Как упорядочить свой внутренний мир

Но необходимо добавить, что он воспрянул. Одно это уже дает надежду загнанному человеку. Чарлз Блэр, загнанный человек в свои ранние годы, бегущий от стыда, теперь — призванный человек, и он достоин восхищения своих друзей. Я считаю его книгу одной из самых замечательных, какие я когда-либо читал. Ее следует обязательно прочитать каждому мужчине или женщине, занимающим руководящее положение.

Наконец, некоторые люди просто выросли в таком окружении, где гонка является стилем жизни.

В книге под названием «Привычка к богатству» Филипп Слейтер подробно рассказывает о среде, в которой выросли несколько ныне живущих миллиардеров. Почти все они еще детьми сделали процесс накопления вещей и завоевания людей своей забавой. В этом было мало игры, если она вообще была. Они знали только одно: как побеждать, как копить. Они видели, что именно этим занимались их родители, и предположили, что это единственный способ жить. Таким образом, побуждение становиться все богаче и могущественнее берет свое начало в раннем детстве.

Для таких людей упорядоченный внутренний мир мало что значит. Единственное, что достойно их внимания, — это внешний, общественный мир, где все можно измерить, оценить и использовать.

Конечно, здесь даны всего лишь несколько примеров и причиной загнанности может стать многое другое. Но одно определенно присутствует во всех случаях: загнанные (принужденные) люди никогда не наслаждаются спокойствием, уравновешенностью упорядоченного внутреннего мира. Все, такие важные для них, цели — внешни, материальны и измеримы. Ничто другое не кажется реальным, ничто другое не имеет большого значения. И за все это надо крепко держаться, как это было с Саулом, который считал, что власть намного важнее, чем дружба с Давидом.

А теперь постарайтесь понять главное: когда мы говорим о загнанных людях, то имеем в виду не только конкурентоспособных бизнесменов или профессиональных спортсменов. Мы подразумеваем нечто, что способно распространяться намного шире, чем «горение» на работе. Любой из нас может заглянуть внутрь себя и неожиданно обнаружить, что загнанность — это стиль его жизни. Мы можем гнаться за исключительной репутацией христианина, стремиться пережить драматический духовный опыт или стараться занять лидирующее положение, что в действительности является скорее поиском власти над людьми, чем служением. Домохозяйка может быть загнанным человеком, им может быть и студент. Загнанным человеком может быть любой из нас.

Для загнанного человека не все потеряно

Может ли загнанный человек измениться? Вне всяких сомнений. Это начинается, когда такой человек поворачивается лицом к факту и понимает, что он действует согласно принуждению, а не призыву. Обычно это открытие делается в ослепительном, пронизывающем свете неожиданной встречи с Христом. Как обнаружили двенадцать учеников, общение с Христом через какое-то время выявляет все истоки загнанности и все формы ее проявления.

Чтобы справиться с загнанностью, надо начать безжалостно оценивать свои мотивы и ценности, так, как вынужден был делать Петр, время от времени сравнивая себя с Иисусом. Человек, ищущий освобождения от загнанности, должен прислушиваться к тому, что говорят ему наставники и критики, а главное, те, кто сегодня передает нам слова Христа.

Может быть, ему придется смиренно совершить какие-то акты самоотречения, произвести какие-то дисциплинирующие действия, отказавшись от каких-то вещей, которые не обязательно плохи сами по себе, но важность которых определялась исключительно ошибочными мотивами.

Возможно, загнанному человеку придется даровать прощение кому-то из тех, кто в прошлом никогда не давал ему должной любви и признания. И все это может быть лишь только началом.

Апостол Павел в свои дохристианские времена был загнанным человеком. Как человек принужденный, он изучал, вступал в контакты, добивался, покорял и получал громкое одобрение. Скорость, с которой он действовал незадолго до своего обращения, была почти бешеной. Он гнался за иллюзорной целью, и позднее, когда он смог оглянуться назад и увидеть свой образ жизни со всеми его принуждениями, он сказал: «Все это ничего не стоило».

Павел был загнанным до тех пор, пока Христос не позвал его. Такое ощущение, что, когда Павел упал на колени перед Господом на дороге в Дамаск, в его внутреннем мире произошел взрыв и это принесло ему облегчение. Какая мгновенная перемена произошла в нем! От загнанности, которая толкала его в Дамаск в стремлении искоренить христианство, не осталось и следа в тот драматический момент, когда в совершенном смирении он спросил Иисуса Христа:

«Что мне делать, Господи?» Загнанный человек превратился в призванного.

