Э.Р. Другой мир

– А ты не знаешь, что за ужасный дом в конце нашей улицы? – Эмма решила зайти с другой стороны.

– Нет, с такими вопросами лучше к отцу, он у нас в курсе всего. – Екатерина Владимировна легко соскочила с велосипеда, закинула на плечо полотенце и направилась в душ. Ее спортивный час на сегодня был завершен.

Эмилия прошла еще несколько километров на дорожке, послонялась по дому, отказалась ужинать с родителями и, сославшись на головную боль, ушла к себе в комнату. Она так и не решила, как относится к произошедшему. И самое главное – идти или нет послезавтра в другой мир. Про себя она так и называла это место – «другой мир». Девушка легла спать. Ей чудился звук огромных мехов, и грязный оборванец, глядя на нее единственным заплывшим глазом, спрашивал противным голосом: «Зачем? Зачем ты вернулась?»

Она ворочалась с боку на бок, забывалась тревожным сном, выныривала на поверхность и, не осознавая, где находится, вновь проваливалась в сон и поселок рудокопов.

5

Роберт, приложив ладонь козырьком к лицу, всматривался в щель между досок. «Черт. Не видно ничего. Зачем было так наглухо забивать окна в заброшенном доме?»

Отойдя на несколько шагов, поднял голову, посмотрел на крышу, увидел на шпиле облезлый флюгер в виде собаки. «Странно, раньше я не обращал на него внимания».

Заброшенный дом, обитый потемневшими от времени досками, наглухо заколоченные окна, удивительный шпиль – все это оставалось незамеченным им. Пока вчера она не выпала ему под ноги.

Роб огляделся – ему не хотелось быть застуканным за глупым рассматриванием этого места. Никого. Лишь на крыльце соседнего дома сидел одноглазый попрошайка – вечный скиталец улиц поселка рудокопов. Он был не в счет.

Эмилия разительно отличалась от всегда уставших и безнадежно выпивающих жителей городка. Мысли о ней преследовали Роберта весь день. Но откуда она взялась в этой развалюхе? В поиске ответов и подгоняемый нетерпением он пришел сюда.

«Хватит сомневаться!» Он решительно взялся за ручку и потянул дверь на себя.

6

У Эммы было много планов на лето. Закончив первый курс престижного университета столицы, девушка планировала месяц поработать в фирме отца. В деньгах родители ей не отказывали, но свои деньги – это свои деньги. А кроме того, ей было интересно.

На завтра была запланирована поездка с друзьями в Калужскую область, в арт-парк «Никола Ленивец». Правда, все собрались ехать парочками, они с Дианкой одни остались без мальчиков. Эмму это не тяготило, она вообще не считала себя одиноким человеком, ей было отлично проводить время с друзьями или даже с собой. А вот Диана переживала и находилась в постоянном поиске. Знакомилась в интернете, ходила на свидание вслепую и даже в этой поездке усматривала возможность знакомства с одиноким, красивым и обязательно богатым молодым человеком.

В ответ на такие высказывания подруги Эмма усмехалась, но помалкивала. Ну пунктик у человека, с кем не бывает? Не трудно было вообразить, как она отреагирует на отказ поехать с ней отдыхать. На удивление новость подруга восприняла спокойно, пожелав ей хороших выходных, поспешно отключилась. «Наклевывается, видимо, у нее очередной перспективный кадр», – поняла Эмма.

Не зря говорят, что, когда чего-то ждешь, время тянется медленно. Эмма уже жалела, что отказалась от экскурсии: «Хоть бы время убила».

В конце концов решила сходить покормить собаку. Отсыпала на кухне из пакета собачий корм и пошла к заброшенному дому. Не спеша поднялась по ступеням на веранду и взялась за ручку. Дверь с противным скрипом поддалась.

– Песик, ты здесь?

Она медленно вошла, огляделась по сторонам, по ногам скользнул противный холодок. «Это просто сквозняк, здесь никого нет», – успокоила она себя и начала подниматься по ступенькам на второй этаж. Ладони противно вспотели.

Пса на его посту не было. В сумраке она нащупала ручку на двери и нажала. Дверь медленно открылась. Эмма испуганно замерла на пороге. Перед ней была пустая темная комната. Сквозь плохо закрытые ставни она разглядела большую – от стены до стены – дыру в полу. Стукнувшись об стену, дверь захлопнулась обратно. Она попятилась, выронила из рук собачий корм, опустилась на пол и заплакала. На голову ей сыпалась строительная труха, слетавшая со стен.

Почувствовав на своей щеке теплый, влажный язык, отняла ладони, подняла голову и увидела собаку.

– Лорд, Лордик, где ты был?! – Неожиданно прозвучавшее у нее в голове имя очень ему подходило.

