Ведьма для ректора, или контракт с Чудовищем

Я постучала в её дверь. Донна Мирра жила в этом же особняке, занимая весь первый этаж. Она открыла мне почти сразу, заполнив собой всю ширину дверного проёма.

— Иллидия, — прогремела она своим низким, немного скрипучим голосом. — Ты принесла мне деньги?

— Нет, но…

Она помотала головой так, что её обвисший второй подбородок покачался из стороны в сторону, как у индюка.

— Тогда и говорить не о чем. Ты тут прожила почти полмесяца бесплатно, — она принялась закрывать дверь. — Считай это моим тебе подарком. А вообще, вот тебе совет: сегодня переночуй в трактире на соседней улице и поезжай обратно. Молодым девушкам без поддержки в столице только одна работа светит.

Она громко хлопнула дверью прямо перед моим носом.

На что это она намекала насчёт работы? У меня есть образование и хорошие практические умения. Я буду искать и найду где-нибудь место артефактора… Хотя кого я обманывала. Для девушки это действительно было сложно.

До самого заката солнца я искала место, где можно было переночевать и перекусить хоть корку хлеба. Но моих скромных сбережений не хватало даже на место в конюшне. Я обошла почти все ближайшие таверны и трактиры, постоялые дворы и даже кабаки. Везде я слышала сочувственное “извините” и “этого мало”.

Поэтому выйдя из очередной харчевни, я уселась на свой единственный чемодан и была готова расплакаться. На город опустились осенние промозглые сумерки, проникающие своими холодом даже под нижнюю сорочку. Мимо меня, подозрительно пристально рассматривая, прошел немолодой мужчина. Он остановился у самого угла дома и стал за мной наблюдать.

Я попыталась не обращать на него внимания. Но было сложно, поэтому я поднялась и, взяв чемодан, пошла вдоль по улице. Мужчина, дав мне отойти на несколько шагов, двинулся следом.

К моей радости, на доме в конце квартала я обнаружила вывеску “Сдаются комнаты на ночь”. Тут я ещё не была и решила попытать счастья.

Толкнув резную, потертую дверь, я попала в тёмный, освещаемый лишь свечами под потолком холл. Запах табака тут смешивался с приторным запахом сладкого парфюма, от которого хотелось чихнуть.

Удержаться у меня не вышло. На мой “Апчхи!” в холл выплыла женщина средне-неопределяемого возраста в платье, которое больше открывало, чем прикрывало.

— О! Молодая сона ищет работу? — пропела она, обходя меня вокруг. — А ничего так, приодеть и можно брать по золотому за ночь.

Только тогда до меня дошло, куда я попала. Это был не постоялый двор, а обычный бордель, а я была обычной провинциальной дурочкой.

Спешно выскочив на улицу, я практически врезалась в того мужчину, который меня преследовал. Он схватил меня за локоть и отвёл немного в сторону от дверей.

Я попыталась выдернуть руку, но его хватка была слишком крепкой. Он склонился к самому моему лицу:

— Сона, предлагаю вам деньги напрямую, — по-деловому начал он. — Зачем нам кто-то? Вы мне ночь, я вам золотой. Как вам предложение?

— Вынуждена отказаться, — как могла твёрдо ответила я. — Мне неинтересны подобные предложения.

— Может, вы хотите поднять выше цену? Два золотых, — противно улыбнувшись сказал мужчина. — Соглашайтесь, кто ещё даст столько за ваше тело?

Я думала, что задохнусь если не от страха, не то от негодования. Цену моему телу он, понимаешь ли, выставил! Я с размаха наступила ему каблуком на ногу, отчего он взвыл, но хватки не ослабил и потащил по улице.

Все, что пришло в этот момент в голову — закричать “спасите-помогите”. Когда я уже набрала в лёгкие воздуха, из-за угла на моего “покупателя” вывалился пьяный в сером плаще.

Глава 3

— Эй! Педро, ты ли это? — растягивая слова, пробормотал незнакомец и фривольно пихнул моего “покупателя” в плечо.

На удивление, от этого, казалось бы незначительного толчка, мужчина ослабил хватку и начал заваливаться назад. Меня дернуло вслед за ним, но я вывернула руку и умудрилась высвободиться. Недолго думая и не стараясь разобраться, Педро он или не Педро, я решила сбежать от “покупателя”.

