Арабские народные сказки

Случалось, однако, что в известное время его прятали в комнату, из которой он не мог ничего видеть, что происходило во дворце.

В один день пришло ему в голову не послушаться сестер и тихонько пробраться в лесок; и как велико было его удивление, когда он увидел в купальнях множество молодых женщин, прекрасных, как гурии. Азем особенно заметил одну из них, которой был очарован.

Он довольно часто употреблял эту хитрость, чтобы насладиться прелестями незнакомки. Обе сестры, не зная ничего, с горестью заметили, что брат их Азем худеет с каждым днем. В ответ на их неотступные просьбы объяснить причину этого, Азем признался в любви к прелестной незнакомке, точившей его сердце. Сестры высказались о безрассудности этой страсти, так как безумно смертному влюбиться в одну из сестер царицы духов, которой принадлежит этот замок.

Наконец, видя, что Азем не перестает тосковать, они из братской любви к нему открыли секрет, как достать незнакомку, посоветовав во время купания унести ее легкую одежду.

При первом же случае, когда нимфы разделись, влюбленный Азем похитил одежду любимой. После купания нимфы оделись в воздухе. Одна из них, оставшаяся пленницей, стала горько плакать и просить похитителя возвратить ей одежду, но безуспешно.

Долго она потом отвергала любезности Азема и сестер его. Но наконец прекрасное лицо юноши, его страстная любовь заставили ее ответить на его чувство, и вскоре Азем сделался супругом царевны Летучих островов.

Прожив там некоторое время, Азем вздумал посетить мать свою и объявил об этом жене и сестрам.

Распростившись с сестрами, молодые отправились в путь.

Прибыв в Бальсору, Азем нашел там свою мать, радость которой невозможно выразить словами; она с восторгом обнимала свою невестку, красота которой казалась ей обворожительной; она простирала руки к небу и благодарила за благополучие, которое оно ниспослало ей на старости лет.

Осыпанный дарами счастья и любви, Азем был тогда одним из богатейших и счастливейших жителей Бальсоры. Два прелестных сына вполне довершали его блаженство.

Прожив несколько лет в Бальсоре, Азем вспомнил об обещании, данном сестрам: навестить их. Призвав мать, отдал ей воздушное платье своей жены с наказом ни под каким видом не отдавать его ей. Затем, простившись с женою, детьми и матерью, отправился в путь.

Путешествие его было благополучно, и, прибыв во дворец сестер, он был принят ими с неописанною радостью.

Несколько дней спустя после отъезда Азима супруга его попросила у свекрови позволения сходить в общественные бани. Старая женщина согласилась и проводила сама свою невестку до бани, которую посещали знаменитейшие городские госпожи, а также и придворные халифа Гарун-аль-Рашида, находившегося тогда в Бальсоре.

Придя туда, они нашли в бане многих женщин из свиты султанши Зубейды, которые, едва увидели Аземову супругу, были поражены сверхъестественной ее красотою. Некоторые даже, не насытившиеся ее лицезрением, провожали ее до самого дома и возвратились очень поздно во дворец.

Когда Зубейда увидела, что они пришли, то изъявила свое неудовольствие таким долговременным отсутствием их и хотела непременно узнать причину этому. Услышав удивительные отзывы о красоте Аземовой супруги, она возымела сильное желание сама увидеть ее и в следующий день велела просить к себе Аземову мать.

Как только последняя к ней вошла, Зубейда сказала:

- Ничего не бойся. Я слышала, как расхваливают твою невестку и превозносят ее, как диво красоты; желая ее видеть, я повелеваю тебе привести ее ко мне.

Мать Азема не осмелилась противоречить повелению султанши, преклонила с почтительностью свою голову и, пообещав исполнить ее желание, поспешила домой.

- Султанша Зубейда хочет тебя видеть, – сказала она своей невестке, – поспеши к ней отправиться.

Супруга Азема обрадовалась такому известию, тотчас нарядилась в самое богатое свое платье и в сопровождении детей своих и свекрови отправилась во дворец.

Когда они прибыли, взоры всех устремились на них. Султанша, ослепленная столькими прелестями, вскричала:

- В какой стране могла родиться такая небесная красота?

Она с приветливостью пригласила ее сесть подле себя и велела принести для нее что-нибудь прохладительное. Она превозносила ее похвалами и просила рассказать свою историю, которая еще больше увеличила ее удивление.

