Пропавшая невеста некроманта

– Ха, мелкая ты еще, не опытная, лучше огуречного рассола может быть рассол квашеной капусты. Только где его сейчас достанешь?

В этом Касс права, квашеная капуста в стенах общежития продукт дефицитный. Да и огурцы у нас закончились еще месяц назад, а новые мама Кассии еще не передавала.

Вздохнув, я встала и, покачиваясь, отправилась в ванную. Нужно приводить себя в порядок. Ополоснувшись ледяной водой, поежилась. Эта процедура хоть и взбодрила, но, увы, головную боль не сняла. Кое-как нацепив прямо на ночную рубашку балахон, я выползла в комнату. Касс все так же лежала плашмя на кровати и стонала. Нужно было что-то делать.

Раскрыв нараспашку дверь в комнату, я гаркнула во все горло:

– Меняю зелье омоложения – качественное некромантское – на три литра соленых маринованных огурчиков или литр квашеной капусты.

Эхо моего крика разнеслось по коридорам и ускользнуло куда-то на нижние этажи. А голову мгновенно, словно обручем из раскаленного железа сдавило.

– Пить надо меньше, – долетело до меня в ответ.

– Чья бы корова мычала, – огрызнулась я, – ну, есть желающие меняться?

Одна из дверей распахнулась и из нее высунулась рыженькая головка ведьмочки с первого курса.

– А чем докажешь, что зелье некромантское? – поинтересовалась она, заспано протирая глазки.

– Зови экспертов, можете проверять, – пафосно заявила я.

Ведьмочка призадумалась и закричала во всю мощь горла:

– Стася, подъем! Помощь твоя нужна.

Соседняя дверка с грохотом распахнулась и оттуда бодрым шагом вышла Стяся лу Кри, выпускница факультета травниц и лучшая ученица Сальвовски. Мне до нее еще расти и расти.

– Показывай свое зелье. Если оно реально некромантское, дам тебе два литра капусты и стакан рассола.

Я, взмахом руки, морщась от сокрушительной головной боли, пригласила девиц в комнату. От их и своих же криков мне совсем худо стало. Касс, привстав на локтях, дотянулась до шкафчика у своей кровати и вынула оттуда один из украденных накануне флакончиков. Как бы плохо физически не было моей подруге, а ведьмино нутро в ней никуда не исчезло. Бутылёк оказался самым маленьким и неказистым из всех, что мы героически сперли.

Протянув зелье Стасе, Касс снова рухнула на подушку и зажала голову ладонями. В комнату вошла и рыженькая первокурсница, она с интересом разглядывала зелье через плечо своей старшей подруги.

– Стась, чего там? – нетерпеливо поинтересовалась она.

– Некромантское! Откуда дровишки, ведьмы? – в глазах зельевара загорелся огонек азарта.

– Не твое дело, свои люди есть, – отозвалась Касс. – Меняемся или как?

– Меняемся, – подтвердила Стася, – если еще чего такого ваши «люди» вам подкинут, то знайте, что я в таких зельях заинтересована.

– Ой, а это у вас что? – рыжуха склонилась над баночкой с пальчиком. Мизинчик, ставший объектом внимания, сосредоточенно разрывал опилки на дне своего импровизированного аквариума.

– Это Мизиня, кто тронет, прибью! – грозно рыкнула Кассия.

Услышав рев боевички, рыжая ведьма отскочила от баночки.

– Хорошие у вас «люди», а еще такой достать смогут? – взволнованным голосом полюбопытствовала Стася.

– Может и могут, смотря, чем заинтересуешь! – подхватила я инициативу переговоров.

– Любой настой или мазь в любой момент суток, – предложила свои условия Стася.

– Заметано, – зевнула Касс, – а теперь берите некромантское зелье и тащите капусты с огурцами, иначе мы здесь подохнем с Амелией.

Через пять минут мы уплетали квашеную капусту и запивали все рассолом. Продуктов у нас с соседкой осталось мало, так что: либо клянчить деньги у родственников, либо обносить пищевой склад столовой. Естественно, второй вариант для любой ведьмы и проще, и надежнее.

