оскалился Владимир и поспешил нагнать старшего товарища.

Грозный буквально влетел в груду металла из автобусной остановки и фрагментов летнего кафетерия. Части разлетелись в кучу. За ней вторая линия баррикад. Александр рванул вперёд, разогнавшись словно лев, и подпрыгнул в воздух на четыре метра, перепрыгнув кучу хлама. Готовый оторвать голову любому первому попавшемуся, он остолбенел и растерянно наблюдал мелькавшие спины убегавших французов. За ним через баррикаду перепрыгнули Воронина с Калашниковым и остальные мастера.

— Нас обвели вокруг пальца... — догадалась Юлия.

— Верно, — шмыгнул недовольно носом Владимир. — Основные силы франков уже покинули мост. Нас обстреливали только четверо мастеров. Суки.

— Догнать. — стиснул злобно челюсти Грозный и бросился вперёд.

— Вот же, безумец! — прокряхтел Калашников. — Воронина! Останься здесь! Вдруг это ловушка!

— Я итак собиралась, — поправила она длинные чёрные волосы. Беготня явно не для неё.

Калашников побежал вслед за Александром. Как же быстр тот был! На порядок быстрее других. В этом и есть разница между лучшими и остальными? Но разве это честно? Они ведь на одном уровне оби, и такая разница!

Через минуту Калашников нагнал Грозного. В переулке, совсем рядом с основным маршрутом. Тот вбивал голову мастера французов в асфальт. Безостановочно. У пойманного не было живого места на лице — сплошная каша. Но Грозный бил. Бил. И бил. Безо всяких слов, будто выполнял скучную монотонную работу. Владимир стоял рядом, не решаясь того окликнуть. Издевательство продолжалось ещё двадцать секунд. Затем Александр отпустил труп, вытер с подбородка и щеки кровь и разбрызганную жижу с мозгов.

— Поймал одного. — произнёс он спокойным тоном.

— Вижу, — кивнул Владимир.

— Думал от меня спрятаться. В Москве. Смешной. — сказав это, Грозный совсем не улыбался.

— И правда дурак, — снова кивнул Калашников.

— Поспешим. Мы слишком задержались на мосту. Пора включиться в гонку! — побежал Александр к своим, но немного медленнее. Видимо, чтобы Владимир не отставал...

...Грозный и Калашников воссоединились с основными силами и поспешили к торговому центру для закупки. Отправленный отряд, к сожалению, и застрял на мосту, после чего и началось сражение с французами.

— Мы точно в числе последних! — кряхтел Владимир, бежав рядом с Астафьевым и Ворониной.

— Если Романов застолбит штаб и удержит, будет неплохо! — кивнул догнавший Жуков. — Всё-таки, не зря они отделились!

— Если его не пришили по пути! — хмыкнул Владимир. — Рассчитывать на этого Томаса точно не стоит!

Воронина бежала молча. Чтобы Романов погиб? В это ей точно не верилось. Выживал же он в Российской империи в окружении врагов, а значит опыт есть, как избегать конфликтов. Хотя этот молодой грубиян словно приманивает к себе конфликты. Она ухмыльнулась.

— Чего ты лыбишься, Воронина?! — взглянул на неё Владимир.

— Какая странная ситуация, — бежала она, ровно дыша. — Сейчас все мы рассчитываем на Романова. Это так смешно.

— Пф-ф! Я точно не рассчитываю! — возмутился Калашников.

— Да я уже поняла, — ответила Воронина и устремила взгляд вперёд.

Они приближались торговому кварталу с отдельно стоящим Ашаном. На парковке было пусто, если не считать с десяток служебных автомобилей императорской гвардии. Как снаружи, так и внутри торгового центра, находились охранники и представители турнира, дабы никто из команд не нарушил правил закупки, и не стащил чего лишнего.

— Долгорукая! — окликнул Катерину Грозный.

— Здесь! — отозвалась девушка, сравнявшись с Александром.

Команда уже занимала парковку у входа в торговый центр.

— Возьми, — протянул он девчонке депозит. — Выбери людей и купи всё необходимое.

— Поняла! — кивнула Катя и поспешила назначить помощников из своего клана, после сразу же отправилась в торговый центр.

— Остальным — отдохните. После закупки придётся ускориться. Романовы должны занять штаб, но не уверен, что у них хватит сил удержать его, в случае если врагов окажется слишком много. — произнёс сухим тоном Грозный.