Именно такую перемену я надеялся увидеть в человеке, который пришел поговорить со мной в надежде сохранить свой брак, так как его жена требовала, чтобы он оставил их дом. Раз за разом мы говорили о его ненасытной погоне за тем, чтобы побеждать, зарабатывать, производить впечатление. Несколько раз мне казалось, что он схватывает мысль, и я позволял убедить себя, что мы движемся вперед. Я действительно верил, что он собирается перенести центр тяжести своей жизни с общественной стороны к личной, внутренней.

Я почти видел его на коленях перед Христом, отдающим свою загнанность, очищающимся от всех старых, страшно болезненных воспоминаний об отце, который бросил ему в душу, в его внутренний мир, обвинение в лености. Как я желал, чтобы мой друг, преуспевший «лентяй», увидел себя призванным учеником Христа, а не человеком, вынужденным стремиться к достижениям, чтобы доказать что-то.

Но этого не произошло. И в конце концов мы потеряли контакт друг с другом. Впоследствии я услышал, что его загнанность стоила ему всего: семьи, брака, бизнеса. Потому что она привела его прямо к могиле.

Глава 5. Быть призванным человеком

Памятка для неорганизованного:

Мой внутренний мир будет приведен в порядок в том случае, если я буду считать себя на службе у Христа, а не хозяином моих целей, моей роли и моей личности.

В своей книге «Шкатулка с камеями» Ф. У. Борэм размышляет о вере дяди Тома, героя книги Харриет Бичер Стоу «Хижина дяди Тома». Старый раб был вырван из привычной среды и посажен на пароход, направлявшийся к неизвестным местам. Для него это был момент страшного кризиса, и Борэм отмечает: «Вера дяди Тома пошатнулась. Ему действительно казалось, что он не только навсегда потерял тетушку Хлою и детей и своих старых товарищей, но и оставлен Богом!»

Заснув, раб увидел сон. «Ему снилось, что он опять дома и что маленькая Ева читает ему Библию, как и прежде. Он слышал ее голос: «Когда ты будешь проходить по водам, Я буду с тобой; ибо Я есть Господь Бог, единый святой Израиля, твой Спаситель». Борэм продолжает:

«Некоторое время спустя бедный Том корчился под ударами плети своего нового хозяина. Но, как пишет миссис Стоу, «удары падали только на его плоть, а не как прежде — на душу». Том стоял покорно, однако Легри не мог не понять, что его власть над жертвой кончилась. Как только Том скрылся в своей хижине, и Легри внезапно резко повернул коня, в голове тирана промелькнула одна из тех живых вспышек совести, которые часто проливают свет на темную, грешную душу. Он ясно понял, что тот, кто стоял между ним и Томом, был Бог, и он оскорблял Его!» (Выделено мной.)

Призванный человек

Чтобы понять разницу между загнанными (принужденными) и призванными людьми, давайте рассмотрим чувство уверенности, свойственное и тем, и другим. Загнанные люди считают, что они обладают этим качеством, так как они продвигаются вперед. Но часто в тот момент, когда этого меньше всего ожидаешь, враждебные события устраивают заговор и может наступить крушение. Призванные же люди обладают силой, исходящей изнутри, стойкостью и энергией, которые не поддаются ударам извне.

Призванные мужчины и женщины могут быть родом из никому не известных мест и заниматься самыми обычными делами. Они могут быть незаметными, простодушными, незначительными, по мнению окружающих. Посмотрите снова на тех, кого избрал Христос: немногие из них, если кто-нибудь вообще, могли претендовать на высокое положение в религиозных кругах или в крупном бизнесе. И не ПОТОМУ, что они были слишком уж неспособными. Просто они были самыми обычными. Но Христос призвал их, и все изменилось.

Устав жить по принуждению, некоторые откликаются на призыв Отца. Такие призывы обычно слышны в упорядоченном внутреннем мире.

Иоанн — пример призванного человека

Иоанн Креститель — яркий пример призванного человека. Он имел смелость сказать собратьям иудеям, что они должны перестать оправдывать себя, уповая на свою принадлежность к избранной нации, и осознать необходимость духовного и морального покаяния. Крещение, как говорил он, должно стать свидетельством искренности их раскаяния. Неудивительно, что не было ни одного человека, нейтрально относившегося к Иоанну. Он никогда не смягчал свои выражения. Это был человек, которого любили или ненавидели; один из тех, кто ненавидел его, в конце концов лишили его головы. Но произошло это не раньше, чем Иоанн завершил свое дело.

