Избранное в 3 томах. Том 3: История и культура

Землевладение и крестьянский вопрос

На протяжении всей истории России одной из главных, сложных и болезненных проблем было землевладение и, соответственно, землепользование. На ранней стадии формирования государства Российского земля находилась в государственной собственности, собственности князей. Московские князья, а позднее цари, наделяли землей «служилых людей», отправлявших воинскую службу за счет «доходов», «повинностей», получаемых от заселявших эти земли крестьян, переходивших в распоряжение «служилых людей» вместе с даруемой им землей.

Вплоть до XVI века крестьяне не были безотрывно привязаны к земле, могли переходить из одних поместий в другие. Постоянная потребность помещиков в рабочих руках способствовала подвижности («бродячества») сельских тружеников. Заинтересованные в сохранении рабочей силы помещики, с одной стороны, переманивали друг у друга крестьян, с другой, – пытались удержать своих земледельцев путем выдачи им ссуд, получением от них долговых расписок. В конце XVI века переход крестьян к другим помещикам был затруднен путем введения права взимания с них высокой платы (т. н. «пожилых») за переход, и был установлен для этого один срок в году – за неделю до Юрьева дня осеннего (26 ноября) и неделя после Юрьева дня осеннего, т. е. после окончания сельскохозяйственных работ. Крестьяне, покинувшие своих хозяев в иные сроки, считались «беглыми», с правом розыска их до 5, а с середины XVII века – до 10 лет.

Переписью населения (1646–1648) великорусское крестьянство было полностью закрепощено. Малороссия после свержения польского ига еще сохраняла за крестьянами свободу. Крестьяне были там обязаны платить подати в казну, сдавать натуральные повинности на войсковые нужды – на содержание казаков, несших военную службу. Екатерина II лишила малороссийских крестьян свободы, прикрепив их к земле. К концу XVII века казацкие старшины стали сами обзаводиться землей путем скупки, захвата, пожалованием.

С ростом народонаселения в западноевропейской части России наличие рабочей силы в сельском хозяйстве начинает превышать спрос. Земля дорожала. К тому же крепостное право сковывало рост производительности труда в сельском хозяйстве: даровая рабочая сила тормозила необходимость внедрения сельскохозяйственной техники. Низкая производительность труда вела, с одной стороны, к обнищанию крестьянства, с другой, – к разорению помещиков.

Крепостное право тормозило и развитие промышленности: отсутствие вольнонаемных рабочих препятствовало росту фабричного производства, росту городов. Тогда же, в конце XVII века, был поднят вопрос об освобождении крестьян с предоставлением им в пользование земли, которую они обрабатывали, «с оплатой в казну известной доли». Князь В. В. Голицын пришел к выводу о целесообразности для развития России освобождения крестьян с землей. По письменному свидетельству де-ля-Невиля, польского чрезвычайного поверенного, «целью князя было поставить Россию на одну ногу с прочими государствами; для этого он велел собрать сведения обо всех европейских государствах и их прибавлении». Произведя необходимые подсчеты, В. В. Голицын пришел к выводу, что такого рода реформа «увеличила бы ежегодно с лишком половиною доход царский». К сожалению, князю Голицыну, хранителю «царственных больших печатей» и «посольских дел сберегателю», светлому уму России, не суждено было отстоять свою точку зрения. За связь с царевной Софией Петр I обрек князя В. В. Голицына на пожизненное изгнание.

Только более полвека спустя, когда уже в полной мере проявилась экономическая нецелесообразность сохранения земельного крепостного права, было правительством в 1736 году дано разрешение владельцам фабрик – дворянам на покупку крепостных для работы не на земле, а на фабрике, что привело к появлению «поссесионных фабрик» с крепостными рабочими. Лишь спустя 100 лет, по просьбе самих фабрикантов, был издан закон об освобождении поссесионных рабочих, низкая производительность труда и невыгодность содержания которых целое столетие тормозили развитие русской промышленности. Этот закон об освобождении действовал только на западноевропейской части России: в менее населенных районах, в частности на Уральских землях, труд крепостных использовался вплоть до 1861 года.

Забота о крепостных становилась в тягость самим помещикам. Так, губернский предводитель смоленского дворянства писал Николаю I: «Владельцы искренне желали бы пользоваться произведениями своей земли без тяжелой обязанности пещись о своих крепостных людях. Но чтобы выйти из нынешнего положения, необходимо, чтобы как владельцы, так и крестьяне не зависели друг от друга и, не будучи обязаны как теперь, нуждаясь, однако, друг в друге: помещик в работнике – работник в помещике, крестьянин в земле и работе. Но этого результата можно достигнуть не прежде как когда крестьяне не будут крепки к земле».

Вопросом освобождения крестьян непосредственно занялся Николай I. Выступая в 1842 году в Государственном Совете, он признал необходимость раскрепощения крестьян: «Нельзя скрывать от себя, что мысли уже не те, какие бывали прежде, и всякому благоразумному наблюдателю ясно, что теперешнее положение не может продолжаться вечно». Осуществлять подготовку к раскрепощению он поручил графу П. Д. Киселеву (1788–1872). Николай I не рассчитывал осуществить этот акт в течение своего царствования, но считал необходимым подготовить его осуществление: «Помогай мне в деле, которое я почитаю должным передать сыну с возможным облегчением», – писал государь графу Киселеву. В шутку он именовал Павла Дмитриевича Киселева своим «начальником штаба по крестьянскому делу». Внимательно следившие за происходящим современники определяли ход процессов, так сказать, «по вторичным признакам». Когда Николай I увез однажды П. Д. Киселева прямо из театра к себе в Зимний дворец, Белинский на следующий день отметил: «Очевидно, в крестьянском вопросе назревает новое движение: вчера Государь повез Киселева к себе пить чай».

П. Д. Киселев начал свою деятельность с изучения быта казенных (государственных) крестьян, поселенных на государственных (казенных) землях. Сложившееся у него тяжелое впечатление от быта казенных крестьян П. Д. Киселев изложил в письменном докладе Государю: «В самом сословии поселян первое впечатление будет невыгодно, привыкнув к необузданной свободе и искупая пороки и бесправие пожертвованием своего избытка, люди сии могут счесть стеснительным для себя всякое действие попечительской власти, сделавшись равнодушными к улучшению своего быта; погруженные в грубое невежество, они предпочитают удовлетворение привычных страстей всем обещаниям лучшего будущего». Резолюция Николая I гласила: «Приступить к делу и идти вперед, не боясь людей и уповая на Бога и Государя».

Казенными крестьянами занималось в то время Министерство финансов, рассматривавшее их лишь как налогоплательщиков. По настоянию П. Д. Киселева было создано Министерство государственных имуществ для заведывания казенными землями и крестьянами, на них поселенными. Став во главе нового министерства, граф Киселев принялся за улучшение быта казенных крестьян. Привыкшие жить «по старинке» крестьяне противились нововведениям. Так возникли «картофельные бунты», с помощью которых земледельцы пытались преградить путь новой культуре – картофелю, к которой они были непривычны.

Подготавливая вопрос об освобождении крепостных крестьян, П. Д. Киселев пытался примирить непримиримые точки зрения на раскрепощение: с земельным наделом и без оного. Граф Киселев предложил такой выход: помещик отпускает крестьян на волю, если те пожелают, и крестьяне после этого становятся свободными. Помещик сохраняет право собственности на всю землю, но некоторую ее часть обязан выделить крестьянам не в собственность, а в пользование. При этом ни крестьянин не должен «сходить с земли», ни помещик не может его «с нее снять». Крестьянин должен платить помещику оброк и нести повинности. Таким образом, крестьянин пожизненно обеспечивался землей, а помещик не лишался на нее права собственности. Менялась только форма распоряжения землей – землепользование.

