Я - Богиня

Пожелала оказаться рядом с Азорием и тут же переместилась. Оказалась в железной клетке, вокруг которой стояло с десяток глиняных сосудов.

— Интересненько, — хмыкнула, рассматривая все кругом. Это меня что ли ждали?

Тар стоял вне круга с кувшинами и что-то бормотал, сверяясь с увесистой книгой.

— Азорий, будь душкой, объясни что происходит.

— Не до тебя, Богиня. Мне ритуал закончить нужно.

— А, ну раз нужно, то я, конечно, подожду, — махнула рукой и клетка распалась на две части, сшибая сосуды. Они падали, разбивались, и легкие белесые облачка истаивали в воздухе.

— Ты что наделала?? — истерично завопил тар и вытащил длинный острый кинжал из-за пазухи. — Столько усилий, столько времени — и все напрасно! Ты разрушила слишком много сосудов. Оставшихся не хватит!!

— Вот и чудненько! Сдавайся, Азорий, и я оставлю тебя в живых.

— Нет! Сукааа, — завопил Азорий и бросился на меня. Но в ярости своей он забыл смотреть под ноги и навернулся, еще больше запутываясь в собственной хламиде. Раздался короткий вопль и тар с пола не поднялся.

— Эй, Азорий, если это тактика такая, то предупреждаю сразу — у тебя ничего не выйдет. — Я легонько пнула его, но тар не отреагировал. Потянула за плечо, переворачивая его лицом вверх.

— Не исповедимы твои пути, Господи! — и перекрестилась по привычке. Азорий наткнулся на собственный кинжал и уже больше не планировал присвоить себе мировое господство. Мне даже слегка обидно стало. А как же наша битва? Эпическое сражение? Я даже не собиралась его сразу казнить — хотела дать шанс на честный бой, но, увы.… Судьба распорядилась иначе.

Я выбралась на улицу. Местом, в которое я перенеслась, оказался все тот же полузаброшенный храм. Точнее, подвал под ним.

Солнце вовсю светило, птички — пели. Жизнь продолжалась, а я неторопливо возвращалась во дворец. У меня осталось еще одно незавершенное дело, которое мне не хотелось откладывать на потом.

У покоев меня ждали юноши.

— Богиня, как ты?

— Великая! Мы искали тебя.

— Ты в порядке?

Закидали они меня вопросами.

— Да-да, все хорошо. Колдуном, которого мы так долго отслеживали, оказался многоуважаемый тар Азорий, пусть земля ему будет пухом!

— Не может быть! — даже улыбчивый Дарий побледнел. — Что будет с нами, Богиня? — серьезно спросил он.

— А что с вами? — не поняла его беспокойства.

— Ну, мы же ученики Азория…. Тоже предатели, выходит, — ответил за всех он.

— Глупости! С чего вы взяли, что на вас это как-то отразиться? Продолжите дело Азория, только в правильном ключе: наведете порядок в рядах служащих храма, позаботитесь о сирых и убогих. Нужно приносить пользу обществу! — назидательно подняла палец вверх.

— Конечно, Великая! — тут же просиял Дарий, да и остальные парни заулыбались. — Может, мы поможем тебе расслабиться, Богиня? После праведных подвигов?

— Нет-нет, — отмахнулась от них, — лучше пойдите и разбудите ди Сата. Скажите, Богиня зовет.

Парни чуть погрустнели, очевидно, рассчитывая на интим, но послушно отправились исполнять просьбу. Я немного нервничала в ожидании Веера. В его присутствии мозг отказывался исправно работать, подсовывая картинки неприличного содержания. Совсем в глубине души еще грыз червячок обиды, но я готова была шагнуть чуть дальше и наконец-то отпустить ди Сата вместе со всеми обидами.

В дверь деликатно постучали. А я ухмыльнулась: канули в лету те времена, когда он врывался в мою комнату, распахивая дверь с ноги.

— Заходи, — отозвалась и замерла у окна, не поворачиваясь лицом к нему. Боялась, что растеряюсь или поддамся чарам, и по итогу не выполню то, зачем позвала.

— Богиня, — тихо сказал Веер. Его хриплый низкий голос прошелся по нервам, как по оголенным проводам, высекая искры в моем сердце.

— Как ты себя чувствуешь? — сказала не то, что собиралась. Мне просто нужна еще одна минутка, чтобы собраться с мыслями.

— Спасибо, превосходно. Рана быстро заживает.

— Отлично, я рада.