Иоанн, призванный человек, представляет собой яркий контраст с Саулом, загнанным человеком. Похоже, что Иоанн с самого начала имел четкое осознание своего предназначения, и это было результатом божественного призвания, исходившего из глубины его существа. Наиболее ярко контраст между Саулом и Иоанном виден в ситуациях, когда их жизни или их дело подвергаются опасности. Саул, загнанный человек, как вы помните, реагировал бурно, яростно набрасываясь на обнаруженных врагов, так как был убежден, что только он сам может сохранить свою власть и положение.

Но с Иоанном все обстояло иначе. Понаблюдайте за его реакцией, когда приходит известие, что его популярности, возможно, приходит конец. Чтобы несколько драматизировать ситуацию, позвольте мне предположить, что Иоанн стоит перед перспективой потери своего дела. То, что я имею в виду, начинается с того момента, как Иоанн представил Христа множеству людей и они начали переносить свою любовь на этого «Агнца Божия» (Ин. 1:36). Внимание Иоанна обращают на то, что толпы людей, и даже некоторые из его собственных учеников, переходят к Иисусу, слушают Его поучения и начинают креститься у Его учеников. Появляется такое чувство, что те, кто принес эту новость Иоанну, выражая свое беспокойство о «снижении его рейтинга», надеялись увидеть его резкую негативную реакцию. Но этого не произошло, он разочаровал их.

«Не может человек ничего принимать на себя, если не будет дано ему с неба. Вы сами мне свидетели в том, что я сказал: не я Христос, но я послан пред Ним. Имеющий невесту есть жених; а друг жениха, стоящий и внимающий ему, радостью радуется, слыша голос жениха: сия то радость моя исполнилась; Ему должно расти, а мне умаляться» (Ин. 3:27–30).

Призванные люди осознают свою подчиненность

Обратите внимание, что Иоанн воспринимал свою жизнь как служение, а те, кто с ним разговаривал, основывали свой вопрос на предположении, что массы некогда принадлежали Иоанну, что он приобрел их своей духовной мощью. И если бы это было действительно так, то Иоанн бы кое-что потерял, а именно — свое ведущее положение пророка.

Но Иоанн видел ситуацию совсем по-иному. Он никогда ничем не владел, и менее всего массами. Иоанн считал себя просто управляющим, а это качество присуще только призванному человеку. Задача управляющего состоит в том, чтобы должным образом выполнять дело, порученное ему владельцем, до тех пор, пока он не возьмет собственность назад. Иоанн знал, что люди, покидавшие его ради Христа, на самом деле никогда ему не принадлежали. Бог поручил их его заботам на какое-то время и теперь взял их обратно. С Иоанном в этом смысле все обстояло прекрасно.

Насколько это отличает Иоанна от загнанного Саула, который полагал, что трон Израиля принадлежит ему, и он может распоряжаться им по своему усмотрению. Когда человек чем-то владеет, ему приходится крепко держаться за это, приходится его защищать. Но Иоанн не воспринимал свою жизнь таким образом, поэтому когда Христос пришел, чтобы владеть людьми, Иоанн был только очень рад отдать их обратно.

Современному человеку необходимо так же относиться к происходящему, как это делал Иоанн, — считать себя управляющим от имени владельца. То, чем были люди для Иоанна, для нас могут быть наши профессии, положительные качества, наши природные или духовные дарования, наше здоровье. Владеем мы всем этим или просто управляем от имени Того, Кто их дал? Загнанные люди считают, что владеют, призванные — нет. Когда загнанные люди теряют что-то, для них это становится серьезной трагедией. Когда призванные люди теряют, ничто не изменяется. Внутренний мир остается тем же, возможно, даже более сильным.

Призванные люди точно знают, кем они являются

Второе свойство призванности проявляется в осознании Иоанном своей личности. Вы помните, он ответил им: «Вы сами мне свидетели в том, что я сказал: не я Христос». Иоанн прекрасно понимал, кем он не был, и это дало ему возможность понять, кем он был. И у Иоанна не было иллюзий относительно собственной личности. Это уже было определено в его внутреннем мире.

