Невообразимая реальность

Так вот в чём дело! Он же не знает, где я побывал. Думает, что развлекался, «прыгал» до потери сил. Однако почему Струна ему не донесла? Если он и в самом деле ничего не знает, то вывод из всего этого один – Струна находится под контролем каких-то высших сил. Но тогда я снова в начале своего пути… Единственная надежда – логическим путём заставить Струну выдать мне хоть какую-нибудь информацию… Только бы обошлось без галлюцинаций! А то, как вспомню, становится не по себе.

На следующий день вышли на прогулку. К тому, что Дон совершенно лысый, я уже привык, ну а здешние доктора все были в белых шапочках. Женщин на планете Од прежде не встречал – даже возникло подозрение, что содержатся в гаремах. Помнится, Дон мне говорил, что волосы – это атавизм, поэтому готовился к встрече с абсолютно лысой девицей, но ожидания не оправдались. Когда взглянул на медсестру, вошедшую в палату, сразу вспомнил телесериал – название уже забыл, но помню героиню фильма. Шатенка с голубыми глазами, стройная фигура, брови, вопреки стандартам топ-моделей, густые, но ей это идёт. А главное – характер, неповторимый, уникальный шарм… Что-то я увлёкся, а между тем, девица подкатила к моей кровати кресло на колёсиках и предложила сесть. Да чтобы я сидел в присутствии дамы… Да ни в жизнь!

Кое-как уломал главного лекаря, и пошли гулять с Уной – так звали медсестру. Клиника располагалась в дубовой роще, на берегу пруда. Вокруг него мы и ходили, разговаривая о том, о сём, и чем дольше это продолжалось, тем большую симпатию я испытывал к своему поводырю. Когда вернулся в палату, почувствовал, как мне не хватает Уны. Даже забыл о Насте, словно бы её никогда и не было.

Насторожился после того, как Уна стала расспрашивать меня о последнем путешествии. Начала с Сатурна, живо интересовалась тем, что я увидел, пока находился в Щели Килера, потом дело дошло и до «прыжков». Тут я и подумал – что-то здесь не так. Очень уж похоже на допрос, а вслед за тем, чего доброго, мне предстоит пройти промывку памяти… Понятно, что я не стал распространяться о том, что было, когда завис где-то в пространстве – сказал только, что во время последнего «прыжка» потерял сознание.

Всю ночь потом не спал, пытаясь вспомнить, что же такое я видел, если ко мне подослали агентессу? Но в памяти не осталось ничего, кроме странных, фантасмагорических картин и переписки с Фотием. Неужто я оказался жертвой психотропного воздействия? Под утро вызвал Струну и напрямую спросил:

– Что это было?

– Вы о чём?

– Не увиливай! Что было после того, как я дал команду на последний «прыжок»?

– Ах, это? Возникли кое-какие неполадки с энергоснабжением корабля, некоторые приборы забарахлили, главный компьютер временно завис…

Похоже, врёт. Или не договаривает что-то.

– Однако тебя всё это не должно было коснуться. Ты не можешь функционировать только в том случае, если рядом работает более мощная Струна. Так или не так?

– Да вроде бы… Но другой Струны там не было.

– Прекрасно! Тогда выкладывай всё, что сохранилось в твоей памяти.

– Я не могу. Все записи кем-то стёрты.

– Когда это произошло?

– Минутку… Ещё до возвращения в исходную точку «прыжка».

Ну вот и я – в который уже раз вернулся к тому, с чего и начинал, причём без малейшего шанса решить эту загадку. А тут ещё возникло подозрение, что Струна – это вполне разумное существо. Что делать, ума не приложу.

Глава 18. Они и мы

На третий день пребывания в клинике я гулял по парку, уже без медсестры, и вдруг возникла мысль: что если предположить, будто есть некие существа, имеющие четыре измерения? Возможно, они находятся среди нас, или мы бродим среди них – это как кому понравится. Важно другое – мы почему-то их не видим. Я уже размышлял на эту тему, но решения проблемы не нашёл. Что ж, попытаюсь ещё раз… Итак, если они проходят мимо нас, в поле нашего трёхмерного зрения на мгновение попадает лишь клочок одежды или крохотная часть лица. На основании столь скудной информации наш мозг не может составить зрительный образ, и их появление воспринимается лишь как досадная помеха зрению. Тогда я вернулся к примеру с самолётом и лужей, в которой отражается только кусочек фюзеляжа, хвостового стабилизатора или крыла. Понятно, что для того, чтобы отразился весь самолёт, необходима абсолютно гладкая поверхность диаметром не менее ста метров. В принципе, это не проблема, но где взять глаз таких размеров?

