Сокровища тамплиеров

— Ничего не понимаю! — Эд приложился к бурдюку с вином — Мы с вами подались не в ту сторону. Разве не на восточную границу направили загонщиков?

— Ни хрена не помню! — Альфонс принял бурдюк и тоже отпил большой глоток — Похоже, мы перешли нашу границу и находимся у соседа.

— Значит судьба — завтра навестим Гуго Третьего и не уедем, пока не опустошим его запасы вина! — развеселился Рено.

После полуночи патрульных сменили и двое арбалетчиков прошлись по поляне и собрали еще запас хвороста. Нападение произошло неожиданно — неподалеку встал на ночевку отряд крестьян, около двух сотен человек, вооруженные дубинами, серпами и ножами из дрянного железа, Увидев отблески пламени, свои костры пастухи зажигать повременили и выслали на разведку присоединившихся к ним пару бывших солдат, участвовавших в последнем крестовом походе и решивших пристать к крестьянам в надежде легкой наживы. По дороге из Парижа эта банда уже разграбила одно аббатство, убила и ограбила пару мелких торговцев, следующих со слабой охраной. Проходя через небольшие деревни, всех женщин насиловали до смерти, отбирая скот и убивая тех, кто пытался защитить свое имущество и родных.

Разведчики внимательно, стараясь не спугнуть, осмотрели из кустарника спящих и парочку часовых, "клюющих носом". Вернувшись, они взахлеб описывали возможную добычу — коней, доспехи и оружие. А также богатая одежда рыцарей и возможно набитые серебром и золотом их кошельки. Главарь этой шайки, кузнец Хамелет радостно потер ладони — честно говоря, последние дни они голодали, того, что они отбирали в попадающихся селениях хватало им на оин зубок. Конечно, большая часть еды доставалась Хамелету и его ближайшему окружению из десятка самых крепких крестьян, но дальше так продолжаться не могло. Охотников среди банды не было, основная маса простые пахари, мельник, рыбаки. В последней деревушке повезло и нашли рыбацкие сети. Улов в мелкой речушке дал возможность немного насытить голодные желудки.

Эд проснулся от холодного прикосновения к лицу и ,открыв глаза, замер от ужаса — по голове проползла огромная гадюка. Сон слетел в одну минуту и Эд окрикнул караульных — Спите, засранцы! Давно не пороли ваши тощие ягодицы?

Арбалетчики подскочили, протирая глаза — Помилуйте, ваша светлость! На минуту только прикорнули!

Эд хотел было продолжить вымещать на несчастных свою злость, но невольно прислушался — невдалеке заливался соловей, неожиданно соловьиная трель смолкла и раздался треск сухих веток — Тревога, все к оружию! — толкнув спящих рыцарей и схватив свои меч и шит, Эд приготовился к ночному нападению. Из-за ближайших деревьев к ним рванули чьи-то тени. Арбалетчики, подхватив свое оружие, разрядили его в толпу и начали опять заряжать свои арбалеты, стрелков тут же прикрыли щитами солдаты. Все это дало время рыцарям и кутилье частично надеть доспехи и взяться за мечи. Альфонс подхватил лежащее копье и бросил его в огромного мужика, замахнувшегося своей секирой на Иоанна, и тот благодарно кивнул. Отбиваясь от огромной дубины. Арбалетчики успели сделать еще по выстрелу и легли вместе с пешцами. Оруженосцы и кутилье отступили к рыцарям , вставшим в круг и смогли немного перевести дух.

Обступив со всех сторон оставшихся в живых дворян, простецы приостановили побоище, вперед вышел их предводитель и потребовал — Сдавайтесь, господа рыцари! Жаль портить ваши доспехи, мы их лучше выгодно продадим!

Альфонс вытер пот с лица и поинтересовался — А что же с нами будет, если мы сдадимся?