Предложенный графом Киселевым проект вызвал бурное возмущение со стороны противников выделения земли крестьянам, расценивших этот факт как «потрясение основного принципа собственности». Попытка утверждения этого проекта совпала по времени с разразившейся в Европе революцией 1848 года. Напуганный революционными событиями в Европе Николай I решил временно отказаться от мысли об освобождении крестьян, утверждать проект не стал, хотя вплоть до своей смерти считал раскрепощение необходимым и неизбежным и на смертном одре завещал провести раскрепощение крестьян сыну.

Вступивший на престол в конце неудачной для русских Крымской войны Александр II, даже сознавая необходимость отмены крепостного права, понимая, что «гораздо лучше, чтобы оно произошло свыше, чем нежели снизу», подошел к решению этого наболевшего вопроса еще осмотрительнее, чем его отец. «Нет сомнения, – заявил он в Государственном Совете, – что крепостное право в нынешнем его у нас положении, есть зло, для всех ощутимое и очевидное; но прикасаться к нему теперь было бы злом, конечно, еще более гибельным».

Крымская война была не только военной неудачей для России, но и разорительно сказалась на экономике страны. Хлебный рынок находился в состоянии полной анархии. В результате неразвитости транспортных систем стоимость перевозок превышала стоимость зерна. Поместья были в подавляющем своем большинстве заложены. Чтобы существовать, помещики повышали оброк, что вело к обнищанию крестьян. Попытки государства поддержать хозяйства помещиков ссудами были безрезультатны: полученные от казны ссуды помещики тратили не на подъем хозяйства, а на удовлетворение собственных прихотей. Рос дефицит государственного бюджета: в 1825 году он составлял 4 миллиона рублей, в 1855 – 262 миллиона рублей. Возрос государственный долг: с 94 миллионов рублей в 1817 году до 402 миллионов рублей в 1852 году. Непомерно рос выпуск ассигнаций (беспроцентный внутренний долг), не обеспеченных золотым запасом страны. Крепостническая система попрежнему не давала возможности промышленности стать на ноги. Жизнь настоятельно требовала проведения реформы.

В 1855 году Александр II учредил Секретный комитет по крестьянскому вопросу, приступивший к разработке принципов реформы. В 1857 году был издан правительственный рескрипт: дворянству разрешалось учредить губернские комитеты для обсуждения вопроса о крестьянской реформе. В 1859 году решения комитетов были направлены на рассмотрение в Петербург, где была создана для их рассмотрения Редакционная комиссия в составе 11 правительственных членов и 20 членов экспертов. В числе экспертов был Николай Алексеевич Милютин, либерал по убеждениям, которому суждено было сыграть ключевую роль в подготовке и проведении крестьянской реформы 1861 года.

Сын небогатого помещика Н. А. Милютин (1818–1872) приходился по матери племянником графу П. Д. Киселеву. Рано лишившись матери, не найдя опоры в болезненном и бесхозяйственном отце, приведшем к полному разорению поместья, молодой человек был вынужден рано начать самостоятельную жизнь. Влиятельный дядя помог племяннику поступить на государственную службу в одно из министерств. Милютину поручили написать «Записку о неурожаях». Прочитав записку, министр усомнился в способности 22-летнего молодого человека к столь глубокому анализу явлений. Милютину предложили тут же, не выходя из кабинета, составить проект развития железных дорог в России. И с этим заданием Милютин справился блестяще. Но несмотря на свои выдающиеся способности Н. А. Милютин не достиг главных постов по чиновничьей иерархии и не поднялся выше положения товарища министра.

В большинстве губернских комитетов, приславших свои материалы в Редакционную комиссию, понимали, что безземельное освобождение крестьян чревато взрывом народного возмущения. Правительство со своей стороны опасалось массового обнищания крестьянства, становившегося после освобождения главным налогоплательщиком, и было склонно к предоставлению крестьянам земельных наделов. В Редакционной комиссии были как сторонники, так и противники предоставления освобождаемым крестьянам земли. К числу самых активных борцов за надел крестьян землей принадлежал Николай Алексеевич Милютин, образно так охарактеризовавший положение: «Вы хотите дать крестьянам свободу птиц. Мы тоже хотим дать им свободу птиц, но только с ГНЕЗДОМ».

Последовательный либерал в своих политических позициях, Н. А. Милютин сумел сплотить группу активных единомышленников, неукоснительно и последовательно отстаивавших интересы крестьян, а соответственно и возможность быстрейшего прогресса общества. Категорические земельные требования Н. А. Милютина принимались в штыки реакционно настроенной частью помещиков, использовавших, со своей стороны, все доступные им рычаги для проведения реформы с обезземеливанием крестьян.

Н. А. Милютин и его единомышленники, опиравшиеся на губернских либералов-помещиков, победили в этой тяжелой борьбе. Было принято решение об оставлении у крестьян 4/5 находившейся в их пользовании земли, но при установлении точно определенных повинностей. Крестьяне переходили из положения крестьян в положение ВРЕМЕННО ОБЯЗАННЫХ вплоть до выкупа ими полученной земли. Выкупную плату выдавало крестьянам правительство, а они брали на себя обязательство погашения ссуды ежегодными платежами в государственный банк.

К 1861 году 2/3 всех дворянских поместий были заложены в банках, и «выкупная операция» предоставляла землевладельцам-помещикам возможность избавиться от залогов. Тем не менее принятое решение вызвало возмущение у известной части крепостников. Чтобы их успокоить, Александр II принес в жертву Н. А. Милютина: в угоду реакционерам-крепостникам через полтора месяца после объявления Манифеста Николай Алексеевич Милютин был уволен из министерства. За время своей государственной деятельности Милютин успел выполнить только часть намеченной им обширной программы реорганизации сельского уклада России. Государство лишилось крупного государственного деятеля. Незаслуженная кара подорвала дух и здоровье Милютина. И хотя некоторое время спустя император призвал его к участию в решении русско-польского конфликта, и Н. А. Милютин с этим поручением блестяще справился, он не смог восстановить свое здоровье: в 1866 году он был разбит параличом, был вынужден отойти от всякой общественной деятельности и в 1872 году скончался. Он унес с собой в могилу свои идеи и планы преобразований, столь необходимые для России. Но и то, что либерал Н. А. Милютин успел свершить в области реформы, было высоко оценено передовыми его современниками. «Пока будут существовать на Руси свободные люди, в числе немногих имен, составляющих гордость России, имя Милютина будет произноситься с особенным чувством благодарности и почета», – сказал о Н. А. Милютине Тургенев.

Н. А. Некрасов посвятил памяти Н. А. Милютина стихотворение «Кузнец», получившее широкий отклик во всей стране:

Чуть колыхнулось болото стоячее,Ты ни минуты не спал.Лишь не остыло б железо горячее,Ты без оглядки ковал.В чем погрешу и чего не доделаю,Думал – исправят потомГрубо ковал ты, но руку умелуюВидно доныне во всем.С кем ты делился душевною повестью,Тот тебя знает один.Спи безмятежно, с покойною совестью,Честный кузнец-гражданин!

Возникшие в годы подготовки Манифеста об освобождении крестьян споры не утихли и после его обнародования. В Манифест была введена пресловутая 165 статья, по которой сельское общество было обязано выделять земельный участок всякому внесшему выкупную ссуду хозяину, если он того пожелает. Противники этой статьи заявили, что этим предоставлялась полная возможность для кулаков, мироедов и вообще людей более зажиточных скупать у бедняков их землю. Противники 165 статьи подчеркивали не только выгодность, но и традиционность для России общинного землепользования, его соответствие самому психическому складу русского человека, его характеру.

Споры по этому и на сегодняшний день в значительной мере ключевому вопросу продолжались не одно десятилетие. Активнейшее участие в этом споре принимали либералы. В спор были втянуты широкие слои губернских землевладельцев-помещиков. Проблеме землевладения и землепользования были посвящены во второй половине XIX и начале XX века многие исследования. Однако к единому мнению по этому вопросу так и не пришли.

Александр II продолжил реформы после освобождения крестьян. Проводились они повсеместно, а сначала в отдельных губерниях, затем распространялись более широко. В 1864 году был издан закон о земских учреждениях, по которому наряду с «коронной администрацией» на местах, в губерниях и уездах, вводились органы выборные, с участием всех сословий.