Он попытался остановить меня, схватив за чемодан, но я предпочла расстаться с вещами, нежели с девичьей честью. Поэтому расцепила пальцы и что есть мочи рванула прочь.

Куда и как долго я бежала — не помню. Остановилась на какой-то тихой и безлюдной улице, прислонившись к кирпичной стене. Дыхание обжигало пересохшее горло, а кладка казалась ледяной по сравнению с моей разгоряченной от бега кожей.

В голове мелькали картинки того, что могло бы случиться, не появись этот пьяный серый плащ и не распознай он Педро. Где-то я этот плащ уже видела, но где?

Из какого-то дома потянуло ароматом запеченной картошки с уткой. Я с удовольствием вдохнула сказочный аромат, и желудок болезненно свело от голода. Я нормально ела последний раз вчера вечером. Даже утренний чай был как будто сто лет назад.

С неба начал накрапывать дождик. Сперва медленно, а потом всё сильнее. Капли попадали за шиворот, впитывались в волосы, стекали по лицу.

Ещё этой радости не хватало. Да уж, голодная, мокрая, зато гордая. Теперь еще и совсем без вещей.

Я сунула руки в карманы и с облегчением поняла, что мои оставшиеся деньги со мной. Это давало хоть крохотную надежду. Хотя на что мне было надеяться, когда я стояла одна промокшая насквозь, в незнакомом районе города и понятия не имела, что мне дальше делать.

Вместе с пятнадцатью медяками я достала из кармана смятую брошюру. Совсем про неё забыла. Богатый выбор: академия и Чудовище, с одной стороны, или вероятность стать удачным “приобретением” для какого-то местного любителя плотских утех с другой.

Что то, что другое казалось одинаково неприятным и унизительным. Я снова представила, как приду к Эдгарну Фавори. Теперь ещё и в таком виде. Что он мне скажет? Как громко будет смеяться в этот раз?

На глаза начали наворачиваться предательские слезы, а в горле застрял противный болезненный ком.

“Так, Иллидия, нечего киснуть. Надо действовать. Ты однажды уже врезала этому Чудовищу, так что тебя может остановить в этот раз? Терять, кроме своей чести, уже фактически нечего, а за неё ты точно будешь драться до последнего”.

Я решительно осмотрелась, найдя взглядом замок-академию, и направилась к ней. Теперь меня не смогли бы остановить и десять таких “покупателей”.

***

К тому моменту, как я дошла до академии, дождь закончился, оставив меня в абсолютно сыром и до неприличия грязном платье. Я шепнула пару слов и капать с меня перестало. Увы, я никогда не была мастером бытовых заклинаний и предпочитала пользоваться домашними артефактами, частенько собственного изобретения. Но сейчас все они, мои любимые, остались в том самом утерянном чемодане.

Чтоб этому “покупателю” всегда икалось в ответственный момент!

Ворота академии, ожидаемо, оказались закрыты. Ещё бы, время, скорее всего, уже подходило к полуночи. Нормальные люди уже в это время спят, а не пытаются устроиться на работу.

Я осмотрела всё вокруг и не увидела ничего мало-мальски похожего на калитку или дверцу, поэтому постучала прямо в сами ворота. Звук получился глухой и совсем тихий, будто я стучала по чему-то мягкому.

На меня, конечно, никто не отреагировал. Я попробовала покричать. Пустое дело. Я уже приготовилась ночевать под воротами, чтобы с самого утра вместе со студентами зайти внутрь, как одна из створок приоткрылась.

Меня услышали? Меня впустили!

Я потрясла юбку, пригладила волосы и, расправив плечи, зашла на территорию академии. Показалось, что за мной ещё кто-то успел проскочить прежде, чем ворота вновь захлопнулись. Резко обернувшись, не заметила никого. Все уже, с голоду мерещиться начинает ерунда всякая.

В дверях меня никто не встретил. Странно… Кто-то же должен был знать, что я пришла, не открываются же тут ворота сами по себе?

