Грязная Земля. Книга 1

– Чай, кофе, свежей крови?

– Не смешно, – буркнула Алиса, но взгляд отвела.

– Ты о чем-то хотела поговорить? – поторопил папа. – Давай скорее, а то я уйду. А вечером – сама знаешь…

– Да, да, да, – нетерпеливо прервала Алиса. – Никаких дел, только отдых.

– А ведь раньше тебя так радовало это правило, – вздохнул папа. – Вот верно говорят – полученное даром люди не ценят…

Алиса разозлилась, ощущая, что упускает инициативу. Обвинять должна была она!

– Ты обещал, что с этого года уйдешь с вредной работы! – выпалила она.

– А, – папа почесал в затылке. – Я что, прямо так и сказал, что брошу всё и уйду?

– Ну… Не совсем, – признала Алиса, отведя взгляд. – Ты обещал посмотреть другие варианты. Посмотрел?

– Не до того было, – теперь глаза отвел папа. – Я даже в отпуск вырваться не смог. Мама расстроилась…

– Вот! – развила наступление Алиса. – А мы ведь с тобой говорили тогда!

– Хм, – папа задумался.

– Нефтяная отрасль вредит нашей планете! – продолжала между тем Алиса. – Природа бережно складывала в копилку ресурсы, которые могли бы стать основой будущей жизни! Но вместо этого мы сжигаем природу в печках! Это как…

– Как топить печь деньгами, ты говорила. Много раз, – буркнул теперь папа.

– Вот! – не остановилась Алиса. – Мало того, что жадность нефтяных корпораций сломала Гольфстрим…

– Это слишком громко сказано, – поморщился папа. – Гольфстрим никуда не делся, греет, как и раньше.

– Власти просто скрывают истинный масштаб проблемы! – парировала Алиса, но не отвлеклась на приманку. – И это не единственная нефтяная авария! Разливы нефти постоянно убивают животных, уничтожают реки и океаны! Наши сибирские реки превращаются в сточные канавы! Чистый Байкал стал сливным бачком химзаводов!

– Стоп-стоп-стоп! – поднял руки папа. – Мы сейчас нефть ругаем или всё подряд?

– Выхлопы автомобилей отравляют воздух городов! – Алиса не сдавалась. – Недаром все богачи живут в своих загородных экологически чистых дворцах! Думаешь, они просто так переезжают за город? Эти люди точно что-то знают!

– Да уж, – вздохнул папа. – Но к нам-то это всё как относится?

Алиса на миг замерла. Сказать папе «ваша компания сбрасывает отходы в нашем городе!» она пока не решилась. А вдруг она ошибается?

Алиса подвинулась ближе, нагнулась к папе, взяла его за руку и посмотрела снизу вверх большими просящими щенячьими глазами.

– Папа, даже если мы не можем спасти мир – мы можем каждый сделать свой выбор! Уходи со своей нефтегазовой работы! Ты же инженер, ты умный, ты легко найдешь другую!

– Это легче сказать, чем сделать, – пробурчал папа. – У нас в стране для инженеров не так много работы, как хотелось бы.

– Пойдешь в программисты! Они были, есть и будут в цене, Петя говорил! А ты говорил, что увлекался в юности!

Папа лишь вздохнул:

– Это тебе в шестнадцать легко выучить английский, китайский и си-плюс-плюс. А твоему пятидесятилетнему папке мозг уже не так резво служит…

– Пап, ну пожаааалста! – и она опять состроила большие щенячьи глаза.

– Я подумаю, – сдался папа, опять вздохнув. – У меня знакомые есть в фарминдустрии, может им нужны инженеры-химики. Все кредиты отдадим, тебя в ВУЗ поступим – и начну спрашивать.

– Спасибо! – воскликнула Алиса и полезла обнимать папу.

Она ощутила, что выдавливать больше сейчас из папы не стоит, иначе он может заупрямиться и даже это обещание отменить.

«Через год напомню и не отвертится» – подумала Алиса. – «А пока – план Б! Используем его работу для расследования».

А папа довольно заулыбался. И дочку порадовал, и не потерял ничего. А там, через год-два – как знать! Поступит, родит, перебесится… Опять же, деньги на внуков понадобятся…

«Через год попросит денег и поймет, как оно в жизни» – подумал папа. – «А пока – план Б. Её с собой брать нельзя…»

– Ну и хорошо, я, значит, на работу! – папа довольно хлопнул по столу и поднялся.

– Пока-пока! – помахала Алиса и схватила кусок колбасы.