Главарь оскалился — Может мы вас даже отпустим! Вон тех молоденьких оруженосцев мы попользуем в их откормленные задницы, от этого не всегда умирают! Правда, если пользовать будут не большим количеством! Голытьба расхохоталась и Эд крепче сжал рукоять меча. Сделав выпад, он проткнул главаря и тот рухнул на землю, разбойники кинулись на горстку дворян и вскоре почти все истекали кровью, едва держась на ногах. Мысленно начав молиться, Эд едва отбил щитом очередную дубину, от чего рука сразу "отсохла" и увернулся от топора, срубив напавшему руку. В ночи раздался громкий свист и сразу пара десятков нападающих упали от попадания в них стрел. Разбойники опешили через минуту от стрел погибли еще человек сорок. Один из разбойников дико заорал и бросился на Эда с огромным молотом на длиной рукоятке. Будто лесной дух ожил один их кустарников и кинулся на перерез нападавшему, дав Эду возможность отступить на шаг и перевести дух.

Кустарник, оказавшийся подростком, одетым в непонятную дерюгу с пришитыми ветками и клочками трав, проткнул мечом бедро молотобойцу, из которого хлынула кровь — видно сильно повредив артерию. Еще с десяток подобных кустарникам подросткам встали перед изможденными рыцарями, прикрывшись щитами и ударами топоров отгоняющих толпу в сторону. Подросток, вооруженный мечом крикнул — Стрелки, бейте на выбор прицельно!, Старайтесь не тратить стрелы зря, распределите цели между собой!

Со всех сторон раздались звуки тетивы. Через четыре минуты было кончено — десяток легкораненых постарался сбежать, за ними бесшумно кинулись несколько человек, которые вскоре вернулись, весело обсуждая устроенную ими резню.

Подросток с мечом повернулся и представился Арман де Лонгви де Моле!

Подошли еще четверо вооруженных окровавленными мечами сверстников Армана, которых тот представил рыцарям — Мои валеты Жан де Танле, Пьер и Гуго де Аманзе и Карл де Клай! Мы узнали о опасности появления в графстве крестьян, бежавших из Франции и решили на них поохотиться. Моим воинам нужен какой-никакой опыт охоты на людей.

Эд, разинув рот, с трудом вернул нижнюю челюсть на место и ответил — Я граф Невера Эд Бургундский, со мной граф Тулузы Альфонс де Пуатье, Рено сеньор де Божё и рыцари Шаурс де Сурше и Жак де Шато, сыновья баронов де Барбезье и де Вивьер.

После этих слов все пятеро вооруженных мальчишек встали на одно колено и поклонились.

Эд обошел вокруг дворянских детей и почесал затылок — вы и ваши лучники выглядите как черти, но стрелки изрядные, да и в рукопашном бою вы смогли меня удивить. Да и вооружены неплохо, только вот луки у вас как у неверных. Как у подростка, которому далеко до совершеннолетия, как у рыцаря могут быть свои валеты?

Вперед вышел де Танле — Наши отцы решили выгодным и полезным принять нами вассалитет Арману де Лонгви. И мы считаем их решение правильным, Арман лучший боец в графстве, мы под его рукой станем не только рыцарями, но и прославим свои роды в веках!

Ко мне подошел Ди и доложил — Стрелы почти все собраны, через десять минут мы будем готовы.

Я повернулся к высокородным рыцарям и предложил — Вы сильно ранены, предлагаю или вернуться в ваш Дижон, либо отойти в Безансон. В принципе, под нашей защитой вам не страшны обнаглевшие банды крестьян и мы можем спокойно вернуть вас обратно. Нам же будет интересно изучить эту дорогу, мало ли что..

Не договорив, я приказал вскипятить воду и достать из отдельной медицинской суммы бурдюк самогона и льняные бинты. Обработав раны рыцарей, я выслал вперед разведку и мы тронулись в путь.

Дорога назад оказалась для рыцарей такой же безопасной, мелкие шайки в страхе разбегались, а крупных не попалось, о чем все сожалели — рыцари мечтали насытить свои мечи кровью, а подросткам нужны были живые мишени, поэтому в Дижон небольшая конная кавалькада в сопровождении роты лучников добралась без приключений. Приблизившись к мосту через ров, вперед вышли сигнальщики и проревели на медных рогах жуткие звуки, от которых со стен чуть не попадали спящие стражники.

