— Не нужно мешать двум служителям Торна… — тихо сказал он соломенному человеку.

Элли ощущала непередаваемое волнение. Она понимала, что наконец-то встретилась с другим Хранителем! Правда, он охранял не Волшебную страну, а другую землю, но, без всякого сомнения, играл очень важную роль в жизни всех обитателей края Торна. Но какова эта роль?

Элли вспомнила о своем разговоре с Гудвином на берегу озера и, набравшись смелости, спросила:

— Скажите, великий Фанх… Это верно, что благодаря Стеклянной башне многие волшебные существа в стране Торна обретают души?

Фанх долго шел молча, а затем нехотя ответил:

— Это великая тайна, но ты — новая Хранительница и должна многое знать о крае Торна… В Стеклянной башне обитают души всех людей, которые когда-то жили в Волшебной стране. И многие из них когда-то принадлежали воинам-атлантам — тем, кто погиб в войне с армией Пакира. Когда в Волшебной стране рождается животное или птица, мы, друиды, дарим ему душу когда-то жившего человека. А иногда мы одаряем душой даже таких странных существ, как твои друзья — плюшевый медвежонок и соломенный человек. После смерти души каждого умершего существа, человека или не человека, вновь возвращаются в Стеклянную башню и ожидают там нового воплощения на земле.

— Выходит, душа каждого человека бессмертна?

— Да, — ответил Фанх. — Но если человек прожил свою жизнь, служа Злу, если он был алчным, жестоким, равнодушным к другим людям, то его душа поселяется не в самой Стеклянной башне, прозванной людьми раем, а в ее необъятном темном подвале, называемом адом. Такая темная душа имеет мало шансов вновь воплотиться на Земле даже в теле крошечной пичужки. А великие души, напротив, воплощаются в ином облике почти в каждом новом поколении! Мне кажется, что и ты, Элли, относишься к таким великим душам, которые уже не раз жили на земле и принесли людям немало Добра и Света. Не случайно же Виллина решила именно тебя сделать новой Хранительницей!

Элли побледнела.

— Вот как… — прошептала она. — Мне и раньше, в детских снах иногда казалось, что я уже когда-то прежде жила на земле… А кем же я была в своих прежних воплощениях?

Верховный друид повернул к ней слепые глаза и неожиданно улыбнулся:

— Кажется, я догадываюсь, в каком облике ты жила еще во времена моей молодости! Тебя звали Дану, и ты была… Но нет, об этом говорить нельзя. О своих прежних воплощениях каждый человек должен рано или поздно вспомнить сам.

Фанх и его спутники обогнули храм, напоминающий большой ребристый купол, и оказались на берегу живописного пруда. Из него вытекал неширокий ручей и уходил к высокой скале. Над ручьем склонились несколько высоких деревьев, росших из одного корня. Приглядевшись, Элли с удивлением поняла, что это лесной орешник, только гигантских размеров.

Время от времени с орешника на землю падали крупные коричневые орехи. Они скатывались в ручей и исчезали в потоке.

— Что это за орешник, уважаемый Фанх? — спросил с любопытством Страшила.

— Мы называем его Древом Познания, — ответил Фанх. — Тот, кто съест хотя бы один орех, обретает знания, ныне неведомые ни одному человеку на Земле.

— А почему же вы не собираете эти драгоценные орехи, а даете потоку уносить их неизвестно куда? — удивилась Элли.

Фанх снисходительно улыбнулся.

— Этот скромный на вид ручей впадает во все реки на Земле, — ответил он. — Орехи познания с годами растворяются в воде и передают ей свою магическую силу. Если человеку повезет и он выпьет немного такой воды, то через некоторое время ему в голову могут прийти новые, необычные идеи. А новые идеи управляют миром! Люди Большого мира даже не подозревают, что во многом они живут в соответствии с теми знаниями, которыми их тайно наделило это древнее дерево. Оно прибыло со звезд вместе с Белыми магами, и… Но я увлекся! Ни один смертный не должен знать тайн Белого Братства.

— О, мы не пытаемся узнать больше, чем нам следует! — поспешил успокоить верховного жреца Гудвин. — Но как же попасть в Зеркальный Лабиринт?

Фанх указал рукой в сторону высокой скалы:

— Дверь в Заповедник находится в той скале. Войдите в ручей и смело идите вперед. Если ваши помыслы чисты и вы хотите встретиться с Торном не ради собственных мелких выгод, а ради блага других людей, то скала раскроется перед вами. Иначе я вам не завидую!

Элли с Томом на руках без колебаний ступила в ручей. Чуть позже за ними последовал Гудвин. А Страшила робко топтался на берегу.