И тут, наконец, до меня дошло – чтобы видеть четырёхмерные предметы, нужен телескоп с огромным вогнутым зеркалом! Проблема в том, что стандартный объектив телескопа многократно увеличивает изображение, поэтому мы снова увидим только крохотную часть четырёхмерного предмета, которая заполнит всё поле зрения. Но кто мне позволит раскурочить телескоп, а потом дни и ночи напролёт смотреть в трубу в надежде когда-нибудь увидеть что-то необычное? Возможно, прав был Дон, когда заявил: если мы не в состоянии что-либо познать, значит, этого не существует.

А вот и он, собственной персоной.

– Макс! Зачем вам это нужно?

– Вы о чём?

Однако попытка прикинуться валенком не удалась, и Дон не на шутку рассердился:

– Не надоело ещё гоняться за четырёхмерными братьями по разуму? Поберегите нервную систему! Причём не только свою, но и мою. Я же не для того вам помогал, чтобы вы тратили жизнь впустую. На Земле есть масса важных дел, катастрофа следует за катастрофой, эпидемия за эпидемией…

– Хотите сделать из меня что-то вроде Бэтмена?

– А почему бы нет? Весьма благородное занятие – помогать людям в трудной ситуации.

– Да я готов! Но только в том случае, когда с этим делом не может справиться никто кроме меня. Если власть имущие хлопают ушами вместо того, чтобы принимать оптимальные решения, почему я должен исправлять их ошибки?

– Вот вы как заговорили! Ну а люди в чём виноваты? Почему они должны страдать?

– Если власть не справляется, её надо менять!

Дон помолчал, о чём-то размышляя, а потом сказал спокойным тоном, не предвещавшим ничего хорошего:

– Ладно! Хотите устроить революцию – флаг вам в руки и вперёд. Однако заговорщика на планете Од я не потерплю.

Я был ошарашен. Прежде всего, потому, что никак не мог понять, какой заговор он имел в виду. Заговор против здешнего Высшего Совета, против правительства Соединённых Штатов или, не дай бог, против мэрии Москвы? Так или иначе, но я могу потерять поддержку Дона, что поставит крест на моих замыслах, надеждах и мечтах. Пришлось пойти на попятную:

– Дон! Уважаемый Дон! Вы меня не правильно поняли. Я не собираюсь никого свергать! Я имел в виду вполне легитимную смену власти, например, в тех странах, которые тяжело пострадали от эпидемии вируса-убийцы.

Наверное, со стороны всё это выглядело малопривлекательно, но что поделаешь, если другого варианта нет. Впредь следует строже контролировать себя и не болтать, и даже в мыслях не допускать ничего лишнего.

Дон покачал головой:

– Ну никак не могу на вас сердиться! Другой на моём месте отправил бы вас прямо на Лубянку…

– Нет, только не туда!

– Чего вы так боитесь, Макс? Наверняка есть в ФСБ достойные люди. Там разберутся, что и как…

Возможно, Дон прав, но рисковать не хочется. Так и сказал.

– Ну что ж, тогда вернёмся к вашим выкрутасам. Объясните, что это вам даст, если четырёхмерных разглядите.

А я и сам не знал. Поэтому задумался, прежде чем ответить.

– Дон! Вы же сами говорили, что непознаваемого не существует. Но если я, при всём старании, не могу понять, как устроены струны и как они перемещают нас в пространстве и во времени, какой вывод должен сделать? Выходит, все эти новейшие технологии есть продукт некой божественной воли. Или попросту галлюцинация?

Теперь уже задумался Дон. Погладил лысую голову, криво усмехнулся, а потом ответил вопросом на вопрос:

– А какая разница?

Вот он как заговорил!