Дела земельные обсуждались на земских собраниях. Участники их, либерально настроенные землевладельцы, активно включились в упорядочение земледелия в России. В представленной в харьковское губернское собрание записке активный участник земских собраний Е. С. Гордиенко так характеризует деятельность местной выборной власти: «Кажется, земство сделало все, что могло сделать. Оно старалось приспособиться к новой реформе, установить новый порядок… Оно заботилось о народном образовании и здравии, учреждало сельскохозяйственные общества, банки и выставки, составляло проекты о лесоразведении, об улучшении рабочего скота и лошадей, принимало меры против распространения чумы, меры для истребления вредных насекомых и животных… земству помогала печать».

Александром II были проведены реформа городского самоуправления, судебная реформа и реформа воинской повинности, введен новый воинский устав. Убийство Александра II прервало реформаторский процесс. Вступивший на престол Александр III был сторонником твердой центральной власти. Он поставил земское начальство в подчинение губернскому присутствию. Деятельность местных либералов-помещиков постепенно замерла.

Охота за царем

Александр II – «царь освободитель», как его часто называли за отмену крепостного права, последовательно вел страну по пути реформ, постепенно упорядочивая этим управление государством и улучшая положение различных сословий – широких слоев населения. Такое постепенное, хотя и медленное упорядочение жизни страны противоречило интересам революционно настроенных элементов, желавших одним махом свергнуть царя и взять руководство страной в свои руки. Не имея опоры ни в широких слоях населения, ни в армии, малочисленные группки революционеров видели единственный способ изменения власти в цареубийстве путем террористического акта. Медлить было нельзя. Реформаторская деятельность главы государства, постепенно уменьшая политическую и социальную напряженность, снижала одновременно шансы революционеров-террористов на захват власти, на разжигание революционных настроений в стране.

Первые неудавшиеся попытки «устранить» царя путем индивидуальных террористических актов (выстрелы Каракозова в Петербурге, Березовского в Париже) были безрезультатны. После неудачного покушения Соловьева на жизнь царя в Петербурге в 1879 году организацией цареубийства занялась партия «Народная воля». Исполнительный комитет партии вынес 26 августа 1879 года «смертный приговор» Александру II и взял на себя приведение приговора в исполнение. Подготовка к следующим покушениям велась коллективно, под непосредственным руководством исполкома партии. Во главе исполкома стояли А. И. Желябов, В. Н. Фигнер (сама в покушениях не участвовавшая, но позднее подробно сообщившая о ходе их подготовки), С. Л. Перовская (дочь известного общественного деятеля, порвавшая со своей семьей), А. А. Квятковский и др.

Андрей Иванович Желябов, сын крепостного крестьянина, властный и непримиримый, был исключен из университета за участие в студенческих беспорядках. По характеристике современников «Желябов поступал во всем как учитель и рассматривал свои обязанности, свое призвание и свою деятельность как святой долг». Он был одержим идеей цареубийства даже ценой своей собственной жизни.

Исполком «Народной воли» принял решение организовать по пути следования Александра II покушение через взрыв царского поезда. Местом первого покушения был избран город Александровск Екатериновславской губернии. С фальшивым паспортом на имя купца Черемисова приехал в Александровск Желябов и подал в управление города прошение о предоставлении ему земельного участка для обустройства кожевенного завода. Под видом жены Черемисова на отведенном у железной дороги участке поселилась Анна Акимова и несколько участников подготовки покушения (под видом рабочих будущего кожевенного завода). Купили лошадь и телегу. Начали подкоп под железную дорогу для закладки мины. Путь шел в этом месте над обрывом, и поезд неминуемо должен был при взрыве упасть под кручу. В день прохода царского поезда Желябов подъехал к путям на телеге с мощной по тем временам электрической батареей. Его помощники должны были скрепить батарею с проводами, идущими от мины. Показался поезд. По условленному сигналу «царь!» Желябов соединил провода, но взрыва не последовало: оказалось, что одна из проволок оказалась случайно перерезанной.

Предвидя возможность неудачи, террористы одновременно готовились к взрыву поезда под Москвой. На облюбованном месте, в трех верстах от станции «Москва», был куплен дом. «Купец» Сухорукое (Лев Гартман, впоследствии бежавший за границу) с «женой» Перовской и шестью членами террористической группы вели подкоп – подземный ход в 600 аршин – из сарая под железнодорожные пути. Подземный ход обшивали досками. На глубине 5 метров под рельсами заложили мину. В стене сарая было проделано отверстие для наблюдения за поездом. В мину было заложено полтора пуда динамита. Появился сверкавший огнями поезд. Перовская дала сигнал, но исполнители замешкались, царский поезд прошел, а взрывом был поврежден поезд со свитой. Обошлось без человеческих жертв. Заговорщики успели скрыться.

Не удалось и покушение в Одессе, подготовленное Перовской и Саблиным. Они, под видом мужа и жены, сняли лавочку на улице, по которой должен был проехать Государь от вокзала до пароходной пристани. Прорыли ход. Землю складывали в одну из жилых комнат. Но предполагавшаяся поездка царя в Ливадию через Одессу не состоялась.

Исполнительный комитет не падал духом. Принимается решение организовать покушение в самом Зимнем дворце, постоянном месте проживания императора и его семьи. На работу в Зимний дворец поступает член террористической группы Степан Халтурин, столяр по профессии. Он быстро сходится там с «низшим персоналом» служащих и начинает ухаживать за дочерью живущего в подвале дворца охранника-жандарма. Навещая частенько девушку, Халтурин переносит постепенно в своем рабочем сундучке динамит и складывает его в подвальное помещение под столовой. В указанный час (время обеда царской семьи) Халтурин соединяет провода и исчезает из Зимнего дворца. Взрыв раздался в момент, когда царская семья входила в столовую. Задрожал пол. Попадала со стола посуда. Царская семья осталась невредимой. Но погибли 50 солдат Финляндского конвойного полка, дежурившие в караульном помещении, расположенном между подвалом и столовой.

Спустя полгода исполнительный комитет принимает решение организовать покушение в Петербурге, по пути проезда государя от Царскосельского вокзала до Зимнего дворца, заложив мину под Каменным мостом. Два гуттаперчевых мешка наполнили динамитом, обвязали веревками и опустили в воду под мостом. Конец веревки и шнур прикрепили к плоту, стоящему немного выше по течению. В назначенный для покушения день один из участников струсил и не явился. Государь благополучно проехал по мосту, а мешки с динамитом позднее извлекла из воды полиция.

Следующий план покушения разработал Желябов. На Малой Садовой улице, по которой часто проезжал царь, открылась новая торговля – «продажа сыров». В лавочку завезли бочки. Подкоп велся из заднего помещения лавочки под мостовую. Землю складывали в «бочки сыра». «Наблюдатели» следили за маршрутами императора. Обычно Александр II выезжал из дворца после полудня и направлялся в Летний сад. Ездил он в карете, окруженной шестью всадниками из царского конвоя на великолепных лошадях. Царь любил ездить быстро. Двое из всадников прикрывали собой дверцы кареты. Это по будням. А по воскресеньям царь ездил в Михайловский манеж на развод. Оттуда он возвращался по Малой Садовой. По пути следования царя расхаживала многочисленная охрана.

Террористы назначили покушение на 1 марта 1881 года. К 8 часам утра были заложены под мостовую четыре снаряда. Поддержать покушавшихся должны были «метатели» с ручными снарядами. После осмотра в манеже царь отдал приказ ехать не по Малой Садовой, а по набережной Екатерининского канала. Перовская успела предупредить «метателей». В проезжавший царский кортеж полетел первый снаряд, не причинивший императору вреда. Снаряд попал в проходившего по улице мальчика-мясника. Второй «метатель» попал в цель: Александр II был убит.