Позно вечером бургундский двор вернулся с охоты и все спали без задних ног. Рев чужих труб переполошил всех, по замку метались рыцари в поисках оружия, визжали дамы и мельтешили встревоженные пажи. Два карлика чуть не сбили Жана Бургундского с ног, спешившего с мечом и щитом к выходу. Увидев брата в сопровождении его друзей, всех перевязанных окровавленными бинтами и сотню мальчишек, вооруженных до зубов, Жан спросонья подумал, что объявлен второй детский крестовый поход.

Эд приказал подскочившим слугам отвести его и его новых друзей в баню, а малолетних лучников накормить. Помывшись и одевшись в чистое, рыцари с интересом разглядывали одежду своих спасителей, имевших с собой в переметных суммах запас нижнего шелкового белья. Сняв устрашающие балахоны, подростки почистили свои замшевые штаны и приталенные куртки и сменили мокасины на парадные, выкрашенные в различные яркие цвета. Необычная выделка кожи и столь же непривычный покрой одежды вызвал интерес у рыцарей, мысленно примеривающих на себя подобный комплект одежды, поняв его практичность и изящество.

После бани Арману и его валетам отвели лучшую свободную комнату, а Эд поспешил к своей жене, поспешив ее успокоить.

Альфонс и Рено же напросились к своим спасителям, прослышав в дороге, что Арман отличный игрок в шахматы, к тому же придумавший новые правила игры. Установив на столе шахматную доску с вырезанными из белого мрамора и оникса фигурками. Новые правила друзей увлекли и заинтересовали, вот уже второй час они сражались с непонятным подростком, раз за разом выигрывающего партии.

Матильда выслушала сбивчивый рассказ мужа о его спасении играющими в рыцаря и валетов мальчишками, имеющими пешее войско лучников. набранных из крестьянских детей и покачала головой — Ты едва избежал смерти, супруг, и как ты думаешь наградить за свое спасение?

— И спасение моих друзей! — добавил Эд, пригубив бургундского.

— Я думаю, что за свое спасение они смогут отдариться сами, они люди не бедные. — Матильда вздохнула и помассировала своим тонким пальцем свой лобик — Награда должна быть достойной сына Герцога! Жаль, что твоему спасителю только шесть лет! Может быть ему подыскать знатную и богатую невесту? А пока подари ему замок, вот хотя бы Шато-де-Базош с прилежащими землями, которые бы после совершеннолетия дали ему право на титул маркиза. Так что поговори с отцом, пусть оформит бумаги на маркизат де Шато! Пока мальчик не достигнет совершеннолетия, замком будет управлять его опекун, то есть его отец. После совершеннолетия твой спаситель получит и титул маркиза и замок и земли. Тогда и богатую невесту мальчику особо искать не придется. Говоришь, он уже сейчас содержит сотню лучников, значит став маркизом, твой вассал сможет выставлять по твоему требованию как минимум полк с его-то запросами!

В это время в комнату вошел отец Эда, герцог Гуго Четвертый, который, приоткрыв дверь, слушал разговор. Услышав о нападении на принца, Гуго поспешил к нему, но остановился на пороге, не желая прервать рассказ сына и предложение снохи сбило его с толку — давать титул с землями сыну незнатного барона было уж слишком.

— Здравствуй сын! я слышал, что ты едва выжил этой ночью!

— Да отец! — Эд подошел и обнял своего отца — Не знаю, как отблагодарить своего спасителя. У него в принципе уже есть все — и свое войско, и своя свита. Матильда нашла хорошее решение — сделать моего спасителя маркизом, ты же не будешь против?

Глава 9

Герцог печально вздохнул — Наши предки пролили немало крови за получение большого участка земли, теперь же ты хочешь оторвать от него кусок! Я понимаю твое благородство — ты хочешь по королевски отблагодарить своего спасителя, не зная практически ничего ни о нем, ни о его семье. Я считаю, что для его семьи верхом счастья станет какая-нибудь должность при моем дворе. Подожди-ка!