Дальше обсуждать эту тему не имело никакого смысла, поэтому мы попрощались, и я ушёл к себе в палату. Но предварительно пообещал Дону, что впредь буду согласовывать с ним все авантюрные планы, которые возникнут в моей бедной голове.

Потом я долго размышлял над словами Дона и скрепя сердце признал, что в его словах есть доля истины. Что толку от моих поползновений, от этих безрассудных «прыжков» через пространство? Ведь рисковал своим здоровьем, а в итоге – пшик! Не лучше ли бросить попытки узнать то, что для меня не предназначено, и заняться делом? Проблем на Земле выше крыши, но самая главная задача для гомо сапиенс – это построение взаимовыгодных отношений с дикой природой, как ни странно это прозвучит. Прежде всего, надо понять, почему бушуют ураганы там, где их прежде не бывало, в чём причина глобального потепления и где гнездятся бактерии-убийцы, выжидая нужный момент, чтобы нанести удар? Конечно, этим должны заниматься специалисты, но кое-что и я могу.

Я решил проверить гипотезу, согласно которой пещерные летучие мыши являются инкубатором для производства множества опасных вирусов. Причём учёные утверждают, что нынешний вирус-убийца стал результатом рекомбинации между двумя менее опасными вирусами. Если так, тогда бомбардировка лаборатории террористов в Пакистане стала лишь спусковым крючком для возникновении пандемии – два разных вируса породили вирус-убийцу и началось! Но почему именно сейчас?

Тут вот на что надо обратить внимание. В периоды минимальной солнечной активности, с 1900 по 1904 год и с 1910 по 1915 год, одна за другой возникли пандемия холеры, эпидемии чумы и тифа. Через сто лет Солнце настолько «успокоилось», что снизило свою активность до уровня 1810 года, и вот началась нынешняя пандемия. Судя по всему, достаточно высокий уровень солнечной радиации, прежде всего, ультрафиолета, препятствует размножению и распространению микроорганизмов в природе, поэтому они «гнездятся» до поры до времени в ночных зверьках – летучих мышах и панголинах. Конечно, на активность Солнца мы не способны повлиять. Можно истребить летучих мышей, по крайней мере, тех, что живут в Китае, но вот беда – они уничтожают комаров, которые разносят малярию. Увы, получается что-то вроде Тришкина кафтана.

А что если найти такой микроорганизм, для которого смертоносные вирусы являются самым лакомым блюдом – что-то вроде паюсной икры для некоторых жителей Москвы, которым надоели котлеты по-киевски и лососина? Понятно, что для меня это непосильная задача, и всё же есть надежда, что в будущем такой уникальный микроорганизм учёные найдут. И что, опять мне лезть в «чёрную дыру», чтобы на свет явился ещё один мой клон, теперь уже в том будущем, которое наступит через четыре года. А кто даст гарантию, что к этому времени учёные решат проблему? И даже если сорок раз проскачу через «дыру»… Нет, надо посоветоваться с Доном.

Мэтр выслушал меня, кивнул головой, давая понять, что идея родилась у меня толковая. А затем заявил по рабоче-крестьянски, без обиняков:

– Природу вам не обмануть!

Я-то надеялся на понимание, на поддержку, а тут… Даже не попытался уловить следующую мысль, которую он выскажет. Поэтому только и смог сказать:

– Как это?

– Макс! Поймите, пока существует конфликт людей с природой, она будет находить всё новые способы вам навредить. Просто потому, что хочет защитить себя. Я ведь вам об этом уже говорил.

– Но как так можно? Защищая себя, уничтожать других…

– Для природы нравственных норм не существует. Её задача – сохранить жизнь на Земле. Вот и генерал посылает на смерть тысячу солдат, чтобы сохранить жизнь сотням тысяч.

– Вы хотите сказать, что природа как бы сознаёт то, чего мы не понимаем?

– Именно! Человечество идёт гибельным путём – губительным для жизни на Земле. И природа пытается этот процесс остановить.

– Так что же раньше нам не подсказали?

Дон усмехнулся:

– Полагаете, меня бы стали слушать? Да вот и вы сомневаетесь в моей правоте, а уж те, в чьих руках власть, промышленность, нефтепромыслы и газопроводы…

Тут уж я не смог сдержать усмешки:

– Дон! Вы рассуждаете как революционер, а меня в радикализме упрекали…

– Я живу на другой планете, поэтому могу себе позволить такую вольность, как критика инопланетной власти. У вас ситуация иная – прежде, чем критиковать, вы должны предложить план реальных действий.