- Государыня, – сказала ей Аземова супруга, – если ты удостаиваешь находить меня прекрасною в этом платье, что же бы ты сказала, если б увидела меня в моем собственном одеянии. Если тебе угодно удовлетворить свое любопытство, то прикажи моей свекрови отдать мне мое воздушное платье; она не посмеет тебе отказать в этом, и это предоставит тебе случай увидеть чудесное зрелище.

Зубейда, ничего не подозревавшая, приказала тотчас же Аземовой матери идти домой и принести одежду. При этих грозных словах старуха затрепетала, вспомнив обещание, которое она дала своему сыну, но не осмелилась сделать никакого возражения, пошла домой и принесла волшебное платье.

Зубейда долго и внимательно рассматривала его и удивлялась искусству, с каким эта легкая ткань выткана, потом передала ее Аземовой супруге, у которой блистали глаза от радости.

Коль скоро одежда находилась уже в ее власти, она поспешила надеть ее на себя, проворно сошла на дворцовый двор, взяла обоих детей в свои руки и прежде, нежели вздумали ее удержать, поднялась с ними в воздух пред удивленными взорами султанши и всей ее свиты.

- Прощай, любезная матушка, – закричала она, – поручаю тебе утешать супруга, скажи ему, что я никогда не перестану его любить, но непреодолимое желание видеть моих родных принуждает меня его оставить. Если же он так любит меня, что не может без меня жить, то должен отыскать меня на островах Ваак-аль-Ваак.

Сказав это, она поднялась выше и исчезла между облаками.

Когда Аземова мать потеряла ее из виду, отчаянию ее не было предела, она не в силах была скрыть горести и жаловалась на султаншу, как на виновницу ее злополучия.

Зубейда, сама проникнутая жалостью и скорбью, сожалела о своем любопытстве.

В то время, как все это происходило в Бальсоре, Азем посреди обильных и сердечных угощений думал о своей супруге и желал быть с нею. Он ускорил отъезд свой и, распрощавшись с сестрами, отправился в путь.

Когда он прибыл домой, он нашел мать свою одну, проливающую горькие слезы.

- Что приключилось? – вскричал он. – О матушка! Где моя жена, где мои дети?

При этом вопросе слезы старой женщины удвоились, и ничем невозможно выразить отчаяние Азема, когда он узнал о горестной потере.

Придя в себя, он стал спрашивать, что говорила в последний раз его жена. Узнав обо всем, он принял твердое решение отправиться на острова Ваак-аль-Ваак. Несмотря на слова людей, что эти острова лежат от Бальсоры на пути в 155 лет и что невозможно достигнуть их, Азем не переменил своего намерения и вскоре отправился в путь.

Когда он прибыл для совета к сестрам, которые были весьма удивлены его возвращением и особенно его предприятием, они всячески отговаривали его, представляя невозможность исполнения этого намерения.

Но видя, что никакие убеждения не действуют, они, посоветовавшись между собой, дали ему рекомендательное письмо к двум своим дядям, из которых один звался Абд-аль-Куддус, а другой Абд-аль-Сюллиб, и оба жили в отдалении трех месяцев езды.

Распростившись с сестрами, Азем отправился с письмами. После нескольких месяцев путешествия он приехал в долину; природа была тут так богата и обильна, что он некоторое время думал, что попал в рай земной. В некотором отдалении он увидел прекрасное здание и отправился к нему. Один почтенный старик сидел под красной колоннадой. Взор его с любопытством остановился на незнакомце, который приближался к нему, и он ему приветливо поклонился. Привлеченный благородным видом Азема, он пригласил его сесть.

Этот старик был Абд-аль-Куддус, который, прочитав письмо своих царевен и узнав о предприятии Азема, начал уговаривать его не предпринимать этого путешествия, так как оно полно опасностей и трудностей.

- Дорога идет, – говорил он, – по бесплодным, дикими зверями наполненным пустыням, необработанная, иссохшая земля не дает никаких плодов, и напрасно бы ты хотел, умирая от жажды, найти что-нибудь, чтобы освежиться: ни один источник не представится твоему отчаянному взору. Оставь же это, сын мой, не подвергай себя гибели и возвратись домой.

Но тщетно старался Абд-аль-Куддус поколебать решимость Азема; он ничего не хотел знать и, отдохнув, хотел отправиться в дорогу.

Старик, удостоверившись, что никак не может отговорить Азема, решился облегчить ему путь. Проговорив несколько таинственных слов, он приказал явившемуся пред его глазами духу перенести Азема к брату его Абд-аль-Сюллибу.

Дух посадил Азема на плечо и с необыкновенной быстротой помчался по воздуху. К закату солнца он представил его во дворце Абд-аль-Сюллиба.