На престол взошел наследник – сын Александра II – Александр III. Наследовавший престол «царя освободителя» Александра II «царь миротворец» Александр III отличался от своего отца жестким, непреклонным нравом. Хотя императора Александра III и называли «царем миротворцем», мира он добивался не реформами, а силовыми методами. В молодости его готовили к военной карьере, императором всея Руси должен был стать его старший брат. Но тот умер молодым, и престол наследовал Александр, перенесший в управление страной обретенные им в юности жесткие военные принципы. Прежде всего он подавил революционное движение внутри страны. В 1887 году «Народная воля» обратилась к новому императору с открытым письмом, в котором соглашалась отказаться от «революционной деятельности» при условии амнистии всем политическим заключенным и созыва народных представителей для пересмотра условий государственной и общественной жизни. Александр III ответил на этот призыв репрессиями. 29 марта 1881 года пяти участникам за подготовку цареубийства был вынесен смертный приговор. 1 апреля Сенат постановил «обратить приговор к исполнению». 3 апреля колесница с осужденными проследовала по центральным улицам столицы, заполненными толпами горожан, городовыми, жандармами и войсками. В 9.30 казнь (через повешение) закончилась. Гробы были отвезены под конвоем на Преображенское кладбище. Среди казненных народовольцев был А. И. Ульянов, который имел все данные стать видным ученым. Действия властей заставили революционеров ощутить бесплодность избранного ими пути терроризма. Они сделали необходимые выводы из этого урока истории. Притихнув на время правления жесткого Александра III, они с удвоенной, утроенной силой взялись за распространение революционного движения в стране после прихода к власти Николая II, человека мягкого, не очень в себе уверенного. В XX веке у революционеров определилась новая задача: они стали искать недовольных и разжигать среди них стремление к перевороту. Прежде всего среди рабочих, крестьян-бедняков и недовольных элементов в армии. Не брезгуя все же индивидуальными террористическими актами, они направили их теперь не против царя (у него был наследник), а против активных, волевых реформаторов. Таким образом жертвой революционеров-террористов пал в 1911 году П. А. Столыпин. Убийство незаурядного русского политического деятеля-реформатора, добившегося стабилизации положения внутри страны, нанесло тяжелый удар России, находившейся в сложном политическом и экономическом состоянии после поражения в войне с Японией в недавнем прошлом, в преддверии назревавших международных конфликтов, приведших к первой мировой войне.

Проблемы Дальнего востока

Отторжение Японией от России в 1855–1875 годах. Курильских островов, в 1905 году – Южного Сахалина закрыли для России все выходы в Тихий океан и к портам Камчатки и Чукотки. Курильские острова были открыты русскими в 1697 году и нанесены на «Генеральную карту Российской империи». В 1875 году японцы вынудили Россию отказаться от Курильских островов ради устранения угрозы захвата Японией Камчатки. Все русские жители Курил и коренное население айно переехали на Сахалин. Немногих из оставшихся на Курилах айно японцы переселили на южные острова. Курилы японцы переименовали в Тсисима (тысяча островов) и усилили свои притязания, с одной стороны, на Сахалин, с другой, на территорию Маньчжурии (северо-восточную часть Китая). Особый интерес представлял для Японии Порт-Артур, незамерзающий порт, расположенный на берегу Желтого моря.

В процессе японско-китайской войны (1894–1895) японцам удалось завладеть Порт-Артуром и вынудить Китай передать порт Японии. Но по настоянию России, Германии и Франции Порт-Артур был в конце 1895 года возвращен японцами Китаю. В 1898 году царское правительство России приобрело в аренду сроком на 25 лет у Китая Квантунский полуостров с расположенным на нем Порт-Артуром. Учитывая притязания на Порт-Артур японцев, царское правительство сочло необходимым укрепить Порт-Артур. Но укрепление шло крайне медленно.

Японцев в их стремлении к захвату территории на материке поддерживала Англия, надеявшаяся получить свою долю прибыли от проникновения вслед за японцами на китайскую территорию, прежде всего, в Маньчжурию. Германия и Франция не были склонны поддерживать эти планы Англии. Однако Россия опередила Японию, получив китайскую территорию в аренду. Это положило начало японско-русской конфронтации.

В это время в России шли полным ходом дебаты по поводу строительства железнодорожной магистрали, необходимой для соединения европейской части России с Дальним Востоком. Первоначально создавался проект постройки железнодорожной линии на территории нашей Амурской области с выходом на Владивосток. Наиболее осмотрительных чиновников, обсуждающих проект, беспокоила близость прокладываемой линии к границе с Маньчжурией. Однако захват японцами в 1894–1895 годах Квантунского полуострова вселил во многих мысль о слабости Китая, а следовательно, и о беспочвенности этих опасений. Аренда этого полуострова Россией породила новый вариант: прокладку железнодорожной линии непосредственно на Порт-Артур, с проведением ее на 2500 верст по территории Маньчжурии. По мнению авторов проекта, это сулило не только экономические прибыли, но и открывало возможность присоединения в дальнейшем Маньчжурии к России, что в значительной мере укрепило бы границы России в этом регионе.

Противники проекта считали непосильным для России, державы сухопутной, захват и защиту этой территории с моря от японцев и Англии. Они не придавали большого значения экономическим выгодам от внешней торговли, поскольку Россия испокон века была «самодавлеющей», самообеспечивающейся страной, располагающей всеми необходимыми ей ресурсами и не испытывавшей острой нужды во внешней торговле, особенно на Дальнем Востоке, крае малонаселенном, не приносящем стране доходов. Россия и так уже к этому времени истратила значительные суммы на укрепление Порт-Артура и на другие мероприятия в этом районе. Было посчитано, что содержание судов и армии для охраны новой территории потребует не менее 200.000 рублей ежедневно.

Страшила противников проекта и возможная война с Японией и Китаем – странами густонаселенными, экономически крепнущими. Сторонники проекта решительно выступали против его свертывания. Они были уверены в экономической целесообразности усиления торговых связей через Порт-Артур для выхода России «в океан». К тому же этот проект открывал возможности воссоединения Северной Маньчжурии с Амурским бассейном, составляющих в гидрографическом отношении две части бассейна, входящего в Приамурский край.

Сторонники проекта считали возможным провести это воссоединение на началах мирной, честной сделки с Китаем, при которой Южная Маньчжурия навечно сохранится за Китаем. В уплату за присоединяемые к России территории пойдут проведенные уже Россией работы по укреплениям на Квантуне и около 1.000 верст Южно-Маньчжурской ветви железной дороги, а также город и порт Дальний. Россия рассчитывала в проведении этого проекта на поддержку Франции и США.

Японцы рассудили иначе: они деятельно начали готовиться к войне с Россией. И все же некоторые влиятельные русские военачальники не верили в возможность нападения на нас Японии и рассматривали начатую ею подготовку к войне только как угрозу.

После длительных разносторонних рассмотрений этого вопроса 1 августа 1903 года на совещании министров (иностранных дел, финансов и военного) было принято решение не добиваться присоединения к России Маньчжурии, а предъявить Китаю пять условий, главным среди которых было «не уступать иностранцам территории Маньчжурии». В Петербурге начались переговоры с Японией, требовавшей передачу ей Кореи. Николай II мог согласиться на протекторат Японии над Кореей, но за территорию Маньчжурии готов был воевать. Пока Николай II и его генералы обсуждали возможность, необходимость и вероятность военных действий, японцы двинули свои войска в Корею. 14 января 1904 года Государь принял решение: «Можно допустить японскую оккупацию Кореи до гор, составляющих водораздел бассейнов рек Яцу и Тумень». Роковое решение, затруднявшее дальнейшие переговоры с Японией. И вновь урок истории: яблоком раздора, а позднее, так сказать, разменной монетой в противоречиях сильных в военном отношении стран, стали страны малые, неспособные защитить себя, – Маньчжурия и Корея.

