– Ой, – чуть ли не простонала она, – я не могу идти. Меня что-то не пускает.

– Что тебя не пускает? – Аня почувствовала, как ее сердце укатилось к пяткам.

– Не знаю. Что-то держит! Мама! Я сейчас умру! Аня, спасайся!

Девочки по настоящему испугались и запаниковали. Но Аня все же заглянула за спину сестры и нервно рассмеялась:

– Дурочка! Успокойся. Ты просто зацепилась за ветку.

Действительно, рядом с калиткой стояла высохшая яблоня, наверно та самая, про которую говорила мама, когда шел разговор о дровах. Ее обломившаяся ветка попала Маше под юбочку и зацепила ее, вот почему девочка подумала, что ее кто-то держит.

Аня помогла сестре отцепиться, но не заметила, как другая ветка зацепила ее за воротник и чуть не оцарапала шею.

– Да что же это такое? – возмущенно прошипела она.

Теперь уже Маша помогла ей освободиться. Они хотели пройти дальше, но сухая яблоня вдруг громко заскрипела, застонала и повалилась на бок, закрыв собой дорогу к калитке.

– Неужели это мы ее повалили? – испуганно произнесла Маша.

– Наверно она совсем сгнила, – предположила Аня. – Вот ствол и обломился.

Они осторожно обошли упавшее дерево и чуть ли не протиснулись к калитке.

– А что если мы увидим черную свинью? – прошептала Маша. – Что тогда делать?

– Не знаю, – ответила Аня. – Самое главное, надо ее как следует рассмотреть. Настоящая она или нет.

– Ага, рассмотреть! А если она на нас кинется? Что тогда?

– Тогда будем сражаться, – твердо сказала Аня и покрепче сжала палку, которая была у нее в руках. – В крайнем случае, побежим.

И девочки проникли в огород. Словно попали на вражескую территорию. Сразу все вокруг вдруг как-то заглохло. Пропали все звуки. Словно их выключили. Огород будто был за невидимой стеной, за которой и остался весь остальной мир, живой и шумный. Ни крика птиц, ни петушиных воплей, ни мычания коров. Даже ветер не колыхал листву. В прошлый раз, когда они были здесь, ничего подобного не наблюдалось.

– Аня, мне страшно! – захныкала Маша. – Давай вернемся. Почему так тихо?

Старшая сестра ничего не ответила. Она выставила палку перед собой, крепко взяла Машу за руку и двинулась вперед. Каждую секунду девочки ждали, что появится черная свинья, которая набросится на них. Обе они сильно дрожали от страха, но почему-то назад не убегали. Словно их влекла за собой какая-то невидимая сила, подчиняя себе их волю.

Наконец они приблизились к тому месту, где впервые увидели черную свинью, где возвышались заросли лопухов, и где Аня угодила в яму.

Свиньи не было.

Лопухов тоже. Их словно кто-то аккуратно срезал. Торчали только стебли.

Зато яма была. Наполовину засыпанная и сухая.

Никто на сестер не нападал, и они слегка расслабились.

– Вот видишь, ничего страшного здесь нет, – поучительным тоном сказала Аня.

Они приблизились к яме, обошли ее со всех сторон и внимательно осмотрели. Никаких следов, кроме их же собственных здесь не было.

– Странно, – вслух подумала Маша. – А где же следы копыт? И свиней ведь копыта? Куда они подевались? Аня, ты их видишь?

– Не вижу.

– И я тоже не вижу. Может быть нам на самом деле привиделась эта чертова свинья?

– Не может такого быть, чтобы привиделось сразу обеим. Галлюцинации, это явление одиночное.

– Ну, да в пустынях миражи все видят.

– Но мы же не в пустыне.

– Ну и что? Вон тот сарай, видишь?

– Вижу.

– А ведь в прошлый раз его тут не было. Я точно знаю. Я ведь тут все обегала, когда лестницу искала.

Аня внимательно посмотрела на сестру.

– Ты точно его не видела?

– Точно. Готова поклясться хоть чем.

Аня задумалась. Она тоже старалась вспомнить, был ли здесь сарай в прошлый раз или нет. Но как ни старалась, вспомнить не могла. То ей казалось, что она точно помнит, что никакого сарая здесь не было, то сомневалась, и ей казалось, что сарай все-таки был.

– Ты знаешь, – наконец сказала она, – зря мы с тобой голову ломаем. Сарай конечно же был. Его не могло не быть. Посмотри, какой он старый и ветхий. Он наверно здесь простоял сто лет.

– Ага, а почему тогда мы его не помним?

– Очень просто. Мы смотрели только на свинью. Она привлекла к себе все наше внимание. Вот на сарай мы и не смотрели, потому и не помним его. К тому же тут были высокие заросли лопухов, они тоже его закрывали. Теперь ясно?

– Ясно. Тогда скажи, кто срезал лопухи? Ты?

– Нет.

– Я тоже этого не делала. Тогда кто?

– Ну мало ли кто? Кто-то из деревенских для своей коровы нарезал или для козы. Пойдем лучше посмотрим, что это за сарай.

Маша покачала головой:

– Ни за что не пойду!

– Почему?

– Не хочу.

– Мы ведь решили тут все осмотреть. Так давай осмотрим и сарайчик.

Аня еще долго уговаривала сестру осмотреть сарай, прежде чем та согласилась.

