Главное убежище

— Интересно, — сказал толстяк, почесывая затылок. — Словно тут горел костер и колонна оплавилась.

— Что же это такое горело, что камень плавился, как воск? — озадаченно сказал Дед, потрогав оплавленную колонну.

— Эх ты! — вдруг сказал Фил.

Все посмотрели на него и увидели, что мастеровой смотрит на потолок. Наверху, прямо над этим местом, сетка покрывающая потолок отсутствовала. Не был виден также и обычный, белый ребристый потолок станции — вернее, большая дыра в потолке. Лучи фонариков растворялись в темноте проема.

— Дурное место, — сказал Дед, идя по платформе дальше.

Несмотря на все старания Фила, который заглядывал в каждый угол, ничего полезного, кроме стреляных гильз и рванья, на платформе не нашлось.

Достигнув противоположного конца станции, то увидели, что она также заканчивается такой же стальной стеной, как и другая ее часть.

— Ну вот, что, — сказал старик, заглянув в вагон, находящийся рядом с местом, где состав скрывался в тоннеле. — Переночуем тут, а завтра в путь.

Они наскоро поужинали, после чего, Дед объявил, что пора «на боковую».

— Погоди, Дед, — запротестовал Фил. — Давай поговорим.

— Об чем?

— Да как о чем? Обо всем. Вот мы на станции. А что дальше? Ты же обещал рассказать.

Дед вздохнул и вытащил свою схему тоннелей. Однако перед тем, как ее развернуть, он нравоучительно заметил:

— Я, конечно, расскажу, но в будущем я предпочел бы, чтобы вы верили мне на слово и знали, что все, что я делаю — я делаю в ваших интересах. Понятно?

Подопечные молчали.

Дед снова вздохнул и разгладил на коленях схему.

— Вот оно. Значит мы вот здесь, — он указал куда-то в левый нижний угол карты, тыкая в точку на красной линии.

— А нам надо вот сюда, — продолжил он, показывая в точку на правой стороне карты. — Видите, вот станция «Римская», вот туда нам и надо.

— Понятно, — задумчиво сказал мастеровой. — У тебя уже есть план, как мы туда пойдем по этим линиям?

— Сперва нужно добраться вот до этого круга, — вожак показал на круглую линию, очерчивающую центр карты. Скорее всего, по нему мы сможем добраться до одной вот из этих станций, вот «Таганская» или «Курская», а оттуда уже до нашей цели.

— Но в любом случае, думать будем на месте, а сперва нужно до кругового тоннеля добраться. До станции «Парк Культуры».

— Так, а дальше-то что, — спрашивал Фил. — Что на «Римской» делать будем?

— На «Римской» и находится наша цель — Главное Убежище.

— А как мы его найдем? — продолжал допытываться мастеровой.

— Сперва до туда дойти нужно, — раздражаясь, ответил Дед. — Как дойдем, я тебе расскажу и все покажу.

— Слушай, Учитель, — задал вопрос Борода. — Я вот чего не пойму. Ты ведь в этом городе жил уже, так?

— Ну, жил.

— Тебе ведь лет уже много тогда было?

— Почти сорок было.

— Так я вот чего не пойму, — наморщил лоб толстяк. — Чего тогда ты за схему эту держишься? А разве ты так, по памяти, не сможешь нас провести, куда надо? Ты же говорил, что уже бывал в этом Метро.

Старик невесело усмехнулся и призадумался.

— Ну, толстый, — сказал он. — Во-первых, я родился и вырос не в этом городе. Сюда я был переведен только за пару лет до начала Войны. Во-вторых, этим Большим Метро, вот этими поездами, пользовались в основном простые люди. Те же, кто побогаче и поважнее, предпочитали поверху ездить, на своих машинах. Вот к ним я и относился. И по городу я на служебной машине ездил, с личным водителем, да…

Дед замолчал, задумавшись о чем-то.

— А что касается метро, то, признаться, и не был за те годы здесь ни разу. Разве что в детстве, когда приезжал с родителями в Москву. Вас тогда и на свете не было! Однако уже во взрослые годы я тут не бывал. Вот такие дела…

Старик, не теряя времени, распределил дежурства, указав каждому его ночные часы. Первым выпало дежурить Венику. Дед дал парню свои часы и сказал:

— Видишь эту стрелку? Она сейчас на цифре десять. Когда она дойдет до цифры двенадцать, то разбудишь Фила. Понял?

Веник кивнул.