Герцог выглянул в коридор и подозвал пажа — Филипп, приведи сюда одного из валетов (при этом слове герцог усмехнулся) спасителя нашего сына!

Довольно быстро тот вернулся в сопровождении Карла, который не очень любил шахматы и осматривал дворцовую кухню в поисках лакомств.

Паж подтолкнул Карла в проем и исчез. Карл при виде тех, к кому его привели, встал на колено — Добрый день, господин герцог!

Эд улыбнулся— Не трусь, мальчик! познакомься с моей женой — Матильда де Бурбон-Дампьер!

Матильда протянула руку и мальчик с благовеньем приложился к ней губами — Для меня великая честь познакомиться с вашей супругой и вашим владетельным отцом, граф!

Матильда улыбнулась, видя как подросток покраснел и засмущался — Кто твой отец и почему ты и твои друзья находитесь на службе у вашего сверстника, которому до получения рыцарских шпор еще много лет. Такого еще никогда не бывало, как ваши отцы решились нарушить традиции! Вас, по хорошему, нужно отдать пажами опытному рыцарю.

— Меня зовут Карл, мой отец барон де Клай. Все наши отцы, как и отец Армана, много лет носят золотые шпоры. Не знаю как остальные, мой отец хотел отдать меня на обучение пажом отцу Армана или отцу Жана, барону де Танле. Однако год назад Арман уговорил своего отца и из крестьянских детей шести-семи лет создал свое личное пешее войско, лично обучая его с помощью своего молочного брата таким премудростям, которые неведомы многим рыцарям, о чем Де Лонгви де Шоссен поведал моему отцу, прихвастнув тем, что его старший сын упросил младшего с ним заниматься. Благодаря Арману мы стали намного сильнее и выносливее, овладели практически всем оружием, кроме рыцарского копья. У нас все из лука тупой стрелой поражают белку в глаз, не давая попортить шкурку. Помимо тонкостей воинской науки Арман обучает нас основам медицины — мы умеем обрабатывать и зашивать раны, при себе каждый имеет запас медикаментов. Именно благодаря Арману раны вашего сына и его друзей обработаны таким образом, что они уже не загниют и не начнется лихорадка. Ни один врач не знает и доли тех умений, которые знает Арман. Однажды он прооперировал одного из наших лучников, сломавших ногу. Кости торчали наружу, после пары месяцев паренек опять бегает. А еще он учит нас писать на французском и латыни и считать, очень немногие рыцари это умеют!

Вельможи переглянулись и Матильда спросила — И кто же был учителем Армана?

Карл закусил губу — он понял, что слишком много наговорил о своем командире. Но врать он совершенно не умел — Ходят слухи, что Арману помогает его Ангел-хранитель!

Все четверо перекрестились и герцог нахмурился — не хватало еще привлечь внимание церкви к этому непонятному спасителю сына.

— А еще никто не выиграл у Армана ни в шахматы, ни в нарды! Он силен везде! — с фанатизмом произнес Карл и герцог движением руки отпустил баронского сына.

— Интересно! — промолвила Мадлен — Я думаю, что такой целеустремленный мальчик, как Арман, не оценит благодарность назначением его отца на несущественную должность во дворце.

— Ты еще скажи, я должен его отца как минимум сделать старшим конюшим! За право обладать этой должностью бьются знатные фамилии!

Эд с тоской взглянул на жадного отца — Награду должен получить сын, а не отец! Я все-таки куплю ему замок с окрестными землями. Когда же я стану герцогом, я подарю ему маркизат!

— Надеюсь, я еще долго этого не увижу, сын! Или ты так желаешь моей смерти?

Покачав головой, Гуго вышел. Матильда укоризненно посмотрела на мужа — Ты хоть думай, что говоришь! Еще не хватало, что бы твой отец заподозрил тебя в желании занять его место!