В противоположность этому, те, чей внутренний мир пребывает в беспорядке, склонны заблуждаться на свой счет. Они не в состоянии отделить свою личность от своей роли, отождествляя себя со своим, делом. Вот почему людям, которые имели власть, необычайно трудно отказаться от нее, и часто они ведут смертельную борьбу, чтобы удержать власть в своих руках. По той же причине многим мужчинам и женщинам тяжело уходить на пенсию. И этим же объясняется депрессия матери, когда последний из ее детей покидает дом.

Нам надо хорошо обдумать этот вопрос о личности, похоже, это очень современная тема. Иоанн мог бы легко воспользоваться доверчивостью толпы в те времена, когда он был популярен, или прельститься ее восхищением. Тот факт, что массы, оставив священников Иерусалима, перенесли на него свою преданность, мог бы развить в нем высокомерие и неоправданные амбиции. Было бы довольно легко в ответ на вопрос, не он ли Мессия, утвердительно кивнуть головой.

Мы почти слышим, как человек менее неподкупный, чем Иоанн, в минуту искушения говорит: «Ну, я не думал об этом именно так, как вы говорите, но, возможно, вы правы, во мне есть нечто мессианское. Почему бы нам не допустить, что я — Христос, и посмотреть, что из этого выйдет?»

Но истинный Иоанн не стал бы даже делать подобных попыток. Его внутренний мир был слишком хорошо организован, чтобы он мог не видеть ужасных последствий несоответствующей идентификации своей личности.

Если и был момент, когда восхваление толпы стало оглушительным, голос Бога внутри Иоанна был все же громче. И этот голос говорил убедительнее, потому что прежде чем выйти на служение, Иоанн, находясь в пустыне, привел в порядок свой внутренний мир.

Важность этого принципа нельзя недооценивать. Сегодня в нашем мире, ориентированном на средства массовой информации, многие хорошие и талантливые лидеры сталкиваются с постоянным искушением начать верить тексту своих собственных публичных заявлений. И если это происходит, их личность и стиль руководства мало-помалу заражаются мессианскими фантазиями. Забывая, кем они не являются на самом деле, они начинают видеть свою личность в искаженном свете. Как это происходит? Они становятся слишком занятыми, чтобы проводить время в пустыне для приведения в порядок своего внутреннего мира. Потребности организации, предприятия становятся слишком большими; похвалы последователей начинают слишком очаровывать. Таким образом, призывающий голос Бога тонет в обычном шуме общественной жизни.

Призванные люди обладают непоколебимой уверенностью в своем предназначении

Замечательный ответ Иоанна открывает нам также, что пророк еще в пустыне осознал цель своей деятельности — быть предвестником Христа. И это еще одно свойство призванности — умение видеть свое предназначение. Отвечая тем, кто интересовался его чувствами по поводу растущей популярности Человека из Назарета, он сравнил свое предназначение с ролью шафера на свадьбе: «Имеющий невесту есть жених; а друг [т. е. Иоанн] жениха, стоящий и внимающий ему, радостью радуется, слыша голос жениха» (Ин. 3:29). Назначение шафера — стоять рядом с женихом, Делая так, чтобы все внимание было обращено к жениху.

Было бы глупо со стороны шафера в середине свадебной церемонии внезапно повернуться к гостям и запеть песню или попытаться привлечь их внимание веселым монологом. Шафер исполняет свои обязанности самым лучшим образом, если не привлекает внимания к себе, а концентрирует его целиком на невесте и женихе.

Именно это и делал Иоанн. Если Иисус Христос был жених, пользуясь метафорой Иоанна, тогда Креститель должен был быть шафером, и ничем больше. В этом была цель его призвания, и он не хотел добиваться чего-либо большего. Поэтому, увидев множество людей, стремящихся к Христу, Иоанн воспринял это как одобрение своей деятельности: его предназначение осуществилось. Но только призванные люди, такие, как этот человек, способны чувствовать умиротворение в подобных обстоятельствах.

Призванные люди до конца верны своему призванию

В итоге, будучи призванным человеком, Иоанн осознал и смысл, значение своего призвания. «Ему должно расти, а мне умаляться» (Ин. 3:30), — сказал он тем, кто хотел увидеть его отношение к происходящему. Ни один загнанный человек никогда не смог бы сказать то, что сказал Иоанн, потому что загнанные люди должны постоянно приобретать все больше и больше внимания, больше и больше власти, больше и больше материальных активов. Соблазны общественной жизни могли бы вызвать у Иоанна желание соперничать, но подлинный внутренний призыв к предназначению звучал громче. Дело, которое Иоанн должен был исполнить, — представить людям Христа как «Агнца Божия» — было закончено. Осуществив связь, Иоанн был удовлетворен и готов удалиться.

