Председатель 3

— Только я так и не поняла из-за чего.

— Да я сама её не понимаю. Мне бы такого папу, он ей женихов предлагал один лучше другого, а она сначала вцепилась в своего Филатова, а потом вообще взбеленилась и решила, что никто ей не нужен и лучше оставаться одной.

— Подожди, но ведь у них с Александром всё было всерьёз? — удивилась Лиза.

— Ну да, так казалось. Но он тоже не прост. Там у парня карьера в гору попёрла, и ему вся эта любовь оказалась не нужна. Возвращаться он наотрез отказался, а Аню деревенская жизнь добила уже за пару дней.

Здесь Наумова уже всерьёз заинтересовалась. Конечно, у неё были разные поклонники достаточного высокого положения в обществе, но она не хотела торопиться и кидаться на первого попавшегося. К тому же почти каждый из них ей в отцы годился, а Филатова она помнила, хотя они, кажется, и не разговаривали-то толком никогда. Лиза, конечно, считала его симпатичным, но слишком простым для неё, да и Кулагиной дорогу переходить не хотелось.

— Карьера говоришь? Он же из простых вроде. Кто ему помог, если он ещё и от Анны отказался?

Настя пожала плечами.

— Этого я не знаю, Аня вообще считала, что его туда сослали. Однако, поди ж ты, уже не просто председатель какого-то задрипанного колхоза, а депутат верховного совета со всякими наградами за успехи, ему даже Брежнев руку жал. Они ж с Костей дружат, он мне постоянно про Филатова что-то рассказывает. Хотя о нём и без того уже несколько раз в газетах писали.

Погуляв ещё немного, девушки разошлись, а Елизавета решила ещё немного разузнать о Филатове у своих старых друзей. Доронину она сильно расспрашивать не хотела, но были и другие, с кем она могла быть более откровенной, и которые тоже всё обо всех знали. В общем уже через несколько дней, у Наумовой были и газеты со статьями об Александре и просто целый ворох самых различных слухов, часть из которых вполне могла оказаться правдой.

И Лиза начала думать. Конечно, жизнь в деревне не выглядела привлекательной. Кулагина с этим не справилась и сдалась. Но, Филатову нет ещё и тридцати, не вечно же он будет сидеть в деревне. Тем более с такими карьерными перспективами, да и она девушка умная. Тут нельзя действовать прямолинейно, сначала нужно стать его женой, а потом мягко подталкивать к нужным решениям.

Да, может быть год или два придётся подстраиваться, но это точно лучше, чем всю молодость терпеть рядом с собой какого-нибудь старого хрыча.

* * *

Работа на полях кипела, но вспышка болезни потихоньку пошла на спад, и я смог немного выдохнуть. Правда, бумажной работы накопилось просто огромное количество, так что уже несколько дней я практически не вылезал из правления, а заодно много думал о будущем как Нового пути, так и вообще района.

Из-за всей этой суматохи в наших с Фроловым колхозах, я узнал практически всю подноготную Света Коммунизма.

Виктор Петрович, конечно, хороший и честный мужик, но ему явно не хватает организаторских талантов. Честно говоря, его колхоз это практически такая же дыра, каким был и Новый Путь до моего приезда. Причём многие проблемы оказались абсолютно одинаковы.

Наш недавний обмен опытом не слишком-то им помог в глобальной перспективе, и культура обращения с техникой у них так и осталась на чудовищно низком уровне. Часть их тракторов просто простаивала как и у нас когда-то.

И, хотя мы им с этим помогли, но я понимал, что, скорее всего, осенью начнётся та же петрушка, ведь их комбайны в таком же плохом состоянии.

Кроме того, прошлым летом, наши люди помогали им обрабатывать поля от колорадского жука, да и вообще, там частенько возникали проблемы со своевременным выполнением планов, с которыми мы их тоже выручали.