Японская дипломатическая миссия была отозвана из Петербурга, и 24 января 1904 года Япония порвала с Россией дипломатические отношения, 26 января Николай II направил командованию на Дальнем Востоке телеграмму не препятствовать высадке японцев в Южной Корее, но если на западной стороне Кореи их флот «с десантом или без оного» перейдет к северу через 38 параллель, то русским «предоставляется их атаковать», не дожидаясь первого выстрела с их стороны. 27 января 1904 года японцы без объявления России войны, перешли 38 параллель и сами атаковали наши броненосцы на Порт-Артурском рейде: три из них они вывели из строя, чем нарушили расчеты русского морского командования, лишили сухопутные войска поддержки флота. Война началась.

Японцы отрезали Порт-Артур от сил русской армии и, несмотря на героическое сопротивление гарнизона, в четвертом штурме, 20 декабря 1905 года овладели крепостью. Арендные права на Порт-Артур перешли от русских к японцам. В период японской оккупации (1905–1945) Порт-Артур служил основной базой японской армии и военно-морским силам, закреплявшим за Японией владение занятой территорией. В 1931 году Япония захватила Маньчжурию. Только после вступления нашей страны в войну с Японией 14 августа 1945 года было заключено с Китаем соглашение сроком на 30 лет о совместном владении обоими государствами Порт-Артуром. 23 августа Советская Армия освободила Порт-Артур от японских оккупантов. Советский Союз обязался вывести свои войска из Порт-Артура в конце 1952 года. Однако, учитывая обострение обстановки на Дальнем Востоке, Китай попросил продлить срок пребывания там наших войск. Они были выведены из КНР в мае 1955 года после завершения войны в Корее.

Раздел и переделы Польши

Для борьбы с главным своим соперником и недругом, постоянно покушавшимся на российскую территорию, стремившимся к монопольному захвату побережья Балтики – Швецией, России нужен был мир с западными соседями, в первую очередь, со славянами, населявшими пограничные с Россией земли – прежде всего с Польшей. Петр I заключил с польским королем Августом II договор, по которому Польша должна была действовать совместно с Россией против Швеции. Не безвозмездно: кроме «вспомогательного войска» (более 15.000 человек) и денежной помощи Польше было обещано присоединение части побережья Балтики к ее владениям.

В войне со Швецией польские войска действовали неудачно. Август II предал своих русских союзников и в 1706 году заключил со шведами сепаратный мир. Тем не менее после победы русских под Полтавой Петр I счел возможным возобновить (в октябре 1709 года) союз с Польшей. В Польше шла смута между шляхтой. Петр I направил в Польшу русские войска, и там водворился порядок. Польский сейм постановил «благодарить русского царя» за присылку войска и просить его дозволить войску пробыть два года в Польше; удалить саксонские войска в их собственные владения; облечь русского царя правом быть посредником и миротворцем между польским королем, с одной стороны, и его подданными, с другой, когда возникнут у них «обоюдные несогласия». Петр I и его преемники пользовались этим, данным им сеймом правом широкого вмешательства во внутренние дела Польши, лишь в целях сохранения целостности Польши. Присутствие русских благотворно влияло на положение Польши: в течение 50 лет Польша ни с кем не воевала – никто не покушался на ее территории, не пытался передвинуть границы.

Но соседи Польши, в особенности Пруссия, с вожделением взирали на раздираемую внутренними шляхетскими противоречиями страну. В исследовании «Екатерина II и западный край» А. Виноградов так характеризует положение Польши того времени: «Полная анархия во всех делах была отличительным признаком внутренней жизни распадавшегося польского королевства. Август III, видя полное расстройство своего королевства, все свое царствование жил в Дрездене и только временно бывал в Варшаве… Вот в таком положении была «Речь Посполитая» к концу 1762 года, когда на русский престол взошла императрица Екатерина II».

Толчком к изменению статуса Польши послужила смерть в сентябре 1762 года Августа III. К активному участию в решении дальнейшей судьбы Польши стремились два ее ближайших соседа – Австрия и Пруссия. Россия действовала в контакте с Австрией в борьбе против Турции. Однако для решения польского вопроса Екатерина II предпочла контакты с Пруссией. Сложность решения польского вопроса усугублялась враждебными отношениями между Австрией и Пруссией, возникшими в результате присоединения королем Пруссии Фридрихом II к Пруссии Силезии. Теперь Пруссия претендовала на польские земли, в особенности на Познань.

Екатерина II предложила кандидатом на польский престол Понятовского. При избрании Понятовский получил имя Станислава-Августа и 10.000 червонцев лично от Екатерины II, которая надеялась за это получить у него поддержку в «округлении границ», при которой к России отошли бы полтавское и витебское воеводства и польская Лифляндия. Одновременно Екатерина требовала предоставления равных с поляками прав живущим на землях польских выходцам из России.

В 1770 году в польские дела вмешалась Франция. В Польшу вступили французские войска. На земле польской развернулись военные действия между французами и русскими войсками, возглавленными Суворовым. Поляки стали на сторону французов. Суворов разгромил польские войска под Ландскроною – весь бой продолжался полчаса. На помощь полякам спешит с 4.000 армией маршал литовский Огинский. Суворов перебрасывает свои войска через Брест и в Беловежской пуще у села Столовичи разбивает войска Огинского. Именно бой у Столовичей положил начало славе Суворова.

Существеннейшее воздействие на судьбу Польши оказал заключенный при посредничестве Пруссии в 1772 году мир между Россией и Турцией. Фридрих II предложил при заключении мира «вознаградить» Австрию за участие в борьбе против турок не турецкими землями, а польскими. В то же время глава Пруссии всемерно противился предложенному Екатериной II предоставлению независимости Молдавии и Валахии, считая, что соседство с независимыми княжествами увеличит силу русских. Он писал по этому поводу брату: «Я бы сделал непростительную в политике ошибку, если бы стал стараться об увеличении государства, которое может сделаться опасным соседом для Пруссии и страшным для целой Европы».

Екатерина II отказалась от мысли предоставления Молдавии и Валахии независимости, но присоединила к России «белорусское племя», отторгнув белорусские земли от Польши. Этим она значительно усилила мощь России. Больше всего выгод от добытой преимущественно русской кровью победы выторговала себе «посредничавшая» в заключении мира Пруссия: ей досталась вся «Польская Пруссия», кроме Данцига и Торна (Торуня), а также часть Великой Польши до реки Нотець. Получив белорусские земли, Россия отказалась от своего воздействия на дальнейшие судьбы Молдавии и Валахии.

Австрия не теряла надежды вернуть Силезию, отторгнутую от нее Пруссией в результате тридцатилетней войны (1618–1648). Австрия предложила Фридриху II в обмен на Силезию предоставить Пруссии все, что она пожелает из земель Польши. Фридрих II ответил: «У меня подагра только в ногах, а не в голове; дело идет о Польше, а не о моих владениях». После длительных переговоров с Фридрихом II император австрийский Иосиф II согласился «вознаградить себя» прирезкою земель как от Польши, так и от своей союзницы Турции.

На примере условий Кучук-Кайнарджийского мира четко выступают два исторических факта: принявшая на себя основные тяготы в войне Россия получила при заключении мирного договора значительно меньше, чем ее союзники и даже не участвовавшие в войне «посредники», использовавшие исключительно «хитрую дипломатию». Территориально находившаяся между сильными державами страна (в данном случае Польша), не примкнувшая ни к одной из них, либо менявшая своих «хозяев», не только «подставляла» свою территорию в качестве плацдарма военных действий, но и оказывалась после окончания войны «игрушкой» в руках соседних сильных держав, кромсавших ее по своему усмотрению, даже не приглашая к участию в мирных переговорах.

Поляки не сделали необходимых выводов из урока, преподнесенного им первым разделом их страны. В Польше продолжались смуты, разжигалось религиозное возбуждение против исповедовавших православие. Россия была поглощена в этот период войнами с Турцией и Швецией и некоторое время не вмешивалась в польские дела. Но по окончании войн приняла решительные меры для «приведения Польши к покорности». В 1792 году русские войска сосредоточились на границе с Польшей. Начав наступление, они опрокинули слабые войска поляков и заняли Люблин, Брест. Поляки были отброшены за Вислу, а затем за реку Буг и далее к Варшаве.