Именно эти качества — осознание своей подчиненности, понимание своей личности и своей роли, верность призванию — характеризуют призванного человека, человека, который в первую очередь строит свой внутренний мир, чтобы из него били источники жизни.

Как разительно отличаются жизни царя Саула и Иоанна Крестителя. Один стремился защитить золотую клетку — и проиграл; другой был доволен местом в пустыне и возможностью служить — и победил.

Мир и радость

В жизни Иоанна реализуются все необыкновенные качества, достойные восхищения. В нем есть умиротворенность, которая не связана с уверенностью в своей карьере. Я часто провожу время с мужчинами и женщинами, чей успех неожиданно исчез по разным причинам, и они превратились в «обрубки». Эти обстоятельства показывают, что их жизнь, вероятно, была сосредоточена вокруг карьеры, и они никогда не думали о прочности и устойчивости внутреннего мира, в котором говорит Бог.

Иоанн открывает нам также радость, которую не следует путать с современной интерпретацией счастья — состоянием чувств, основанном на том, что все идет как надо. Когда окружающие пришли к Иоанну, думая, что он будет обеспокоен неудачей в конце своей деятельности, они обнаружили, что на самом деле он вполне удовлетворен, несмотря на то, что его слушатели покидают его. Некоторые современники Иоанна, возможно, не были согласны с его выводами, но Иоанн был уверен в том, что правильно оценил ситуацию, потому что его оценки основывались в первую очередь на его внутреннем мире, где могли полностью сформироваться реальные ценности в согласии с Богом.

Иоанн — действительно призванный человек. Его жизнь иллюстрирует то, что имела в виду Стоу, когда писала, что удары Саймона Легри падали на внешнего человека дяди Тома, а не на его душу. Что-то стояло между Иоанном и общей уверенностью, что он потерпел неудачу. Это была не вызывающая сомнений реальность Божьего призыва, который Иоанн услышал в своем внутреннем мире. И этот голос был громче всех остальных звуков. Он исходил из тихого, спокойного места, где все было упорядочено.

Обретение призвания

Когда человек с восхищением смотрит на Иоанна Крестителя, у него возникает естественный вопрос — как он стал таким? В чем был источник этой решимости, этой стойкости, этой непоколебимой способности смотреть на события с совершенно другой точки зрения, нежели другие? Взгляд на окружение Иоанна поможет нам исследовать структуру и сущность его внутреннего мира.

Чтобы понять Иоанна, в первую очередь нужно обратить внимание на его родителей, под влиянием которых формировался его характер в раннем возрасте. Священное Писание ясно дает понять, что Захария и Елизавета были благочестивыми людьми, они чрезвычайно трепетно относились к призванию Иоанна, которое было открыто им через ангелов, неоднократно являвшихся им. И в свою очередь, с ранних дней они стали внедрять это предназначение в душу Иоанна. У нас мало сведений о жизни семьи Иоанна после его рождения, но мы точно знаем, что его родители были отмечены чистотой необыкновенной глубины, благочестием и стойкостью.

Вероятно, родители Иоанна умерли, когда он был еще очень молодым человеком. Как он справился с потерей, мы не знаем. Но когда Иоанн снова выходит на первый план, то, как сказано в Священном Писании, он живет один в пустыне, удалившись от общества, к которому позднее он будет обращаться как пророк.

«В пятнадцатый же год правления Тиверия кесаря, когда Понтий Пилат начальствовал в Иудее, Ирод был четвертовластником в Галилее, Филипп, брат его, четвертовластником в Итурее и Трахонитской области, а Лисаний четвертовластником в Авилинее, при первосвященниках Анне и Каиафе, был глагол Божий к Иоанну, сыну Захарии, в пустыне. И он проходил по всей окрестной стране Иорданской, проповедуя крещение покаяния для прощения грехов» (Лк. 3:1–3).

Эти слова заключают в себе проблему, требующую внимания. Цезарь находился в Риме, занимаясь важными делами, которыми обычно занимаются цезари. Анна и Каиафа были в Иерусалимском храме, храня официальную религию. И разные другие политические деятели действовали и появлялись в общественных местах, принимая участие в важных, на первый взгляд, событиях. Мир каждого из них был впечатляющим миром власти, известности и человеческих связей.

