Кодекс Охотника. Книга IX

Я протянул ему руку, встав с кресла.

Крендель помялся. На лице у него пробежала гамма чувств, и он в конце концов протянул руку.

– По рукам! – сказал он. – Вы проводите меня на аэровокзал?

Он повернулся к Волку.

– Зачем это? – удивился я.

– Ну, у меня есть деньги, – он похлопал себя по карману. – Я полечу в Питер и заберу ребят. Куплю им билеты, и прилечу обратно.

– Подожди, – сказал я. – Когда ты сказал согласен, ты действительно согласен? Или это такая уловка, чтобы свалить с десяткой от меня? Скажи прямо, я тебе говорю – задерживать не буду. И отбирать деньги тоже не буду.

Вася насупился.

– Слово Кренделя известно всем. Если я сказал «да», то это так и есть.

– Тогда о чём ты переживаешь? С этого момента ты и твои друзья – мои люди. Эта десятка остаётся у тебя. А о них мы позаботимся, и купим всем билеты. Волк проведет тебя в твоё временное жилище, вернет телефон, и ты сможешь поговорить с ребятами. Подходит?

– Подходит, – кивнул он.

– Тогда свободен.

Он на секунду замялся.

– Не знаю, зачем это вам, Александр. Но я благодарен.

– Благодарен – это хорошо. А зачем ты мне – скоро узнаешь.

Он кивнул, и они с Волком вышли наружу.

Я поднял трубку.

– Петрович, как там дела?

Повезло мне со старым Истом. Ходить в Разломы он уже не мог, но вот хозяйственником оказался неоценимым. И бригаду добытчиков образовал. А так как он часто совал свой любопытный нос во всё, что происходит, то лучше надсмотрщика, чем он, трудно было представить.

– Всё отлично! Мы с Санычем как раз сейчас ходим и работу принимаем.

– С Санычем?

– Да, Сан Саныч. Толковый мужик! Не может без дела сидеть, как и я.

Я хмыкнул, поняв, что он говорит о старосте Чертыховки. Жителям его хутора нашлось много свободных домов в самой Галактионовке. Они остались здесь. Старый ветеран, я понял, что без дела не сидит. И хоть я им дал месяц на адаптацию, но, похоже, он уже нашел себе дело по душе.

– Ещё раз спрашиваю, Петрович. Вы точно справитесь, или мне строителей нанимать?

– Обижаете, ваш-бродие! – сделал обиженный голос старый Ист. – Мы, галактионовские, ребята рукастые! Да и у Саныча не из жопы руки растут. Сделаем в лучшем виде! А платить пришлым за обычный забор… Я считаю это перебором.

– Обычный забор? Ну смотри, – улыбнулся я. – Если что, с тебя за косяки спрашивать буду.

– Договорились! – без грамма сомнения ответил Петрович.

Я положил трубку. Шнырька показывал, что они сейчас стоят около расчищенного участка леса, на котором находятся несколько аккуратных квадратных ям под фундаменты.

За две ночи Красивая и её собратья, работая исключительно в ночное время, сперва убрали лес, аккуратно перетащив брёвна, обрезав ветки, и выкопали по моему плану фундаменты для будущих строений. Я задумал здесь организовать производственную зону. Есть очень много задумок, которые я предварительно согласовал с Анной на предмет воплощения в этом мире, и большинство из них она одобрила, скривившись лишь в процессе подсчитывания бюджета. Правда, ничего не вложив – ничего не получишь. Это я понимал прекрасно.

Как раз первое, что я планировал сделать – это был цех по работе с костью. Именно для этого я притащил из Питера Кренделя. Дело в том, что кости разломных тварей часто имели большую ценность, которая зависела от типа, размера и главное возраста тварей.

В костях собиралось очень много энергии. И именно из костей монстров проще всего было делать артефакты. Да, как правило они были одноразовыми или очень недолговечными. Но это то, с чего начинал работу любой артефактор. С помощью этого материала можно было очень быстро, и вполне качественно получить себе усиления. Кроме этого, перетерев кости в костную муку, из них варились чернила. Именно чернила использовались в артефакторике повсеместно. Ими наносились руны на любой материал, будь то легендарный мифрил, или кожа дракона.