Как будто соглашаясь с «Лордом», пес гавкнул и снова лизнул ее в лицо. Эмма обняла его за шею, прижалась щекой к большому прохладному уху.

Высвободившись из объятий, засуетившись, Лорд носом подтолкнул к ней по полу пакет с кормом. Эмма смотрела, как он ел, гладила его по голове, приходила в себя. Ей казалось, что от его шерсти исходит слабое мерцающее свечение. Удивительно, но в темном помещении пес был как будто источником света. Опустошив пакет, Лорд обошел Эмму и улегся поперек двери, заняв свою обычную позицию мордой на лапах. Девушка вздохнула, встала. Проверять второй раз выход не было никакого желания.

– Пока, Лорд, до завтра.

Сонно моргнув, пес закрыл глаза.

«Завтра, значит, завтра!» Эмма развернулась и пошла на выход из дома.

7

«Дался мне этот Роберт! Мы же почти незнакомы!» – думала она раздраженно.

Но молодой человек своей непохожестью на окружавших ее мужчин занимал все мысли девушки. Путешествие в другой мир перевернуло все ее представления о жизни. Эмма вдруг оказалась в центре известной только ей одной тайны. Следует ли рассказать о ней еще кому-то? Или продолжать хранить молчание? Она не знала.

Изнывая от безделья, в который раз пожалев об отказе поехать с Дианой, она отправилась в библиотеку.

Родители Эммы были отчаянными книгоманами. В их старой городской квартире под книги была приспособлена небольшая гардеробная. Эмма помнила, что ребенком частенько находила маму с удовольствием читающей в любимом кресле очередную новинку литературы. Забиралась к ней на руки, и мама начинала с любого момента читать ей вслух. Папа уважал классику, и главными на книжных полках были Толстой, Пушкин, Лермонтов, Булгаков.

Сохраняя традиции, в новом доме была устроена библиотека – с камином, уютными креслами и модным абажуром. Но удивительное дело – теперь она пустовала. Отец был занят бизнесом, мама предпочитала книгам посещения кабинета косметолога. Но сама Эмма любила проводить здесь время.

Девушка побродила вдоль полок, вдыхая запах. Рукой провела по корешкам книг на полке современной литературы, наугад вынула книгу так любимого мамой автора.

Забралась с ногами на диванчик, открыла разворот и начала читать. Но все время теряла нить повествования. Вспоминала Роберта, его скуластое лицо, умный, ироничный взгляд.

«Нет, так дело не пойдет».

Эмма захлопнула книгу, взяла телефон:

– Алло, пап, ты не будешь против, если я подъеду к тебе в офис? Покажешь мне будущее рабочее место?

– Собирайся, высылаю машину.

– Спасибо, – Эмилия поблагодарила водителя и вышла из машины. Офис отца располагался в деловом квартале. Лаконичные офисные здания: хром, стекло, никаких тебе завитушек. Между ними – небольшие парковые зоны с фонтанами, где в тени деревьев отдыхал офисный планктон.

Она со вздохом посмотрела по сторонам. «Интересно, как бы Роб вписался в это окружение?» Вошла в стеклянный холл, залитый солнцем, поприветствовала кивком знакомого с детства охранника и на лифте поднялась на девятый этаж.

Евгений Павлович был занят на деловых переговорах. Секретарь проводила Эмму в кабинет технического директора.

– Здравствуйте, Кирилл Александрович. – Они были представлены друг другу недавно.

Она знала, что Кирилл был сыном отцовского партнера. Окончил престижный университет, подавал блестящие надежды. Папа не скрывал, что он также возлагает не менее большие надежды на их знакомство. Женитьба детей партнеров как ничто другое могло улучшить финансовую сторону бизнеса.

– Здравствуйте, здравствуйте, Эммочка! – Захватив ее руку, галантно подвел к дивану. – Чай, кофе? – Улыбка не сходила с его лица.

Эмма поморщилась на «Эммочку» и согласилась на кофе.

– Кирилл Александрович, я бы хотела ближе познакомиться с работой, которую мне предстоит выполнять в скором времени.

– Предлагаю перейти на «ты». Просто Кирилл, – в свою очередь поморщился на «Кирилла Петровича» собеседник.

– Эмилия, можно Эмма, – улыбнувшись, она повторно протянула для пожатия руку.

8

– Сколько тебе лет?

– Двадцать два.

– Ты живешь один? – Эмма сидела, упираясь руками в передний край табурета, широко расставив обтянутые джинсами ноги, и раскачивалась вперед-назад.