9 апреля 1793 года состоялся второй раздел Польши. К России отошли земли, составившие Минскую губернию, а также старинные русские территории – Волынь и Подолия. Польское правительство обязалось не вступать в союз с другими странами без ведома России. Число польских войск было ограничено 15.000 человек. И опять поживилась Пруссия: ей отошли Познань, Калиш, Гнезен, Торн и Данциг.

Польский сейм уступил требованиям России, но решительно отказался удовлетворить запросы Пруссии. Русский уполномоченный приказал арестовать четырех наиболее «упорных» делегатов, выступавших против требований Пруссии. Тогда депутаты сейма вовсе отказались отвечать на запросы о договоре с Пруссией. Произошло «немое» заседание. Депутаты молчали целый день и всю ночь: им было заявлено, что они не выйдут из зала, пока не дадут прямого положительного ответа. На рассвете они сдались, но выразили протест против осуществленного над ними насилия.

Возмущенная захватничеством Пруссии Польша начала готовиться к восстанию. Центром сбора польских войск был объявлен Краков. Командующим польскими силами стал Костюшко. В 1794 году в Вильнюсе в страстную субботу по сигналу пушечного выстрела была произведена резня русских войск. Русские потеряли в первые дни восстания до 5.000 человек и свыше 400 орудий. Россия, Пруссия и Австрия, равно заинтересованные в спокойствии в Польше, пришли к соглашению о совместных действиях для подавления восстания. Русско-прусские войска оттеснили повстанцев к Варшаве и начали блокаду города. В это время австрийские войска без боя заняли воеводства Краковское, Холмское, Люблинское, Сандомирское. В прусских войсках развилось дезертирство. Командование отвело их от Варшавы. Прусский король Фридрих-Вильгельм, рассчитывавший получить при новом дележе Польши Варшаву, предпочел, чтобы кровь за взятие ее пролили русские солдаты.

Прибытие в армию Суворова резко изменило ход войны. Суворов после ряда форсированных маршей атаковал польское войско в районе Бреста, разбил его и овладел Брестом. Не дождавшись указаний командования о дальнейших действиях, Суворов по собственной инициативе двинулся с войсками в направлении Варшавы, нанося по пути удары по отрядам поляков. Вскоре он подошел к предместью Варшавы (Праге), расположенном на противоположном берегу реки Вислы. У Суворова не было осадной артиллерии и войска его были слишком малочисленны для взятия Праги путем осады. Он решил взять ее штурмом. Суворов приказал своим солдатам «идти в тишине, ни слова не говорить», а подойдя к укреплениям, быстро «кидаться вперед», приставлять к валу лестницы «лезть шибко, пара за парой, товарищу оборонять товарища». Коли лестница коротка – «штык в вал и лезь по нем другой, третий». Без нужды не стрелять, бить и гнать штыком. От начальников не отставать, просящих пощады – щадить, безоружных не убивать, «с бабами не воевать, малолетков не трогать. Кого убьют – царство небесное; живым – слава, слава, слава». В 5 часов утра штурм начался, к 9 часам Прага была взята. Штурм был кровопролитным. Поляков было убито более 13 тысяч, погибло около 2 тысяч русских. Зато была прекращена затягивавшаяся война, приносившая хроническое кровопролитие. После взятия штурмом Праги туда явилось посольство от капитулировавшей Варшавы.

После победы, одержанной Суворовым, прекратилось существование независимой Польши. Король Станислав-Август отрекся от престола, главари восстания сбежали за границу. Произошел третий раздел Польши. К России отошли западная часть Белоруссии и восточная часть Литвы, пытавшейся помочь полякам, до реки Неман (за исключением Белостокской области) и часть Малороссии до Буга.

Австрия, почти не понесшая потерь, получила Краковское и Сандомирское воеводства, а Пруссия – остальную часть Польши, включая вожделенную, завоеванную русской кровью Варшаву.

Однако и третьим разделом Польши злоключения поляков не кончились. Польская шляхта попыталась использовать для восстановления независимости страны существовавшие тогда противоречия между Францией, претендовавшей на гегемонию в Европе, и другими европейскими державами. При разрешении военными средствами противоречий между Францией и Пруссией польские земли стали театром военных действий. Победители – французские войска – нещадно грабили и разоряли поляков. По Тильзитскому миру (1807) был произведен еще один передел польских земель. Белосток и окружающий его район отошли к России. Гданьск (Данциг) был объявлен «свободным городом». Из части отнятых французами у Пруссии польских земель было сформировано Варшавское герцогство, ставшее воззванием к польскому народу о присоединении польских земель к России. Мнения по этому вопросу в Королевстве Польском разошлись. Часть поляков, преимущественно помещики и буржуазия, тяготели к Австро-Венгрии. Летом 1915 года вся территория Королевства Польского была занята австро-венгерскими и немецкими войсками. Октябрьская социалистическая революция дала толчок революционному движению в Польше. В январе 1918 года по Польше прокатилось забастовочное движение. Советское правительство приняло декрет об отказе от договоров о разделе Польши и признало за польским народом право на самостоятельность. Распад Австро-Венгрии и революционное движение в Германии способствовали освобождению Польши от зависимости западных стран. В январе 1919 года были проведены выборы в Учредительный сейм. В феврале было созвано Учредительное собрание. В июне 1919 года был подписан Версальский мирный договор, по которому часть западных земель Польши оставалась за Пруссией, а Гданьск был выделен в «свободное государство Данциг». За Польшей оставалась узкая полоса побережья, так называемый «Данцигский коридор».

В 1934 году Польша подпала под воздействие немецко-фашистской политики. Польша вновь должна была превратиться в плацдарм, на этот раз Германии, для нападения с ее территории на русские земли. В 1935 году в Польше была введена фашистская конституция, установившая режим личной диктатуры главы государства. В мае 1939 года поляки отклонили наше предложение о заключении пакта о взаимопомощи с СССР. Летом 1939 года гитлеровская Германия сосредоточила свои вооруженные силы на границе с Польшей. 1 сентября Польша была атакована немцами на ряде важнейших направлений. Аэродромы и крупные населенные пункты были подвергнуты жесточайшей бомбардировке. В тыл польских войск были выброшены десантники. За 2–3 дня пограничная оборона польской армии была полностью сломлена. Объявившие 3 сентября 1939 года войну Германии Англия и Франция не оказали никакой помощи Польше. Польша представлялась им хорошим «каналом» для направления германо-фашистской агрессии на Восток, против Советского Союза. Лишенное по воле польского правительства военных контактов с Польшей советское правительство было вынуждено самостоятельно защищать живших на польских землях белорусов и украинцев, брошенных там поляками на произвол судьбы. 17 сентября 1939 года Советский Союз ввел свои войска в Западную Украину и Западную Белоруссию. Население этих районов, захваченное панской Польшей в 1919–1920 годах, воссоединилось с Советским Союзом.

Польское правительство бежало из оккупированной германским фашизмом части страны за границу (во Францию), образовало там эмигрантское правительство Польши и объявило себя в состоянии войны с СССР. После капитуляции Франции перед гитлеровской Германией польское правительство перебралось в Лондон. Гитлеровцы включили часть польских территорий (Познаньщину, Поморье, Верхнюю Силезию, Лодзь и др.) в состав Германии. Большинство польского населения было изгнано с этих земель. Центром нового территориального образования стал Краков. На оккупированной гитлеровцами территории была создана сеть «лагерей смерти» (Освенцим, Майданек и др.).

Бисмарк о германо-русских отношениях

В XVII–XVIII веках Германия была государством крайне раздробленным. Примерно на 30 миллионов жителей приходилось свыше 200 самостоятельных государств-княжеств. Доходы княжества получали от торговли, преимущественно посреднической, а также от «продажи» своих солдат в армии наемников. Наиболее крупными державами Германии были Австрия и Бранденбург, граничившие со славянскими землями и постепенно прибиравшие их к своим рукам. Особой агрессивностью отличалось государство Бранденбургско-Прусское, сформировавшее значительные военные силы, опираясь на юнкерство, на членов семей помещиков, не получивших земельного наследства. При Фридрихе II прусская армия заняла по численности первое место в Европе.