Короче, мне это всё порядком надоело, потому что я знал, что способен наладить работу и во втором колхозе тоже, так, чтобы людям там не пришлось постоянно перерабатывать и бегать с горящей жопой. Осталось убедить в этом всех остальных. И начать я решил непосредственно с Фролова.

— Вот значит как? — возмутился он, после того как я прямо обосновал всё по телефону, — подсидеть меня задумал?

— Петрович, давай без лишних эмоций? Сам пораскинь мозгами, ты знаешь, что я прав. К тому же, после объединения колхозов, мы организуем нормальный сельсовет, где ты станешь председателем.

— Так-то оно так, но не слишком ли ты много на себя берёшь, Филатов? Думаешь, раз покровителями обзавёлся, то теперь всё можно?

— Блин, да ты сам говорил мне неделю назад, что устал от всей этой ответственности, что председательство у тебя всё свободное время отнимает, и всё равно каждый раз всё идёт наперекосяк.

Фролов обиженно засопел в трубку, а я продолжил:

— К тому же, своё место ты по факту не потеряешь, просто мы начнём работать в команде. Подумай, какие это перспективы! Вместо двух маленьких колхозов — будет один большой, да ещё какой!

— Может ещё и не позволит никто, — буркнул он, — это в управление сельского хозяйства писать надо. Сначала район, потом область... и вообще куча волокиты.

Ну всё. Я уже понял, что он согласен. Теперь и правда осталось только выбить официальное решение. Но уж я-то с этих бюрократов до победного не слезу.

Едва я положил трубку, как в дверь кабинета постучали.

— Войдите, — предложил я посетителю, оторвавшись от документов.

К моему удивлению в проёме появилась незнакомая мне девушка, но тут всколыхнулась память настоящего Филатова. Ничего конкретного, кажется, он просто её видел во время учёбы и не мог не запомнить, уж больно яркой была у неё внешность. Но всё равно каждый раз когда объявлялись какие-то его старые знакомые, мне становилось как-то не по себе.

— Товарищ Филатов, я хочу работать у вас в колхозе! — выпалила она с порога и, очаровательно улыбаясь, закрыла за собой дверь, — может быть вы меня не помните, меня зовут Елизавета Наумова, и я тоже училась в тимирязевке, а недавно увидела в журналах статьи о ваших проектах. И я сразу поняла, что это то, что надо. Я тоже хочу поднимать наше сельское хозяйство и готова к любой работе.

Глава 13

— Припоминаю, припоминаю, — ответил я, продолжая внимательно изучать девушку.

По одежде сразу видно — городская, к тому же достаточно ухоженная и эффектная особа. Идеальная укладка, лёгкий, но подчёркивающий достоинства макияж, но что она здесь забыла? Ещё и работу просит.

Не дожидаясь ответа, она подошла к моему столу и уселась на стоящий рядом стул. Робко улыбнувшись, Елизавета закинула одну ногу на другую и посмотрела мне прямо в глаза.

— По образованию я экономист, но на этом мои умения не заканчиваются. Благо опыт у меня большой, следовательно, много других достоинств, — заинтриговала она.

— Интересно получается, — задумчиво приложил руку к подбородку, — почему вы выбрали колхоз, причём именно наш?

Услышав этот вопрос, Наумова ещё раз перекинула ногу на ногу и уверенным голосом сказала:

— Знаете, я бы могла и в Москве остаться, вот только это не то, что меня привлекает. Я хочу приносить людям пользу, придумывать новые идеи и улучшать их жизнь. Не люблю лёгкие пути, понимаете? — самоуверенно заявила Елизавета.

— Понимаю, но вы так и не ответили на мой вопрос, — улыбнувшись, я сложил руки в замок.

— Работая в комфорте, и самое главное, толком ни за что не отвечая, я буду лишь растрачивать свой потенциал понапрасну, товарищ Филатов. Я такая же, как и вы — меня интересуют более глобальные цели, я хочу быть действительно полезной, ещё и в масштабах целой страны, — с горящими глазами заявила девушка, — скрывать не буду, я наслышана о вашем колхозе и о вас, поэтому искренне полагаю, что мы сможем сработаться, — она улыбнулась, — уже в институте было заметно, какой вы амбициозный человек. Это сильно бросается в глаза.