Словно подтверждая мои слова, в холл выплыла высокая худая, как палка, ведьма с огромной связкой ключей на поясе. Она так высокомерно задирала свой острый нос, что, казалось, хотела дотянуться им до потолка. Когда ведьма увидела меня, нос опустился, с него слетело пенсне и упало на мраморный пол. Я пригляделась: надо же, не разбилось, наверное, зачарованное.

— Вы кто? — высоким, я бы даже сказала, визгливым голосом спросила она. — У нас не ночлежка, приют не предоставляем.

— И вам доброй ночи! Меня зовут Иллидия Ирис. Я пришла по поводу вакансии преподавателя по специальной артефакторике, — я протянула ей весьма потрепанного вида брошюру.

Ведьма немного брезгливо, двумя пальцами, взяла бумажку и прищурилась, пытаясь прочитать. Пенсне она так и не подняла. Может, согнуться не получается?

Потом, видимо, она плюнула на это бесполезное занятие и осмотрела меня с ног до головы.

— Извините, сона Ирис, но, боюсь, в нашем учебном заведении требуются только профессионалы в своей сфере, и вы нам не подойдёте, — поморщив нос произнесла она.

— Но я обладаю всеми…

— Не сомневаюсь, что вы так считаете, но судя по вашему виду…

Договорить она не успела. На главной лестнице в холле появился Чудовище.

Глава 4

Передо мной был огромный холл с тысячью магических свечей, отражающихся в мраморном полу, высокими резными колоннами и мерцающими витражными окнами. Но это всё внезапно исчезло. Потому что сердце пропустило удар, а я чуть не задохнулась… от негодования.

Эдгарн был до безобразия хорош. Еще выше и шире в плечах, чем был в тот проклятый день, когда я рискнула поверить в исполнение своих мечтаний. Уже не мальчик — мужчина. Сильный, властный, притягивающий взгляд.

Волосы Эдгарна были влажные и слегка растрепанные, будто он только что бегал под дождём или вышел из душа. Мой взгляд невольно привлекла небрежно расстёгнутая на широкой груди рубаха, в вырезе которой виднелись рельефные мышцы.

Его будто окутывала аура непререкаемой власти. Он тут был тем, кого боялись и кого безоговорочно слушались.

Я мысленно дала себе оплеуху. Этот дракон испортил мне жизнь, а я стою и пялюсь на него с нескрываемым восхищением, если не сказать обожанием!

Он тогда ещё ощущал, что может делать со мной всё, что ему заблагорассудится. Даже втоптать меня в грязь. И вот сейчас я стою перед ним, таким идеально-вылощенным в своем грязном старом платье, без денег и нуждаясь в его помощи. Как же это унизительно.

— Донна Солони, что здесь происходит? — спросил у ведьмы-палки Чудовище, с интересом рассматривая меня.

Узнает? Поймёт ли, что я та самая маленькая наивная Иллидия, которую по его милости затравили.

Ведьма удивленно повернулась, услышав Эдгарна:

— Господин ректор, вы не спите в столь поздний час? — она глянула на хронокристалл в браслете, а потом показала рукой на меня. — Эта сона хочет устроиться к нам на работу.

Чудовище хмыкнул и стал неторопливо спускаться к нам. С его приближением внутри будто натягивалась струна напряжения.

— Что ж, думаю, сейчас не самое время для аудиенций, — произнес он.

— Вот и я ей хотела сказать… — начала было ведьма, но Чудовище перебил её.

— Дайте ей комнату в крыле прислуги на эту ночь. А утром я с ней поговорю о работе, — заявил он.

Прислуги, значит? Так он решил, что я пришла устраиваться к нему в горничные или кухарки? Заносчивый индюк! Я не для этого изучала и оттачивала своё мастерство, так что сейчас я ему всё выскажу!

Я шагнула вперёд и набрала воздуха в лёгкие, чтобы разразиться возмущениями.

— Знаешь что, высокомерное ты Чудовище… — начала я.

Внезапно свет начал меркнуть, а колени подкосились. Я успела осознать, что падаю. Сердце затопила досада на то, что я оказалась беспомощна перед этим несносным драконом.

