Холод, пламя и любовь

— Понятия не имею.

— Евреи! И установили на самую верхушку огромную звезду!

— Почему ты думаешь, что это евреи?

— Звезда еврейская!

Минут десять мы обсуждали, какой плохой народ евреи, пока я не сказала, что уже опаздываю на свидание.

— Милая, твой Фрэнк, хоть и еврей, но я все же надеюсь, что он хороший человек. Так уж и быть, не буду тебя беспокоить до конца дня. Милая, позвони мне пожалуйста перед сном, или напиши, чтобы я не волновалась.

— Конечно позвоню, Мамуль, пока!

Я жила в маленькой квартирке, на Манхеттене, в самом центре Нью-Йорка. Мне очень повезло найти жилье в таком престижном районе, да еще и практически бесплатно.

В первый же день, по приезде, я познакомилась с милой пожилой женщиной. У нее на тот момент освободилась квартира. Ее дочь уехала в другую страну, и она готова была поселить меня туда бесплатно. Я не ожидала такой щедрости и уговорила хозяйку, чтобы та позволила хотя бы оплачивать коммунальные услуги.

В Нью-Йорк я переехала три месяца назад и почти сразу устроилась помощником юриста, в небольшую адвокатскую контору. Начальник меня ни во что не ставил. Особенно после того, когда я потерпела в суде фиаско, с делом изначально считавшимся беспроигрышным. Прокурор так на меня давил, что я растерялась и забыла все аргументы в пользу моего подзащитного. Конечно, это решение впоследствии обжаловали, но больше мне никаких дел не поручали. "Тебе никогда не стать адвокатом!" — говорил мой начальник.

Я еще не успела обзавестись друзьями, а единственный человек, кого я знала в этом городе, был Фрэнк. С Фрэнком я познакомилась еще студенткой. Мы вместе учились в университете Бостона. В те годы каждый из нас усердно познавал юридическую науку, и на личную жизнь времени не оставалось. После университета, когда я переехала в Нью Йорк, между нами завязалась дружба, которая со временем переросла в любовь.

Это были первые серьезные отношения в моей жизни. И все шло, к тому что Фрэнк, скоро должен был сделать мне предложение. Но время шло, а предложения все не было и не было. Как только я не намекала своему любимому, он словно пропускал все мимо ушей.

Сегодня мы договорились встретиться в кафе на Пятой Авеню, где когда-то состоялось наше первое свидание. Я посмотрела на часы и решила, что успею по пути зайти в магазин подержанных книг на Лексингтон Авеню, в который время от времени заходила, чтобы купить что-нибудь интересное в старом переплете и то, чего уже не найдешь на прилавках книжных магазинов.

В магазине на Лексингтон Авеню, в этот день было на удивление много народу. Небольшая книжная лавка, стены которой пестрели разноцветными книгами от пола до потолка, напоминала скорее домашнюю библиотеку, чем магазин. Большинство книг, на разношерстных стеллажах, аккуратно стояли на своих местах, но попадались и такие книги, которые небрежно были сложены стопкой, покосив соседние полки набок.

Я подошла к худой пожилой женщине. Она вытаскивала книги из коробки и раскладывала их на прилавке.

— Добрый день Миссис Льюис, есть у вас что-нибудь интересное для меня? — спросила я.

Миссис Льюис, на вид, была приятной пожилой женщиной, с интересной особенностью. Казалось ее серые глаза, излучали слабый свет. Любопытно, что бы случилось, если вдруг за большими витринными окнами, резко наступила ночь. Возможно, я бы ничего не смогла разглядеть, кроме этих серых глаз.

— Оу, Виктория, называй меня просто Ракель, — мило улыбнулась Миссис Льюис.

— Как скажите Ракель.

— К сожалению ничего из того, что ты любишь за эту неделю не приходило. Ты же знаешь, я бы обязательно отложила, интересную для тебя книгу.

— Жаль, — с грустью сказала я.

— Через пару дней, должна прийти посылка из Вашингтона и там наверняка найдется для тебя что-нибудь интересное.

— Благодарю, Ракель. А что это за книга в старом кожаном переплете. — указала я на стол рядом со своей собеседницей.

