В теле пацана. Книга первая

Как и виды. Вновь смотрю на далёкие горы. И небо чистое. Потому что щёки мои горят.

— Красиво как, — говорю на выдохе. Снова грусть, тоска. Боюсь очнуться ото сна.

— Верно говоришь, — соглашается принцесса, тоже глядя на горы. — Созерцания у вас здесь, что в жизни не забыть. Мы — то в степи живём. Там особо не на что смотреть: зелёные холмы да речки мелководные.

— И ты тоже красивая, — вырывается из меня. Произношу, пряча свой взгляд.

Звучит, как признание. И мне так неловко.

— Спасибо, польщена, — бросает обыденно. — Но ты ещё взрослых суккубок не видел. Как встретишь, обо мне и не вспомнишь.

— Да брось.

— Уж поверь, — раздаётся на выдохе.

Молчим какое — то время. Чувствую, как нагло рассматривает меня. А я наоборот стараюсь не смотреть.

— Я тебя нашла, давай подарок, — заявляет вдруг.

М — да. Тапок вряд ли подойдёт. Для принцессы уж точно. Но у меня в этом мире действительно ничего и нет. Разве что.

Тянусь за серебряным браслетом. А она останавливает.

— Это не приму, — говорит мягко. — Обереги завязаны на крови, а если переплавить, это уже не будет твоим подарком. Придумай другое.

О как.

И что же делать? А если попробовать явить что — то из своего прежнего мира? А получится? Если да, то что?! Надо быть осторожным, нельзя напугать. Ха, рассуждаю, будто уже уверен в том, что выйдет. Не факт. Но попытка — не пытка!

Отступаю от перил, а она вся внимание. Облокотилась, смотрит исподлобья, эротично прикусив губу. Будто мы уже парень с девушкой. Бёдра сочные, ножка на ножку, животик нежный, сисечки. Сосочки проступили даже. И мордашка такая соблазнительная. Да и хрен с ним, с рожками да хвостом. Всё при ней, а это дополнительные аксессуары и только.

— Кристиан, какой же ты загадочный и красивый сейчас, — шепчут её сочные губы.

И в мою шальную голову вдруг бьёт самая идиотская и одновременно невероятная мысль. Ты же суккуб, почему бы и нет.

Мне дарили эту книжку по приколу. И я даже посмеялся, пока не открыл на досуге посмотреть. В книжке той оказалось столько всего интересного. И читать не нужно, на картинках и так всё понятно.

Выставляю ладонь, представляю новогоднюю ночь и блёстки. Голубые… нет, что — то подсказывает, с таким набором не прокатит! Представляю красные! И они возникают тут же на коже! Затем зелёные, фиолетовые и жёлтые… Будто хлопушку долбанули и всё это в воздухе зависло. Может я решил перебздеть. А с другой стороны, если не выйдет, разочарую принцессу, чего очень не хочется.

Сперва блёстки искрятся в моей ладони, затем поднимаются в вихре. В момент я понимаю, что пора, и представляю то, что хочу явить! В груди ахает, и коленки подкашиваются от слабости. Еле стою! В глазах темнеет на миг, и рука вдруг тяжелеет! Едва не роняю книгу, успеваю подхватить второй рукой.

Да!! У меня получилось. Хочется визжать. Но сил нет.

Делаю пару шагов и протягиваю девушке глянцевый том «камасутры».

Суккубка рот раскрыла, как завороженная приняла мой презент. А я затаился, хоть бы внутри были картинки, а не белые листы! Что вполне может быть, учитывая, что я не представлял всё настолько детально.

— Да ты даже заклинание не произносил, — выпалила, сверля меня подозрительным взглядом. — И губами не шевелил.

— Я мысленно, — оправдываюсь, хотя понимаю, что даже в мыслях ту белиберду не проговаривал. Просто блёстки представил.

— Говорю же, у вас, у людей есть талантливые маги, — комментирует, переключая внимание на книгу. — Невероятно.

Принцесса в восторге от одной только глянцевой обложки! Но затем она открывает со скрипом новенькую книжку. И видит там заветные картинки! В первый момент недоумевает, затем глаза её вспыхивают красным пламенем! И принцессу уже не оторвать. Щёки девичьи розовеют в миг. Она листает, проводит пальцами, приоткрывая свой ротик и тихо охая. Сглатывает слюнку, закусывает губу.

Минут пятнадцать неотрывно изучает позы. И только после с изумлением поднимает взор на меня.

— Это удивительно, Кристиан, — раздаётся из её уст сиплое. — И качество бумаги, и детализация рисунков. И идеи…

Улыбаюсь в ответ.

— Очень удивительно и познавательно, — продолжает восторгаться. — Только я не понимаю, что это за письменность?

— Не важно, самое главное картинки, — отвечаю радостно.

Мне прям душу согрело, что удалось засмущать суккубку. Пусть и на какой — то незначительный промежуток времени.