Можно было пойти по простому пути, и просто сортировать кости по мощи, перемалывать в муку, а затем продавать. Но таких несколько мини-заводиков в округе уже существовало, чьи владельцы скупали тушки тварей у Истов. В этом случае, мы теряли дохрена добавочной стоимости. Мы же не сырьевой придаток столицы, не так ли? Нет, мы будем делать собственный качественный продукт. Возможно и в малых дозах, и в первую очередь для собственного потребления, но потом мы сможем заработать и на этом.

Две фуры рыбы, что добыл Один, закрыв Разлом, были первоначальным, так сказать, стратегическим запасом. Рыбки, несмотря на свой размер, были старыми, существовали достаточно давно, и в костях у них скопилось много энергии. А когда я увидел, что достал Один, так вообще присвистнул. Да, будучи там в Разломе, я не сильно приглядывался. Но на дне там существовали твари и побольше. В фуре-рефрижераторе лежали тушки, что я хотел предложить ресторанам. А второй был забит рыбными костяками. Не знаю, как Один это сделал. Точнее – кем он это сделал. Но костяки выглядели так, как будто были выварены и высушены длительное время назад, и абсолютно не воняли.

Талантливый у меня крысиный генерал!

А мужики в Галактионовке действительно рукастые. Обнести всю площадку забором – много ума не надо, но тем не менее. Бетон с магическими примесями подсказал, где купить, Смородин. Людей хватало, технику арендовали.

Анна попеняла на меня за ту территорию, которую я подготовил, предлагая обойтись именно тем, с чего я хотел начать – одним маленьким цехом. Но я был непреклонен. Если планировать промышленный район, то планировать его заранее. Со всеми коммуникациями, генеральным планом и понимаем – что и в какое время будет возведено.

В этом мне также помогли Смородины. Учитывая, сколько денег они от меня получили, наши отношения были, если не дружескими, то приятельскими. Кроме этого, на Урале они строили оборонный завод по имперскому заказу, так что лишних бригад у них не было, а помочь и подсказать они согласились даже без дополнительной платы, задав мне предварительно вопрос – не возьму ли я сына Смородина-старшего к себе в разломщики.

Нельзя сказать, что я удивился от такого вопроса. Слухи ходили, что в Центре Исты уже начали поговаривать обо мне, ведь шила в мешке не утаишь. Они видели, как плясало моё кольцо, как бывший дебошир и пьяница Астахов ходил снаряженный, как Абсолют, и кольцо его уже горело голубым цветом второго класса, а ведь на него уже почти все махнули рукой. Ну, а больше всех добивало народ, которые видели вчерашних ветеранов спецназа, что, начав совсем недавно, и которым было более тридцати лет, сейчас уже щеголяли шестыми и пятыми классами Истребителей. Да, наша быстрая пробежка по Разломам, до установки Печатей, прокачала, по местным меркам, чрезвычайно быстро.

В общем, я ответил Смородину, что пока у меня хватает собственных кандидатов. Но если я соберусь брать готовых Истов со стороны, то рассмотрю кандидатуру их сына/племянника. Этот ответ их устроил, и они с удовольствием принялись мне помогать.

Волк был весь в делах и заботах. Он наконец-то освоил выделенный ему кабинет начальника гвардии, и в первый раз, за долгое время, сидел за компьютером больше, чем гонял своих ребят.

По одиночке и группами к нему заходили гвардейцы, принося списки людей, которых они рекомендовали для набора.

Телефон у него «горел». Электронные письма разлетались налево-направо.

Поняв, что он зашивается, я на время прикомандировал к нему Жанну, которая более ловко владела навыками коммуникации.

Непрерывным потоком ко мне шли отчёты о перспективных людях, что были готовы присоединиться ко мне.