— Пойдем посмотрим на нашего знаменитого шахматиста! — Эд подал жене руку и они вышли в коридор и прошли в апартаменты, выделенные гостям.

Альфонс де Пуатье и Рено де Боже азартно раз за разом по очереди проигрывали, они играли по новым предложенным Арманом правила и играли на интерес — на кон каждая сторона ставила по турскому ливру за партию (1 ливр равнялся 20 солей (су), а 1 су равнялся 12 денье.). Су— это старинное простонародное обозначение французской монеты соль. До возвращения французского короля из плена во Франции чеканили только денье. Именно поэтому золотой турский ливр все больше завоевывал валютный рынок и в одной монете было примерно восемь целых и три десятых грамма золота. Перед Арманом лежали уже пятнадцать выигранных ливров. Деньги были просто огромные — кузнец зарабатывал 4 денье в день. Пекарь — 2 су в неделю. Высшие коронные чины (великий камергер, главный виночерпий) — получали 2000 ливров в год. За 1 ливр можно было купить откормленную свинью.

Господа, дайте и мне попробовать сыграть с нашим гостем — не выдержал Эд, наблюдая за быстрыми проигрышами друзей — Ставлю пятьдесят ливров против выигрыша нашего юного друга, так как против него мы будем играть сразу втроем!

Я с интересом взглянул на графа — это он так решил рассчитаться за помощь, или это только начало? Я сразу после прибытия отправил письмо отцу, интересно как он отреагирует на спасение принца, наследника бургундского герцога и графа Форе синьера де Боже?

Мне выпало играть за белых и я разыграл Атаку Тромповского, дебют, начинавшийся ходами:1. d2-d4 Kg8-f62. Cc1-g5.

Этот дебют довольно интересен — «Слон Тромповского» может раздражать соперника, так как мешает чёрным безопасно поставить пешку на е6. Слон позволяет потенциально разрушить пешечную структуру чёрных, забрав рано развитого коня. У белых есть свобода в развитии и централизации фигур, в то время как чёрные сосредоточены на одном слоне.

Как итог — мат через пятнадцать минут и пополнение кошелька еще на пятьдесят ливров. Итого, общим весом чуть больше полкило золота.

Я подумал и решил начать революцию игр, ознакомив бургундский двор с моими игральными картами. В Италии научились делать качественную бумагу с проклейкой ее для прочности животным клеем. Толщина листа зависела от количества погружений черпальной формы в чан, наполненный жидкой массой. Я заказал у знакомого купца несколько листов бумаги, нужной мне толщины. Уже самостоятельно я наклеивал полученную бумагу на отрез ткани из тончайшего шелка, выкрашенного в яркий цвет и после склеивания под прессом, разрезал на прямоугольники нужного размера. Получив пару колод по пятьдесят два листа с рубашками красного и синего цвета, я, используя красные и черные чернила, графикой нарисовал карты. Вальтов я изобразил рыцарями в шлемах, дамы в высоких колпаках с розой в руке, короли в мантиях и коронах с жезлом в руке. На кропотливое изготовление карт ушло около месяца, вот уже пару недель они были готовы и я их на всякий случай таскал со своими вещами в футляре из замши.

Достав карты, я произвел фурор — их тут же расхватали и стали разглядывать. я объяснил правила покера и Эд послал за отцом. Герцог, услышав правила и буквально ощупавший каждую карту, предложил перейти за большой стол в гостинную. Что мы естественно и сделали. В игре помимо меня решили участвовать сам хозяин дворца, его оба сына и их жены, канцлер и одновременно епископ дижонский (хранитель королевской печати, главой придворной канцелярии и одновременно главой королевской капеллы), сенешаль (придворный чиновник, заведовавший внутренним распорядком при дворе) и Камерарий (отвечал как за государственную казну, так и за различные припасы и одежду, а также другие ценные вещи. Кроме того, камерарий отвечал за прием послов и гостей, их размещением в замке). Вокруг нас расположились рыцари и дамы, пажи и оруженосцы, под столом сновали уродцы и карлики, над которыми потешалась знать.