Когда утром, переступив через Лорда и открыв дверь, она обнаружила выход в другой мир, в ней поднялось такое радостное возбуждение, которое она тут же осадила: «Нашла чему радоваться». Но уже одно то, что выход был, что она его не придумала, что она нормальная, было немалым поводом для радости. Хотя оценка нормальности была под большим вопросом.

Роб помолчал. Он сидел перед своим удивительным столом и ковырялся в электронике. Отвечая на вопросы, он наклонял голову и, улыбаясь, кидал взгляды на девушку.

– Один, – он пожал плечами и, низко наклонившись, сосредоточенно стал всматриваться в открытый блок.

– А где твои родители? – не отставала она.

– Они погибли два года назад. В соседней квартире был пожар, комнату заволокло дымом, я проснулся раньше, успел сползти с дивана на пол и отключился. А они угорели прямо во сне. – Он поднялся со своего места, прошелся по комнате. Открыл шкафчик, вытащил кружку и задумчиво замер с ней в руке.

– Прости, мне очень жаль. – Эмма поднялась и сделала к нему шаг.

– Ничего. Ты не знала. – Роб развернулся и врезался в девушку.

Он был так близко, что Эмма разглядела желтые крапинки на радужке его глаз. «Как у тигра».

Как завороженный Роберт протянул руку к ее лицу, моргнул и, нахмурившись, отвернулся обратно к столу.

Она вернулась на стул, присела на край и стала разглядывает платы на столе.

– Что это за шахта у вас? Что за меха? – она хотела продолжить и спросить, что это за мир, но сбилась и замолчала.

Роб вернулся на свой табурет и, глядя в окно, начал рассказывать:

– Когда под землей находят драгоценную руду и камни, первым делом устанавливают поршень и меха, чтобы гнать воздух в шахты. Строят поселок, привозят рудокопов. Когда вся руда выбрана, шахту закрывают, поселок бросают, молодые рудокопы переезжают на новую шахту, а старики доживают свой век у дыры в горе.

– И много лет вашей шахте? Когда ее закроют?

– Отец говорил, на мой век хватит. Они с мамой переехали на этот рудник совсем молодыми. Я у них появился уже здесь.

– Что значит «появился»? Родился, ты хотел сказать? – уточнила Эмма.

– Я появился. Они стали моими родителями – папой и мамой, – пожал плечами Роберт.

– Откуда появился?

– Не знаю. Расспросы у нас не приветствуются.

За стеной комнаты раздался шум, что-то загремело.

– Томас, ты опять пьян! – закричал истеричный женский голос.

Ответ изобиловал матом, прозвучало имя Литисия.

Эмма, настороженно прислушиваясь, замерла: «Томас, Литисия? Прям парад имен из телевизора». Она поднялась и, повторяя про себя услышанные имена, начала смеяться. В приступе истеричного хохота дошла до кровати и повалилась на нее. Отсмеявшись, она посмотрела на хозяина квартиры: «Хороши имена у рудокопов. Прям Болливуд. И этот Роб», – опять засмеялась.

– Что тебя так рассмешило? – Он подошел к кровати, присел рядом.

– Имена. Томас, Летисия – надо же, прям как из сериалов. Неужели тебе не смешно? – Она села. Волосы у нее растрепались, на щеках появились пятна румянца. – А так? Так смешно? – Она ткнула его между ребер пальцами – один раз, второй. Захохотав, он повалился вслед за ней на кровать.

– А чему удивляться? Единственное, чем рудокопы занимаются в нерабочее время, – это смотрят сериалы. Помогает, знаешь ли, смириться с серой действительностью. Их у нас крутят круглосуточно, – отсмеявшись, объяснил Роберт.

– А где твой телевизор? – Эмма огляделась.

– Зачем? Мне его смотреть некогда. Других дел полно, – Роб кивнул на стол, заваленный электроникой.

Эмма молчала. Она думала о странностях рудного мира. О драгоценных камнях, добываемых рудокопами, и нищете, в которой они жили.

Она никогда не была заносчивой или высокомерной, но сытая и довольная жизнь при деньгах не вызывала у нее раздумий о бытие. Хорошо обута, одета, получает лучшее образование, живет в столице, ее ждет безбедное будущее, работа в бизнесе отца. Ей все досталось по праву рождения.

«А что ждет этих людей? Есть ли выбор у Роберта? Может ли он изменить свою жизнь?» – с такими мыслями Эмма вернулась домой.

9

– Это же просто вау, Эмка! – Диана поправила и без того идеально уложенные волосы, повернулась и посмотрела на подругу. – Ты будешь дурой, если упустишь такого мэна.

– Мы с ним недавно знакомы, а ты уже строишь грандиозные планы, – нахмурилась Эмма. Она не любила, когда кто-то принимал решение за нее. – Еще даже не о чем говорить.

Они вошли в зал и, разговаривая, прошли к столику.