Я буду любить тебя всю зиму, посыпанную вечностью

Прочитав его объяснения, я в очередной раз задумываюсь над тем, когда я уже перестану удивляться непостоянности их отношений. Глядя на Меган и Энди, я в очередной раз убеждаюсь в верности своих взглядов на отношения. Возможно, мои взгляды слишком консервативны, но я куда охотнее трачу студенческую жизнь на обучение и саморазвитие, а не на такие эмоциональные качели.

Как бы там ни было, я всё равно рада тому, что они во всём разобрались и помирились. Напечатав быстрый ответ другу о том, что он – молодец, я присоединяюсь к общему разговору. Начал его Энди, а значит, он уже обречён, и ситуацию нужно страховать, чтобы друг не упал в грязь лицом перед высокомерным грубияном по имени Стив.

– Ты имеешь в виду мини-холодильник? – нахмурившись, спрашивает Том у Энди.

– Да нет же, это типа колонка в виде холодильника, и там, короче, можно слушать музыку, – объясняет тот.

– Вряд ли я где-то такое видел, – пожимает плечами Том.

– Да такое по-любому есть! Это ж реально удобно!

– Не хочу тебя разочаровывать, – начинает Стив, – но вряд ли это возможно с точки зрения акустики. Хотя идея классная! Подумай ещё, может, придумаешь что-то более осуществляемое.

– Том, – зову я друга, чтобы перевести тему разговора. – Помнишь, как два года назад ты приезжал к нам на День благодарения?

– Конечно! Мы же в тот день ещё гуляли в центре города, и Джуд… – его увлеченный рассказ обрывается, стоит ему произнести имя бывшей девушки.

– Она забыла книгу, которую ты ей подарил, и нам пришлось за ней возвращаться, – заканчиваю за Тома я, и он благодарно улыбается.

– Почему ты это вспомнила?

– Потому что ты зародил в наших с Джуд семьях новую традицию празднования Дня благодарения.

– Подождите, – вмешивается Энди, и я мысленно молюсь, чтобы он не сказал очередную глупость, – я думал, этот праздник есть везде, кроме Англии…

Стив давится водой, а у меня пропадает первоначальное желание кинуть в Энди подушку. Эффект, конечно, его слова произвели ожидаемый, но Стив подавился водой! Как этому можно не радоваться?

– Нет, этот праздник есть только в Америке и Канаде, – даже не стараясь скрыть довольной улыбки, объясняю я. – Когда Англия основала здесь колонии, европейцы не были приспособлены к новому климату, однако им помогли местные жители. И в знак благодарности переселенцы устроили праздник, на который пригласили индейцев.

– Аа-а! Так вот почему в этот день всегда едят индейку! – восклицает Энди, и Стива, который только пришёл в себя после прошлого высказывания Энди, опять накрывает волной неудержимого смеха.

– Энди, слушай! Может, ты принесёшь нам лимонад? – предлагаю я.

– Так, давай я. – Том поднимается, но одного моего взгляда достаточно, чтобы он сел обратно.

– Да, сейчас принесу! – с улыбкой говорит Энди, и они вместе с Мег уходят на кухню.

После этого Стив уже не сдерживает себя в эмоциях и начинает громко смеяться.

– Тебя ничего не смущает? – возмущённо обращаюсь я к громко смеющемуся Стиву.

– Ты его видела? У мочалки интеллекта больше, чем у него.

– Зато у него имеется чувство такта, и потому нет проблем в общении с людьми.

– Не называй пустое поддакивание всему сказанному чувством такта. А проблем в общении у него нет только потому, что ему не хватает мозгов увидеть эти проблемы.

– Ребят… – пытается начать Том, но мы со Стивом в один голос останавливаем его фразой: "Не сейчас".

– Он – мой друг, – строго говорю я. – И в своём присутствии я не позволю никому так о нём отзываться. Я, конечно, не понаслышке знаю, что культура поведения у тебя совершенно не в чести, но, будь добр, разберись со своим эмоциональным несдержанием! – Я встаю на ноги и беру с журнального столика салфетку, которую принесла.

– Ты куда? – спрашивает он меня.

– Пойду, мусор выброшу. Твоё мнение захватить?

– Смешно, – говорит он и указывает на меня пальцем.