Герцог приказал двум писцам записать правила игра и пока я их диктовал, стояла более-менее относительная тишина — все своими локаторами внимали новую игру. Я же предложил каждому игроку заранее поменять свои мелкие деньги на золотые ливры и за начальную ставку взять монету в один ливр. Все согласились с разумным предложением и мы начали игру.

Я перетасовал колоду и раздал. Я в душе покатывался со смеху, наблюдая за лицами игроков, на которых было написано все — и когда приходили хорошие карты и когда приходили плохие. Сам же я держал фейс нечитаемым, придав лицу выражение скуки. Одурев от азарта, знать без колебания повышала ставки, редко пасуя, стараясь биться до последнего. Матильда была поумней и при плохих картах всегда пасовала, чем раздражала своего супруга, который еще не понял тактики игры. За первый час я выиграл три сотни ливров и стал чаще рисковать, поднимая ставки. В итоге еще через час заработал еще полторы тысячи ливров. Большая часть зала била копытом от нетерпения и я, вздохнув, предложил им для игры свою вторую колоду.

На другом конце огромного стола образовалась еще одна игра из десяти игроков. Герцог все подмечал и при виде второй колоды задумчиво покачал головой. Сам хозяин Бургундского герцогства играл осторожно, с неудовольствием поглядывая на разошедшихся сенешаля и камерария, больше всех проигрывающие кучу золота. По знаку Гуго на столы подали пряное вино и такие же острые закуски.

Сзади ко мне протиснулся Ди и доложил — Все лучники накормлены и помылись в бане, ваша милость, нас расположили в полупустой казарме, можете о нас не беспокоиться!

Я кивнул и взял очередную карту. У меня был почти полный флеш рояль — мне не хватало только червового туза. Следующей картой пришел и туз! Я скорчил недовольную рожу и поднял ставку сразу в три раза. Матильда засомневалась,но спасовала, остальные мою ставку не только приняли, но и утроили. пришлось отвечать. К концу игры перед нами лежало двенадцать тысяч с лишним. Так как сумма вышла большая, то помимо ливров здесь были и серебряные соли. На лицах игроков читалась жадность и желание забрать все золото и серебро себе.

Раскрыв свои карты я произнес — У меня, господа, флеш рояль! — при этом пододвинув к себе кучу монет.

— Ну что, продолжим? Может последний раз сыграем по крупному, ставки по сто ливров? Вполне сможете отыграться!

— Я пас, господа — отказался герцог и под его взглядами в отказ пошли его сыновья и их жены. Епископ, сенешаль и камерарий остались за столом.

— Позвольте мне присоединиться! — к нам подошел безвкусно но богато одетый в шелка и бархат господин с рыцарскими шпорами и поясом. Золото и камни так и сверкали на его одежде, пальцах, в ушах, на шее и кинжале. Принц Жан уступил свое место — Садитесь, господин посол!

Матильда, сидевшая рядом со мной, шепнула мне на ухо — Посол Венеции Андреа, приемный сын Морозини, дожа республики. Андреа знаменит своими тратами, проматывает достояние приемного отца.

Посол высыпал из шитого золотом и шелка кошелька, на котором около дерева были вышиты две девушки, перед собой золото, остальные так же достали свои кошели и игра началась. Сражу же нас опять окружили все присутствующие — игра по крупному вызвала нездоровый интерес у придворных.

Сначала я никак не мог определить, какие карты у посла — он надменно улыбался, торжествуя постоянно удваивал и утраивал ставки, но затем я заметил, что при плохих картах он немного прищуривал глаза, а при хорошем раскладе победно оглядывая соперников. После этого я смог и его прижать, и посол сразу заскучал. Я же умело блефовал и иногда пасовал, благодаря чему я все время оказывался в выигрыше или делил его с другими игроками. Наконец банк составил сорок пять тысяч ливров, у меня оставались еще двадцать тысяч. В огромном зале стояла полнейшая тишина, казалось можно было услышать даже пролетающую муху. Соседи тоже закончили играть и присоединились к зрителям нашей игры. я видел, что послу карты не идут и положил десять штук. Все, кроме посла пасанули, а посол поддержал. Я видел, что у него осталось около пяти тысяч ливров. Мне пришли три семерки и я решил поднять еще на десять тысяч. Посол пересчитал свои деньги и оказалось, что он может ответить только четырьмя с половиной тысячами.

