Кодекс Охотника. Книга X

Прочитал все бумаги, затем покормил Шнырьку. Тот, в свою очередь, угостил мороженкой Затупка, который был рад любой еде, лишь бы она была холодной. Кажется, мне подсунули бракованного медоеда!

В документах не было ничего необычного из того, что стоило моего внимания. Разве что я смог оценить, насколько много работы они проделали, ведь каждая тушка описана по всем правилам. А это степень ее поврежденности, тип и время, через которое она начнет портиться.

Конечно, Анна у меня делает доклады еще лучше, но блин... На то она и Голдсмит, а тут простой человек. Не думаю, что Доброхотов по доброте душевной отдал бы мне своих лучших людей. Или у него их настолько много? Таких вот... лучших.

Зараза! Мне тоже нужны специалисты, а их нелегко найти. Есть, правда, мыслишки по некоторым людям, но и это капля в море. А жизнь в этом «море» опасная... Нужно много людей для отлаживания всех процессов и разгрузки моей Анны, на плечах которой держатся все дела поместья.

Затем я провел время за медитацией, и проверил изменения в своем теле. Вся медитация заняла ровно час, за время которого я узнал много нового. Этот Эпицентр имеет лишь слегка другую энергию. Он, и вправду, старше и мощнее. Так что можно смело говорить, что Эпицентры отличаются друг от друга, и могут меняться со временем.

Конечно, здесь Разломы не сделают тебя супер Истом или суперчеловеком... Быстро, нет. А вот если сравнить сотню закрытых Разломов в Иркутске и здесь, то, по факту, здесь будет больше энергии, и она как бы... качественнее? Но в то же самое время местных твари будут посильнее. Хотя мне и было легко со сколопендрами, но они совсем не слабые противники, и их броня на порядок крепче их товарок с Иркутского Эпицентра, которые уже лежали в моих складах-морозильниках.

А потому приходим к выводу, что Африканский континент для меня имеет ценность. А еще — для всего мира повышенную опасность. Не зря сюда присылают постоянные экспедиции, которые помогают бороться с иномирным злом. И так запустили здесь всё до невозможности.

Интересно, если собрать всех Истов мира, получится закрыть Эпицентр? Здесь никто не знает, как уничтожить его, и возможно ли это вообще. Да вот и надо ли?

Я же уверен, что убить можно все... Даже планету. Были прецеденты.

Потом мне на тележке привезли завтрак и, на удивление, свежую газету, которая меня совершенно не интересовала. Даже лениво окинул ее взглядом, я понял, что ничего интересного там не пишут. Газета явно выпущена к нашему приезду. Там, на первой странице говорилось, как хорошо инвестировать в Африку, и сколько это приносит людям доходов, а еще разные сказки о волшебном климате. Ага! Расскажите это Пупсику!

Какая-то слишком простенькая замануха, сомневаюсь, что кто-то поведется. Но раз выпускают, значит это работает.

На собрание Истов я не спешил, хотя оно должно было начаться совсем скоро. Зачем спешить, если Шнырька следит за Сергеем, который должен провести это самое собрание. А он сейчас занят важными телефонными переговорами.

Явно мое назначение озадачило молодого Долгорукова. Теперь ему нужно решить, какие отряды предоставить в мое подчинение, и как это все лучше организовать. А еще он распорядился усилить охрану, так как должен вернуться Вербицкий, и он реально переживает, что я сцеплюсь с Абсолютом

Зря... Этого засранца я сегодня не трону. Просто для этого у меня нет настроения, и это будет слишком просто. Зачем тратить энергию и выкладывать на стол все свои секреты, когда можно задолбать его через Шнырьку. Как раз мелкий за ним проследит, и заодно узнает, где он обитает. В отеле его сейчас нет, это Шнырька разузнал в первую очередь, и сильно расстроился.

Когда Шнырька сообщил мне, что пора выходить, только тогда я поднял свой зад из мягкого кресла, и направился на собрание.