Приведя свой организм в более или менее нормальное физическое состояние, я отправилась на учебу. Перед занятиями по «Летному делу» решила заскочить к профессору Сальвовски и отдать ей тот кусочек печени, что хранился в моей сумке. Мы его ночью с Кассией немного подкормили, так что довольная жизнью нежить отдыхала.

– Амелия, – услышав совсем рядом голос Рэифа, я остановилась и осторожно обернулась.

После вчерашнего поцелуя стало как-то стыдно. Чувства и эмоции схлынули, и теперь я не знала, как вести себя с этим мужчиной. Профессор неспешно приближался ко мне, его взгляд тоже показался мне немного напряженным. Может, сожалеет?

– Ты куда-то спешишь? – подойдя практически вплотную, мужчина поправил ворот моего балахона. А потом совсем уж неожиданно склонился и оставил легкий поцелуй на моих губах.

– Профессор, – промямлила я.

– Рэиф, бесстыдница моя, для тебя я Рэиф. Кто-то вчера ночью здорово обнес кладовую некромантов. Но ни вахтер, ни нежить, обитающая в подвале и выполняющая роль ночных сторожей, ничего не видели. Ты не знаешь, кто это такой наглый и ловкий был? – взгляд мужчины стал таким обличающим и укоризненным, будто я кого убила. Подумаешь, пара бутылей у них пропала. Мелочи же, я-то знаю, сколько там всего еще осталось.

– Без понятия, Рэиф, – хитро прошептала я, – а у меня алиби есть, я ночью на свидании была.

Мужчина тихо рассмеялся. А я сделала самое невинное лицо, на которое была способна. Голова все еще немного кружилась, так что долго сохранять невозмутимый вид у меня не получилось. Шумно выдохнув, я скривилась.

– Оу, – картинно скривился некромант, – а что это вы студентка употребляли ночью. Это что, орочий самогон?

– Нет, это было домашнее вино, – призналась я, – и теперь у меня голова болит.

Рэиф осторожно приобнял меня за талию и повел вперед по тропинке, ведущей к учебному корпусу факультета «Знахарства и травниц».

– Пить, безобразница моя, нужно уметь. А не можешь, так не берись, – наставительно отчитали меня.

Я лишь отмахнулась. Сами ученные. А мне может быть, было чего отмечать.

По мере нашего приближения к зданию на нашу парочку начинали глазеть все. Где это видано, чтобы профессор соф Валлари шел в обнимку со студенткой. Он и разговоры-то не со всеми вел, а тут картина маслом. Я и преподаватель!

– Неудобно как-то, – буркнула я.

– Привыкай, милая, – слишком радостно отозвался некромант, – я тебя искал больше десяти лет, я заслужил право на свое счастье.

– А мое мнение учитывается? – наивненько поинтересовалась я.

– Конечно, нет, – услышала я от него, – была бы невестой, может и прислушался бы. А так как ты жена, вот и слушайся мужа!

– Да какой вы мне муж! – негромко в сердцах воскликнула я. – Мы толком и не знакомы.

Рука на моей талии стала тяжелее. Мужчина одним рывком привлек меня к себе. Осторожно отвел в сторону, нависшую на лицо, прядку волос и склонился, заставляя взглянуть ему в глаза. От этого, казалось бы, простого движения, мое сердце заходилось в бешеном ритме. Сейчас профессор соф Валлари не походил на себя такого собранного и сдержанного. В его взгляде мелькнула нежность и что-то еще едва уловимое, но такое горячее. Не удержавшись, я схватилась за его воротник и сама притянула его к себе. Поцелуй, такой трепетный и в то же время голодный, поразил меня, заставив забыться и отдаться во власть этому мужчине.

Отстранившись, я глянула на профессора снизу вверх. Его глаза буквально пылали огнем.

– Ты выросла такой красивой, – прошептал он, но главное, что так и осталась моей смелой проказницей Амели. Я так искал тебя… – прижав к себе, Рэиф зарылся носом в мои волосы.

Студенты и преподаватели обходили стороной нашу неожиданную парочку. Все косились в нашу сторону, шептались и стреляли глазками.