И где мне его взять? Но что-то делать надо!

Глава 19. Не от мира сего

Слова Дона о том, что ожидает человечество, могли бы ввергнуть любого человека в состояние депрессии. Но только не меня! Я стал перебирать в памяти всё, о чём узнал за последнее время, и выделил то, что до сих пор не в силах как-то объяснить. Прежде всего, речь идёт о возможности существования тоннеля между «чёрной» и «белой дырой» – в нём я вроде бы находился какое-то время, ну а на выходе стал клоном самого себя… Нет, что-то здесь не то, хотя в клонирование я вынужден поверить – именно благодаря ему сумел побывать в недалёком будущем и добыть препараты для лечения от вируса-убийцы. Сомнение вызывает вот что. Если тоннель расположен вне поверхности гиперсферы, тогда перемещение по нему должно осуществляться мгновенно – ведь ограничение скорости действует только на поверхности. Однако перемещение по тоннелю заняло немалое время, поэтому для мгновенного прыжка в пространстве и во времени должны быть другие «дыры», или «норы», как предполагал Эйнштейн, или ещё что-то – не знаю, как назвать. Вот это что-то и надо отыскать!

Казалось бы, одна из этих «нор» находится в моём распоряжении. Польза от неё очевидна, но принцип действия – тайна за семью печатями. Вот если бы понять… И тут только я вспомнил, как всё это началось – «светящийся столб» возник перед моими глазами там, на крымском полигоне, а затем стал разворачиваться, словно бы открывая новый мир. Вот это и был момент истины! А я его бездарно упустил и даже постарался выкинуть из памяти. Ну что поделаешь, если Дон словно бы нарочно мне твердил: Струна, Струна…

Впрочем, это даже не столб, хотя он именно так воспринимался визуально. Скорее всего, это плоскость, свёрнутая в цилиндр. Этот цилиндр при моём появлении развёртывается, превращаясь в плоский экран, а тот каким-то образом трансформируется в трёхмерное пространство – и вот в него-то я могу войти, конечно, если есть желание рискнуть своим здоровьем. Именно таким путём я перемещаюсь в пространстве и во времени. А что если попытаться найти подобные структуры?

Я дал команду Струне показать нашу Вселенную – тот самый «гиперглобус», на поверхности которого можно увидеть галактики, звёзды и планеты, естественно, при большом увеличении. Затем попросил найти все линейные структуры длиной не менее десяти тысяч километров – иначе Струна покажет мне линии электропередач, автострады, подводные кабели… Замучаешься в них разбираться! И вот на чёрном экране среди ярких точек, изображающих звёздные скопления, мелькнуло нечто, похожее на светящуюся линию. Сначала я подумал, что это какой-то глюк. Предложил Струне зафиксировать координаты и стал ждать. Прошло какое-то время, в течение которого я продолжал вглядываться в изображение пространства, боясь что-то упустить… Эта линия снова появилась – пока она не исчезла, я дал команду показать крайнюю её точку в значительном увеличении, так чтобы можно было разглядеть звезду или планету. И я увидел Сатурн, из колец которого исходило свечение, имевшее форму цилиндра, – оно уходило куда-то вдаль, за пределы видимого мной участка Солнечной системы. Я уже догадался, что увижу на другом конце этого цилиндра, иначе говоря, струны. Да, это была планета Од и её спутники – жёлтый, розовый, зелёный. Я понял, что нахожусь на правильном пути!

За несколько часов удалось найти несколько сотен таких же мерцающих струн, и все они вели к планете Од или к её спутникам. Видимо, туда доставлялась не только энергия, но и полезные ископаемые, диковинные растения и ещё много чего – кому что в голову взбредёт, то и запрашивал ленивый одич. Отныне только так их буду называть! Опутали своими загребущими щупальцами всю Вселенную, а жителям Земли не хотят помочь. Да чего ещё от них ждать, если и с Земли что-то задумали украсть – не зря же этот столб, или цилиндр, появился на крымском полигоне. А Дон уверял, что полумистическое представление было устроено только для того, чтобы познакомиться со мной. Вот не могу никак поверить!