— Первым делом я хочу поздравить всех собравшихся здесь, — начал свою речи Долгоруков. — Раз вас выбрали, то посчитали достойными. Как уже все из вас знают, это действительно показатель вашей силы и успехов в ВАШЕМ нелегком, но благородном деле.

Хм... Он даже выделил слово «вашем», показывая, что не забыл о наших различиях. Он солдат, а мы Исты. По лицам многих вижу, что не рады такому вот начальнику, когда он не из своих. Но что поделать, не Вербицкого же ставить первым. И так уже слухи ходят, что у него в последнее время проблемы с головой. Многие, кстати, жалеют теперь его из-за этого.

Многое из того, что говорил Долгоруков, я пропустил мимо ушей, так как мне было не интересны пустые разговоры. Хочется уже узнать конкретику, чтобы понять, как мне эту миссию совместить с моим основным заданием. Императрица четко дала понять, что я должен максимально аккуратно сделать свое дело, не вызывая никаких подозрений. Какая она осторожная... Проще бы было найти ее дочь, без лишних слов запихнуть в самолет Доброхотова, а затем доставить матери.

Но нет... Должен сделать все аккуратно или, по-другому говоря, наша встреча должна выглядеть максимально случайной.

От Доброхотова еще нет вестей о ее месторасположении, но за это на него я не могу наехать. Ведь дочь Императрицы явно не та фигура, за которой легко проследить.

— А теперь я хочу представить вам второго Командира, под началом которого будет пятьдесят человек, — вдруг краем уха уловил я слова Сергея. — Попрошу выйти ко мне, Александр!

И посмотрел на меня. Вначале смотрел только он, а теперь уже и весь зал.

Ой, а что это с Вербицким? Почему у него глазик начал дергаться? Нервишки шалят?

Вот ты, Сандр, совсем не выделяешься... Вообще, ни разу!

Собрание проходило в зале для конференций, наверное, на несколько сотен человек. Здесь можно было, как обсудить бизнес-план компании, так и толкнуть речь перед битвой. Сейчас большая половина всех мест была занята. Истов, конечно, было очень много, но больше всего было военных, которые прибыли с Долгоруковым для обеспечения «тыла».

Ладно... Расправляем плечи, накидываем на лицо самодовольную ухмылку, и неторопливо идем к нему на сцену.

— А ты не спешил, — говорит он мне, отведя рукой в сторону микрофон.

— Задумался, — пожал я плечами.

Конечно, я совсем не слушал его, но меня выручил Шнырька. Пока я направлялся к сцене, он быстро показал мне свою память в виде кино, и теперь я был в курсе последних двух минут. Хорошо, что есть у меня друг Шнырька, который поможет в сложную минуту.

Я-то вначале подумал, что мне тоже нужно пару слов сказать, но нет. Вся «слава» здесь не для меня. Меня просто вызвали, чтобы показать, а затем объявили людей, которыми я буду командовать. Была ли на их лицах радость? Трудно сказать... Прямо откровенных новичков или слабаков здесь не было. А кроме того, хотя и слышали люди обо мне, но многие считали, что удачи у меня больше, чем опыта, и слава у меня с привкусом «везения». А это не многим нравилось. Да и вообще, как одиночка может командовать людьми?

Ну, ничего... скоро узнают. Так как Шнырька все утро шпионил за Долгоруковым, я уже знал о всех планах, и подготовился.

Когда через проектор на стену вывели области, которые можно выбрать для зачистки, я уже знал, куда пойдет моя маленькая армия, и был очень рад, что меня вызвали первым. Наверное, это такой камень в огород Вербицкого, что не он первый в этот раз, но я радовался совсем не из-за его унижения, а он, кстати, опять покраснел. Я сразу почувствовал колебания в воздухе, как бы он свою ауру не активировал здесь. Секрет моей радости был в том, что я могу выбрать нужный мне участок, который будет закреплен только за мной.

— Перед вами карта, на которой находятся те области, которые попадают в нашу зону ответственности. Не переживаем, что их так много, — поспешил он успокоить Истов, которые стали уже перешептываться, разглядывая десяток областей. — Все не нужно закрывать.

Я подождал, пока Долгоруков возьмет паузу, и вклинился в его речь.