Но «был глагол Божий к Иоанну», незначительному человеку в самом незначительном из мест — в пустыне. Почему Иоанн? И почему пустыня?

Мне вспоминаются слова Герберта Баттерфилда, которые оставили во мне глубокий след:

«И в истории, и в жизни отнюдь не редким явлением бывает встреча со сравнительно необразованными людьми, которые, кажется, обладают поразительной духовной глубиной… в то время как есть много высокообразованных людей, от которых остается впечатление, что они демонстрируют искусные упражнения своего ума, чтобы скрыть зияющую пустоту, лживость того, что лежит в душе».

Почему Иоанн? По существу, потому, что Бог позвал Иоанна, и он откликнулся. Призыв требовал покорности Божьим путям, Божьим методам и Божьим критериям успеха. И Иоанн был готов принять эти условия, неважно — ценой боли или одиночества.

Почему пустыня? Вероятно потому, что в пустыне люди способны слушать и размышлять о вещах, которые не просто услышать или о которых не просто думать в шумных городах, где люди обычно заняты, суетны и исполнены мыслями о собственной значимости. Порой в городах шум общественной жизни настолько велик, что тихий голос Бога не может быть услышан. А иногда в городах люди слишком самодовольны, чтобы слушать голос Бога посреди своих небоскребов из стали и бетона, своих красочных театров или своих невероятных храмов.

Бог повлек Иоанна в пустыню, где Он мог говорить с ним. И когда Он привел его туда, то стал запечатлевать новые понятия во внутреннем мире Иоанна, которые дали сыну Захарии совершенно другое видение своего времени. Там, в пустыне, он обрел новый взгляд на религию, на добро и зло, на Божий замысел истории. И там он развил особую восприимчивость и мужество, которые могли бы подготовить его к совершенно исключительной задаче: познакомить свое поколение с Христом. Его личный мир строился в пустыне.

Слово Бога пришло к Иоанну в пустыне. Какое странное место избрал Бог, чтобы говорить. Чему можно научиться в пустыне? Я стараюсь избегать пустынь, миновать их стороной, когда это возможно. Для меня пустыни означают боль, одиночество и страдания. И никто ничего подобного не любит. Пустыня — это трудное место для жизни, в физическом или духовном плане. Но факт неоспорим: величайшие уроки можно получить в пустыне, если человек в разгаре борьбы слушает призыв Бога.

В пустыне человек узнает о засухе, потому что пустыни сухи. Иоанн учился не только бороться с засушливостью пустыни, но она, несомненно, научила его оценивать бесплодность духа тех людей, с кем он будет говорить на Иордане.

В пустыне человек учится полагаться на Бога. Жизнь в пустыне, как это поняли иудеи веками раньше, нельзя вынести без помощи милосердного Бога. Только человек, испытавший трудности, подобные тяготам пустыни, знает, что значит полностью предать себя в руки Бога, потому что больше ничего не остается.

Однако пребывание в пустыне имеет и свои положительные стороны. Пустыня — это место, где человек свободен думать, планировать, готовиться к предстоящей деятельности, чтобы потом, в назначенное время, выйти из пустыни и исполнить поручение — сказать слова, которые разоблачат ханжество и выявят поверхностное отношение, поднимут проблемы, которые касаются бездонных глубин человеческого духа. И поколение людей узнает Бога Иисуса Христа.

В пустыне человек может быть призван. Когда Иоанн противостоял сначала критиковавшим его, а затем ярости защищавшегося Ирода, чью безнравственную жизнь пророк обличал, в нем ясно проявилось это особое качество призванности: и в разгаре своей пророческой деятельности он сохранял спокойствие и ясность ума. Что-то необычное действовало в нем, давая ему независимость суждений и мудрость. Немногие могли устоять перед его проповедью.

Как же был устроен его внутренний мир, сформированный в пустыне? Откровенно говоря, библейские писатели не слишком много говорят нам об этом. Нам просто представляют свидетельство упорядоченного внутреннего мира — это тот результат, к которому мы должны стремиться. Во внешнем мире, где все кажется хаотичным и беспорядочным, Иоанн действует с уверенностью и убежденностью.

Научили ли нас чему-нибудь Саул, Иоанн и мой друг, «преуспевший лентяй»? Я думаю, что их послание очевидно. Посмотрите в себя, как бы говорят они. Чем вы живете? Чего вы надеетесь достичь в результате? И какова будет ваша реакция, если вы всего этого лишитесь?