Абд-аль-Сюллиб, прочитав письмо от племянниц, весьма удивился смелости молодого человека и так же, как и брат его, уговаривал отложить это предприятие. Но слезы и просьбы Азема растрогали старика, и он решился помочь ему. Созвав совет из десяти духов, старик спросил их мнение. Духи тоже удивились отважности молодого человека, но решили помочь ему – перенести его до границы владений своих.

Азем поблагодарил Абд-аль-Сюллиба и, распростившись с ним, полетел вместе с десятью духами. В продолжение одного дня и одной ночи они достигли земли Кафоор, границы их владений. Распростившись с Аземом, духи полетели назад.

Азем, принеся усердную молитву Аллаху, продолжал свой путь; он странствовал десять дней, не встречая ни одной живой души. Наконец он увидел трех человек, которые, повидимому, пылали сильным гневом. Азем вознамерился приблизиться к ним, чтобы их разнять, как все трое ссорящихся, у вид я его, тотчас воскликнули:

- Этот молодой человек должен быть посредником в нашем споре!

Когда он подошел к ним ближе, они спросили его, хочет ли он быть посредником. И когда Азем принял их предложение, они показали ему шапку, барабан и шар и сказали:

- Мы трое братьев, получившие это от родителей наших в наследство, но так как они перед смертью своей не объявили, кому какая вещь должна достаться, то между нами произошел жаркий спор, и потому будь нашим посредником и определи, что каждому из нас должно получить; мы клянемся, что определение твое нас успокоит.

Удивленный Азем спросил:

- Скажите же мне, какую цену может иметь каждая из этих трех вещей, потому что я за них ничего бы не дал.

- Молодой человек, – воскликнули они, – каждая из этих трех вещей имеет волшебную силу, которая, будучи взята отдельно, превосходит все сокровища земные. Соблаговоли только нас выслушать.

- Эта шапка, – сказал старший, – имеет силу делать невидимым. Поэтому тот, кто ею обладает, может достигнуть высочайшего счастья.

Азем со вниманием слушал рассказ о всех выгодах, какие можно извлечь из этой драгоценной шапки, и думал про себя, что никому бы она не была так полезна, как ему.

- Теперь, когда я удостоверен в достоинствах этой удивительной шапки, скажите мне также и о свойстве медного барабана.

- Обладающий такой драгоценностью, – сказал второй брат, – если попадет в самое опасное положение, мгновенно будет выведен из него, ударив по литерам, которые высечены на барабане.

“Этот барабан истинно для меня сделан, – сказал про себя Азем, – и он мне гораздо полезнее, нежели этим трем людям”.

- И это очень хорошо, – сказал он второму брату, который так расхваливал ему барабан, – посмотрим теперь, какое достоинство заключается в этом деревянном шаре.

- Господин, – отвечал третий брат, – кто будет обладать этим шаром, тот найдет в нем чудесную силу. Он может кого бы то ни было в мгновение перенести из одного конца земли на другой; с помощью его можно в два дня совершить путь, на который потребно двести лет, надобно только ему назначить место, куда желаешь быть перенесен; он тотчас повернется и пролетит все пространство так скоро, как бурный вихрь, унося с собою желающего с ним путешествовать.

Когда третий брат окончил свою речь, Азем рассудил присвоить себе шар так же, как и другие две вещи.

- Но довольно того, – сказал он им, – что вы мне рассказали о силе этих трех вещей; я должен удостовериться также в истине ваших слов. Иначе я не могу быть вашим посредником.

- Ты справедливо рассуждаешь! – вскричали все три брата. – Испытай же их силу, как тебе угодно, и да поможет тебе Аллах в твоем предприятии.

Тогда Азем надел шапку на голову, прицепил барабан к своему поясу, бросил шар на землю и назвал место, куда хотел отправиться; послушный шар поднялся тотчас и пролетел с ним все пространство с быстротой ветра.

Когда братья увидали, что Азем так поспешно удаляется с их наследством, они бросились за ним, крича:

- Ты уже сделал желаемый опыт: разве еще не довольно? Будет, остановись же!

Но они тщетно кричали изо всех сил, Азем был уже на десять дней пути от них.

Его шар наконец остановился перед воротами обширнейшего здания. Азем вышел из своего кораблика и хотел узнать, ударив по барабану, какое это место, но его прервал голос.

- Ты победил, Азем, ты преодолел часть затруднений, которые тебе предстояли. Тщательно храни свой шар, потому что ты теперь находишься в области злых духов.