Но есть две странности в этом деле. Во-первых, всё же почему был выбран я? И во-вторых, почему Струна не препятствует моим исследованиям? Первую странность ещё можно как-то объяснить – причина в моей гипотезе строения Вселенной, которая, приятно это сознавать, не слишком далека оказалась от реальности. А вот как понять позицию Струны? Ведь эти мои поиски могут привести к раскрытию тайны существования планеты Од. Неужели Струна уже не подчиняется ни Дону, ни Высшему совету одичей и действует, игнорируя их приказы? Судя по тому, что Дон уже не возникает в Струне по собственной инициативе, так оно и есть! Чудны дела твои…

Что ж, тогда продолжим. А что если дать команду искать только такие линии, или цилиндры, которые не замыкаются на планету Од? Но если Струна не одобрит этих поисков и пошлёт меня куда подальше и впредь откажется помогать, тогда мне наверняка не поздоровится. Честно говоря, нет ни малейшего желания провести остаток жизни в обществе докторов и Уны. Да и Дон мне изрядно надоел со своими наставлениями… Переберусь-ка я на какой-нибудь островок в Тихом океане, построю хижину из пальмовых листьев, заведу роман с туземкой и тогда… Тогда в случае чего, если Струна меня оставит, не пропаду. На перекладных доплыву, доеду, доползу до России, до Москвы, отдамся в руки ФСБ – что им с меня взять, если Струны при мне не будет?

Так и сделал, присмотрев подходящий остров в Полинезии. Струна подкинула деньжат, поэтому я смог арендовать хижину недалеко от океана. Впрочем, до туземки дело не дошло – торопился проверить новую гипотезу. Но, видимо, возможности Струны не беспредельны – одно дело искать такие же струны, связанные с планетой Од, и совсем другое – просмотреть всю Вселенную, не пропустив ни одну, даже крохотную струнку. К тому же струны испускают свечение только в активном состоянии – я убедился в этом, когда исследовал Сатурн.

Пока валялся на пляже, шёл поиск, и Струна накапливала информацию. Вернувшись домой, попросил показать мне то, что удалось найти. И вот смотрю на дисплей и не пойму – то ли это царапина, то ли перестала работать опция увеличения. Неужто я вижу одномерную структуру, не имеющую толщины? Как такое может быть? Ещё одна её особенность – она казалась повисшей в пространстве, поскольку концы этой линии не упирались ни в планету, ни в звезду. И тут я понял: это был ничем не объяснимый разрыв трёхмерного пространства!

Представьте себе клеёнку, которая покрывает кухонный стол, и вы случайно прокололи её булавкой. Можно клеёнку заменить, а можно не обращать внимания на крохотную дырочку. Однако дело не в клеёнке, поскольку это точечное отверстие может стать местом проникновения из трёхмерного в двумерное пространство. Понятно, что мне такое перемещение в клеёнку не по силам, даже если попаду под тяжёлый каток и стану совершенно плоским, но вот тончайшая нитка вполне может оказаться там при надлежащей сноровке с моей стороны.

Если следовать этой аналогии, то в нашем случае всё должно происходить иначе. Проникновение из четырёхмерного пространства в трёхмерное осуществляется не через точечное отверстие, а через разрыв трёхмерного пространства. И вот сквозь эту щель проходит некая двумерная структура, затем она свёртывается в цилиндр, внутренность которого каким-то образом приобретает свойства четырёхмерного пространства. Так образуется струна, которая позволяет практически мгновенно перемещаться в пространстве, а заодно контролировать нашу трёхмерную Вселенную. Что же касается возможности видеть прошлое, тут всё куда сложнее. Судя по всему, эта опция реализуется благодаря тому, что одним концом струна через разрыв трёхмерного пространства уходит внутрь гиперсферы, где хранится информация о прошлом. А вот каким образом мне удаётся перемещаться в будущее, на год, на два или на три вперёд – это по-прежнему остаётся для меня загадкой.