— Пламенное спасибо! — Взвизгнула вдруг принцесса и бросилась меня обнимать.

Потискала жарко. Оттого, что опешил, не среагировал вовремя, не обнял в ответ. Когда спохватился, она уже отстранилась.

Уселась прямо на траву, а следом разлеглась, глядя в облака мечтательно. Делать нечего, улёгся рядом.

Помолчали какое — то время, глядя в голубые небеса. А затем чёрт дёрнул меня спросить:

— Зачем тебе выходить замуж?

— Кусубату нужен союз и Леванту тоже, общие враги всегда объединяли, — раздаётся официозный ответ. — Если не объединимся, Империя вампиров перебьёт нас по отдельности легко. Все знают, что союз у нас выйдет хороший. В вашем королевстве богатые залежи серебра, в нашем — яростные воины. Мы нужны друг другу.

Так. Вот и вампиры нарисовались. Уже ничему не удивляюсь.

— Так у вампиров империя целая? — Уточняю.

— Да, могучие Дома, возглавляемые Высшими вампирами, владеют половиной мира. И хотят завоевать весь, — ответила Имиретта и дальше с удивлением: — Но ведь ты и так это знаешь? Это наше главное Зло, против которого борются многие светлые королевства сотнями циклов.

— И что изменилось? Обязательно тебе выходить замуж за принца?

— Я же говорю, сложные времена для суккубов и людей нынче, — произнесла Имиретта.

И нащупав мою ладошку, сжала её крепко своей. Как приятно…

Так мы и продолжили валяться на траве уже без слов, пока принцесса не приподняла голову настороженно. А затем поднялась, встречая своего рыцаря.

— Ваше огнепламенное, советник Зейган прислал за вами, — произнёс суккуб, будучи уже без шлема. Из чёрных волос виднеются чёрные рожки.

— Сиюмоментно! Жди, — выпалила принцесса, подскочила к рыцарю, сунула недоумевающему камасутру со словами: — Отвечаешь жизнью и не вздумай открывать!

И обратно ко мне метнулась.

Подошла вплотную, дождалась, когда поднимусь с травы, и за плечи ухватила. Уставилась неотрывно. Был бы мороженным, сейчас бы растаял.

И мысль пришла вдруг отчаянная и тоскливая. Кажется, я действительно влюбился. И при всей этой похотливой ноте, которая так и лезет на первый план, очень даже невинно.

Так невинно. Что мне достаточно быть рядом и видеть, как она улыбается. Необычная, чертовски привлекательная, сверхъестественная. И такая милая.

— Зейган — это кто? — Спрашиваю почему — то. Наверное, мне стало важно знать, кто её окружает.

— Он третье лицо в нашем государстве, а ныне глава этой экспедиции, я обязана подчиниться, — ответила принцесса, не выпуская меня из своих рук.

— Ясно… — выдаю без энтузиазма, неотрывно глядя в её завораживающие огненные пропасти зрачков.

— Кристиан, — говорит вдруг так ласково…

— М? — Сонное очарование охватывает моё тело, и мне так не хочется её отпускать.

— Ты не поддался на мои соблазнения, — звучит с нотками разочарования. — А это значит, что я не полноценная женщина Кусубата. И это скверная новость. Быть может, стоит отказаться от брака с Фейратом сейчас? Изучить твою чудесную книгу, вобрав больше знаний и опыта. Как думаешь?

Во дела! Да если династический брак сорвётся из — за меня, не посадят ли полудохлого бастарда на кол?!

— Дело не в тебе, Имиретта, — отвечаю на выдохе. — Я просто ещё не пришёл в себя.

И в это тело походу ещё не полностью пришёл…

Как ни тяжело это признавать, пися у меня не встаёт, увы. Надеюсь, именно по той причине, что я истощён физически после комы! А не потому, что с этом телом не всё в порядке!

— Но у тебя такой заинтересованный взгляд, — произнесла принцесса неуверенно и отвернулась. Выдохнула тяжело и снова посмотрела несколько… встревоженно: — Что ж, мы ведь не прощаемся, Кристиан?

— Конечно, нет, — я и не смог бы ответить иначе.

Принцесса буквально бросается ко мне со своими жаркими объятиями. Сжимает крепко, упираясь своими тугими мелкими сисями прямо в мою впалую грудь, а бедром в то место, где сейчас должен колом стоять член, а вместо него вялая дохлая сосиска болтается.

Такая девочка в твоих руках парень! Обнимаю в ответ, носом зарываясь в волосах, что шёлк. И наплевав на глазеющего рыцаря, опускаю руки ниже. Затаив дыхание, хватаю за упругую попку. В такие моменты думаешь, что пусть перевернётся мир, но будь что будет!

Какая тугая и приятная наощупь! Оххх. Жмурюсь, готовый получить по яйцам. И как голодная тупая обезьяна всё ещё не могу упустить свой банан из ловушки.

Однако вместо возмущений слышу томный выдох. Твою же ж мать. Зря поскромничал, через ткань юбки ухватил.