— Шестая зона будет за мной! — ну, а чего тянуть со всем этим. Выбрал, и все!

— Шестая? — на всякий случай переспросил Сергей, а затем нахмурился. — Ты точно уверен?

Ага, я-то уверен, а вот Исты поделились на два лагеря. Одни начали возмущенно что-то кричать, а другие радуются, что не попали под мое командование.

То, что возникнет так много возмущений, я не ожидал, как и Долгоруков не думал, что я сделаю такой выбор. Все-таки шестая область была на его картах помечена как та, что достанется Вербицкому.

— Да парень явно не в себе! — сумел я разобрать один из выкриков.

А за ним сразу и второй.

— Можно мне перевестись в другой отряд? — светловолосый парень поднял руку.

Молчали и улыбались только девушки, которые уже прикидывали, как мы будет работать.

Впрочем, терпения надолго у Кати не хватило, а может она вспомнила, что является моим замом.

Она встала со своего места, обращаясь к Долгорукову.

— Я, конечно, не хочу ставить вашу компетентность под сомнение, княжич, но вы уверены, что не дали барону Галактионову одних только трусов? Все мы понимаем, что это его первое подобное назначение, но эти люди вызывают у меня сомнение.

Вот она, настоящая аристократка! Холодное выражение лица, которое заставило добрую половину людей заткнуться. Они прекрасно знают, из какого она Рода. Андросовы, конечно, не Морозовы или Долгоруковы, но с ними тоже обычные мелкие безземельные аристократы и простолюдины не могут тягаться.

Но были и особенно ярые, которые не успокоились.

— Вы можете считать наше мнение ошибочным, но умирать за амбиции пацана, нет уж, извольте! — поднялся седой мужчина, лет пятидесяти.

По такому сразу видно, что опытный человек, и мне даже странно видеть в нем столько сомнений. Конечно, они не знают, на что я способен, но блин... Вы же Исты, где ваш азарт? Неправильные в этом мире «заменители» Охотников.

То ли дело в старые добрые времена! Очкуешь идти один? Возьми с собой Сандра и Мака! Опохмели, в конце-концов, Дэна! И вперед, на подвиги! Да даже маленький Один, что освоил мировую сеть, и теперь делится каждое утро со мной очередной самурайской мудростью, прислал мне сегодня: «Если человек не совладал со своим телом и рассудком еще вначале, он никогда не одолеет врага.» И я вам скажу, что мелкий спамер стопроцентно прав!

Зато радовался Вербицкий, видя, как мой авторитет падает на самое дно. Сидит и улыбается, даже не скрываясь.

К слову сказать, я уже минуту окидываю море лиц взглядом, а знакомых лиц вообще не вижу. Ни одного «дежурника» Иркутского Центра, даже «вольных» знакомых не вижу. Ну, по крайней мере, те, что мне попались, точно не из наших. Вероятно, очень закрытые отряды пригласили, которые работали только «на заказы» по всему миру. Странный выбор. Кто его делал?

— Прошу, успокойся, Екатерина, — попытался Долгоруков успокоить гневную Катю. — Недовольство людей можно понять, но это же не значит, что они не выполнят свои обязанности? — на последних словах он повысил голос, но не на Андросову, а глядя в сторону бунтовщиков. Те сразу поняли, что выбора у них нет, от слова вообще! Долгоруков понял, что нужно давить эти настроения в зародыше.

— Да хрен я пойду подыхать под предводительством этого пацана! — не мог угомониться только седой.

И как назло, он снова распалил огонь в душах людей.

— Александр, может тебе все-таки стоит изменить свое решение и взять другое направление?

— Отказываюсь... — покачал головой я, и усмехнулся людям. — Но я знаю, как мы поступим. Я, как командир, должен заботиться о своих людях. Сейчас я вижу, как они нервничают, и поэтому я не могу подвергнуть их жизни риску, так как они могут напортачить, находясь в состоянии сильной душевной тревоги, — нарочно издевался я над людьми. — Сделаем так... Я увольняю всех вас, кроме Андросовой и Долгорукой. Вы свободны... Пиз... Гхм... Летите!!!