— Я хочу в счет недостающей суммы поставить свой коллар! — посол показал на свою массивную золотую цепь, коллар в средние века являлся мужским украшением, символом власти и принадлежности к рыцарскому ордену.

Придворные загомонили, обсуждая предложение венецианца.

Я деланно удивился — Разве в вашей стране так легкомысленно относятся к рыцарскому знаку, господин посол?

Посол разозлился и, кинув взгляд на кучу золота на игральном столе, снял свой кинжал и попросил своего оруженосца принести меч — Предлагаю свою пару индийских клинков! Когда на стол лег узкий булатный меч в таких же, как и и у кинжала, богато усыпанных драгоценными камнями ножнах, рыцари ахнули, разглядывая ставку венецианца. Я тоже был удивлен — и кинжал и меч были созданы одним мастером, другой же изготовил ножны для клинков, не экономя ни золота, ни драгоценностей.

— Я принимаю вашу ставку, господин посол! Открываем карты!

У посла оказались две пары и я невольно повел шеей — я прошел по лезвию, чуть не проиграв все добытое золото. Повезло!

Выигранный кинжал я отправил за свой кожаный пояс, а меч благовейно принял Жан, пустив его по рукам остальных валетов, пускающих слюни на мой выигрыш. Золото Жан убрал в заранее приготовленный замшевую калиту.

Матильда отпила вина и шепнула мужу — Твой спаситель теперь еще и богат!

Альфонс де Пуатье, граф Пуатье и граф Тулузский подхватил меня за плечо и отвел в сторону — Арман, у меня к тебе предложение — у нас с Жанной нет детей, может заберешь отца и переедешь со своим войском ко мне? Никогда не думал, что может быть такой разносторонний ребенок. С тобой говоришь будто со взрослым. Удивительно, но факт. Твой отец получит земли, как минимум равноценные бургундским! Он только поменяет своего господина. Я предоставлю вам лучший замок в моих владениях! Хотите в Пуатье, хотите в Тулузе. На территории города-крепости Каркасон расположен графский замок Комталь, который я хочу подарить тебе, Арман. Такой роскошный красавец!!! Город расположен на правом берегу реки Од. А в одиннадцати лье от замка на берегу Средиземного моря находится портовый горон Нарбон. Земли очень плодородные, Вашему отцу новая барония обязательно понравится.

Я низко поклонился — Спасибо, ваше высочество! Я посоветуюсь с отцом и сразу же извещу вас! Для меня честь служить вам, принцу королевской крови!

Я отправился в нашу залу, но меня остановил паж графа Рено и отвел в его покои. Граф встретил меня у входа и проводил внутрь, усадив на кушетку — Арман, чем я могу отблагодарить за свое спасение? Не стесняйтесь, наверняка, разбогатев, вы в чем-нибудь да нуждаетесь?

— Господин граф, будьте моим покровителем и мне вполне этого будет достаточно — хитро улыбнувшись, я своими словами развеселил графа и тот погрозил мне пальцем — Маленький хитрец! Хорошо, я, граф де Форе беру тебя под свое покровительство! Ты можешь в любой момент обратиться ко мне за помощью! Надеюсь завтра мы сможем поиграть в шахматы?

— Боюсь, герцога не обрадует столь длительное гостеприимство — я же разорю всех его вассалов и слуг!

— На этот счет нечего беспокоиться, герцог любит удачливых. Когда вы все-таки покинете Дижон, вы оставите нам хотя бы одну колоду ваших карт?

— Обязательно, пусть это будет подарком господину герцогу.

— Отдыхай, Арман, завтра мы покажем наш Дижон.