Сухой разговор, будто мы друг другу никто и не целовались часом ранее до потери дыхания.

— Что с Азорием? — осторожно спрашивает он. — Все еще угрожает тебе и жителям? Я мог бы выследить его, — предлагает помощь, еще не зная, что все уже позади.

— Вопрос решен, не беспокойся, — зачем говорю так, будто хочу его оттолкнуть? Что со мной не так?

— Я понял, — коротко обронил и молчит.

— Хочу сказать тебе, что ты свободен. Я отпускаю тебя, Веер ди Сат. Тебе вернут земли и дом. Единственное, что не в моей власти — это прежнее место службы. Тут уж на усмотрение императора, — наконец-то решаюсь повернуться и посмотреть ему в глаза. Но ди Сат опустился на одно колено и я не вижу его лица. Отдельные пряди упали ему на лицо, и он смотрит в пол, не поднимая глаз.

Глава 20

Веер ди Сат

Не могу поверить, что она меня отпускает! Вот так просто и буднично сообщает, что я вновь полноправный человек, а не вещь. Но даже не это шокирует меня, а тот факт — что я ей больше не нужен и не интересен. Что изменилось за последний час, что Богиня так холодна и далека? Я не могу отступиться, только не сейчас, когда она меня окончательно простила. И целовала так же жадно, как и я ее. Если сейчас не выясню — что она чувствует, то так и будем держаться на расстоянии. А это слишком сложно.

— Я не уйду, — произношу твердо и поднимаюсь во весь рост. Она удивленно вскидывает брови и во взгляде мелькает — радость? Или это я выдаю желаемое за действительность?

— Ты теперь свободный человек и ничем мне больше не обязан, — говорит неуверенно и облизывает губы. Ох, зря она это делает. От одного такого простого жеста внутри вскипает кровь. Я-то знаю, каковы они на вкус и как мягки!

— А если я не хочу? — с вызовом бросаю и делаю шаг. Она смотрит широко раскрытыми глазами и не пытается уйти. Подхожу вплотную и повторяю:

— Я. Не. Хочу. Уходить. Понимаешь, Богиня? — чуть улыбаюсь, отмечая румянец на щеках и радостный блеск в глазах. Значит, не ошибся, и она тоже этого не хочет.

— Так оставайся, — тихо говорит, пряча глаза.

— Повтори, Богиня, — меня всего аж трусит от желания к ней прикоснуться, но против ее воли — больше никогда.

— Останься со мной, ди Сат! — просит, и в глазах ее вызов, и желание, и восторг. Меня накрывает ответными эмоциями и дважды просить не приходится. Сгребаю ее в объятиях, буквально душу своей любовью, но не забываю о прошлых ошибках. Сегодня я буду любить ее долго и медленно, чтобы вечность показалось ей ничем, по сравнению с нашей любовью.

Она такая податливая, мягкая, что я с трудом себя контролирую. В паху все пульсирует, но приказываю себе держаться. Медленно раздеваю ее — такую красивую и идеальную, целую высокую грудь, что манит меня темными ореолами сосков. Богиня постанывает от острого наслаждения и я вместе с ней. Чуть прикусываю у основания шеи, и она буквально падает в мои руки, дрожит, будучи не в состоянии стоять на ногах. Отношу ее на кровать и любуюсь плавными изгибами желанного женского тела, аккуратным носиком, пухлыми губами. Она такая, которую я мог представить лишь во снах — идеальная.

— Иди ко мне, — просит чуть севшим голосом, и это звучит так сексуально, что я тут же скидываю с себя одежду, не в силах противится желанию. Она рассматривает меня — снизу вверх, и в глазах — голод. Да, милая, сейчас я удовлетворю его!

Ложусь на нее сверху, и она послушно разводит ноги в сторону. Ее покорность действует на меня возбуждающе. Боюсь, что долго не продержусь в первый заход. Медленно вхожу в нее, стараясь не причинить боль и дискомфорт. Но она сама подается бедрами вперед, и я чувствую как там все мокро — она хочет этого не меньше моего. Ускоряю темп, не отрывая взгляда от ее глаз. Это особый вид удовольствия: видеть, как она заводится, ерзает подо мной, слышать ее стоны, что слаще любой музыки.

— Моя! — говорю ей и нас накрывает волной оргазма. Она сжимает мои бедра ногами, не отпуская. Что ж, я не уверен — может ли бессмертная Богиня подарить мне ребенка, но не имею ничего против. Сегодняшний вечер только начался, и я планирую не один раз взять ее на этом ложе. А с учетом того, как горят ее глаза — она тоже предвкушает продолжение.