А потом стало легко и невесомо. Сквозь туман мне мерещились какие-то странные образы. Наполненные беспокойством бирюзовые глаза, золотой резной кулон на длинной цепочке, кокон крепких теплых рук и взволнованный низкий голос:

— Донна Солони, что с ней?

— Господин ректор, у девушки всего лишь обморок. Похоже, бедняжка давно не ела, — отвечал ему другой, женский. — И явно вымоталась.

Надо мной провели рукой, и образы исчезли.

***

Я открыла глаза и увидела белоснежный потолок. Меня окутывало мягкое, теплое одеяло, а в воздухе витал пряный, свежий запах имбиря. Вряд ли же так выглядит загробный мир?

Пытаясь восстановить последнее, что помню, я поняла, что должна была упасть на пол. Наверняка ударилась головой. Но голова не болела, лишь немного кружилась, а во всем теле была непривычная легкость. Будто я долго и хорошо отдыхала. Как никогда в своей жизни.

Сев на кровати, я осмотрелась. Небольшая светлая комната. Окно, сквозь которое теплыми ручейками льётся солнечный свет. Кровать, тумбочка, зеркало, стол. На столе поднос с кашей и чашкой ароматного имбирного чая.

А, может, все-таки так выглядит мой счастливый уголок в мире праотцов? Всё слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Я сползла с мягкой кровати и прошлёпала по шершавому ковру к зеркалу. Ожидая увидеть в отражении жалкое зрелище в виде растрепанной девицы с синяками под глазами. Но нет. Мои глаза блестели энергией и бодростью, а на щеках играл здоровый румянец. Да я как после курорта, а не после неудачной ночи. Меня еще и в чистую сорочку переодели!

Я взяла со стола дивно пахнущую тарелку с густой, тягучей овсяной кашей. Руки дрожали от слабости, когда я зачерпнула и отправила её себе в рот. М-м-м! Пища богов! Каша ещё и с маслом!

Если тут так заботятся о наемном персонале, то я готова переступить через гордость и остаться горничной, пока денег не раздобуду.

— Сона Ирис, я вижу, вам уже лучше, — в комнату без стука вошла ведьма-палка. — Ректор распорядился принести вам платье. Он ждёт вас у себя через полчаса.

Она положила на стул строгое тёмно-фиолетовое платье и остановилась, внимательно разглядывая меня. Я перестала жевать и отставила тарелку. Когда на тебя так смотрят, никакой кусок в горло не полезет.

— Еще что-то донна Солони? — я извлекла из памяти имя, по которому ректор обращался к ведьме.

— У вас хорошая память, сона Ирис, — усмехнулась она. — Хотя для ведьмы это может быть чревато. Дон Фавори просил узнать, понравился ли вам чай.

Я демонстративно подняла чашку и сделала большой глоток. Напиток приятно обжёг язык и согрел горло. Идеальный!

— Передайте Чу… Вашему чудесному ректору, что чай, — я сделала ещё глоток, — сойдёт.

Ведьма ухмыльнулась, покачала головой и скрылась за дверью. Вот гад изворотливый. И как только про мой любимый чай угадал!

***

Спустя отведенное время я стояла перед дверью в кабинет Чудовища, как перед входом в логово опасного зверя. В том смысле, что у меня потели ладони, дрожали поджилки и отчего-то хотелось развернуться и уйти. Пока я не решалась войти, я успела рассмотреть табличку с надписью “Ректор”, пару царапин около замочной скважины, охранный кристалл в правом верхнем углу и скол на древесине в левом нижнем.

На меня удивленно смотрела секретарь его Чудовищности и не понимала, чего я мнусь. Ещё бы, она же не слышала, что я ему сказала ночью, перед тем, как свалилась в обморок. Неизвестно, что он после этого со мной сделает.

Но оттягивать момент смысла не было. Я закусила до боли губу и повернула ручку двери.

Глава 5

Первое, что я увидела — глаза. Сверкающие бирюзовые глаза, в которые я влюбилась в юности и так и не смогла забыть. Одного взгляда в них мне хватило, чтобы сердце предательски ухнуло в пятки и лишило меня слов. А ведь их так много крутилось вчера на языке, когда я собиралась высказать ему всё, что о нем думаю.

— Сона Ирис? — вопросительно выгнул бровь Чудовище.