Глава 10

Следующим утром умывшись и перекусив, я в сопровождении валетов с графами Рено и Альфонсом верхом отправился посмотреть на Дижон. Своим политическим значением в Средние века Дижон обязан решению герцога Роберта I перенести сюда столицу всей Бургундии. дижон был окружен крепостной стеной с двенадцатью воротами. Над городом возвышается готический главный собор, возведенный в начале Тринадцатого века. На углу собора находится скульптура совы, которая является символом города.

На улицах Дижона, как впрочем и в Париже, улицы были полны нечистот, небольшой скверик вонял по страшному — придворные не стесняясь здесь справляли свою нужду. С тех пор, как король Франции Филипп-Август в двенадцатом веке упал в обморок от невыносимой вони, поднявшейся от проезжавшей мимо дворца телеги, взрыхлившей наслоения уличных нечистот, с антисанитарией в Париже ничего не менялось вплоть до середины девятнадцатого века. Как правило, большинство простолюдинов в те времена справляли естественные потребности где угодно. Шел, захотелось «по-большому» или «по-маленькому» — сходил. Все относились к этому процессу как чему-то очень обыденному, но при этом не чурались показывать друг другу кучи экскрементов на улицах. Даже в сельской местности, и то было попроще с санитарными вопросами, учитывая меньшую скученность населения и возможность оборудования во дворах выгребных ям. Впрочем, большинство крестьян созданием выгребных ям себя не озадачивало и справляло нужду в любом месте.

Ради интереса я заглянул в пару городских бань и был разочарован — их небольшие размеры по сравнению с римскими термами, из-за грандиозности строений доживших до современности, европейские бани напоминали бордели, в которых за отдельную плату можно было еще и помыться. Не зря ни от одной европейской бани не не останется даже фундамента! Я купил в одной из лавок приличный запас неплохого мыла, который лавочник пообещал доставить в замок.

Мне сразу расхотелось оставаться в этой клоаке и я я поведал об этом своим благородным покровителям — Не знаю как вы, но я в такой вони жить не смогу, завтра отправимся назад. По хорошему, нужно заняться канализацией наподобие римской, именно канализация и водоснабжение главное достижение Рима. Римляне использовали бетонные трубы для вывода сточных вод, почему этого нет в Дижоне? Неужели произошел откат назад, к черт знает какой древности?

Альфонс развел руками — Если примешь мое предложение, то я поставлю тебя на почетную должность в моем городе-крепости — помощником сенешаля, наведи в Каркассоне порядок, начав с замка, если с этим справишься, то я поручу тебе и Тулузу. Пусть потом все умрут от зависти, когда ты возродишь у меня римскую канализацию. Еще бы решить вопрос с водопроводом, но не знаю — по силам ли тебе в твоем возрасте! — хитро прищурился граф — до сих пор сохранился акведук, который является частью водопровода длиной девять лье, который вёл в Ним из Юзеса.

— Все зависит от количества выделенных на это денег, ваше Сиятельство!

— Это пусть тебя не волнует, сколько нужно, столько и выделю. Вот тебе для твоего отца инвеститура на получение от меня виконтства Каркассон в наследствен­ное условное держание. Семейка Транкавелей слишком много о себе возомнила, я их решил, немного обобрать, думаю что семи виконтств им многовато! А позже я поговорю с супругой Жанной, она как герцогиня Нарбонна отберет у Альмарик Первого виконтство Нарбонна и отдаст его тебе по совершеннолетию.

— Чем провинился этот виконт?

— Он чеканит в Нарбонне по крайней мере пять лет свою монету.

После возвращения в замок я научил бургундскую знать играм в очко, дурака и козла, когда же я показал женщинам косынку, то они не отстали от меня, пока я не подарил им вторую колоду. Подняв на игре "очко" еще двадцать тысяч ливров, я увидел разгневанного венецианца, посол подошел к столу, за которым я обчищал карманы знати и едва сдерживаясь, указал на меня пальцем — Ваши так называемые валеты, Арман, избили моих пажей и я требую удовлетворения!

Я покосился на стоящего рядом Жана, но тот пожал плечами.