Кто-то скажет, что я сошёл с ума, но меня это совершенно не волнует. Всё потому, что не терпится убедиться в своей правоте. Однако что же я могу? Только следить за развитием этого процесса, не более того. Но вот вопрос: кому всё это нужно? Речь не о моих попытках создать некую теорию – нет, речь о другом. Кто заинтересован в контроле над Вселенной? Почти все струны сходятся к планете Од, но можно ли утверждать, что именно там находится центр, из которого осуществляется контроль? Даже если это так, вряд ли одичи явились к нам из четырёхмерного пространства – скорее всего, они лишь исполнители чужой воли.

И тут в моём мозгу возникла мысль: а что если одичи – это человекоподобные роботы, андроиды, функционирующие по заданной программе? Есть немало обстоятельств, подтверждающих эту догадку: неприязнь одичей к животным, презрительное отношение к литературе и искусству, строго регламентированное производство нового поколения одичей на Розовой планете, а также сдержанное проявление эмоций. Можно припомнить и то, как настойчиво Дон пытался мне внушить, что ложным является всякое утверждение, будто нечто находится за пределами нашего понимания и наших возможностей познания. Всё вполне логично, если наша Вселенная создана теми, кто создал и этих одичей.

Что же получается? Некие Высшие силы внедрили к нам андроидов, чтобы они следили за тем, что здесь происходит. Да какое им дело до нас? Единственное объяснение состоит в том… Нет, этого не может быть! Разинув рот, я заорал так, что затряслись стены моей хижины:

– Господи! Неужели это правда?!

Глава 20. Высшая сила

Потрясение было настолько сильным, что я заболел. Какой-то сдвиг произошёл в моей бедной голове – мысли путались, реальность сменялась кошмарными галлюцинациями… Мне снились черви – они пробрались в нашу Вселенную через дыру в пространстве и теперь ползали вокруг, пожирая планету за планетой. И я лечу от них в «чёрную дыру», пробираюсь по тёмному тоннелю и вдруг, когда казалось, что всё страшное уже осталось позади, обнаруживаю, что из «белой дыры» появляется… Нет! Это невозможно! Это же не я, а робот, внешне очень похожий на меня…

Проснулся весь в поту и тут же стал себя ощупывать – а вдруг обнаружу какой-то механизм, который подтвердит страшную догадку? Так ничего и не нашёл, принял душ, и только за завтраком понемногу успокоился. Причина оказалась удивительно проста: андроиды сдержаны в проявлениях эмоций, поэтому моя болезнь и ночные страхи являются убедительным доказательством того, что я не робот.

На третий день, когда немного полегчало, вызвал Настю с помощью Струны и предложил ей перебраться ко мне. Ну хотя бы на время, если не получится иначе. Пояснил, что для этого требуется лишь сказать: «Струна, хочу оказаться рядом с Максом». Настя обещала появиться здесь, как только уладит все дела. А мне предстояло подвести итог тому, что я узнал и в чём смог разобраться за последнее время.

Итак, чего же я добился? Вроде бы многое объяснил, даже разработал в общих чертах целую теорию. Возможно, это всего лишь плод моего воображения, но многие догадки подтвердились. К примеру, здесь установлен строгий пропускной режим – проникнуть сюда могут только струны. А чтобы выйти отсюда – об этом не стоит и мечтать! Струны, помимо осуществления контроля за всем и вся, выполняют роль стерилизаторов. А самый большой стерилизатор – это тот тоннель, который соединяет «чёрную» и «белую дыру». Уверен, что такие «дыры» равномерно распределены по всему трёхмерному пространству. Судя по всему, струнами управляют роботы, созданные по образу и подобию человека – они же исполняют обязанности медсестёр и докторов, а также занимаются производством необходимой им продукции на Жёлтой, Зелёной и Розовой планете. Их «главный офис» расположен на планете Од, а Дон имеет ранг главного координатора, которому подчиняются все прочие андроиды. А вот о чём проговорился Дон, когда мы обсуждали возможность существования Мегаклинера: «было бы нецелесообразно пускать развитие жизни во Вселенной на самотёк». Всё верно – Супермозг собирает информацию обо всём, что происходит не только на планете Од, но и во Вселенной, затем обрабатывает и направляет по назначению, чтобы там приняли решение.