После того, как мы в полной мере насладились друг другом и немного устали, я устраиваюсь у нее на животе. Она перебирает мои волосы длинными пальцами и кажется, что нет ничего лучше этого момента. Молчание не тяготит, нет. Нам хорошо вдвоем, в тишине уходящего дня. Сумерки плавно опускаются на город, и ее кожа чуть светиться в темноте. Вспоминаю прошлые разы, когда видел такое и спрашиваю:

— Ты сердишься? Переживаешь?

— Нет, — она смеется и голос как колокольчик, рассыпается в воздухе миллионом звонких искр. — Мне очень хорошо, Веер. И уже давно не было так спокойно на душе, — говорит проникновенно. И я целую мягкий животик и бормочу слова благодарности всем небесам, Создателю и иным высшим силам, что послали ее на нашу землю. Она смеется и говорит, что я щекочу ее щетиной.

Намеренно дразню ее, чуть прикусывая нежную кожу. Чем заканчиваются такие игры — немудрено. Я снова беру ее, на этот раз сзади. Не могу насладиться близостью, мне все время мало. Кажется, что вот сейчас она снова сбежит, исчезнет, отвергнет меня. Закроется и станет холодна, как раньше. Эти мысли пугают и я сильнее вхожу а нее, будто пытаюсь доказать всему миру, что она — моя, и я так просто не отступлюсь от своего. Она шепчет мое имя и содрогается от удовольствия. Я догоняю ее, и наваливаюсь всем телом сверху, продлевая острые ощущения от оргазма. Мы лежим близко, очень тесно и мне приходит в голову безумная мысль.

— Богиня, — зову ее и она чуть поворачивает голову, чтобы видеть меня. — Ты станешь моей женой? — срываю с шеи шнурок, на котором висел материн обручальный браслет и под удивленным взглядом моей Богини одеваю на правую руку. Она достойна самых дорогих украшений, но я дарю ей то единственное, что по-настоящему ценно для меня. Жду ответа, но она молчит, растерянно теребя браслет.

— Ты против? — внутри разливается яд разочарования. На что я надеялся, предлагая ей подобное?

— Нет! Да! Не знаю, черт, это сложно, — когда она злиться или нервничает — говорит незнакомыми мне словами и кажется совершенно неземной. Но от этого становится еще притягательней для меня.

— Пообещай подумать, — прошу впервые в жизни у женщины. Раньше я решал — с кем мне быть, спать, делить жизнь. Теперь же — все мое естество тянется к ней, нутро скручивает в тугой узел под внимательным взглядом серо-зеленых глаз.

— Хорошо, — кивает она и чуть расслабляется. Я напугал ее напором, понимаю. Но и тянуть дольше не вижу смысла. Либо мы вместе во всем, либо я исчезну из ее жизни. Полумеры не для меня. И уж точно в ее жизни не останется места для сопливых юнцов из храма.

Глава 21 Финал

Богиня

Ди Сат сделал мне предложение! Я настолько в шоке, что не в состоянии выдать вразумительный ответ. Ожидала чего угодно, но только не этого. Неужели я ему и в самом деле настолько дорога? Сердце ликует, но мне немного страшно. То мы ненавидим друг друга, то страстно занимаемся любовью. Но как надолго затишье в наших отношениях? Да и мы такие непохожие: люди с различных планет. И как же моя божественность? Если останусь с ди Сатом, то не хочу наблюдать как он стареет, умирает, а я при этом — молода и полна сил. Слишком много вопросов к нашему совместному будущему, поэтому не чувствую уверенности. Разум кричит — да, я согласна! Тем более, мне не везло в прошлой жизни с мужчинами, и я ни разу не была замужем, и детей хочется, как всем. Но возможно ли подобное?

Под утро выскальзываю из объятий ди Сата и убегаю в храм. Мне нужно подумать, помолиться. Спросить совета не у кого, кроме Всевышнего. В этот раз он мне отвечает и в голосе — искренняя забота и любовь.

— Я рад, Лара, что ты со всем справилась и нашла общий язык с архом. Вместе — вы идеальная пара.

— Но как быть с моим местом в этом мире? Разве возможно — оставаться Богиней и любит простого смертного??