– Рэиф, – выдохнула я, – а возьми меня к себе в ученицы дипломную писать.

– Ловишь момент, Амелия, – смеющимся голосом уточнил он.

– Ага, – честно призналась я, – глупо было бы сейчас не попросить об этом. Я хочу некромантские зелья варить и испытывать на ваших «экспонатах». С ребятами я уже поговорила, они согласны. Я Элеоноре даже глаз новый нашла. Ну, возьми меня Рэиф, – проконючила я.

– Нельзя, милая моя, мужчине такие вещи говорить, что значит возьми. Я ведь могу и не так понять, – серьезно пробормотал он.

– Да понимай, как хочешь, только прими в личные ученицы. Я тебе такого наварю, это же золотая жила, только вы, некроманты противные, с ведьмами связываться не хотите!

– А может, это не мы такие нехорошие, а вы барышни необязательные, – посмел заявить мне этот нахал.

Мои глаза опасно вспыхнули. Но вместо трепетного страха, Рэиф только засмеялся. Так ясно, кто-то меня специально цепляет за живое, чтобы я забыла о своей просьбе. Нет уж не выйдет, хороший мой.

– Не пытайся заморочить мне голову, – шепнула я. – Отвечай, берешь меня в ученицы или я пойду в ножки кланяться к профессору лу Траапу. Потом будешь локти кусать, что я все время буду с ним проводить. Вот!

– Это угроза, Амелия? – уточнил этот нехороший некромант.

– Ну что ты, – картинно удивилась я, – только описала суровое будущее, где я, как прилежная ведьма, буду изучать все хитрости некромантских отваров и настоев, и тестировать опытные образцы, а мой несравненный самый лучший научный руководить будет следить за мной, контролировать каждое действие и наставлять.

Соф Валлари призадумался. Прищур его глаз выражал крайнее недоверие.

– Ладно, я возьмусь за твое индивидуальное обучение, если вторым научным руководителем с твоего факультета будет Сальвовски, сможешь ее уговорить, то я весь твой.

Отойдя от него на один шаг, я окинула его внимательным и немного снисходительным взглядом. Почему-то меня это условие задело. Конечно, к Сальвовски я и сама хочу, но вот это его «если», а еще в мужья набивается.

– Это единственное условие, профессор? – ехидненько полюбопытствовала я.

– Да, вредина моя несравненная, – подтвердил некромант.

– В таком случае, я прошу у вас прощение, профессор соф Валлари, за то, что попыталась набиться в личные ученицы. Думаю, я лучше найду учителя, который оценит меня без всяких условий, – поклонившись, развернулась и гордо пошла в сторону крыльца здания. Правда успела сделать всего два шага, как меня тут же поймали за руку и развернули обратно.

– Прости, – шепнул Рэиф, – я обидеть не хотел. Просто знаю, что Сальвовски лучшая на вашем факультете. Я подумал, что хорошо, если бы она взялась за тебя. Я желаю, чтобы у тебя все было самое лучшее, Амелия.

– Тогда попроси ее взять меня в ученицы, – буркнула я.

– Чтобы потом все тыкали тебе в спину и говорили, что ты пролезла по протекции?

Да, тут он прав. Малейший намек, что я попала в ученицы по блату и заклюют.

– Тогда мужайся, ты весь мой, – просияв как начищенный золотник, я рванула бегом в сторону учебного корпуса. У самых дверей обернулась, Рэиф так и стоял посреди дорожки и провожал меня тревожным взглядом. Послав ему воздушный поцелуй, я помчалась доказывать профессору Сальвовски, что я самая лучшая ее будущая ученица. И пусть только не согласится с моими доводами.

Учитель оказалась на месте. Войдя в кабинет, я дождалась, пока она меня заметит, и только тогда протянула ей лист с отработкой.

– И как отработалось? – задала она наводящий вопрос.

– Отлично, учитель, – не задумываясь, ответила я.

– Ну и где нужный ингредиент?

– Учитель Сальвовски, а вы точно возьмете меня в свои личные ученицы, – прямо спросила я.