— Я нашла её на складе в глубине коробки, которую сейчас разбираю. Но походу, она так долго лежала закрытой. Ох… Очень долго, что я не могу её раскрыть. Тут словно все страницы слиплись. — Миссис Льюис передала мне книгу.

Книга показалась довольно тяжелой для своих размеров. Без картинок и узоров, лишь рамка в который тиснением было написано название — «Долина Трех Рек»

— Интересно…, Наверное, это, какое-то фэнтези, жаль описания нет— сказала я, осматривая обложку. Тут я попробовала открыть книгу, и она раскрылась.

— Удивительно, как у тебя это получилось? Наверное, она полежала и подсохла… — удивилась Миссис Льюис.

Я пролистала книгу и поняла, что в ней описывался какой-то явно вымышленный мир, а такие книги, я любила читать. Информацию об авторе и издательстве, в ней не нашла. Но была ли эта книга про любовь? Мне очень захотелось выяснить это.

— Сколько она стоит? — спросила я.

— Милая, возьми её пока так, почитать. Не могу брать с тебя денег за неликвидный товар. Если не понравится, вернешь.

— Благодарю, Ракель!

Я попрощалась с Миссис Льюис и пошла на свидание к своему любимому.

Глава 3

Я зашла в кафе, опоздав на минут десять. Фрэнк сидел за столом и с интересом смотрел в телевизор, расположенный на стене под потолком.

— Привет, Милый! Прости что опоздала.

Фрэнк радостно поприветствовал меня, и поцеловав в губы, предложил сесть.

— Ничего страшного, я уже привык, что ты всегда опаздываешь, — улыбнулся он, — Ты видела новости?

По телевизору показывали новость, которую я слышала от мамы. На экране, обелиск возвышался над крышами домов, словно высотное здание посреди деревни. Казалось это сооружение возвели пришельцы. Кому еще нужно строить небоскрёб из металла, без единого окна?:

«Пока точно не известно законна ли данная постройка или нет. В мэрии города Бони Лейк, заявляют, что все разрешения на строительство имеются. Но местные жители говорят, что впервые слышат, что в окрестностях города, планировалась, такое высокое сооружение, к тому же появилось оно буквально за одну ночь. Хотя другие утверждают, что стройка велась больше месяца. Но даже за такой срок, построить надежную конструкцию, высотой почти сто метров, невозможно, утверждают специалисты. Что означает шестиконечная звезда с изображением глаза, на вершине обелиска, не известно. С владельцами данной постройки, связаться пока не удалось.»

— Говорят это какая-то еврейская секта, — сказал Фрэнк посмотрев на меня.

— Если честно, я уже устала говорить о религии.

— Давай поговорим о чем-нибудь другом.

Я заметила, что Фрэнк был явно чем-то встревожен. Он на мгновение замолчал и задумался.

— Фрэнк, что-то случилось?

— Нам надо поговорить… — серьезно ответил Фрэнк.

У меня по спине пробежался холодок и закружилась голова. «Когда так говорят, да еще и таким тоном, ничего хорошего это не сулит.»–

— Вик, мне правда, очень не просто тебе это сказать… — Фрэнк сделал паузу и посмотрел на меня своими черными глазами.

— Что ты мне хочешь сказать? — спросила я затаив дыхание.

Фрэнк опустил глаза и произнес:

— Нам нужно расстаться…

Я почувствовала, как ушла земля из под моих ног. Я словно провалилась, в бездонную пропасть и какое-то время сидела и глубоко дышала, пытаясь успокоить своё взбушевавшееся сердце. В голове беспорядочно бегали мысли — «Это конец… не может быть… это конец…»

— Виктория ты слышишь?

— Что? — я отошла от шока и уставилась на Фрэнка.

— Я говорю, что дело не в тебе. Дело во мне… Ты заслуживаешь мужчину лучше чем я… — говорил он. А я слушала и думала: «Все стандартно, ничего нового и оригинального. Самое распространенное оправдание, когда хочешь с кем-то расстаться. Нет чтобы прямо сказать, что я ему надоела или он нашел другую. Нет нужно говорить, какая я хорошая, я заслуживаю большего… Позволь мне решать кого я заслуживаю!»

