Выжившая из Ходо. Академия

— Куда ты несешься, идиотка? Ты ранена.

Я вскинула голову и в отчаянии сказала:

— Вы... Вы...

— Я что? – холодно спросил он.

Я крепче обняла пса и выдавила:

— Вы пленили его...

Брови охотника поползли вверх. Он опустился на одно колено рядом со мной, и я почти прошептала:

— Вы пленили демона и заперли его в этом теле. Это.. запрещено. Демоны должны служить нам по Договору.

Стэндиш спокойно кивнул и ответил:

— Верно. Вот только это запрещено в Рибене, а в Нуамьенне разрешено. А ты думала, Святым рибенцы меня прозвали за это?

Он легко коснулся шрама на подбородке. Я с ужасом смотрела на его лицо продолжая чувствовать в черном теле пса под собой запертую сущность из иного мира.  Пальцы охотника коснулись моего лба. Мое сознание начало соскальзывать в темноту.

— Уносите ее отсюда! – закричал Стэндиш. – Раной займемся потом!

Это было последним, что я услышала, прежде, чем потерять сознание.

Глава 10. Вопросы

Меня разбудили голоса. Они раздавались совсем рядом и словно вкручивались в голову.– Да вы спятили! – выкрикнул Шон. – Какая некромантия?! Она полуэльфийка! У нее золотая искра «творящая жизнь»!

Стэндиш спокойно ответил:

– Тем не менее, на кладбище она призвала духа, чтобы сразиться с хаккой.

Хаккой? Это они про хякку что ли? Дикая страна с ненормальными названиями для нежити и такими же дикими обычаями... Воспоминания мгновенно пронеслись в моей голове. Кладбище, бой, подсвеченная привычной зеленью ночь, дух в теле пса и целое поле вместилищ...

Я резко села на кровати и судорожно вздохнула. И Стэндиш, и Шоннерт повернулись ко мне. В глазах последнего смешались облегчение и недоумение.

Я сидела на широкой постели в большой светлой комнате, даже отдаленно не напоминающую общежитие.

– Где мы? – хрипло спросила я, хватаясь за бок.

Под рубашкой на ребрах я нащупала плотную повязку. Боли не было.

– Что, уже не болит? – усмехнулся Святой. – И правду говорят, на эльфах все заживает, как на собаке.

– Где мы? - повторила я.

– В моем доме, – ответил Стэндиш. – После обеда отправлю вас обратно. Еще девиц мне здесь не хватало... Слухи пойдут.

– Так отпустите нас уже, – мрачно сказал Шон. – Она ни в чем не виновата.

Я поежилась и опустила взгляд. Чем больше подробностей минувшей ночи я вспоминала, тем меньше понимала, как мне выйти из этой ситуации без потерь. Наверное, нужно было начать рыдать или снова кричать. Но, после пробуждения дара в не предназначенном для этого теле, я ощущала странное опустошение. Точнее, вполне понятное опустошение. Я в бессилии откинулась на подушки и устремила взгляд в потолок. Шон подошел и сел рядом со мной.

Духи предков, почему так стыдно его обманывать? Я же не восемнадцатилетняя полуэльфийка, а взрослая женщина, которая прошла войну и на глазах которой погиб весь род. Стэндишь тоже встал рядом и спросил:

– Кто ты такая?

Я скосила на него взгляд и процедила:

– Меня зовут Шиясса Гемхен.

– Конечно, – мрачно улыбнулся он.  – Тогда расскажи мне, откуда у тебя дар некромантии?

– Какой дар? - переспросила я, приподнимаясь на локте и пытаясь изобразить искреннее удивление.

– Некромантский, Шиясса. Что ты сделала с хаккой?

– Не помню, – пробормотала я.

– А то, что ты сказала мне про Тьена? – продолжал допрос Стэндиш.

– Не помню,  – еще более недоуменно пробормотала я.

– Оставьте ее в покое! – взвился Шоннерт. – Какая некромантия? Она полуэльфийка. Вы что, в школе не учились? Эльфы ненавидят некромантов.

– Я знаю гораздо больше чем ты, мальчишка, – осадил его Святой. – Есть вещи, которые девочка из Нуамьенна знать не может. Например, как звали меня рибенцы. Или... Закон Духов. Даже в Рибене его знали не все. Только Ходо и Мисуто. Ходящие по Грани и Стерегущие Грань.

От его слов я вздрогнула. Тут же прокляла реакции тела Шияссы, стиснула зубы и опустила глаза. А потом бросила на Шона умоляющий взгляд.

Юноша резко встал и процедил Стэндишу в лицо:

– Отпустите ее. Иначе я буду жаловаться.

– Кому ты пойдешь жаловаться, мальчик? – издевательски сказал охотник. – Ректору Академии? Деду, который не признал вас? Или, может быть, барону Фиррему, который вынес из твоего дома все, что мог? А то, что не смог, теперь будет трясти с тебя...

Шоннерт на миг изменился в лице, и Святой понимающе добавил:

– О, уже трясет. И что ты будешь с этим делать?

– Не знаю, – насупился Шон. – У меня нет того, что он ищет.

– И что же это?

В комнате воцарилась мертвая тишина. Я сцепила руки на коленях и старательно рассматривала свои тонкие пальцы.

– Не важно, – наконец, выдавил Шон. – Это личное дело родов Гемхен и Фиррем.

– Род Гемхен не интересуется вами, мальчик, – холодно напомнил ему Стэндиш. – Вы для него просто пыль под ногами, два бастарда. А ваш папаша и не подумал признавать полукровок. Впрочем, для остроухих  это, как раз, обычное дело. Думаешь, сможешь выбиться в люди благодаря Академии?