— Ваше огнепламенное, — раздаётся от мужчины нетерпеливое чуть ли не со скрипом зубов.

И Имиретта отстраняется с лёгкой улыбкой. Кажется, на уголке глаз блестят слезинки. И они трогают моё сердце сильнее всего прочего.

Руки отлипают от ягодиц в самую последнюю очередь, как от своего родного… Принцесса моей мечты уходит, не оборачиваясь со своим рыцарем. А я остаюсь в парящем саду один.

Горит внутри до пустоты и вакуума. Кто я такой… худой и мелкий парень, больше смахивающий на ребёнка. На глазах которого происходят серьёзные вещи, и я не в силах никак повлиять.

С тоскливыми мыслями ковыляю до самой лестницы, где вижу идущего мне навстречу наставника Деодора.

— Кровосос раздери, Кристиан! Тебе сюда категорически нельзя! Это крыло иностранных делегатов, куда Шейн смотрел?!

Я бы и рад ответить что — нибудь в своё оправдание. Но лоб мой неожиданно потяжелел, а в глазах запульсировала тьма. Ноги подкашиваются, и я падаю без сил. А затем меня утягивает в бессознательную черноту. И остаётся лишь одна мысль. Как же я хочу спать.

Глава 4

ПЕРВЫЙ ВЫХОД В ОБЩЕСТВО

Очнулся в постели. В меня впились две чёрные бездны. Пытливый взгляд мага Гунуа, разбирающий по кусочкам, заставил встрепенуться.

— Лорд Кристиан, вы пробовали магию? — Раздаётся вопрос в лоб.

Молчу, но меня ещё сильнее сверлят взглядом! Киваю едва заметно. Старец хмурится.

— Опрометчиво с вашей стороны, маленький лорд, — комментирует.

— Раньше за ним не замечал подобного, — слышу ещё один голос, и в поле зрения возникает наставник Деодор. — Как себя чувствуешь?

— Нормально, — отвечаю негромко и обращаю внимание на потолок, а затем и интерьер вокруг.

Похоже, я в другом месте. Комната раза в три больше предыдущей, да и кровать мощнее, можно спокойно кувыркаться вдвоём. Приподнимаюсь. Ага, письменный стол, большие окна с одной стороны, камин с ажурной окантовкой, ковёр из кучерявой белой шерсти, диван массивный со столиком, огромный шкаф во всю стену. Ха! Это уже посолиднее прежней халупы!

Отчитали дядьки и ретировались. Тут же появилась Элиза с ужином на подносе, будто ждала за дверью. Ну да, за окном вообще — то уже вечер.

Красная, как помидор разложила всё на столе, молча. И собиралась уже свалить.

— Элиза, подожди, — окликнул, застав у выхода. Вот же шустрая!

Обернулась. Грудь заходила часто. Смотрит с ужасом. Перегнул, похоже, я конкретно в порыве страсти или бешенстве матки.

Поднялся с кровати тяжело. На мне ночная сорочка, и вновь задница голая. Подошёл к служанке, посмотрел снизу вверх в глазки зелёные. Подался, обнял.

— Прости меня, — прошептал, прижимаясь крепко к сочному телу и уткнувшись носом в эти же сиси, с которых всё и началось.

Полминуты молчит. А затем раздаётся вполне спокойное:

— Что вы, маленький лорд.

Уже не дрожит, обнимает в ответ. Помирились. Вот и славно.

Быстро нашёл штаны, натянул на голую задницу, а то некомфортно. Ужин проглотил с огромным аппетитом и в гордом одиночестве. На отдельном столике большой кувшин с водой и стаканом, а также тарелка со свежей выпечкой. Пару хрустящих булок с радостью надкусил, чувствуя на языке сладкое повидло. Но много не влезло.

От безделья стал изучать хоромы и наткнулся на дверь за шторами с выходом на собственный балкон. Ничего себе!

Своя открытая лоджия два на семь метров порадовала. Подо мной рассыпались огни ночного города, на которые можно взирать с высоты птичьего полёта. Навскидку я где — то на три — четыре этажа вверх переместился. И мне здесь однозначно нравится больше. Есть где развернуться.

Вернулся в комнату и полез шариться по полкам, серванту и шкафам. Куча ветхих книг на непонятном языке с толстыми страницами, безделушек из дерева и камня, чистой одежды и всякого белья. За шкафом и ворохом костюмов нащупал вторую стену.

А ну ка! Отодвинул доску и полез. В полумраке не разобрать, но судя по запаху плесени и пыли — это тайный проход. Что ж, буду иметь в виду.

Вылез обратно, поправил доску, уселся у камина на диван. Стоило поесть мяса, сил прибавилось. Кажется, это была курица. Если нет. Мне лучше не знать, что я там сожрал.

Сейчас бы бутылочку холодного пивка, промелькнула мысль. Выпить за возрождение что ли. За новую жизнь.