— Ты так и не усвоила главный урок — нет ничего невозможного для Богини, — он смеется, но по-доброму, по-отечески. — Придет время, и я подарю тебе человеческую смерть, если не передумаешь. А пока — наслаждайся компанией будущего мужа. Он, кстати, уже проснулся и ищет тебя.

Я бросилась бегом обратно, окрыленная надеждой. За очередным поворотом налетела на хмурого ди Сата.

— Богиня! — выдохнул он с облегчением и заключил меня в объятия. — Я думал, что ты сбежала от меня насовсем.

— Нет! — я встала на цыпочки и поцеловала его в губы. — Я согласна!

Он сначала не понял о чем я, удивленно хмуря брови. И тут его взгляд просиял:

— Правда? Ты — будешь моей женой??

— Да! Я хочу быть с тобой, Веер ди Сат, сколько бы нам ни было отпущено времени небесами.

— Моя! — радостно прорычал он, подхватывая меня на руки. И быстро понесся по коридорам дворца, едва не сшибая с ног случайных встречных служанок.

— Ты куда несешься, безумец? — в шутку спросила, прикусывая его за мочку уха.

Он чуть не споткнулся при этом и серьезно сказал:

— Император, конечно, может и подождать. Я просто хотел все сделать по правилам: представить ему свою почти жену. Но это можно сделать и потом, — он лукаво улыбнулся, меняя курс направления.

К императору мы дошли только под вечер, когда смогли оторваться друг от дружки. Он был чрезвычайно удивлен переменам, что произошли за одни сутки. Ведь мы нашли предателя, помирились, обручились и успели настроить планов на годы вперед.

Я поделилась с Веером своими прогрессивными идеями по поводу обучения девочек. Вынесла на обсуждение ситуацию с детьми из бедных семей, которых родители вынуждены отдавать в храм, так как не в состоянии прокормить. Много и долго говорила о роли женщины в обществе. На этом моменте ди Сат пришел в ужас. Он не представлял — как могут женщины работать в разных сферах, где испокон веков главенствовали мужчины. А когда я заикнулась, что женщины могут участвовать в формировании сводов законов, должны иметь права и свободы наравне с сильным полом — он просто взвыл, что не все и сразу.

Мне нравилось с ним разговаривать. Оказалось, что он хорош не только в постели и в военных вопросах, но и многое знает об устройстве этого мира. В свое время ди Сату дали достойное образование, что отчасти помогло ему занять место при императоре.

Споры и разговоры перемежались едой, горячим сексом, не менее горячей ванной и прогулками в дворцовом парке. А когда император дал свое согласие на наш брак, (еще бы он его не дал!) Веер пожелал показать мне свой дом, который вернулся к нему.

На пороге дома я попросила взять меня на руки.

— Зачем? — со смехом спросил он. — Хотя я не против, мне нравится носить тебя на руках. Так ты не можешь убежать от меня.

— Есть одна давняя традиция, ты о ней не слышал: заносить жену в дом на руках. Таким образом, ты принимаешь меня в свою жизнь, свой дом, свое сердце и показываешь всем — кто молодая хозяйка, — добавила от себя со смехом.

— Ты и так в моем сердце, мыслях, делах. Навсегда! — торжественно произнес он и переступил порог дома вместе со мной на руках.

Эпилог

— Лара, неужели обязательно все делать самой? Для этой работы есть слуги. Ну или меня бы попросила. Ты должна беречь нашего малыша, — сердито бурчал Веер, оглядывая творческий беспорядок в будущей детской комнате.

Я не могла сидеть сложа руки, и сама принялась красить стены в приятный мятный цвет. И плевать, что я — Богиня. Мне просто нравится этим заниматься, а все недовольные — пусть идут лесом.

— Веер, ты занят с императором, дома за меня и так все делают слуги. Не лишай радости беременную женщину, — сказала, смахивая надоедливый локон, что выбился из-под платка.

— Знаешь, ты самая странная женщина из всех, что мне доводилось встречать, — улыбнулся, все же отбирая маленький веник, который я макала в ведро с красящей жидкостью и наносила на стены. Здесь такого никто не делал — и расцветок таких не видывали. Пришлось придумывать на ходу.

— Я не странная, а — особенная, — хмыкнула, разгибая поясницу и поглаживая округлившийся животик.

— Да, самая лучшая. Моя Богиня! — чмокнул в щеку и принялся неловкими движениями наносить краску на стены, заливая все вокруг. А я просто наслаждалась семейным счастьем, любовалась игрой мышц ди Сата и мятным безобразием нашего первого совместного ремонта. То ли еще будет!