Практически девяносто человек закивали, жадно вдыхая воздух. Большинство понимали, что им предстоит не только быстрее бежать, но и, возможно, сражаться за штаб.

Тем временем дроны, висевшие над Российской командой, транслировали всё на экраны. Гусев и Тихомирова же делали свою работу:

— Наконец, Российская империя достигла контрольной точки — торгового центра! — обозначил Дмитрий остановку спортсменов.

— К сожалению, не без потерь, — более сдержанно произнесла Тихомирова. — Трое бойцов выбыли по причине смерти. Ещё четверо госпитализированы с тяжёлыми ранениями. Их участие так же окончено в силу невозможности продолжать.

— В перевес — французы лишились мастера, — подтвердил данные Гусев. — Александр Грозный нивелировал потери. Конечно, все мы понимаем, что никакие жизни несопоставимы, но на поле боя произошёл тактический паритет. Более того, убийство мастера для Франции ударило ещё сильнее, чем для нас потеря рядовых бойцов!

Все итак понимали, что имел ввиду Гусев. Так что его объяснения были лишними. Клановые игры всегда имели определённый процент смертельных исходов. По этой причине, ни для кого смерть участников не было чем-то удивительным. Ещё во времена далёких рыцарских турниров и кулачных побоищ умирали участники. Таковы сражения. Принимать в них участие или нет — выбор каждого. Пасть в бою на клановых играх считалось великой честью.

— Следующая остановка возможна прямо перед полигоном, — указал Астафьев на карту. — Вероятно, организаторы выбрали место, чтобы мы и противники могли сгруппироваться и передохнуть перед занятием штабов.

— Соглашусь, — кивнул Злобин.

— Мы не можем больше останавливаться, — помотал головой Грозный. — Столкновение на Троцком мосту итак выбило нас из гонки. Не наберём очков.

— Тогда тем более стоит остановиться, — присоединилась к дискуссии Воронина. — Раз мы всё равно не успеем в числе первой семёрки, то стоит набраться сил перед занятием штаба. Я говорю не за себя, а остальных бойцов. Взгляните на лица, — указала она на спортсменов.

Те хоть и были сосредоточены и серьёзны, но видно, как народ выдыхался. Если в таком состоянии бросить их на возможное сражение за штаб, то вероятность поражения только увеличится.

— Позволь не согласиться, Юлия, — произнёс Жуков. — Романовы могут быть уничтожены, если мы не поспешим им на подмогу. Мы слишком задержались на мосту. Боюсь дела у Томаса хуже наших. Стоит поторопиться.

— Разве всем не плевать на Романовых? — посмотрела на него Воронина.

— Согласен с Юлией. Да и Романов не настолько хорош, чтобы продержаться слишком долго. Наверняка, он уже подох со своими слабаками. — хмыкнул Владимир. — Так что извиняй, Грозный, — взглянул он на капитана команды. — Но я за то, чтобы дать отдых перед взятием штаба. Мы не можем бросать уставших людей в бой.

— Мнения разделились, — произнёс Жуков. — Предлагаю проголосовать.

— Дождёмся Долгорукую, — сказал Муромов. — Она уже должна закончить с покупками.

— Действительно, интересно будет узнать и её мнение, — хмыкнула Воронина, уверенная в том, что девчонке будет непросто сделать выбор.

Ведь с одной стороны: Катерина, кажется, поддерживает Романова. А с другой: мыслит стратегически и лично для себя решила бы сделать остановку. Так что же победит в ней? Возможная помощь Томасу и риск проиграть возможную битву за штаб или же отбросить его на заклание врагам и набраться сил перед боем, дабы победить?

Катерина вернулась через две минуты с десятком бойцов. За плечами мешки с крупами. Картофель, лук, ингредиенты для приготовления супов и каш. Организаторы сказали, что в штабе будет вода, а значит стоит готовить калорийную пищу ещё и на такую ораву. Тут всем придётся выживать явно без излишеств и привычных для аристократов деликатесов.

— Долгорукая, у нас проходит голосование, — обратился к девушке Муромов.

— И за что голосуем? — в спешке подошла она ко всем главам кланов.

— Делать ли остановку перед полигоном. В этом месте, — указал Астафьев точку на карте.