Чего уж скрывать, лестные речи в свой адрес были бы приятны любому уху, вот только мне казалось, что девушка купилась на красивые картинки из статей, даже не представляя, что её ждёт.

— В газетах люди видят результат, а не тернистый путь к нему, — поспешил добавить я.

— Именно поэтому я и здесь! Очень хочется лично всё увидеть. Не переживайте, я не боюсь сложностей. Прошу вас, товарищ Филатов, позвольте стать частью вашего колхоза, — как бы я не старался, но девушка продолжала настаивать на своём.

— Я бы и не прочь дать вам шанс, но мне некуда вас пристроить. В колхозе нехватка обычных рабочих рук. Очень сомневаюсь, что с вашим образованием и целью, вы захотите работать в поле или, к примеру, дояркой.

— Повторюсь, я согласна на любую работу. Если потребуется, то и доить коров научусь, — в третий раз переложив ногу на ногу заявила она, — к тому же, я искренне верю, что со своей умной головой далеко пойду.

— Послушайте, после уютной жизни в Москве, не каждый сможет привыкнуть к колхозу. По своему опыту скажу — это не легко. Я вас не отговариваю, а скорее предупреждаю, — в голове всплыла сцена с Анной. В первый день у неё аж глаза блестели от энтузиазма, как и у Елизаветы, вот только закончилось это всё скорейшим отъездом в Москву, больше похожим на побег.

— Думаете, что я и недели здесь не протяну? — словно прочитала мои мысли брюнетка, — прошу вас, дайте мне шанс и я докажу вам обратное. Я не такая, как остальные.

— Я вижу в вас целеустремлённость и это похвально, но...

Я мысленно прикинул какую работу могу ей дать. В поле отправить? С её то марафетом и хрупкой комплекцией... нет, точно не потянет. С животными работать пристроить? Нет, там у нас людей хватает. Да и к себе никуда взять не могу, вдруг только мешаться будет.

Конечно, если бы я захотел, то лёгкостью мог найти для неё работу, да такую, от которой девушка бы взвыла, но только зачем? Раз так просит дать ей шанс, то почему бы и нет?

— Вы готовить умеете? — обратился к ней.

— Умею! — живо подхватила она.

— Отлично, значит будете у нас поварихой! — я ожидал, что девушка выдаст хоть какую-то недовольную реакцию, но она напротив, с улыбкой кивнула и поблагодарила меня.

* * *

Приняв решение, мы с Фроловым решили не тянуть кота за хвост и уже на следующий день были в Ульяново, чтобы сделать всё необходимо в управлении сельского хозяйства, а заодно поговорить с Емельяновым. Всё же такие вещи в обход секретаря райкома не делаются.

— Ну, дела... — протянул он, выслушав нас в своём кабинете, — удивили вы меня, товарищи. Ладно, Филатов, у него всегда какие-то идеи и активность через край плещет. А как он вас-то уговорил, Виктор Петрович? Вы уж подмигните, что ли, если вас в заложниках держат, — с самым серьёзным видом предложил он, но спустя пару секунд сам посмеялся над своей шуткой и продолжил, — но, скрывать не буду, идея мне нравится. Вот только не переоцениваете ли вы себя, Александр Александрович? С одним колхозом вы отлично справляетесь, но два — это в два раза больше работы.

— Так я ж буду не один, — поспешил убедить его я, — товарищ Фролов оставит на себе часть обязанностей, только теперь мы друг другу официально помогать будем и вместе работать над планами и всем остальным. К тому же, сами же понимаете, что так гораздо удобней для всех. Будет у нас централизованное управление, что поможет более эффективно распределять людей на работы и развивать производство в районе. Вы знаете, что планов у меня много.