— Ты разлюбил меня? Это потому что я рыжая и конопатая? — предположила я, так как сама не любила веснушки на своем теле и лице, — Я помню ты говорил тебе нравятся брюнетки с карими глазами!

— Что ты такое говоришь? Мне нравятся твои кудряшки. А глаза, они, как два горных озера, в которых можно утонуть и…

— Замолчи! Как же сейчас противно слышать это от тебя! Тоже мне романтик! — я еле сдерживала слезы, — Ты же говорил, что любишь меня!

— Я любил… но… — Фрэнк задумался.

— Позволь я помогу тебе! Не надо пытаться меня успокоить, у тебя это всё равно не получится! Я просто сейчас встану и уйду… и мы никогда с тобой не увидимся! — поднявшись со стула, я развернулась в сторону выхода, и слезы хлынули из моих глаз.

Так я дошла до ближайшего перекрестка, где остановилась, посмотрев на красный сигнал светофора, вытерла рукой слезы и подумала, что тушь по щекам уже размазана, а глаза опухли и покраснели, и не было никого рядом, кто мог бы успокоить и поддержать в этот трудный момент. Никого… Я одна была в этом холодном и шумном городе, переполненным светом и людьми, которые сновали туда-сюда, не обращая внимание на потерянную маленькую девочку. Потерянную, в своих мечтах, в своих надеждах и вере в любовь. «Сколько мне еще предстоит испытать в своей жизни таких моментов? — спрашивала я себя— Почему нельзя один раз и навсегда? На всю жизнь, пока смерть не разлучит нас?» Возможно я слишком многого хотела.

Я вернулась домой и весь оставшийся день прорыдала в постели, уткнувшись лицом в подушку. Чувство одиночества терзало моё сердце. Я думала о том, какая я несчастная и, что моя безграничная и искренняя любовь никому не нужна. Да и сама я ни кому не нужна.

Хотелось позвонить маме. Но потом, я подумала, что вместо утешения и поддержки, скорее всего услышу наставления о том, какие нехорошие эти евреи, и решила поговорить с ней позже, когда успокоюсь.

За окном уже стемнело и я вспомнила про книгу, полученную сегодня от Миссис Льюис. Мысль о новой книге, немного приободрила меня. Я посмотрела на потертую обложку и золотистые края обрезов: —«Эх… кто-то горе запивает, кто-то заедает, а я зачитываю…»— подумала я и пошла в душ.

***

Я надела пижаму, укрылась одеялом и под теплым светом настольный лампы, начала читать. В начале книги, описывалась «Долина Трех Рек», с её лесами, высокими горами и бескрайними полями. А потом рассказывалась истории большого государства, которое после смены королевской династии погрузилось в гражданскую войну. Король Эдвард, принадлежащий к династии Брутенбергов, был безжалостным тираном. Он жестоко расправлялся с предателями, беспощадно подавлял мятежи, и народные восстания.

Дочитав очередную главу, о том какой был жестокий король Эдвард, я перелистнула страницу и обнаружила, что все последующие листы были пустыми. Тогда я попробовала вернуться к первой главе, но оказалось, что теперь весь текст из книги куда-то испарился, и остались лишь пустые пожелтевшие листы бумаги.

По спине пробежал холодок. Я постаралась отогнать безумные мысли и открыла книгу на первой странице. Может чернила резко выцвели, и получится разглядеть рельеф напечатанных букв? Но как я не крутила книгу, видела лишь гладкую поверхность бумаги. Я захотела сходить на кухню за лимоном, думая, что возможно здесь какие-то невидимые чернила. В детстве я увлекалась с подругами секретными записками, которые можно было прочесть, только пролив на них лимонную кислоту или нагреть утюгом.

Только я захотела встать с кровати, как книга с силой захлопнулась и выпала из моих рук, с грохотом упав на пол. Я от страха забралась под одеяло и долго боялась высунуть голову. «Господи, господи, господи… сгинь нечистая! Сгинь нечистая!»— шептала я.

Приподняв одеяло, я с осторожностью посмотрела за край кровати: книга лежала на полу возле тумбочки.

«Ты смелая девочка… подумаешь, это просто книга, просто книга…» — успокаивала я себя, сидя на кровати, поджав колени к груди. Через некоторое время у меня все же хватило смелости поднять книгу.