Я заглядываю в свой внутренний мир и обнаруживаю, что почти каждый день я вынужден вести борьбу и решать, каким мне быть: как Саул или как Иоанн? Живя в мире соперничества, где достижение — это почти все, было бы легко присоединиться к Саулу, чтобы быть вынужденным удерживать, защищать, доминировать. И я могу даже представить себя поступающим так и говорящим себе в то же время, что я делаю Божье дело. Но стресс, возникающий в результате таких действий, может быть слишком сильным.

Бывают дни, когда я, может быть, похож на Иоанна. Услышав призыв Бога, я могу осознать свою миссию. Конечно, для этого может потребоваться мужество и дисциплина, но теперь результаты — в руках Призывающего. Расту я или умаляюсь — это Его дело, не мое. Организовывать свою жизнь согласно собственным видам на будущее и оценивать себя согласно мнениям других — значит опустошать свой внутренний мир. Но действовать, основываясь на призыве Бога, — значит обладать упорядоченным внутренним миром.

Глава 6. Сектор 2. Не видел ли кто-нибудь мое время? Я куда-то подевал его!

Памятка для неорганизованного:

Мой внутренний мир будет приведен в порядок в том случае, если я приму решение ежедневно рассматривать время как дар от Бога, заслуживающий внимательного отношения к себе.

Я только что закончил лекцию для группы пасторов, в которой упомянул несколько книг, недавно прочитанных мною. По окончании лекции один молодой пастор спросил:

«Где вы нашли время, чтобы прочесть все эти книги? Когда я вступил в должность пастора, я был уверен, что тоже смогу столько читать. Но я ничего не читаю неделями. Я слишком занят!»

Мы поговорили немного о дисциплине чтения, и разговор начал переходить к другим аспектам его личной жизни. Он сказал, что испытывает чувство вины, когда думает о своих духовных занятиях, так как почти ничего не делает в этом направлении. Он признался также, что уже достаточно давно не проводил сколько-нибудь действительно ценного времени со своей женой. Он очень сожалел о том, что его проповеди, по его собственной оценке, обычно оставляют желать лучшего. И в завершение нашего разговора признал, что проблема не в том, что ему не удается прочесть книгу, это просто признак более серьезных трудностей. «Откровенно говоря, — сказал он, — я совершенно дезорганизован и не получаю никакого удовлетворения от своей работы».

Мне очень симпатичен этот молодой человек и его признание. В моей собственной жизни было время, когда я мог сказать то же самое. И я думаю, что к нам присоединились бы многие, если бы наши коллеги на той лекции были искренними. Мир полон неорганизованных людей, потерявших контроль над своим временем.

Уильям Баркли, комментируя недисциплинированную жизнь Сэмюэля Тэйлора Коулриджа, пишет:

«Жизнь Коулриджа представляет собой трагедию недисциплинированного человека. Никогда столь великий ум не производил столь мало. Он ушел из Кембриджского университета, чтобы пойти в армию; он ушел из армии, потому что не мог чистить коня; он поступил в Оксфорд и ушел, не получив диплома. Он начал издавать газету под названием «Страж», которая просуществовала в течение десяти номеров и затем зачахла. О нем было сказано: «Он погружался в мечты о будущей работе, которая всегда оставалась несделанной. Коулридж обладал всеми поэтическими дарованиями, но не обладал одним — даром прилагать длительное и сосредоточенное усилие». В его уме и памяти существовали разнообразные книги, как он сам сказал, «законченные, только не записанные на бумаге». Он мог бы послать в издательство два тома своих произведений, но книги так и не оформились за пределами ума Коулриджа, потому что он не мог заставить себя сесть и записать их. Ни один человек не достигал высот и ни один, достигнув, не смог удержать их без дисциплины»».

Коулридж был живым свидетельством того, как люди, разносторонне одаренные, обладающие громадным интеллектом и замечательными дарованиями, могут, однако, закончить свою жизнь, безрассудно растратив весь свой потенциал из-за неспособности контролировать свое время. Он без всякой пользы растратил свое время в литературном мире, другие делают то же самое дома, в церкви или в конторе.

Никто из нас, я уверен, не хочет подойти к концу своей жизни и, посмотрев назад, выразить сожаление о том, что могло быть совершено, но так и осталось несделанным, как случилось с Коулриджем. Но, чтобы предотвратить это, необходимо понять, как мы можем распоряжаться временем, которое дал нам Бог.