— Тут не поспоришь, — кивнул Емельянов, — что ж, не вижу смысла ставить вам палки в колёса, даже наоборот, помогу чем получится, кто знает, может уже летом добьёмся официального решения, а пока идите в управление сельского хозяйства.

— Конечно, — подтвердили мы наши намерения, и, ещё немного обсудив наши дела, в особенности ход посевной, попрощались с Николаем Петровичем.

В управлении сельского хозяйства мы тоже много времени не потратили. Правда, теперь, в основном, оставалось только ждать.

* * *

Вернувшись в колхоз, я снова окунулся в работу. Расслабляться было рано, хоть вспышка эпидемии и затухала, но дел оставалось по горло. Хорошо хоть студенты и впрямь выручали. Да и Андрей похоже решил трудовой подвиг совершить, впахивая на тракторах как не в себя. Как у нас в колхозе, так и в Свете Коммунизма.

А, помимо него, было ещё человек семь таких идейных работников, в основном молодых, что радовало больше всего, ведь это значило, что молодёжь заинтересована в делах колхоза.

Так потихоньку после вспашки мы приступили уже и к севу. К тому же, недавно поступили уже окончательные планы на пятилетку. И в целом, Новый Путь получил их такими, как я примерно и рассчитывал. А вот Фролов, кажется ожидал чего-то иного, потому что позвонил мне почти сразу же и сразу же начал возмущаться:

— Ты, Филатов, меня под монастырь подведёшь! Из-за твоей химии мне такие планы нарисовали, что я вообще не понимаю, как их выполнять!

— Поменьше эмоций, Петрович, — попытался охладить его пыл я, — что там у тебя?

— А я тебе скажу! — снова вспыхнул он, после чего погрузился в бумаги, зачитывая мне цифры, то и дело над ними охая.

— Так всё ведь нормально, ну в пределах нормы.

— Тебе не понять! Это ты своих макак натренировал, что они теперь у тебя со всем справляются. А мои... это даже не макаки, это ленивцы! Даже под постоянным контролем кое-как выполняют простейшие задачи.

Я решил тактично промолчать про то, что, не может быть дело в том, что все его колхозники тупые и бесполезные. Просто подход нужен, а он, видимо, найти его не может.

Если подумать, когда я приехал в Новый путь, местные какое-то время мне тоже казались каким-то паноптикумом из пьяниц и дураков. Но, на самом деле, большинство из них вполне смекалистые и рукастые ребята. Ну а рукожопов проще держать подальше от важных дел, чем перевоспитывать. Хотя и среди них есть те, кто может удивлять при правильной мотивации.Но вместо этого я ответил:

— Чтоб картошку сажать много ума не надо. У тебя всё равно на полях помимо неё почти ничего не растёт. Да и

— Ты не поверишь! Но и с этим возникают сложности.

— Да уж, видел я в каком состоянии ваша техника. Ну, в любом случае, скоро колхозы объединят, — попытался я его приободрить.

— Ага, вот и делай тогда что-нибудь уже сейчас, — пробурчал Фролов, — если не хочешь встрять вместе со мной.

— Ладно, что-нибудь придумаем, — пообещал я ему и отключился.

Вот же. Кто ещё макака, надо бы разобраться. Мы и так всё начало посевной ему спасли, считай, пока его работники лечились. И вот опять.

Зато я ещё раз убедился, что идея объединить колхозы — верная. Уверен, составь моя команда план работ и для Света коммунизма, такого аврала даже во время эпидемии у нас не возникло бы.

В любом случае задним числом уже ничего не изменить, надо работать с чем есть.

Так что на следующий день я поехал с нашим агрономом Масловым и самыми смышлёнными бригадирами в гости к соседям, где мы до вечера общались с их работниками, пытаясь придумать как всё успеть.