Она традиционно игнорировала хлеб в бутербродах (“от него только жиреть зазря!”), но в то же время не поддавалась на подначки о колбасе, сделанной из бедных живых поросят, отвечая Петиной шуткой: “Не тупи, откуда в колбасе взяться мясу?”

На кухню зашла мама, почти столкнувшись с мужем в дверях.

Увидела, что и дочь, и папа довольны – и тоже обрадовалась:

– Поговорили, всё обсудили? Все счастливы?

Алиса закивала с колбасой во рту, одновременно наливая чай в чашку. Ну а папа приобнял маму, чмокнул в щечку и шагнул к выходу.

– Значит, вечером все вместе идём в ресторан, отметим твоё… – начала мама с радостной улыбкой.

Папа замахал руками:

– Стой-стой, давай потом отдельно обсудим!

А Алиса вдруг сообразила и закашлялась чаем с колбасой:

– Что? Что отметим? Тебе что, всё-таки дали повышение?

– Ну ладно, я уже опаздываю, побегу! – и папа побежал с кухни.

– Погоди, что насчёт ресторана? – за ним поспешила мама. – Я неделю платье выбирала!

– Ты мне всё врал! – воскликнула Алиса. – Ты должен был бороться со злом, а не возглавить его!

– Я эти вечерние платья для отпуска готовила! Не говори мне, что и ресторан тоже отменяется! – голос мамы.

– Люблю вас всех, до встречи вечером! – голос папы.

Хлопнула дверь. Мама зашла обратно в кухню. Её лицо было расстроенным.

Она встретилась глазами с нахмуренной дочерью.

– Так, и почему папа вдруг сбежал от вопроса про ресторан? – Мама уперла руки в бока.

– Я просто хочу, чтобы он перестал убивать животных!

Алиса тоскливо смотрела на маму.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, осознавая, что совершенно не понимают друг друга, а потом вздохнули и перестали даже пытаться.

Всё равно во всём виноват папа.

Мама подошла к сидящей Алисе, обняла её и погладила по голове:

– Папа не сказал про повышение, да?

– Он обещал подумать насчет ухода! Он всё врал! Его работа убивает наш лес!

– Детка, папа много работает, чтобы мы хорошо жили. Не всем так повезло с работой. Вот друг твой, Петя – у них денег постоянно в обрез.

– У них семья многодетная, – буркнула Алиса. – Благодаря им человечество не вымрет.

– Я уверена, именно об этом они и думали, – хихикнула мама.

– Мам! – шокировано воскликнула Алиса и покраснела. – И вообще, мы тут папу ругали, а не об… Этом!

– Да уж, папу легко ругать, – вздохнула мама. – Но пока папе приходится кормить нашу семью – давай не будем из него жилы тянуть? Вот будешь сама себе на жизнь зарабатывать – и тогда можно говорить с ним о другой работе.

Алиса насупилась. Она была уже не совсем в том возрасте, чтобы просто убежать с кухни с возгласом: “Вы не хотите меня понять! Ненавижу вас всех!”. Однако и соглашаться просто так не считала правильным, особенно теперь, когда выяснилось, что папа ей врал.

Даже если он просто недоговаривал.

Даже если он просто хотел сделать ей приятное.

– Все равно я просто так не сдамся! С вами или без вас – я этот мир спасу!

– Хорошо, спасай, только школу не бросай, ладно? – вздохнула мама. – И на линейку не опоздай!

Чтобы подчеркнуть свою жесткую позицию, Алиса не ответила. Задрав нос, она гордо и независимо бросила чашку в раковину и сбежала собираться.

– Блузка глаженая в шкафу, брючки глаженые на стуле! – вдогонку крикнула мама.

Алиса гордо и независимо промолчала, но перестала искать брючки в шкафу.

– Тебя подвезти по пути на работу, или на автобусе поедешь?

Блин. Придется всё же ответить…

Алиса и бывшая

Когда Алиса выскочила на улицу, мама уже прогрела машину и подвела её к подъезду. Несмотря на относительно раннее утро, на скамье рядом уже невероятным образом нарисовались две старушки. При их виде Алиса, уже насупленная, ещё больше напряглась. А старушки – наоборот – словно бы приподнялись, прицельно сузили глаза и изготовились к прыжку. Голодными глазами оглядели нарядные блузку, брючки, курточку, рюкзачок – и чуть осклабились, словно готовясь выдать низкий социальный рейтинг.

В принципе, Алиса осознавала, что бабки могут не любить её за дело. В детстве Алиса имела активную социальную позицию – начиная от рисования на обоях, продолжая мелкими диверсиями на чужих огородах и заканчивая драками с мальчишками во дворе. Но Алиса принимала себя как есть – то есть, чихала на чужое порицание. Однако, родители напрягались, когда старушки им ябедничали. Ну и сама Алиса всё же была живым человеком, и подростковый организм иногда неожиданно реагировал на поведение других людей.