– А какую тему для дипломной работы ты выбрала? – наверное, задавая такой вопрос, эта опытная ведьма думала отложить этот разговор. Мол, определись сначала, а потом придешь, и еще раз поговорим. Но этот номер у нее не пройдет. Не тот день и не та ведьма!

– Конечно, учитель Сальвовски. Я буду писать научную работу по некромантским зельям. Я уже заручилась поддержкой профессора соф Валлари и даже нашла нежить, на которой буду ставить эксперименты с образцами. Осталось только ваше согласие.

Такого Сальвовски не ожидала. Она в упор смотрела мне в глаза, пытаясь заметить в них ложь.

– Соф Валлари никогда не берет личных учеников! Как у тебя получилось? – задумчиво поинтересовалась учитель.

– У меня свои методы, учитель. Профессор некромантии дал свое согласие. Но он очень вас уважает и высказал пожелание, чтобы вторым куратором были именно вы, – подлила я в наш диалог немного лести. Прием удался, Сальвовски поплыла.

– Хорошо, я беру тебя в ученицы. Можешь идти к секретарю, пусть она оформляет тебе доступ в лабораторию. И все же, как тебе удалось? – не сдалась учитель. – Как ты уговорила его?

Я нагловато улыбнулась, но смолчала. Это будет пока моей маленькой тайной. Пусть мучаются и думают, чем я приманила к себе серьезного и ответственного соф Валлари. Забравшись в сумку, я вытащила из нее мешочек с кусочком ожившей ткани умертвия. Придется теперь сумку стирать, не ходить же с ней, когда там такое лежало.

– Вот, профессор, то, о чем мы никогда не говорили и то, что вы не просили меня добыть, – я протянула Сальвовски печень нежити.

Распахнув мешочек, учитель счастливо улыбнулась.

– Не думала, Амелия, что у тебя выйдет. У них там и ночные сторожа, и весь мусор они валят в одну кучу так, что отличить живое от разлагающихся останков невозможно. Как у тебя получилось?

– Это еще один мой секрет, учитель, – выпалила я.

– Ну, соф Аклаеф, молодец! Брысь отсюда пока я не передумала, – шикнула на меня учитель.

Второй раз ей повторять не пришлось, меня быстро сдуло в коридор.

На занятие «Летного дела» я чуть не опоздала. Одной из последних выхватила метлу из кладовки побежала на поле полигона. Наши уже стояли, построившись. Вдоль дорожки ходила чем-то недовольная учитель Шарапа и осматривала нас хмурым взглядом.

Еще бы ей радоваться! Подумать только, магичка будет учить не только магичек, но и ведьм на метлах летать. Но деваться ей некуда, наша преподаватель соф Ими вышла в декрет и пока она не вернется, всю учебную нагрузку разделили между остальными учителями и именно Шарапе, по какому-то злому року, а может с чьей-то легкой проказливой руки, достался предмет «Летное дело» у травниц.

Чтобы лишний раз не злить и без того нервного учителя, мы дружненько уселись на старенькие видавшие виды и пережившие не одну жесткую посадку метелки и взлетели. Пролетев положенные пять кругов, я поняла, что мне сейчас сильно поплохеет.

Капусточка утрешняя просилась наружу.

Но слабости позволить себе нельзя. Если меня вывернет завтраком, то Шарапа подумает, что укачало и тогда наматывать мне тут круги до самой церемонии вручения Метелок. Еле осилив последние несколько метров, я притормозила и зависла в воздухе. Учитель о чем-то вещала, вроде наши ошибки в управлении метелок расписывала, я же боролась с тошнотой, никого и ничего не слушая. Рояна косо подглядывала на меня, видимо что-то заподозрив.

Вот только ее гадюки и не хватало.

Прочитав лекцию о том, что полет на метле – это искусство, а нам студенткам до совершенства, как быку до благородной лошади, Шарапа приказала отрабатывать элементы ведьминского вальса.

Следующий час мне показался адом.

Я кружилась вместе с остальными девушками. Отрабатывала воздушные па. Совершенствовала крутые развороты и пасы руками. А в голове стучала молоточкам только одна мысль: «Только бы не стошнило!». К концу занятия я готова была взвыть.