Обеспокоенная усилением Пруссии Россия заключила в 1741 году с Австрией союзный договор против прусской агрессии. В семилетней войне (1756–1763), размежевывавшей интересы Англии и Франции, Пруссия выступила на стороне Англии, а Австрия поддержала Францию. Соответственно, союзница ее – Россия – также вступила в войну и нанесла тяжелое поражение Пруссии. В 1760 году русские войска вступили в Берлин, и только в результате смерти императрицы Елизаветы удалось прекратить эти практически для России ненужные военные действия.

Пруссия на русские территории не претендовала. В последующие годы она ограничилась захватом польских земель. Возникшие в 1793 году при очередном разделе Польши противоречия между Австрией и Пруссией побудили последнюю заключить сепаратный мир с Францией. В войнах 1793–1805 годов против Франции Австрия была разгромлена, а позиции Франции значительно улучшились. Это создало угрозу интересам Пруссии, что побудило ее вступить в антифранцузскую (антинаполеоновскую) коалицию. Главными участниками этой коалиции стали Англия, Россия, Пруссия и Швеция. Разгромив прусские войска в октябре 1806 года, Наполеон занял Берлин. Пруссия была вынуждена уплатить Франции большую контрибуцию.

Бывшие союзники России – Пруссия и Австрия – приняли активное участие в походе Наполеона на Россию. После разгрома Россией армии Наполеона Пруссия вновь вступила в союз с Россией: русские войска были нужны Пруссии для очищения ее земель от французских оккупантов. И вновь ценою русской крови недавние враги России освободили свои земли от своего недавнего союзника. Преследование французов, стоившее жизни многим русским бойцам, и вступление русских войск в Париж практически России не были нужны.

К середине XIX века экономическое объединение страны стало для Германии насущно необходимым. Шансы Пруссии на занятие ведущего положения в объединяющемся государстве значительно возросли, когда в 1861 году королем Пруссии стал Вильгельм I, имевший широкие родственные связи с правителями других регионов Германии. Правительство возглавил Отто Бисмарк (1815–1898), один из самых мудрых и изворотливых дипломатов XIX века. Его главной целью было объединение Германии, но для этого ему нужно было устранить вмешательство основных противников этого объединения – Англию и Францию. Но прежде чем вступить с ними в открытую конфронтацию, Пруссия в союзе с Австрией отторгла военным путем в 1864 году у Дании Шлезвиг и Гольштинию. В 1866 году усиленные и реформированные войска Пруссии легко разгромили военные силы своего недавнего союзника – Австрии. В 1867 году был создан Северо-Германский союз во главе с Пруссией. Изолировав дипломатическими путями Францию, Бисмарк в 1870 году спровоцировал ее на объявление войны Германии. Поражение в 1871 году Франции устранило последние препятствия объединения Германии вокруг Пруссии.

В процессе осуществления своей хитроумной политики Бисмарк искал и находил контакты с Россией. Этому способствовало личное знакомство Бисмарка с русской действительностью и русской дипломатией в период его пребывания в Петербурге (1859–1862) в качестве посла.

Оказавшись к концу жизни «не у дел», Бисмарк пишет многотомные «мысли и воспоминания». Обладая, сверх всех прочих достоинств, еще и превосходной памятью, он шаг за шагом не только излагает, но анализирует и оценивает политические явления бурного XIX века, участником, а порой и кормчим которых он был. Естественно, для нас представляет особый интерес оценка Бисмарком русско-германских отношений. Им он посвятил две специальных главы: «Петербург» и «Будущая политика России».

Больше всего Бисмарка поразила, и с этого он начинает изложение своих впечатлений о России, легкость с которой глава русского государства жертвовал жизнью своих подданных ради интересов своих временных союзников: «В истории европейских государств едва ли известен другой пример, когда неограниченный монарх великой державы оказал своему соседу такую услугу, как император Николай – Австрийской монархии. При том опасном положении, в каком она находилась в 1849 году, он пришел ей на помощь 150-тысячным войском, усмирил Венгрию, восстановил там королевскую власть и отозвал свои войска, не потребовав за это никаких выгод, никаких возмещений, не упомянув о спорах между обоими государствами в восточном и польском вопросах».

И еще Бисмарка поразила бездумность в выполнении данных «свыше» приказов, присущая русскому среднему и низшему командному составу, особенно его «младшему поколению» – молодым военным. Вывод этот Бисмарк сделал из анализа следующего эпизода: «В первые весенние дни принадлежавшее ко двору общество гуляло по Летнему саду, между Павловским дворцом и Невой. Императору бросилось в глаза, что посреди одной из лужаек стоит часовой. На вопрос, почему он тут стоит, солдат мог ответить лишь, что «так приказано»; император поручил своему адъютанту осведомиться на гауптвахте, но и там не могли дать другого ответа, кроме того, что в этот караул зимой и летом отряжают часового, по чьему первоначальному приказу – установить нельзя. Тема эта стала при дворе злободневной, и разговоры о ней дошли до слуг. Среди них оказался старик-лакей, состоявший уже на пенсии, который сообщил, что его отец, проходя с ним как-то по Летнему саду мимо караульного, сказал: «А часовой все стоит и караулит цветок. Императрица Екатерина увидела как-то на этом месте гораздо раньше, чем обычно, первый подснежник и приказала следить, чтобы его не сорвали». Исполняя приказ, тут поставили часового, и с тех пор он стоит из года в год. Однако Бисмарк, отметив, что «подобные факты вызывают у нас порицание и насмешку», в то же время признал, что «в них находит выражение примитивная мощь, устойчивость и постоянство, на которых зиждется сила того, что составляет сущность России в противовес остальной Европе». И добавляет: «Невольно вспоминаешь в этой связи часовых, которые в Петербурге во время наводнения 1825 года и на Шипке в 1877 году не были сняты, и один утонул, а другие замерзли на своем посту».

Рассуждая о будущей политике России, Бисмарк выражал опасения, что «в ближайшую войну на западной границе в бой против нас может вступить красное знамя… Когда Россия сочтет, что в отношении конструкции своих ружей, качества своего пороха и силы своего Черноморского флота она уже готова, тон, в котором разыгрываются вариации русской политики, быть может, уступит более вольному». Однако Бисмарк не считал, что русские предполагают напасть именно на Германию: «Германская война предоставляет России так же мало непосредственных выгод, как русская война Германии… Если для России уже невыносима немецкая часть населения ее прибалтийских провинций, то нельзя предположить, что ее политика будет стремиться к усилению этого считающегося опасным меньшинства таким крупным дополнением как Восточная Пруссия. Столь же мало желательным представляется русскому государственному деятелю увеличение польских подданных царю с присоединением Познани и Западной Пруссии. Если рассматривать Германию и Россию изолированно, то трудно найти для какой-либо из этих стран непреложное или хотя бы только достаточно веское основание для войны».

Иное дело с юго-западными соседями России. Рассуждая о необходимости и выгодности для России овладения Константинополем, этим «ключом к русскому дому», т. е. к Черному морю, Бисмарк находит, что согласие на протекторат Россия сможет получить у Порты (правительства Турецкой империи) дипломатическим путем. «Я думаю, – пишет Бисмарк, – что для Германии было бы полезно, если бы русские тем или иным путем, физически или дипломатически, утвердились в Константинополе и должны были бы защищать его. Это избавило бы нас от положения гончей собаки, которую Англия, а при случае и Австрия, натравливают против русских вожделений на Босфоре».

Противоречивые позиции, возникшие в отношении Константинополя, порождены были не Турцией и не Россией, а европейскими странами, в частности, Англией. Германия делает в 1889 году попытку сближения с Англией с двумя целями: совместно противостоять Франции и воздействовать на Россию для продления срока истекавшего «договора о перестраховке», заключенного в 1887 году секретного двустороннего соглашения Германии с Россией о нейтралитете, если одна из сторон будет вовлечена в войну. Бисмарк боялся ссоры с Россией из-за «центрального и открытого расположения Германской империи, с ее растянутыми на все стороны линиями обороны».