Сомнение вызывает лишь то, что для своей «базы» андроиды выбрали окрестности угасающей звезды. Возможно, не нашли другой планеты, климат которой был бы схож с земным, либо андроиды не защищены от ультрафиолета, поэтому и выбрали звезду с наименее опасным спектром излучения. Скорее всего, для них было важно и то, и это.

И снова я задаю себе вопрос, который уже много лет не даёт покоя фантастам и учёным. Есть ли жизнь на других планетах? Но в данном случае меня интересует не способ существования белковых тел, а присутствие разумных существ, по интеллекту сравнимых с человеком. Чтобы ответить на такой вопрос, надо принять во внимание то, что почти все струны сходятся к планете Од, а все андроиды, которых мне удалось увидеть, имеют внешность человека. Отсюда следует вывод – мы во Вселенной совершенно одиноки! Да, это так, иначе существовали бы и другие «базы» для андроидов, похожих вовсе не на нас… Признание этого факта кого-то может огорчить, но для учёного важен только результат. Даже если из тысячи семян проросло одно, сохраняется надежда, что следующий эксперимент станет более успешным.

Какой же вывод следует из этого и почему я даже воззвал к Господу, не в силах смириться с тем, что мне открылось? Так вот, оказывается, наш мир – это плод воображения, фантазия какого-то высшего существа, а мы всего лишь подопытные животные, участники грандиозного эксперимента!..

Не знаю, как вас, а меня такая перспектива не устраивает. Но что же я могу? Здесь следовало бы ответить: «Ни-че-го!» Однако язык не поворачивается. И вот какая мысль приходит в голову. Одно из главных достоинств человека – это умение приспосабливаться ко всему. К погодным условиям, к изменению рациона питания, к инфляции и другим последствиям экономического кризиса. И даже самодурство властей не вызывает у нас раздражения, разве что доведут совсем до ручки. Вот и сейчас приходится смиренно принимать то, что нам предложено. И впрямь, что толку от негодования по поводу не вполне благоприятных климатических условий и бессчётного числа разнообразных тварей, которые так и норовят уничтожить человека? Радуйтесь тому, что есть, а на большее не следует рассчитывать.

Ну а мы с Настей с недавних пор живём на планете Z. Точных координат не стану сообщать, скажу только, что эту планету подыскала нам Струна – здесь климат, атмосфера и сила тяготения почти такие же, как на Земле. Отличие в том, что нет других разумных существ – только дикие животные, весьма благожелательно к нам настроенные. Дом стоит на берегу залива, окаймлённого горами – две самых больших мы назвали Сокол и Орёл. Я ловлю рыбу, собираю ягоды и фрукты, а Настя хлопочет по хозяйству. Иногда мы прибегаем к помощи Струны – получаем кое-что из продуктов питания, одежду, туалетные принадлежности. Бывает, что путешествуем по миру – в основном, виртуально, используя Струну как гида. А вечером, перед закатом, сидим на берегу залива, смотрим на океанский прибой и размышляем о том, какой замечательной могла быть жизнь, если бы… Но вы и сами всё прекрасно понимаете.

– Жаль, что это невозможно, – говорю я.

– А ты напряги своё воображение, – улыбнувшись, отвечает Настя.

Воображения мне не занимать, поэтому иногда я представляю себе вот такую странную картину. В некоем царстве, в четырёхмерном государстве кто-то надувает пузыри. И вот на поверхности одного из пузырей постепенно возникает нечто, напоминающее нашу Вселенную – звёздные скопления, туманности, галактики… А что если этот пузырь когда-то лопнет?

Глава 21. Познать непознаваемое

На этом я хотел закончить своё повествование, но вот что помешало. Вспомнил, как после доверительного разговора со Струной у меня возникло подозрение, что это разумное существо. То есть, не какой-то механизм, не робот, работающий по заданной программе. Возможно, я выдавал желаемое за действительное, но очень уж не хотелось смириться с ролью неудачника. Ничем не подтверждённых гипотез наплодил с три короба, но многое так и осталось неразгаданным…

И тут я услышал голос. Нет, это был не Дон. Низкий, словно бы слегка прокуренный голос, однако это явно женщина, по крайней мере, в том значении, какое мы придаём этому слову на Земле.

– Макс, мне неприятно это говорить, но вряд ли вы когда-нибудь сможете понять, как устроен мир за пределами вашего сознания.