— А ты Фил, — старик обратился к мастеровому. — Еще через два часа разбудишь Бороду, который еще через два часа разбудит меня.

Пока Борода и Фил укладывались на облезлые скамейки, что располагались под окнами вагона, Дед инструктировал парня:

— Сиди тихо и не высовывайся. Ни в коем случае никуда не уходи. Если будет что-либо подозрительное: звуки какие там или кто стонать будет, то нас буди. Если же кто появится, и ты поймешь, что они знают, где мы и идут сюда, то сразу же стреляй. И никаких вопросов! Стреляй, а спрашивать, кто это и что они тут забыли, потом будем. Понял?

Веник кивнул.

— Ну и хорошо.

Дед ушел на свою скамейку. Вскоре все трое уже спали, а Веник сидел в темноте рядом с дверным проемом вагона и смотрел на станцию. Скоро его глаза привыкли к темноте и он стал различать колонны и зал станции.

«Какое унылое и страшное место», — думал он.

Вероятно, в старые времена, при свете, оно выглядело совсем иначе, но сейчас, в темноте, станция вызывала приступы жути.

Если бы он не жил один у себя за пределами Тамбура, то вероятно он умер бы от страха. Хорошо, что в руках у него мощное оружие и рядом, пусть спящие, но друзья, к которым всегда можно обратиться.

Время дежурства тянулось бесконечно долго. Время от времени парень включал на секунду фонарик, светя на стрелки часов, а все остальное время он сидел, привалившись к скамейке вагона, что находилась рядом с дверями. Тишину нарушали только звуки дыхания его спящих спутников, да тихо, еле слышно гудели тоннели. Изредка что-то поскрипывало на станции. Сперва Веник напрягался, но потом понял, что звуки издают висящие под потолком железки.

Наконец два часа дежурства истекли. Парень разбудил Фила, отдал ему часы, и пока мастеровой протирал глаза, спустившись с диванчика на пол вагона, Веник залез на его теплое место и тут же уснул.

Не успел он толком заснуть, как кто-то энергично затряс его за плечо. Открыв глаза, парень разглядел в полумраке Бороду.

— Ну, чего тебе? — сонно пробормотал Веник.

— Чего! Вставай, утро уже!

— Чего?

Веник рывком поднялся на диванчике и увидел, что рядом на полу уже сидят Дед и Фил, начиная завтрак.

Ничего себе! Словно и не спал ни минуты!

Парень неохотно поднялся с лавки и присоединился к товарищам. После короткого завтрака руководитель группы изложил повестку дня.

— Я думаю, идти по тоннелям не сильно сложно будет. До обеда хорошо бы пройти несколько станций. Так что в темпе, шпарим по тоннелю.

Собравшись, они покинули вагон и быстро прошли к противоположному концу станции. Веник думал, что они направляются в тот же тоннель, из которого пришли, но старик повел их в правый тоннель, где находилась узкая платформа с несколькими пустыми проемами, ведущими в захламленные помещения.

— На всякий случай пойдем здесь, — пояснил он, спускаясь с узкой платформы на рельсы. — Не хочется мне чего-то идти мимо входа в Тамбур. Сдается мне, что та платформа, которую Борода принял за станцию, это тоже вход в Тамбур, если не в Люкс. Так что лучше не рисковать.

— Я вот чего не пойму никак, — сказал Веник, когда станция осталась позади, и они шагали по обычному тоннелю с вертикальными стенами. — Зачем им понадобилось по два тоннеля рыть в каждую сторону?

— Ну, это же логично, — сказал Дед. — Поезд видел на станции? Вот такие тут и ездили. Один в одну, а другой в другую сторону. Понятно?

— А…. Вот оно что, — сказал Веник и подумал: «- Как же это я сам не догадался!»

Дальше они шли молча.

Когда в очередной раз Борода остановился, подняв руку, Веник уже не так волновался, как в начале их пути по тоннелям.

— Тихо! — сказал толстяк. — Чуете?

— Чего? — не понял Веник.

— Дымом несет, — сказал Фил.

Тут Веник и сам унюхал запах гари.

— Парни! Идем осторожно. Борода — давай вперед, — распорядился Дед.

Стараясь издавать как можно меньше звука, отряд начал медленно продвигаться дальше по тоннелю, который в этом месте изменил форму — стал почти круглым, кроме плоской нижней части с рельсами.

Вскоре, в конце тоннеля показалось мутное серое пятно.

«Должно быть, еще одна станция — смекнул Веник. — Наверное, это и есть этот самый „Университет“».