Я стояла, держа её в руках, словно гранату готовую в любой момент взорваться. Понимая, что ничего не происходит, открыла ее, и к моему удивлению, на всех страницах текст присутствовал, как ни в чем не бывало.

«Это был сон! Я просто задремала! Какая же я глупая… Я задремала и книга выпала у меня из рук. Все просто! Надо сказать начало книги скучноватое, надеюсь дальше будет интересней»

После пережитого «вечернего кошмара», захотелось пить, и я пошла на кухню. Выйдя из спальни в темный коридор, дверь закрылась, и меня окружила беспросветная темнота.

Скорее всего во всем доме просто выключили свет. Такое периодически случалось. Я попыталась вернуться в спальню, но почувствовала, что прикоснулась к какой-то пыльной и сухой деревянной поверхности и в ужасе отскочила в сторону.

Подул прохладный ветерок, словно я оказалась у настежь распахнутого окна. Воздух постепенно проник под пижаму, заставив зябко поежиться. В этот момент я почувствовала, что стою не на твердом полу, а на мягкой траве. Мои глаза начали привыкать к темноте, и то что я увидела, повергло меня в шок. Вокруг был темный лес, а над верхушками деревьев горели звезды. «Это сон, это просто сон…» — подумала я и попробовала себя ущипнуть. Боль оказалась слишком реальная.

Осмотревшись, я поняла, что стою на опушке посреди леса возле старой избы. Внутрь дома попасть не удалось, и я села на землю, рядом с холодной стеной. «Что произошло? Как я сюда попала? И что делать?» — размышляла я.

Идти в лес в кромешной темноте, казалось опасной затеей. Я решила дождаться утра, и молиться о своем спасении. Но никакие молитвы не уберегли меня от полчища голодных комаров.

Глава 4

Проснулась я от теплых лучей солнца, которое появилось из-за верхушек деревьев. Я сидела на земле рядом с домом, прижав колени к груди. Старый, заросший густой травой фундамент, ушел глубоко в землю, и от него веяло холодом и сыростью.

«О нет! Я уснула! Господи! Господи!»— тревожно подумала я и сразу посмотрела на свои руки. На пальцах было всего лишь несколько следов от комариных укусов. Я на мгновение успокоилась, но затем затаив дыхание, схватилась за лицо, сняв с головы капюшон своей розовой плюшевый пижамы, которая согревала меня всю ночь. Ощупав лицо, я выдохнула с облегчением.

«Слава богу, на лице не одного укуса, видимо я недолго спала… И капюшон меня спас! Ох, если бы мне искусали все лицо, пришлось бы брать больничный. Не могу же я завтра прийти на работу с красным и опухшим лицом… — подумала я и огляделась вокруг. — Хотя какая работа? Я черт знает где! Тут один лес…»

Тут я почувствовала, как моя левая лодыжка жутко зачесалась. Я сняла свой тапок в виде белого пушистого кролика и подняла край штанины, в ужасе замерев от увиденного. Всю лодыжку искусали, так, что следы от укусов слились в одно большое красное пятно, а нога в этом месте опухла. На второй ноге была примерно такая же картина, но красное пятно было значительно меньше.

Я заплакала от саднящей боли, и от пережитого ночного кошмара— «За что Господи? За что мне всё это? Я же никому ничего плохого не делала… Я не заслуживаю такого мучения…» Мне вспомнился жуткий писк, тысячи маленьких кровожадных тварей, от которых я всю ночь отбивалась. Тогда казалось, что это был самый мучительный и ужасный момент в моей жизни, и что хуже и представить себе нельзя.

После прочтения утренней молитвы стало гораздо лучше, и я решила, что нужно выбираться из этого места. Вытерев слезы, я поднялась на ноги и попробовала сделать шаг. Нога болела, но терпимо, для того чтобы идти. «Но куда?»— подумала я и посмотрела на небольшой бревенчатый дом с покосившейся крышей, у стены которого, я провела всю ночь. Окна были плотно закрыты ставнями и заколочены досками. Дверь заперта, и похоже её уже давно никто не открывал. Весь дом был покрыт серой пылью, а окна в углах, заросли густой паутиной.