Шоннерт сжал кулаки, взглянул в глаза Святого и яростно сказал:

– Да, смогу! Я стану лучшим на этом курсе. Получу должность и положение. И для этого мне не понадобится ни происхождение отца, ни связи моего деда. Он выкинул мать вместе с нами, когда она отказалась утопить нас при рождении, как котят. И он еще пожалеет об этом. А однажды и тот заносчивый ублюдок, который не иначе, как по ошибке Всевышнего, стал нашим отцом, узнает о том, чего достиг я, и от зависти сдохнет в своем золоченом дворце.

Кажется, я не смогла сдержать грустной улыбки. Улыбка Стэндиша была отражением моей.

– Остынь, – посоветовал он юноше. – Сейчас я разрешу тебе забрать домой сестрицу, и с Фирремом поговорю.

– С чего вдруг такая щедрость? – настороженно спросил Шон.

– Мне очень интересно, что делала хакка на этом кладбище. Мы все должны были быть там. Я, конечно, успел нажить себе врагов. Но убить хакку способен и в одиночку. Эта тварь там явно ждала не меня. А кого-то из вас. Вы с этой дурочкой слишком мелкие сошки.

– И что? – спросила я.

Стэндиш повернулся и продолжил:

– Так вот, для чего там нужна была эта тварь? Кому-то нужна голова одного из ваших товарищей... Или кто-то очень хотел снять с ваших трупов то, что ищет Фиррем?

Шон нахмурился и сказал:

– Винсент... Нет, не думаю. Вы считаете, что кто-то привел туда хакку,чтобы убить нас? Меня или Шияссу?

– Я бы не стал отбрасывать эту мысль, мальчик. Подумай.

После этого, Стэндиш, наконец, ушел. Я снова откинулась на подушки и устало прикрыла глаза. Шоннерт снова сел на мою постель.

– Пойдем отсюда, Шия, – попросил он. – Я обещаю, что смогу тебя защитить.

Через полчаса мы вышли из дома нашего нового учителя и отправились в Орджей пешком, через весь город. По дороге я тщательно обдумывала слова Святого. И чувствовала,что он прав. Нужно было срочно выяснить, что за браслет ищет Фиррем, и куда он мог пропасть. Вот только... Настоящая Шиясса должна была это помнить.

Моя рана практически зажила, но я все равно ощущала усталость и опустошение. Некромантский дар как будто снова уснул. Во всяком случае,  я не чувствовала ни иной мир, ни его сущности. От этого было горько. Как будто я какое-то время могла видеть, а теперь снова ослепла.

К тому моменту, когда ввалилась в свою комнату в общежитии, я устала так, что больше всего хотела сразу рухнуть на кровать.

Не вышло. Стоило только мне закрыть дверь и подойти к окну, как за спиной раздался голос Винсента:

– Ты не Шия, верно?

Я резко обернулась. Блондин стоял у двери, скрестив руки на груди, сверлил меня взглядом и ждал ответа.

 

Глава 11. Клятва

Я сделала изумленные глаза и спросила:

– Как это – не Шия?

– Где Шиясса  Гемхен? И кто ты такая? – настойчиво спросил Винсент.

– Я – Шиясса Гемхен!

Возмущаюсь. Эх, проклятое эльфийское тело! Пальцы-то почему дрожат? Как плохо быть восемнадцатилетней девчонкой... Я прислонилась к подоконнику и вцепилась в него руками, чтобы скрыть дрожь.

Так, что делать? Из этой троицы он явно самый умный. А мне, чтобы выжить в Нуамьенне, срочно нужны сведения о стране и прошлом рода Гемхен. Отпираться или признаваться?

Винсент приблизился и навис надо мной. Я вскинул голову и посмотрела ему в глаза.

– Шиясса не смогла бы удрать от хакки. Шиясса не стала бы разговаривать так со Стэндишем. Шиясса Гемхен боится крови. До трясучки, до истерики. А, может, просто позовем сюда Шона, чтобы он задал тебе пару вопросов о вашем общем прошлом?

– С тех пор, как меня ранил тя... гласс, я ничего не помню, - «созналась» я.

Его движение было стремительным. Но я успела. Перехватила руку юноши с кинжалом, а затем заглянула в глаза:

– Убьешь меня? Что скажешь Шону?

Винсент усмехнулся и вбросил кинжал в ножны.

– А еще у Шияссы Гемхен никогда не было такого взгляда.

Раскусил, гад. И что с ним делать? Не убивать же... Я скрестила руки на груди и спросила в лоб:

– А если я не Шиясса, то что?

– Скажи мне, где настоящая Шия, – потребовал юноша.

Я вздохнула.

– Ты что, убила ее и заняла тело? – продолжал спрашивать Винсент.

– Нет, – поспешно открестилась я. – Она отдала мне тело добровольно. По Договору Обмена Душ. Но да... Она отправилась в иной мир и уже не сможет вернуться. Даже если ты меня убьешь.

Глаза юноши сузились. Я не понимала верит он мне, или нет.

– Что ты делаешь в ее теле? Где твое? И почему Шия отдала его тебе? И да, как тебя зовут?

– Может, присядем? – мрачно спросила я. – Разговор выйдет долгим.

– Не вздумай бежать, – предупредил меня Винсент, опускаясь на стул.

Я села на свою постель и заверила его:

– Не сбегу. По Договору у меня есть обязательства перед душой Шияссы, и если я их не исполню, то меня выбросит в иной мир, а это тело погибнет.

Винсент ничего на это не ответил, и я продолжила:

– Меня зовут Мия Ходо, и я из Рибена. Мой род погиб, меня убили тоже. С помощью ритуала своего рода я смогла договориться с Шияссой на Обмен Душ.