Симптомы неорганизованности

Прежде всего нужно провести безжалостную самооценку и внимательно посмотреть, как мы используем свое время. Действительно ли мы неорганизованны? Давайте рассмотрим характерные черты неорганизованной жизни. Некоторые из этих симптомов могут показаться немного забавными, но, как правило, они являются частью большой картины, которая сводит все воедино. Позвольте предложить вам пригоршню образцовых симптомов неорганизованности.

Если на моем письменном столе появляется беспорядок, я понимаю, что постепенно соскальзываю к дезорганизации. То же самое происходит с туалетным столиком в моей спальне. Фактически всякая горизонтальная поверхность, попадающаяся мне на пути в моих повседневных делах, приобретает вид хаоса: все завалено бумагами, заметками на память, на которые я не отреагировал, и обрывками незаконченных дел, супруга постоянно напоминает мне: «Прочти, это давно лежит у тебя на столе в офисе». Мой письменный стол для другого может быть кухонным столом, рабочим верстаком или мастерской в подвальном помещении. Принцип остается тем же.

Состояние моей машины тоже может выявить симптомы неорганизованности. Она становится грязной изнутри и снаружи, я перестаю следить за ее своевременным техническим обслуживанием и обнаруживаю, что перехожу крайние сроки, необходимые, чтобы сменить шипованные покрышки и получить ежегодный талон на вождение.

Моя самооценка падает, когда неорганизованность берет надо мной верх. Я чувствую легчайший налет паранойи, незначительный страх, я боюсь, что люди вскоре обнаружат, что мой труд не оправдывает вложенных ими денег, и придут к заключению, что я и наполовину не тот человек, за которого они меня принимали.

Я осознаю свою неорганизованность, когда у меня появляется ряд забытых встреч, телефонных звонков, на которые я не ответил, и крайних сроков, которые я начал пропускать. Приходит день, заполненный нарушенными обязательствами и слабыми оправданиями. (Я должен обратить ваше внимание на то, что не имею в виду время, когда не зависящие от меня обстоятельства, словно сговорившись, разрушают даже самые лучшие намерения. У всех бывают такие дни, даже у самых организованных из нас.)

Еще один симптом неорганизованности выявляется в тот момент, когда я начинаю тратить свою энергию на дела, которые не дают результатов. Я действительно обнаруживаю, что делаю мелкие и скучные дела, просто чтобы сделать что-то. Появляется склонность к мечтательности, стремление избегать решений, которые необходимо принять, и откладывать дела со дня на день. Дезорганизация начинает всесторонне влиять на мое желание работать стабильно и качественно.

Неорганизованные люди испытывают чувство неудовлетворенности своей работой. То, что удается закончить, им не нравится. Они с большим трудом воспринимают одобрение со стороны других. В глубине души они знают, что сдали работу не самого лучшего качества.

Не раз я возвращался домой в подобном настроении с утренней воскресной службы, где проповедовал. И когда я замечал, что в расстройстве барабаню по рулю, я знал, что мог бы подготовить проповедь лучше, если бы в течение недели более эффективно распоряжался своим временем.

Неорганизованные христиане редко переживают моменты близости с Богом. Конечно, они стремятся к этой близости, но никогда не достигают ее в полной мере. Нет нужды говорить, что разговоры о времени неуместны, когда речь идет об изучении Библии, о молитве, о богослужении. Люди знают обо всем этом. Они просто не делают этого. Они оправдывают себя, говоря о нехватке времени, но в душе, в своем внутреннем мире, они знают, что это вопрос организованности и личной воли и ничего больше.

Если я нахожусь в состоянии дезорганизации, это обычно сказывается на качестве моих взаимоотношений с окружающими. Проходят дни без сколько-нибудь значительных разговоров с моим сыном или дочерью. Мы общаемся с женой, но темы наших разговоров ничтожны, мы избегаем откровенности и не получаем поддержки друг от друга. Я становлюсь раздражительным, негативно реагирую на всякую попытку с ее стороны привлечь мое внимание к делам, которые я оставил несделанными, или к людям, которых я, похоже, покинул.

Суть дела в том, что если мы теряем способность контролировать свое время, то мы перестаем любить себя, свою работу и, что еще хуже, — свою жизнь. И трудно сломать эту устоявшуюся модель, которая пагубно влияет на нас и нашу жизнь.

Эта страшная привычка к неорганизованности должна быть сломана, или наш внутренний мир быстро придет в состояние полного хаоса. Мы должны принять решение и взять контроль над своим временем.