Для пущей эффективности я развел руки в сторону, и выпустил иллюзии белых голубей, которые стали разлетаться во все стороны. Вот теперь уже побледнел Долгоруков, который понял, в какое положение я загнал себя и его сестру.

Кстати, Вербицкий зря смеялся, как конь, прямо сейчас. Голуби были почти все иллюзорными, кроме одного. Вот тот один пегий, пепельного цвета, был непревзойденным снайпером. Прямо на макушку! Абсолют еще не успел понять, что случилось, и продолжает ржать, но... ведь скоро заметит.

Не зря пепельные голуби отличные разведчики, фиг их отследишь. Из минусов — тупые, как пробка, хотя и отважные. Не хотят ничего разведывать, умеют только гадить.

Люди же поняли, что для них все хорошо сложилось. Все вроде довольны, кроме одного... Седой падла...

— Это что получается, раз у нас теперь нет команды, то нам придется домой возвращаться? — стал снова возмущаться он. — А обещанные деньги по контракту? Как с ними быть?

Ах вы, барыги драные! Вам еще за это и платят! Не понял я, а где мой контракт?

С каким лицом на меня посмотрел Долгоруков, правда, ничего не сказал. Лишь тяжело вздохнул, и только хотел что-то добавить, как вмешалась еще одна сторона.

— Все, кто остался без отряда, могут вступить в мой! — встал со своего места Вербицкий.

— Обгаш-ш-ш-шеный команидир ш-ш-ш-ш-ш... — заржал мне на ухо Шнырька.

Люди теперь, вообще, были в экстазе. Ведь они попали в команду к самому Абсолюту!

Но и тут было не все так просто.

— А если я... — в который уже раз встал с возмущениями седой, но тут его потянули за руки вниз товарищи, и закрыли ему рот.

Вот оно как... Вербицкого мы, значит, боимся, а меня нет? Очень зря... Я Охотником был больше времени, чем у Вербицкого волос на голове! Обгаженной голове, ага!

Я не выдержал и рассмеялся, отчего на меня странно посмотрели все остальные, а Вербицкий принял этот смех на свой счет, впрочем, он был прав.

Дальше моего присутствия на сцене не требовалось, и я, под множеством взглядов, пошел обратно на свое место.

— Что будем делать? — спросила меня довольная и веселая Мария. — Взбудоражил ты, конечно, здесь всех, с тобой так интересно!

Она сама не заметила, как обняла меня на эмоциях. А вот ее брат это сразу заметил, и я прямо ощутил напряжение, витающее вокруг него. Ощутил не только я, но и Мария, видно, не в первый раз такое.

Девушка думала, что я не замечу, как она едва-едва повернула голову в его сторону, и ее взгляд стал очень лютым. Шнырька аж икнул от испуга, он как раз показывал мне его с лучшего ракурса, а вот брат ее закашлялся.

Не так проста... Маша.

Катя сидела с лицом победительницы, которая задрала свой красивый носик, и даже в сторону остальных не смотрела, показывая всем своим видом, что неудачники нам не нужны.

Долгорукова дальше я толком уже не слушал, а лишь дождался конца собрания, и затем побрел в свой номер.

По факту для всех, я сейчас неслабо так подмочил свою репутацию, когда отказался от людей, которых мне дали в подчинение. Не мог им показать, где их место, и типа взрастить в себе командирские качества. Ну, это они так думают!

Сомневаюсь, что здесь есть люди, которые могут понять мои мотивы. Начнем с того, что шестой район находится в глубине от линии Периметра Эпицентра, и туда еще надо прорываться. Даже лагерь разбивать там опасно, не говоря уже о закрытии Разломов, которые там находятся, а их там довольно много.

Сама область небольшая, но в ней много открытых Разломов, и непонятно, сколько из них активных, из которых прут твари, а сколько еще набирают силу. Также неизвестно, что за твари там живут. Ведь до нашего прибытия там поработала разведка, которая еще не обновила данные, и теперь мы будем по ним отрабатывать.