А заодно ещё раз убедился, что Фролов больше паникует, чем реально оценивает масштаб проблемы. Хотя, конечно, со вводом выходных в его колхозе придётся пока повременить. Хотя я точно постараюсь подтянуть их хотя бы до уровня Нового Пути, ведь и нам ещё есть куда развиваться. Но пока что им придётся как следует поработать, даже учитывая помощь наших работников и студентов.

К счастью, всё шло хорошо. Больше никаких чрезвычайных ситуаций, эпидемий и прочих встрясок до конца посевной не возникало, и мы уложились практически вовремя в обоих колхозах.

Ближе к концу, мы даже снова открыли клуб, закрытый на время карантина, и танцы в нём проводились практически каждый вечер. Ну а что, студентов много, молодые, сил тоже хватает, так что они с удовольствием зажигали там и после рабочего дня.

Ну а напоследок, я собрал их сам, чтобы поблагодарить и мотивировать их приехать снова осенью.

Что ни говори, а такая прорва рук — всегда пригодится. Так что я даже пообещал им хорошее вознаграждение в продуктах, да и сейчас выделил им немного овощей из теплицы.

На самом деле я надеялся ещё и на то, что это может стать своеобразным вкладом в будущее, кто знает, вдруг кто-то из этих студентов захочет после выпуска поехать работать к нам в колхоз, что я тоже им сразу предложил. Дел много, всем место найдётся, особенно учитывая возможное грядущее объединение, да и прочие мои проекты.

Да и мы же не зря строим многоквартирный дом. Надеюсь, что в будущем он будет не один.

Кстати о строительстве. Со всеми этими заботами во время посевной, я стройкой-то почти и не интересовался. А ведь она возобновилась, как потеплело.

К слову, раз уж в плане дома всё равно есть строительство очистных сооружений и водонапорной башни, то чего два раза вставать, как говорится. Ну и в одно из посещений Калуги, я и заехал к товарищу Кольцову, директору строительного треста, чтобы обсудить всё лично.

А попал к нему прямо ко времени обеда, так что он пригласил меня в их столовую. И, попивая компот, да закусывая макаронами с тефтелями, мы обсуждали перспективы стройки.

— Никита Иванович, я вот думаю, что неплохо было бы за раз не только к дому с детским садом трубы провести, но и дальше, по всей деревне.

Кольцов засмеялся, вытирая рот салфеткой.

— А я ведь ждал этого разговора, товарищ Филатов. Даже удивлялся, чего это вы так долго собираетесь. А потом вспомнил, что в колхозах нынче посевная.

— Тогда какой ответ? — сразу перешёл я к главному вопросу.

— Не буду юлить. Сделаем вам всё за лето. Но в рамках нашего, уже практически традиционного, взаимовыгодного сотрудничества. Я рассчитываю, что вы будете и дальше сдавать нам в аренду вашу свободную технику, ну и разумеется, ваша теплица так и манит свежими овощами в холодные сезоны. За ним мы напряжёмся и сделаем вам очистные сооружения так, что их объёма хватит с запасом ещё надолго, ну и трубы, конечно подведём. А за мясо... — он сделал драматическую паузу, — будет вам и водонапорная башня повыше. Признаюсь, если бы вы не пришли, я бы и сам вам предложил. У вас там рельеф местности хороший, как раз позволяет всё сделать красиво, мы с нашими спецами уже на будущее это всё обсуждали.

Я слушал Кольцова, с каждым его словом всё сильнее расплываясь в улыбке. Всё складывалось даже лучше, чем я мог рассчитывать. Ну и признаюсь, что я хоть и не неженка, но всё равно с нетерпение ждал, когда же я смогу и сам вернуть хоть часть привычных мне по старой жизни удобств. А уж как мои колхозники обрадуются, я и представить себе не могу.

Так что я согласился почти не раздумывая. А за оставшееся время обеда, мы обсудили примерные объёмы поставок, которые от нас ожидает трест в обмен на помощь с их стороны, и с радостью убедился, что мы потянем.

* * *