Честно говоря, начав их читать, я немного охренел. Нет, я понимал, что хочу набрать, в основном, «потерянных» для Империи людей, но всё же я предполагал, что понадобятся кое-какие траты. Так вот, в большинстве своём, людям не то, что не нужны были никакие деньги, они готовы были за счет собственных, будь то пенсий инвалидов, или скромных сбережений, прилететь в Галактионовку, чтобы быть при деле. Всё-таки я не ошибся. Такие люди, как бывшие коллеги Волка, чахнут на пенсии. И если им сделать хотя бы один намек на новый шанс, они обязательно им воспользуются.

Конечно, никаких сбережений я тратить им не позволил. Всё будет оплачено за мой счёт. Я ставил визы, а Волк начал процедуру по выдёргиванию нужных нам людей в Галактионовку.

По самым скромным прикидкам, у меня будет почти пятьсот человек. После небольшой работы по восстановлению, с привлечением Лекаря Макса, а может быть и даже Андросова, я смогу поставить в ближайшее время их под ружье. И ещё пару сотен, к сожалению, уже не способных сражаться, но имевших разные степени квалификации, так необходимых нам. Кроме исключительно боевых профессий, я увидел так много нужных нам технарей и тыловых специалистов, которые есть в каждом уважающем себя большом военном подразделении. Они не допустят хаоса в тот момент, когда любой живой организм (а армию и гвардию я считал живым организмом) начнет расти и развиваться.

Печати «легли», и уже даже без моей помощи ребята ходили в подземелье. Теперь у них была задача – вытащить трупы тварей наружу. Ледник под моим имением стал напоминать морг, в котором лежали замороженные трупы иномирных тварей. Ну, посмотрим к чему это всё приведёт.

Через три дня забот о поместье, за которые не забывал спускаться в подземелье, я наконец-то проснулся не от дикой боли из-за того, что повернулся на спину, а просто от солнышка и пения птичек.

Моя мощная печать также «легла».

Теперь можно было заниматься серьезными делами. Завершив утреннюю медитацию, я провёл бой с тенью, поняв, что у меня уже ничего не болит. Мои регенерационные свойства поднялись на невиданный для большинства местных уровень. Грубо говоря, человеку из простого оружия убить меня уже нельзя. Даже если я буду в жопу бухой, и забуду поставить доспех.

Интересно, выдержу ли я прямое попадание из танка. Дурная мысль пришла мне в голову, и я на секунду завис, обдумывая её.

– Командир! Тут…

– Вижу, – сказал я. – Спускаюсь.

Я положил трубку, и рядом возник рассерженный Шнырька.

– Алмаш-ш-шный потш-ш-ш! – выдал он своё наблюдение.

– Спасибо, что подтвердил это словами, – похлопал я его по мохнатой башке. – Так-то я, конечно, сразу его не разглядел.

– Осторош-ш-шно, Ш-ш-шандр! – серьёзно сказал мой теневой друг.

Я хмыкнул.

– С каких это пор ты начал заботиться о моей жизни? Раньше я за тобой такого не замечал.

– А раньш-ш-ше Ш-ш-шандр был молодетш-ш-ш. А сейчас немного потш-ш-ш! – выдал Шнырька, хихикнув, и быстро скрылся в тени, чтобы не получить подзатыльник.

Хотя, с другой стороны, правда в его словах была.

Я быстро оделся, и спустился вниз. Шнырька показывал, что вся моя гвардия, как один, влезла в доспехи, и готова по малейшей команде броситься в атаку. Тихо урчали заведенные «Буревестники», а стволы их орудий все были повернуты на одинокую фигуру высокого пожилого мужчины, который спокойно стоял перед моим порогом, и с большим интересом осматривался вокруг, потягивая через трубочку какую-то зеленоватую жидкость из спортивного стакана.

Алмазный Король прилетел один. Вертолёт «Чёрная Акула» высадил его за пределами зоны поражения Иерихона. А пятнадцать километров пожилой мужчина, по показаниям датчиков и Шнырьки, просто пробежал напрямик через лес, улыбаясь и разглядывая окружающие деревья, и глубоко вдыхая таежный воздух. Был, конечно, один нюанс – бежал он со скоростью сорок километров в час, и, кажется, он ещё не особо напрягался.