Где паутина, там и пауки! Неужели рядом со мной находились эти твари? Я в панике сделала шаг назад и начала осматривать себя, вдруг кто-то ползает по мне. Закружилась голова, и стало тяжело дышать. Обычно на природе я всегда боялась, что мне под одежду залезет какая-нибудь букашка. А самое страшное если это букашка окажется пауком. Я знала, что они больно кусаются, а некоторые еще и очень ядовитые. Мой отец, говорил, что я скорее от страха умру, при встрече с ними, чем от их укуса. Если бы не комары, всю ночь донимвшие меня, то наверное я только и думала бы о пауках.

Вокруг, расстилался ковер из давно некошеной травы и желтых одуванчиков. В метрах двадцати от дома начинался лес. Я долго думала в какую сторону идти. Опушка имела форму круга, а дом стоял четко по центру, окруженный густым лесом. Лишь в одном месте сквозь высокие деревья проступал солнечный свет. Возможно дальше была опушка или поле. Я решила идти в сторону светлой части леса.

Трава была мокрая от утренней росы, и мои белые пушистые тапки, вскоре превратились в сморщенных от воды, серых кроликов.

В глубине леса лежал покров из прошлогодний листвы и сосновых иголок, через который, кое где, пробивалась молодая зеленая трава. В лесу пахло сыростью.

Я прошла сквозь лесную рощу и вышла на небольшой пригорок, с которого открывался захватывающий дух вид. Внизу простиралась широкая лощина с быстрой горной рекой, текущей со стороны зеленых склонов с пологими пастбищами и уходящими вдаль бескрайними полями. На горизонте возвышались горы с острыми заснеженными вершинами.

«Какая красота»- подумала я и на какое-то время даже забыла, что находилась неизвестно где. Присев рядом с деревом, чтобы полюбоваться прекрасным видом, я ощутила холод металла у себя под рукой. Это была длинная цепь, намотанная одним концом на ствол дерева, а другой конец уходил в глубь большого зеленого куста. Цепь толщиной в палец, покрытая толстым слоем ржавчины, сливалась с темной землей и почерневшими от времени листьями дуба.

Мне стало интересно куда ведет эта цепь. Я осторожно раздвинула ветки куста и увидела возле ствола дерева, в невысокой траве и сухих листьях, капкан. Дуги капкана были сомкнуты, а между ними застряла какая-та деревяшка.

Капкан явно предназначался для небольших животных, максимум для волка. Мой отец ставил такие у себя на ранчо от назойливых койотов, которые постоянно воровали у него кур. Я все детство провела в деревне. Когда мне исполнилось двенадцать лет, мои родители развелись, и я с мамой уехала в Сиэтл. С тех пор отец меня даже не навестил.

«Скорее всего здесь недалеко живут люди. Наверняка, кто поставил этот капкан, должен вскоре прийти и проверить его… Может просто посидеть и подождать? Хотя нет хватит с меня ждать!»— подумала я. Перспектива встретится даже с небольшим койотом совсем не радовало меня, а уж с волком и подавно. Хотелось поскорее выбраться отсюда.

«Странно, как деревяшка могла угодить в капкан? Разве, что её кто-то туда засунул…» Я подошла к капкану, чтобы посмотреть на него вблизи.

Между двумя зубчатыми дугами, было зажато что-то напоминающее обломок ветки бурого цвета. Обломок был размером с ладошку и клинышком сходился вниз. Сверху, в самой широкой части, ветка была расщеплена в тончайшие волокна от коричневого до светло-бежевого цвета. На пару сантиметров, они торчком вылезали из неё.

Вдруг, две черные бусинки появились на коре ветки и уставились прямо на меня. Маленький кусочек дерева издал дикий крик: — «Аааа! Спасите! Помогите!» — вопил он тоненьким, но довольно громким голосом.

От неожиданности я шарахнулась в сторону, приземлившись на пятую точку.

Глава 5

Бурая голова торчала из зубчатых дуг капкана и издавала крики о помощи. Ниже, трепыхалось маленькое, но коренастое тело, отчаянно махая жилистыми ручками и ножками, в попытке выбраться из ловушки. Все тело существа было словно сплетено из тонких древесных прутиков.

«Галлюцинация?» — подумала я.