— Уважаемый Фанх, видите ли, я сделан из простой соломы, — смущенно промолвил он. — Я ничего не боюсь на свете, кроме огня. Но и вода, честно говоря, не идет мне на пользу…

— Не бойтесь, соломенный человек, — улыбнулся верховный жрец. — Вода в ручье не совсем обычная, и она не причинит вам вреда. Прощайте, гости из Волшебной страны! Скоро вы увидите Заповедник Торна, а это великое счастье. Но там вас ждут и великие испытания. Только сильные духом смогут пройти путь к Зеркальному Лабиринту! Помните: если до ночи вы не пройдете Лабиринт, то путь к Торну для вас будет закрыт и вы навсегда останетесь в Заповеднике!

Элли обернулась и помахала на прощанье рукой старому друиду. А потом подошла к скале и, собравшись с духом, шагнула прямо в нее.

И спустя мгновение оказалась в чудесной стране.

Глава одиннадцатая

ТРИ ИСПЫТАНИЯ

Впереди расстилалась зеленая равнина, покрытая ковром крупных желтых цветов. Солнце стояло в зените и посылало на землю потоки ослепительных лучей. Но, странное дело, в этой стране, которую верховный друид назвал Заповедником Торна, было довольно прохладно, как бывает в первые весенние дни. Да и ароматы вокруг витали майские, словно где-то неподалеку росла сирень.

Вдалеке путники увидели цветущий сад. Чуть правее виднелось синее пятно большого озера. Впереди у самого горизонта высоко в небо уходила удивительная гора ослепительного света. То там, то здесь на равнине возвышались странные каменные обелиски, похожие формой на причудливые морские раковины. Вокруг них в мягкой зеленой траве валялись россыпи белых округлых камней.

Элли невольно прижала руки к груди, чувствуя, как сильно бьется ее сердце. Никогда прежде она не испытывала такого странного ощущения…

— Какая вокруг благодать! — внезапно нарушил молчание Гудвин. — Вот таким мне всегда представлялся рай, куда после смерти попадают души умерших людей. Знаете что, друзья… Пожалуй, я никуда дальше не пойду, а останусь здесь жить.

Страшила неожиданно поддержал друга:

— А ведь верно! До сих пор я считал, что ничего лучше Изумрудного города на свете нет. Но здесь мне нравится еще больше.

— А как же Торн? — возмутилась Элли. — Разве вы забыли, что мы пришли в Заповедник, чтобы найти Зеркальный Лабиринт?

— Но ведь верховный жрец предупреждал нас, что это опасно! — возразил Гудвин. — Наверняка в этом Лабиринте очень просто заблудиться. И тогда мы окажемся неизвестно где! Нет уж, я достаточно постранствовал по свету, с меня хватит.

И он направился в сторону ближайшего обелиска, напоминающего формой огромную спиральную раковину. Оглядев ее со всех сторон, Гудвин вдруг воскликнул:

— Кажется, я знаю, что это такое! В одной из книг, что я нашел в замке атлантов, было написано про каменные Цветы Желаний. Достаточно только прошептать свое заветное желание, и эти штуки должны их исполнить. Попробую…

И Гудвин наклонился к раковине и что-то тихо прошептал.

Тотчас на месте раковины появился большой красивый дом с черепичной крышей, колоннами и просторной верандой.

Возле дома живописно располагались цветники. Чуть позже между ними возник круглый бассейн, посреди которого бил фонтан с радужными струями.

Гудвин охнул:

— Великий Торн, да я всю жизнь мечтал именно о таком доме! Моя жена Тина однажды нарисовала его. Мы часто сидели по вечерам в гостиной, смотрели на ее рисунок и мечтали, что с годами накопим денег и построим этот чудесный дом. Но потом Тина умерла, и я… Ох!

В доме вдруг распахнулась дверь. На веранду вышла полная женщина с круглым, добродушным лицом. На ней был надет цветастый фартук, а голову украшал белый колпак, похожий на тот, что носят повара и кондитеры. В руках женщина держала поднос с большим румяным пирогом. — Джеймс, где ты пропадал? — с упреком спросила женщина. — Я уже приготовила обед и испекла твой любимый пирог с грибами и ветчиной… О, да у нас гости! Добро пожаловать, милая девочка, и ты, соломенный человек, и ты, плюшевый медвежонок!.. Ой, прошу прощения, у меня на кухне подгорает второй пирог!

И Тина торопливо вернулась в дом. Гудвин рухнул на колени и, молитвенно прижав руки к груди, воскликнул:

— Великий Торн, не верю своим глазам! Ты оказался настолько добр, что однажды возродил меня в стране Мертвых. Я был доволен своей второй жизнью, но мне так не хватало моей дорогой Тины… А теперь ты подарил мне радость увидеть ее вновь после стольких лет разлуки! Теперь я счастлив, как никогда в жизни.