Алиса ускорилась и опустила глаза в землю, инстинктивно избегая дополнительного стресса.

– Здрасте, – невнятно буркнула она.

– Совсем вежеству не обучена! – с наслаждением прошептала ехидная Глафира Семёновна. – Не здоровается со старшими!

Так “тихонько” прошептала, что даже мама в урчащей машине покраснела.

– Да уж, девки нонче совсем бесстыжие! – откликнулась Фёкла Порфирьевна, мыслившая более глобально. – Не то, что мы в свое время!

И они обе благодушно осклабились, вспоминая, как лихо отплясывали на послевоенных танцплощадках, а потом из-за них дрались оглоблями танкисты с трактористами.

Алиса же лишь молча села в машину, кинула им неприязненный взгляд, но ощутила, что перестала быть целью – и выбросила бабок из головы.

Всю дорогу до школы Алиса сидела гордо насупившись, поэтому мама решила её приободрить:

– Не грусти, сейчас друзей своих увидишь. С Лизой наконец наболтаетесь обо всём!

– Если она мне до сих пор подруга, – не выдержала, наконец, Алиса. – Она мне всё лето не отвечала!

– Ну я тоже в молодости не любила письма писать. Это ж так долго и неудобно! То ли дело глаза в глаза, взявшись за руки секретничать…

Глаза мамы затуманились, она чуть улыбнулась, мечтательно глядя вдаль. Алиса не стала объяснять, что не отвечать подруге в век Интернета, СМС и смартфонов – это совсем не то, что не найти для письма заточенное перо, засушенную лилию и рифму про “жду ответа, как соловей лета”. Не поймёт мама, будет поддерживать и успокаивать, как маленькую. Нет уж, не надо!

Алиса выскочила из маминого “Матиса” за сто метров до школы и, поморщившись от запаха выхлопов, влилась в разреженный поток учащихся уже пешком. Маме маленькая машина очень нравилась – и недорого, и парковаться-разъезжаться в точечной застройке легче. Но Алиса немного стеснялась оценивающих взглядов сверстников. Это же не мнение старых кошёлок, это важно! Мажоры и мажорки будут язвить, подкалывать. Сын мэра Лисюкова Пахан наверняка про «Матис» что-то скабрезное ляпнет, как обычно.

То ли дело папин внедорожник!.. Мощный рычащий зверь, гроза просёлочной грязи, пусть и подержанный. Алисе тоже хотелось такую машину. Точнее – такой мотоцикл! Чтобы так же рычал, чтобы нестись по дорогам и ухабам!

“И чтобы волосы развевались, а я стреляла из лука в закат!” – пошутил папа, когда Алиса с горящими глазами рассказала ему эту свою мечту. Однако на саму идею мотоцикла он ответил категорическим отказом: “Хочешь сломать себе шею – пожалуйста, но не за мой счёт. Не хочу потом всю жизнь себя корить за такой подарок.”

Алиса попыталась сделать папе щенячьи глаза, но он погладил её по голове и сказал: “Ты такая у меня милашка выросла! Давай лучше купим тебе пони? Вы так мило будете вместе смотреться!”

Алиса тогда плюнула (про себя) и ушла. Не понимают предки, как душа рвется к свободе… Зато папа с мамой пошушукал и купил ей новый горный велосипед. Двухподвесный, рама карбон, ярко-красный – под цвет волос. Алиса приняла его с холодным лицом, но друзья обзавидовались. И потом она на нём так гоняла по лесным холмам, что аж дух захватывало.

Кстати, вышеупомянутому сыну Пахану мэр Лисюков этим летом подарил мотоцикл Харлей-Дэвидсон. Пахан безмерно гордился, позировал, как крутой байкер, и носился по городу, как безумный хорёк. Целых два дня носился, пока не повстречался с фонарным столбом. К счастью, обошлось без жертв. Разве что – Пахан потом неделю садиться не мог. Ходили слухи, что мэр его ремнем выдрал… Но мало кто, конечно, осмеливался уточнить это лично у Пахана. Только за спиной хихикали. Выдранной.

Мотоцикл только вот жалко. И зачем такому дураку достался?

Но сейчас всё это было уже не так важно, потому что Алиса осознала – нефть и бензин убивают природу. Она всегда любила и жалела животных. И то, что случилось этим летом – заставило её буквально возненавидеть нефтяную индустрию…

– Алиска, привет! – сзади раздался голос Лёшика.