Сидя и попивая горячий кофе, я уже предвкушал, как зайду в те Разломы, которым непонятно сколько лет, и сколько всего смогу оттуда вынести. Из минусов, если я не закрою их все, то подмочу свою репутацию, и очень существенно. С другой стороны, мне реально насрать на такие статусы, когда тебе впаривают команду, а ты их веди. Но репутация дороже денег в этом мире, поэтому придется соответствовать!

Кстати, девушки даже не расспросили меня подробно о предстоящем походе, а просто доверились. Шнырька, правда, доложил, что Долгоруков высылает со мной дополнительную охрану из числа военных. Нас туда повезет целая колонна военной техники.

Еще узнал через Шнырьку, что я доставил просто гору проблем Долгорукову. Если вначале все шло по плану — было три командира, и люди делились на три отряда. Куда пошлют, туда и идешь, то теперь не все так просто.

Исты стали выбирать, к кому в отряд перейти. Они думают, раз у одних получилось, значит можно и остальным. Подходят к Сергею и просят перевести, а их заменить кем-то другим. Все хотят быть в отряде со своими друзьями и знакомыми. Это привело к тому, что Долгоруков получил шесть звонков, в котором родственники попросили за своих отпрысков, дабы тот перевел в их отряд нужных людей. Удобно, когда вся десятка телохранителей сыночка находится рядом с ним, а не как судьба решит.

Я подумал, что с Сергеем нужно будет потом поговорить, всё-таки у меня с ним были хорошие отношения. С другой стороны, если всё получится, как я задумал — ему вполне можно будет очередную дырку в погонах вертеть!

Наверное, в этой ситуации, я бы готов ко всему, и даже к тому, что меня исключат. Оказалось, не ко всему. Когда я допивал третью кружку кофе, в дверь раздался громкий стук, и Шнырька поспешил показать, кто пришел. Я подумал было на девушек, но оказалось, это не они. За дверью стояли Исты. Вероятно пришли сказать, что они думают обо мне.

Когда я гаркнул, что открыто, то готов был и сам им сказать в лицо, что такое поведение простолюдинов меня удивило, хотя они и Исты. Пререкания с командованием — это то, чего я простить не мог, и такие люди мне не нужны.

— Входите! — крикнул я на весь номер.

В номере по чистому красному ковру застучали ноги, и перед мною предстало двенадцать человек.

— Слушаю, — с легкой ухмылкой говорю им, закидывая ногу на ногу, чтобы выглядеть максимально расслабленным.

Двенадцать человек, и все как-то странно смотрят на меня. Что им нужно? Вначале подумал, что скандала или денег, а теперь, ощущая их души, вижу, что ошибался. Здесь нечто другое.

— Я так понимаю, что говорить вы умеете, тогда не понимаю, где звук? — пришли в гости, и молчат.

Люди переглянулись между собой, и вперед вышел самый молодой, которому было... Стал вспоминать, но тут мне помог Шнырька, который сбегал и подсмотрел в личном деле. Кстати, да... Мое личное дело пропало сегодня утром.

У самого смелого во взгляде горел огонь. Он хотел что-то сказать, но видно, что сомневается, словно смущаясь. Неужели денег пришли просить за сорванную экспедицию?

— Барон! — собрался с силами или наглостью парень. — Не буду говорить — господин, как многие любят это делать. Ты Ист, и мы Исты... Мы все равны в этом плане, так что не серчай. Мы пришли к тебе с просьбой.

Ого, а он дерзкий, но я таких уважаю. Сам замечал, как аристо нередко требуют от других Истов обращаться к ним по статусу. Ладно бы, это происходило в мирное время, так нет же... Даже в Разломе, и там нужно быть почтительным.

Бред... На поле боя твой отряд — это твои братья, которым ты доверяешь спину, и взамен прикрываешь их.

— Ко мне? — вскинул я брови от удивления. — Вы не ошиблись? Просто не очень понимаю, что у меня можно просить.

Тут я не лукавил, и говорил, как есть. Я барон, а не князь, и за моей спиной не стоит армия или большой отряд Истов.