Гудвин торопливо взбежал по лестнице на крыльцо и буквально влетел в дом. Вскоре из дома послышался звон разбитой посуды и возмущенный голос Тины:

— Джеймс, что с тобой? Ты разбил наш любимый сервиз… Да что ты смотришь на меня так, будто не видел целый век? Отпусти меня, иначе пирог сгорит в духовке!

— Нет, милая женушка, я теперь тебя ни за что не отпущу, — раздался взволнованный голос Гудвина. — Ведь я на самом деле не видел тебя целый век!

Створки окон сами по себе захлопнулись, и голоса Гудвина и его жены стали едва слышны. Страшила и Элли обменялись изумленными взглядами.

— Ты что-нибудь понимаешь, Элли? — спросил Страшила, простодушно моргая нарисованными глазами.

Элли задумалась, а потом кивнула:

— Да, кажется понимаю. Эти странные раковины… они на самом деле могут исполнять любые наши желания!

Том даже подпрыгнул от восторга.

— Что-о-о? — завопил он. — Вот здорово! У меня столько желаний, что я могу про них говорить целый час и все равно не переговорю! Я так хочу стать человеком, просто сил нет! Но сначала…

Том подбежал к ближайшей раковине, похожей на шипастую грушу. Ловко забравшись на нее, медвежонок что-то тихо сказал в большое темное отверстие раковины. И тотчас на ее месте появился старый, покосившийся дом. Элли сразу же узнала его — это был дом фермера Роберта, в котором она побывала больше года назад по пути в Волшебную страну. Вскоре из-за закрытого ставнями окна раздались радостные вопли Тома.

Страшила хлопнул ладонью по своему мягкому лбу.

— Тьфу, наконец-то я понял, в чем тут штука! — закричал он. — Выходит, я могу сотворить здесь пшеничное поле, на котором гонял ворон в свои молодые годы?

Элли кивнула.

— Вот здорово! — обрадовался Страшила. — Хотя… а почему бы мне не сотворить здесь мой любимый Изумрудный город? Или нет, все-таки я начну с пшеничного поля… Только лучше его сотворить где-нибудь подальше, чтобы не мешать Гудвину и Тому!

И Страшила вприпрыжку побежал по равнине, радостно размахивая руками и что-то громко вопя.

Элли ощутила невероятное волнение. У нее тоже было одно, самое заветное желание. Ее родители погибли много лет назад, попав в страшный смерч. Даже волшебство Виллины не могло помочь воскресить маму Анну и папу Генри. Но здесь, в Заповеднике Гудвина, могли исполниться любые, самые невероятные мечты…

Элли пошла в сторону фруктового сада. Ей приглянулась одна из огромных раковин, которая напоминала морскую звезду. Стоило только коснуться рукой этой раковины и произнести: «Хочу, чтобы здесь появился мой старый дом в Канзасе и чтобы там жили мама Анна и папа Генри!», и тогда она будет по-настоящему счастлива!

Но, не дойдя до раковины несколько шагов, Элли остановилась. Она вдруг вспомнила слова верховного друида: «Вас ждут в Заповеднике Торна великие испытания… Только сильные духом смогут пройти путь к Зеркальному Лабиринту».

Испытания?! Сомнений не оставалось — белые раковины, исполняющие любые, самые невероятные желания, и были одним из таких испытаний!

Голова у Элли закружилась. Она опустилась на колени и закрыла лицо руками. Такого тяжелого выбора ей не приходилось делать еще никогда. Если она сейчас оживит маму Анну и папу Генри, то у нее просто не хватит духа уйти отсюда. А как же тогда ее друзья в Волшебной стране? Получится, что она попросту предала их в самый трудный момент, променяла на тихое счастье в Заповеднике Торна…

Но если она соберется с силами и пройдет мимо каменных Цветов Желаний, то… То ее родители останутся навсегда мертвыми! А этого она никогда не сможет себе простить.

Что же делать?!

Прошло немало времени, прежде чем Элли решила, что делать. Она сорвала желтый цветок, тихо произнесла одно из волшебных заклинаний Торна, и сказала:

— Хочу, чтобы этот цветок превратился в бабочку!

Так и случилось. Элли с улыбкой смотрела, как крупная желтая бабочка полетела в сторону большого куста сирени, привлеченная его нежным запахом.

— Значит, в Заповеднике Торна действует мое волшебство… — прошептала Элли с огромным облегчением. — Этого и следовало ожидать! Прекрасно…

Девушка подошла к раковине-звезде и прошептала свое самое заветное желание. И тотчас перед ней вырос ее родной дом — тот самый, который сейчас стоял заброшенным в выжженной канзасской степи.