— Вот и решаем: отдохнуть перед взятием штаба, чтобы люди набрались сил. Либо поторопиться и помочь Романовым удержать штаб. Если они ещё живы, — прищурив взгляд, внимательно смотрела Воронина в лицо Катерины.

Долгорукая сразу поняла расклад и вставший перед ней выбор. Как ей поступить? Две чаши весов. На одной жизнь Романова. На другой — жизнь десятков бойцов и больший шанс на взятие штаба. Для логичной Катерины выбор был очевиден.

— Голосую за остановку перед полигоном. — произнесла она холодно.

Глаза Ворониной блеснули. Неожиданно. Она считала, что девчонка побежит спасать того засранца. Однако, кто мог подумать в такой поворот.

Для Катерины же всё было просто. Во-первых, Романов, как и остальные бойцы для неё, одинаковы. Если ради спасения двадцати чужих участников погибнет такой же чужой Романов, то всё оправданно. Во-вторых, отдых, пусть и короткий, увеличит шансы на выживаемость всей команды. Конечно, бабушка отдала приказ помогать Томи, но ведь тот сам решил отделиться. При этом, нет гарантий, что он и его люди ещё живы. Что если их уже уничтожили прибывшие на полигон французы? Играть в лотереи Катерина не привыкла. Ну и, в-третьих, если Романов погибнет, для неё это наилучший исход, ведь мысли бабушки об их браке, наконец, потеряют весь смысл.

— Как я и сказала ранее, я за остановку, — произнесла Юлия.

— Я так же за то, чтобы набраться сил перед возможным сражением, — кивнул Калашников.

— Я против. — хмыкнул Грозный.

— Поддержу Грозного. Всё же я не уверен, что Романовы продержатся слишком долго. Им требуется помочь, — произнёс Жуков.

— Я за остановку, — держал Астафьев в руках карту. Ведь именно он и предложил сделать её перед полигоном.

— Я за, — кивнул Злобин.

— Голосую против, — произнёс Муромов. Молодой и горячий, он был готов ворваться в сражение.

— Пять голосов "За", — подытожил Жуков. — Что ж, потеря Романовых будет для всех нас уроком. И мотивацией занять лучший штаб.

— Тогда выступаем, — произнёс Грозный и первым отдал команду своему клану: — Отряд! Вперёд!

— Есть!!!

И бойцы последовали за господином. Остальные кланы пристроились позади, заняв определённые места в построении. В случае внезапного нападения формация позволяла защититься с флангов и тыла, благодаря сосредоточения там более опытных бойцов. Провизия приобретена. Задача обрисована: сделать финальную остановку, после чего ворваться в полигон и занять штаб. Каждый из глав думал о произошедшем. Турнир начался в день открытия. Впервые за историю. Однако, не только Российская империя, но и остальные страны оказались в подобных условиях. В этом и был расчёт спортивного мирового совета выявить характер команд. Показать: кто даст слабину, а кто — во чтобы то ни стало будет цепляться зубами и когтями за победу.

Многим из участников было тяжело. Нагрузка в первый же день оказалась им не по плечу. Но никто не смел дать заднюю. Продолжали бежать, истекая потом, думая о том, как же повезло Лисиным, которые выбыли в самом начале! Да уж. Сидеть и смотреть турнир на экране телевизора в сотни раз приятней! А здесь и помереть можно, ещё и удовольствие получают лишь фанатики и психи. Клановые игрища точно не для простых людей! Но всё это перебивалось будущими привилегиями по итогу турнира.

Спортсмены продолжали забег. Задыхались, спеша за более сильными. Полигон "Север", находившийся в тридцати двух километрах от центрального стадиона, из-за установленного маршрута оказался на дистанции более сорока пяти! И всё-таки, как бы не было тяжело, основные силы прибыли на предфинальную точку маршрута, в непосредственной близости от полигона. Как было решено голосованием, команда сделает передышку, затем ворвётся на полигон.

— Отправим вперёд разведку? — предложил Жуков.

— Нет, — уверенно ответил Грозный. — Грубо ворвёмся на полигон все вместе. Если Романовых уничтожили — займём свободный штаб. Если они всё ещё живы, поможем отбиться.

— Спустя час вряд ли кто-то из них жив, — скептически высказался Муромов. — Стоит сразу подготовиться к занятию одного из штабов.

— Согласен, — кивнул Калашников.

— Через три минуты выступаем таким же строем, — произнёс Грозный. — Будьте готовы.