Сейчас же он стоял передо мной, и у него ни дыхание не было не сбито, ни лицо не раскраснелось. Попивал свой, наверняка, супер полезный смузи, и улыбался.

– Ну, здравствуй, Галактионов, – кивнул он мне вполне дружелюбно.

– Ну привет, Доброхотов.

– Так и будем на пороге разговаривать? В дом не позовёшь? – смешно наклонил он голову, и в один глоток допил оставшийся смузи. – У меня вот напиток закончился. А свою норму воды после пробежки я ещё не добрал. Тогда будь так добр, попроси кого-то принести мне водички.

И он с широкой улыбкой протянул мне стакан.

Я смотрел на него пристально секунд пять. Он не отрывал глаза и смотрел на меня. За его улыбкой и добродушным видом я видел силу, большую силу. В отличие от всех встреченных до этого людей, я не мог прочитать его полностью. Кажется, в первый раз я встретился лицом к лицу с одним из тех самых вершителей человеческих судеб, которые точно есть в каждом мире.

Я улыбнулся, отошел в сторону, и махнул рукой.

– Проходи, сам нальешь. Может, ты кофе будешь?

– Не откажусь, – сказал он.

– С сахаром? – уточнил я, когда он уже проходил мимо меня.

Тот на секунду притормозил, весело улыбнулся, и повернулся ко мне.

– Сахар и соль, уважаемый Александр, это белая смерть! Не рекомендую ими злоупотреблять.

Я не выдержал и рассмеялся.

– А водка и лес – зелёные друзья?

На секунду лицо герцога приняло недоуменное выражение, а потом он рассмеялся, оценив шутку.

– А вы юморист, барон! Впрочем, я это понял уже некоторое время назад. Показывайте, где у вас кухня…

Другой Мир

Императрица Белетриса 144-ая Великолепная была расстроена. Её придворные маги, которые целый день бились над пониманием перехода в мир человеков, никак не преуспели. Единственно, что они смогли понять – это энергетический портал, через который в мир Почёта и Уважения проникли человеки. Вход был только с той стороны, и только для человеков.

Белкусам давно попадались осколки миров, раскиданных тут и там. Они сами не пренебрегали знаниями и сокровищами, что хранились там. Ну, и заодно, исполняли свою святую миссию – уничтожали все другие разумные виды, которые не имели права на существование. Они просто не могли позволить, чтобы кто-то другой дышал тем же воздухом, что и великие Белкусы.

Разломы были и в их родных мирах. Но, в отличие от тупых человеков, Белкусы могли самостоятельно открывать порталы в другие миры. Это и злило сейчас Императрицу. Её придворные маги никак не могли синхронизироваться с энергией мира наглого человека, чтобы попасть туда.

И вот, когда ей доложили, что наконец-то получилось, она обрадовалась.

– Портал нестабильный, Ваше Императорское Высочество, – доложил её старый придворный архимаг Куркундель. – У нас есть всего пять минут, чтобы оценить – туда ли мы попали.

Она махнула лапой и крикнула.

– Доставить языка!

Через четыре минуты связанный перемотанный человек очутился здесь, а портал закрылся.

Императрица на этот раз подготовилась, и взяла с собой переводчиков, которые владели Даром мгновенного считывания и понимания других языков. Именно они помогали во время геноцида других рас пытать «языков», узнавая все слабые места обречённой расы.

– Ты кто такой?

Человек смотрел на них испуганно.

– Сраные белки, изыдите! Я больше никогда не буду пить!

– Что он лопочет?

– Не знаю.

– А где вы его нашли?

– Портал открылся где-то в городе человеков, а этот валялся под забором в луже собственной мочи, – презрительно скривился ее придворный рыцарь Артурикус.

– Как зовут тебя, ничтожество? – поинтересовалась Императрица.