На раскрытого окна послышался голос мамы Анны:

— Генри, да вставай же, лежебока! Сколько раз я говорила, что после сытного обеда спать вредно? Да и наша Элли где-то запропастились… Пойди поищи ее, пока с девочкой что-нибудь опять не случилось!

В ответ послышался недовольный голос папы Генри:

— Ну вот, уж и поспать часок-другой нельзя… Я с самого утра работал в поле — можно мне немного отдохнуть? А с Элли ничего не случится. Наверное, она опять отправилась к соседям. Ха-ха, держу пари, что вечером она снова будет рассказывать нам сказки, что побывала в какой-то там Волшебной стране!

Элли, дрожа всем телом, тихонько подошла к дому и, привстав на цыпочки, заглянула в окно. Постояв так минуты две, она с огромным трудом заставила себя отойти в сторону. А потом, подняв правую руку, Элли прошептала одно на заклинаний Торна.

В это мгновение дверь в доме стала открываться. Папа Генри все-таки послушался жену и, одевшись, отправился на поиски своей неугомонной дочери.

Но дверь так и не открылась до конца… Элли тяжко вздохнула и опустила голову. И вздрогнула, почувствовав, что кто-то положил ей руку на плечо. Рядом о ней стоял Гудвин.

— Ты сделала все правильно, девочка, — тихо сказал Гудвин. — Твои родители… они так долго ждали свою милую дочку! Ничего страшного не случится, если они подождут еще немного. И моя дорогая Тина тоже может подждать. Ты ведь можешь так сделать?

Элли кивнула. Она заколдовала миссис Тину, и та застыла посреди комнаты с полотенцем в руках. Элли и Гудвин обменялись грустными взглядами. Оба отдали бы все на свете, чтобы остаться в Заповеднике вместе со своими чудом ожившими родными людьми. Все — кроме судьбы их друзей из Волшебной страны! Чувство долга вставляло Элли и Гудвина переступить через свои личные переживания и желания. Они знали, что поступают правильно, но как же тяжело далось им такое решение! Чуть позже со стороны дома фермера Роберта послышался обиженный крик Тома:

— А я? Меня забыли, да?

Медвежонок бежал через цветущий луг, размахивая передними лапками. Элли радостно рассмеялась и, подхватив малыша на руки, поцеловала его в нос.

— И как же ты смог оставить в доме своих друзей, Розу Родни? — спросила она.

Том ухмыльнулся.

— А их там и нету, — заявил он. — Роза и Родни живут Желтой стране, в городе Дурбана, разве ты забыла? Я вовсе не собирался оживлять тех, кто и так жив и здоров! Знаешь, кого я оживил? Дядю Роберта! Он сейчас спит на своей кровати, да так крепко, что не проснулся даже тогда, когда я стащил с него одеяло на пол.

— Ах вот как? — восхитилась Элли. — Ты поступил очень хорошо, малыш!

— И очень мудро, — добавил Гудвин. — Но что скажет фермер Роберт, когда проснется?

Он выразительно посмотрел на Элли, та все поняла и кивнула:

— Ну что ж, пускай дядя Роберт еще немного поспит, когда-нибудь, друзья мои, мы вернемся сюда, и я оживлю всех, кого усыпила: и дядю Роберта, и тетушку Тину, и моих родителей! Обещаю…

Она запнулась. Гудвин понял ее и дружески погладил по плечу.

— Не нужно ничего обещать, милая Элли. Мы с Томом понимаем, что далеко не все в этом мире зависит от тебя. А теперь пойдем отсюда, пока у нас еще есть на это силы… А вот и наш дорогой Изумрудик!

Вскоре к ним подошел и Страшила. Вид у него был донельзя смущенный.

— Простите, друзья, — сказал он. — И особенно вы, Великий Гудвин. Вы подарили мне замечательные мозги, но они иногда работают как-то не так. Я сотворил свое любимое пшеничное поле и только собрался залезть на кол, как вдруг передумал. Э-э, да что там говорить! Не время сейчас гонять ворон. Пускай они хоть раз в жизни полакомятся зерном, не опасаясь за свою жизнь!

И Страшила указал рукой вдаль, где среди зеленого ковра равнины появилось большое желтое пятно пшеничного поля. Оттуда доносился птичий гомон. Стая ворон, которую Страшила сотворил вместе с полем, устроила себе такой пир, что только колосья летели во все стороны.

— Ну и куда мы пойдем дальше? — спросил Том, вертя головой. — Может, налево, в тот чудесный сад?

Страшила подумал и указал направо — туда, где вдали виднелось синее озеро.

— Я думаю, надо идти к озеру, — заявил он.

Гудвин, недолго поразмыслив, указал вперед, в сторону странной сияющей горы.