– Только, если там что-нибудь страшное, тут же побежим обратно, – сказала Маша.

– Само собой, – согласилась Аня.

И девочки стали подкрадываться к сараю. Тот стоял в десяти шагах от них за пригорком, на котором прежде росли лопухи. Они действительно скрыли от них строение в прошлый раз. Сарайчик был низенький, как раз под их рост. Сестры подобрались к нему вплотную и стали бродить вокруг сарая, как лиса вокруг курятника. На маленькой дверке висел небольшой замок. Увидев его, Маша обрадовалась:

– Вот видишь, здесь все равно заперто. Ключ наверно у папы. Так что мы все равно внутрь не попадем. Пошли назад.

– Подожди! – Аня заглянула под крышу. – Смотри, вот он ключ. Висит на гвоздике. Я уверена, что он от замка.

– Нет, это совсем другой ключ.

– Сейчас посмотрим.

Аня взяла ключ, сняла его с гвоздя и попыталась вставить в замок.

– Не влезает! – разочарованно вздохнула она.

– Вот видишь, я же говорила!

– Погоди, я попробую еще раз. Ага, надо просто его перевернуть, и все дела. Прекрасно входит.

Аня попробовала повернуть ключ, тот захрустел и остался недвижим.

– Заржавел, – сделала вывод девочка. – Что же делать? Надо бы у папы масла машинного попросить. Ты не сходишь?

Маша отрицательно замотала головой:

– Ни за что! Прекращай, Аня, давай вернемся в дом! Видишь, замок не работает.

– Работает. Еще как работает! – кряхтела Аня, пытаясь повернуть ключ то в одну, то в другую сторону. От усердия она даже слегка высунула язык. – Погоди, кажется, получается.

– Ой, не нравится мне все это! – бормотала Маша. – Какая же ты все равно упрямая, Аня!

Тут в замке что-то щелкнуло, и ключ повернулся на сто восемьдесят градусов. Душка замка сразу же открылось.

– Готово! – объявила Аня, вытаскивая замок и дверных ушек. – Прошу пожаловать!

Она уже хотела открыть дверь, но тут Маша опять схватила ее за руку:

– Погоди!

– Что еще?

– Давай, хотя бы сначала послушаем. Вдруг там кто-то сидит?

– Ерунда! Кто там может сидеть?

– А вдруг там прячется черная свинья? Сделал подкоп и там теперь живет.

Сестры некоторое время постояли, приложив уши к двери и вслушиваясь в тишину сарая. Но там была абсолютная тишина.

– Никого там нет! – прошептала Аня и распахнула дверь.

На всякий случай они отскочили назад и приготовились встретить опасность лицом к лицу, если она появится.

Но опасности никакой не было. Сарай оставался прежним. Старым, ветхим и совершенно заброшенным.

– Я пошла! – объявила Аня, у которой сердце колотилось от волнения. – А ты стой здесь, и случись что, сразу же беги за помощью.

– Я боюсь! Анечка, ну, пожалуйста, не ходи туда!

– Теперь уже поздно отступать, – сказала Аня. – Я просто умираю от любопытства. Что если мы там найдем клад?

И она смело вошла в сарай и скрылась за дверью. Маша с ужасом смотрела, что будет дальше. Она была уверена, что сейчас раздадутся жуткие Анины вопли и придется бежать за помощью. А вдруг она не успеет? Вдруг то, что там внутри быстро расправится с сестрой, а потом нагонит и прикончит и ее?

13

Но криков не было. Вместо них показалась Аня. Лицо ее сияло. Она поманила сестренку пальцем и прошептала:

– Иди сюда! Здесь никого нет.

– Честное слово?

– Да честное, честное. Иди быстрее! Тут такое! Такое!

Машу разобрало любопытство, она убедилась, что с сестрой все в порядке и последовала за ней.

– Ух ты! – вырвался у нее возглас, когда она оказалась внутри сарая.

– Вот тебе и ух ты! – довольно ответила Аня.

В сарае был полумрак, но свет из двери, а также из небольшого запыленного окошка, которое было под самой крышей, давал возможность все прекрасно рассмотреть.

По всему сараю вдоль стен тянулись полки. А на полках, как в магазине сидели… куклы.

Именно куклы. Самые настоящие. Вернее даже больше чем настоящие. Куклы были сделаны так искусно, что казалось, перед ними настоящие девочки и мальчики, только маленькие.

– Ух ты! – хором повторили девочки. От волнения они даже взялись за руки. – Здорово!

Некоторое время они даже не могли разговаривать. Просто стояли и смотрели на кукол, которые сидели или стояли на полках и в свою очередь смотрели на них. Куклы были самые разные. И все одеты в красивые яркие наряды. При чем все наряды были не современные, а старинные. Всего кукол было штук тридцать. Одни были одеты в наряды, в каких щеголяли модники и модницы при Иване Грозном, другие были европейского образца, какие велел носить своим подданным царь Петр Первый. Другие куклы были одеты во фраки, гусарские мундиры или пышные платья Пушкинской поры. Лишь одна кукла была в коротенькой темно-синей юбочке, белой блузке и матросским воротником и в соломенной шляпке.

– Какая прелесть! – воскликнула Маша. – Правда, ведь, Аня, все они прелесть?

– О да, – согласилась старшая сестра. – Только вот я не пойму, как они здесь оказались?