Азем последовал совету голоса, спрятал свой шар под одежду и, озираясь, спросил:

- Кто ты таков?

- Я, – отвечал голос, – один из духов, которые силою барабана тебе служат. Продолжай свой путь, потому что ты еще на три года пути от островов Ваак-аль-Ваак.

Азем продолжал путь и зашел в долину, покрытую гадами, змеями и хищными зверями. Он ударил по барабану и спросил:

- Какая это земля?

- Это земля драконов, – отвечал голос. – Будь осторожен, не мешкай здесь.

Азем во избежание несчастия надел шапку-невидимку и благополучно прошел страшную долину.

Наконец он достиг морского берега и увидал вдалеке острова Ваак-аль-Ваак, краснопылающие горы которых от лучей заходящего солнца казались позлащенными облаками. Первый взгляд на них наполнил его удивлением и страхом, однако он скоро ободрился и ударил несколько раз по барабану.

- Чего ты хочешь? – спросил его дух.

- Как мне достичь тех островов, минуя это обширное море? – спросил Азем.

- Ты этого не сможешь сделать, – сказал голос, – без помощи почтенного мудреца, который живет в пустыне у подножия горы.

Азем пустил шар и скоро прибыл к жилищу старца. Вошедши к нему, Азем был весьма дружелюбно принят им и стал просить его доставить ему средство переплыть море.

Старец, выслушав все приключения Азема, посмотрел в таинственную книгу и, прочитав несколько слов про себя, сказал ему:

- Завтра утром, сын мой, мы отправимся к этим горам, и ты переправишься через море, исполненное чудес.

С наступлением дня пустынник и Азем отправились в путь и, поднимаясь с трудом по чрезвычайной крутизне, достигли здания, которое имело вид укрепления. Они вошли во двор, посредине которого стояла исполинской величины статуя, из нее выходило множество труб, через которые лилась вода в мрачный обширный водоем. Это чудо было делом духов. Пустынник развел огонь, бросил в него душистый порошок и произнес многие неизвестные Азему слова. Только он окончил свое заклинание, как облака сгустились, поднялась сильная буря, молнии рассекали облака, и во всех горах раздавались удары грома.

Азем в великом страхе наблюдал, что вокруг него происходило. Наконец буря стихла, и старец обратился к Азему со словами:

- Теперь пойди и взгляни на море, которое переплыть тебе казалось невозможным.

Азем взошел опять на вершину горы и посмотрел с любопытством на море; как велико было его удивление, когда он не увидел ни малейшего следа его, тщательно искал он признаки этого моря, которое неизмеримостью своею так его устрашило.

- Возлагай, сын мой, – сказал ему мудрец, – упование свое на Аллаха и продолжай предпринятое тобою путешествие.

Произнеся эти слова, старик скрылся из глаз Азема.

Азем пустился в путь и наконец достиг островов Ваакаль-Ваак. Дивна и очаровательна показалась ему тут природа, особенно одно дерево наподобие ивы, на котором вместо плодов висели юные девы.

При виде этого чуда Азем совершенно смутился и воскликнул:

- О Аллах! Какое чудесное видение!

Пройдя далее по острову, он сел отдохнуть под дерево; в это время подошла к нему какая-то старая женщина и, изумленная, спросила его:

- Откуда ты взялся? Имей ко мне доверие, скажи.

Азем, ободренный словами ее, рассказал историю свою и спросил, не может ли она помочь ему.

Старуха обещала сделать все зависящее от нее и, пользуясь темнотою ночи, провела его в свой дом, строго приказав не показываться, дабы не привести в возмущение всю страну и женский народ в тревогу.

Азем, обрадованный, что наконец достигает цели многотрудного своего путешествия, обещал старухе все, что она хотела, и с сердцем, исполненным надежды, благодарил Аллаха и молил исполнить его желание: соединить с супругою и детьми.

Старуха приготовила Азему ужин, который он нашел вкусным, хотя кушанья этой страны были совсем непохожими на те, к каким он привык. После этого он лег и спал со спокойным сердцем.

Когда он открыл глаза, то увидел старуху, которая сидела в ногах его постели.

- Сын мой, – сказала она ему, – я должна тебе сказать, что супруга твоя после разлуки с тобою претерпела много горя. Никто лучше меня не может дать тебе о ней сведения, потому что я была кормилицей царицы и всех ее сестер. Я часто была свидетельницей ее горького раскаяния, которое она чувствует при одной мысли, что своевольно с тобою разлучилась, и я всячески старалась уменьшить ее горе.