Англия была заинтересована в военном конфликте между Германией и Россией, так как это ослабило бы обе страны, что сулило Англии возможность «погреть на этом деле руки». Бисмарк, со своей стороны, опасался заключения союза между Англией и Россией: «Германская политика должна ближе подойти к попытке установить между Англией и Россией враждебные, нежели слишком интимные отношения», – писал он.

Считая невозможным и ненужным для Германии военное столкновение с Россией, Бисмарк сделал попытку оказать экономическое давление на нашу страну, используя для этого финансовые займы, предоставляющиеся России германской биржей. В 1887 году Бисмарк решил закрыть царскому правительству доступ на германский денежный рынок. Это был грубый просчет. Правительство России ответило на это репрессиями против немецких капиталов в России и обратилось на французский денежный рынок. Положение Бисмарка пошатнулось. Он был вынужден добиваться улучшения отношений с Россией. Бисмарк решительно отрицал наличие между Германией и Россией «неустранимых зерен конфликтов и разрыва». Войны с Россией он просто боялся. На предложение Англии объединить силы, чтобы вдвоем «управлять всем миром», Бисмарк ответил: «Мы и теперь готовы были бы охотно помочь Англии во всех вопросах. Но мы не можем ради этого жертвовать нашими хорошими отношениями с Россией. Наши границы на востоке имеют слишком большую протяженность, чтобы мы могли поставить себя в такое опасное положение, когда нам, в случае войны с Францией, придется половину нашей армии бросить на защиту восточной границы».

В своих мемуарах, которые не без основания рассматриваются многими как его политическое завещание, Бисмарк рекомендовал: «не терять из виду заботы о наших отношениях с Россией… У нас все-таки нет никакого права и никаких оснований ставить германский народ ради английских и австрийских ближневосточных интересов под угрозу тяжелой и неблагодарной войны с Россией – если этого не требуют наши собственные интересы». Бисмарк не успел осуществить свои новые стремления сближения с Россией: в 1890 году он получил отставку и был вынужден отказаться от политической деятельности.

Подводя в мемуарах итоги своей политической карьеры, Отто Бисмарк писал: «За время своей служебной деятельности я три раза советовал вести войну: датскую, богемскую и французскую, но всякий раз предварительно уяснял себе, принесет ли война, если она окажется победоносной, награду, достойную тех жертв, каких требует каждая война; а в настоящее время эти жертвы несравненно тяжелее, нежели в прошлом столетии. Если бы я предполагал, что по окончании одной из этих войн нам пришлось бы с трудом измышлять желательные для нас условия мира, то едва ли я убедился бы в необходимости таких жертв, пока мы не подверглись физическому нападению».

Русское правительство не придерживалось, к сожалению, этих мудрых точек зрения многоопытного дипломата Бисмарка и дало втянуть страну в участие в первой мировой войне, которая России практически не была необходима.

План Черчилля расчленения России

Ненужность для России русско-германской войны сознавало само царское правительство: об этом свидетельствует произведенная им попытка (неудавшаяся) заключения сепаратного мира с Германией. Временное правительство призывало к продолжению войны «до победного конца», мотивируя эту необходимость исключительно «долгом» по отношению к союзникам. Сами союзники были, с одной стороны, заинтересованы в участии России в войне, поскольку она воевала за их интересы – таскала им каштаны из огня, с другой стороны, они боялись в случае победы Антанты усиления России. В 1917 году, с приходом к власти большевиков, появился в отношении союзников к России третий фактор – боязнь распространения революционного движения на их собственные страны. Именно этот фактор оказал самое непосредственное влияние на дальнейшую политику союзных стран, в особенности Англии, по отношению к нашей стране.

Многовековое общение правительств европейских стран с русским царским правительством не создавало для Запада особых сложностей: русские дипломаты мыслили и действовали, в основном, в соответствии с принципами западной дипломатии, более или менее расчетливо присоединяясь то к одному, то к другому блоку западных стран; к тому же они, не требуя компенсации от западных держав, безотказно жертвовали кровью своих солдат при выполнении выгодных для своих западных союзников военных операций. И только порой обращались к европейским странам за получением на выгодных для этих стран условиях довольно крупных военных займов. И тем не менее, некоторые видные западные политические деятели, в частности Бисмарк и Черчилль, с беспокойством следили за действиями восточного соседа и подумывали о средствах его ослабления, прежде всего, путем раздела империи на мелкие страны, не составляющие угрозы Западу.

Смена государственного режима в России, победа большевиков резко нарушила равновесие с Западом, недавно еще казавшееся прочным. Россия вышла из-под контроля и влияния западных правительств, создала в Европе прецедент пролетарской революции и нанесла ряду европейских стран, в том числе и Англии, значительный материальный ущерб. Советское правительство, можно сказать, вынуло из кармана Великобритании 5.300 млн рублей, аннулировав военные займы, и поставило под угрозу британские капиталовложения в русскую промышленность, составляющие внушительную сумму в 500 с лишним миллионов рублей. «Сладить» с перешедшей в руки большевиков огромной русской империей военными средствами не признавалось английским дипломатам возможным. К тому же это потребовало бы со стороны англичан значительных человеческих жертв, в то время как они уже привыкли осуществлять свои агрессивные планы чужими руками и ценой чужой крови.

Оставалось единственное средство: попытаться расчленить мощное государство – Россию – на ряд мелких, слабых государств. Тем более, что этот план уже существовал, был выношен Уинстоном Черчиллем еще до октябрьской революции. Еще накануне краха царизма Черчилль писал, что расчлененная Россия «представляла бы собой меньшую угрозу для будущего мира всех стран, чем обширная централизованная царская монархия. И сейчас как раз такой момент, когда в силу критического положения, в котором находятся все существующие в России партии и все ее военные силы, создается возможность с помощью мудрого применения политики союзников дать событиям такой именно поворот».

С осени 1917 года осуществление плана расчленения России стало главной задачей Черчилля – 43-летнего члена английского военного кабинета, министра военного снаряжения. Черчилль действовал энергично: ему удалось добиться выделения 10 млн рублей для проведения подрывной деятельности внутри нашей страны. В своем первом публичном выступлении по вопросу о России Черчилль осудил ее выход из войны, объявил этот акт предательством по отношению к союзникам. Не скрыл он тот факт, что его очень тревожат отношения России с Германией, которую он счел главным виновником русской революции, произведенной «не только германской мощью, но и германской интригой, не только германской сталью, но и германским золотом».

Естественно, выдвигая эти обвинения против Германии, Черчилль заботился не о благополучии России: его заботили роль и влияние Германии в решении европейских вопросов. Черчилль уже тогда опасался альянса России и Германии – этих двух мощных европейских стран, способных совместно противостоять любым проискам остальных стран Европы, вместе взятых.

Английское военное министерство выработало меморандум для своих французских партнеров, который был утвержден на заседании английского военного кабинета 21 декабря 1917 года и был затем положен в основу парижского «соглашения» о разделении России на «зоны влияния» Англии и Франции. Английская зона включала территорию казаков и Кавказа, французская зона – Бессарабию, Украину, Крым. Это предприятие требовало довольно значительных денежных затрат, но в то же время сулило Англии еще более значительные материальные выгоды.

Денежные средства для подрывной деятельности «изнутри» переводились из Лондона в агентство «Космос», расположившееся в английском посольстве в Петрограде. Возглавлял агентство Хью Лич – секретный агент Интеллидженс сервис (английской разведки). В его задачи входило скупать акции крупнейших российских банков, продававшихся в то смутное время за бесценок. Между тем именно в банках была сосредоточена денежная масса промышленных предприятий, и владение акциями практически делало англичан их собственниками. Предвидя грядущие доходы, английское правительство выразило готовность выделить 20 млн рублей для приобретения крупного пакета акций Петербургского международного банка, но грабительская операция сорвалась: банки были национализированы.