Что значит «Университет» он не знал, но слово ему понравилось.

Когда до станции оставалось совсем немного, в левой стене показалось ответвление, откуда в их тоннель заходил еще один рельсовый путь. Борода быстро обследовал его и обнаружил там еще целых два тоннеля, от которых был также выход в параллельный тоннель.

— Да почем я знаю, зачем они еще тут столько тоннелей наделали? — раздраженно отвечал Дед, когда на него насели с вопросами. — Надо было и сделали! Может, чтобы поезда в них разворачивались или еще что.

В этом месте они остановились, а толстяк двинулся на разведку станции. Он вернулся не сразу и выглядел очень возбужденным.

— Станция, — выпалил он, хотя все и уже поняли. — И люди там. Человек десять. По виду бродяги, как у нас в теплотрассах. Костер жгут там. В основном пацаны малолетние. Я смотрел за ними немного. Стволов вроде у них нет.

— Что делать будем? — спросил Фил, посмотрев на старика.

Дед задумчиво почесал подбородок.

— Глянуть надо, а там и решим.

Медленным шагом они двинулись вперед, к станции.

Тихо поднявшись на платформу, и немного осмотревшись, Веник удивленно констатировал, что эта станция совсем не похожа на ту, где они уже побывали. Увидев станцию «Проспект Вернадского», Веник почему-то подумал, что все станции в Метро будут похожи на нее, но стация «Университет», разбила это утверждение.

Во-первых, станция состояла их трех длинных частей. Сейчас они стояли на длинной платформе, что тянулась вдоль пути, по которому они пришли. Такая же платформа, судя по всему, находилась и на противоположной стороне станции, где через нее проходили рельсы из параллельного тоннеля. Между платформами расположился более широкий зал, в который с платформ вело множество проходов.

А во-вторых, удивляли колонны, которые разделяли все эти три части. В отличие от стройных красавцев проспекта Вернадского, эти колонны были приземистыми и в ширину были толще, чем в высоту. Да и вообще не понятно было, колонны ли это? Или же это просто арки в широченной стене, облицованной белым кафелем.

Дед и Борода прошли по такому проходу к центру зала и осторожно выглянули в зал, откуда доносились невнятное бормотание обитателей станции.

Веник, стоя на платформе, осмотрелся. Наверху он увидел сводчатый потолок, посредине которого тянулись массивные стеклянные светильники, которые погасли еще в незапамятные времена. Слева от него белели приземистые колонны станции из белого камня, рядом с каждой установлена каменная скамья. Справа находились пути, стена за которыми была облицована желтой кафельной плиткой. Чуть дальше, виднелись прилепленные к ней буквы — название станции — УНИВЕРСИТЕТ.

Дальше, в полумраке виднелась пересекающая платформу непонятная постройка, похожая на мостик над путями.

— Я помню такие станции, — сказал мастеровой Венику. — У меня ощущение, что я уже был здесь в детстве. Хотя, может быть, мне это просто кажется.

В это время вернулись Дед и Борода.

— Ну, что делать будем? — шепотом спросил толстяк.

— Может, прокрадемся? — сказал Фил. — Слезем на рельсы, пригнемся, так и проползем.

— Неплохая идея! — серьезно сказал Дед. — Только хорошо бы потолковать с местными. Расспросить о том, что там, в тоннелях, дальше. Ну и вообще…

— Так что, прямо так и пойдем к ним? — удивленно спросил Фил.

— Именно! Вот что, — старик осмотрел подопечных. — Оружие держите наготове. Если что, стреляйте не раздумывая. На вопросы отвечать и вообще говорить буду я. И запомните, если будут спрашивать, то мы с «Юго-Западной» идем на кольцевую линию. Ясно?

Все молчали.

Дед глубоко вздохнул.

— Ну, с богом! Вперед.

Он развернулся и бодрым шагом направился по проходу в главный зал станции. Остальные двинулись за ним.

Маленький отряд вышел главный зал и, держа наготове оружие, быстро направился к костру, который горел в самой середине станции. Мельком осмотревшись, Веник заметил, что этот центральный зал, был не сильно шире того, что он уже видел на платформе. Здесь такой же полукруглый свод наверху и широкие колонны по сторонам. Возле каждой колонны, как и на платформе, стояла скамейка из светлого камня.

Они шагали к костру, вокруг которого сидела пестрая толпа в лохмотьях. Сперва бродяги продолжали беспечно болтать, но через секунду их заметили.