На кухне я помогла Меган и Энди с лимонадом и, вернувшись в комнату, с облегчением выдохнула, обнаружив, что Стив ушёл. Не считая всего, что связано с ним, этот вечер оказался именно таким, который запоминается на долгие годы. Вкусный ужин, прекрасная компания и спокойная музыка. Казалось, что для счастья больше ничего не нужно, но весь вечер я не могла побороть тяжёлую тоску за семьёй и Джуд, а, судя по постоянным вопросам Тома о подруге, я – не единственная, кто за ней скучает.

Глава 16

Зайдя в комнату после пар, я устало скидываю исписанные за эту неделю конспекты и учебники на рабочий стол. День сегодня был крайне сложный, поэтому мне просто необходимо поспать хотя бы полчаса. Переодевшись в пижаму, я ложусь в постель и, стоит моей голове только коснуться подушки, я проваливаюсь в сон настолько глубоко, что просыпаюсь, только когда в дверь начинают стучать ногами.

– Да кому там не имеется? – Я раздражённо поднимаюсь, готовясь убить любого, кого увижу. Повернув замок, я ещё долгое время не могу поверить своим глазам.

– Знаешь, я думала, что ты сюда учиться приехала, а не спать! – Oглядывает мою пижаму и расправленную постель Джуд. Её слова в привычной, шутливой манере окончательно убеждают меня в том, что это не сон и, сделав шаг вперёд, я крепко обнимаю подругу. – Я тоже по тебе скучала! – смеётся она.

– Что ты здесь делаешь?

– И это вместо: "Я так рада тебя видеть!"? – спрашивает она и проходит в мою комнату.

– Ты даже не представляешь, как я рада! – Плюхаюсь на кровать. – Но ты же должна была приехать только через две недели.

– Да-а, – говорит она, и на её лице появляется загадочная улыбка. – Но я решила устроить тебе сюрприз и приехала пораньше.

– Так ты останешься на весь месяц? – с надеждой спрашиваю я, но она мотает головой. Конечно, этого стоило ожидать: раньше приехал, раньше уехал.

– Если всё получится, то я останусь на ближайшие три года.

– Что?!

Что?! Разбудите меня кто-нибудь!

– Сюрприз! Я буду сдавать экзамены в Колумбийский, и приехала раньше, чтобы пройти подготовительные курс! Так что собирай вещи, поищем нам комнату побольше.

– Шутишь… – недоверчиво шепчу я, в ответ на что Джуд копирует мой жест, поджимает губы и качает головой, и я подпрыгиваю с кровати и снова крепко обнимаю подругу.

Это самый лучший подарок из всех, что она могла мне сделать: ближе семьи и Джуд у меня никого нет, а учитывая то, что я не видела никого из них целый месяц, сейчас у меня такое чувство, словно упала гора с плеч. Я просто знаю, что та крепкая дружба, которая сформировалась за годы нашего общения, – одна из самых главных ценностей моей жизни. И теперь человек, с которым нас столько связывает, здесь – стоит прямо напротив меня.

– Так! Всё! – командую я. – Никаких слёз. У нас ещё куча дел!

– Точно! Но первым делом я хотела бы поговорить с Томом, – неуверенно сообщает Джуд.

– Правда?

– Да… – Джуд садится на подоконник. – Я решила, что так будет правильно.

– Ты ему уже писала?

– Пока нет.

Мы смотрим друг другу в глаза, и она, набрав побольше воздуха, достаёт телефон из кармана. Я одобрительно киваю головой, и через несколько минут она говорит: "Отправить".

– Ты большая молодец! Думаю, он будет очень рад. Ты всё правильно сделала.

– Спасибо, но я ничего не написала, – испортив всю трогательность момента, она поворачивает мне заблокированный экран телефона, и мы смеёмся. – Давай, может, сначала поедим?.. – в отчаянных попытках оттянуть неизбежный шаг, предлагает она. – Я видела на первом этаже кафе…

– Пойдём, – соглашаюсь я.

Спустившись в небольшое, но очень уютное заведение, мы берём по латте с клубничными чизкейками и принимаемся за дело.

– Ладно… – Неуверенность Джуд пала жертвой моего нетерпеливого взгляда. – Я пишу…

– Ну, что? Что ты написала? – спрашиваю я, наверняка, мешая подруге печатать сообщение.

– Сказала, что приехала, и была бы рада встретиться, конечно, если он не против, – читает она и, немного помешкав, нажимает отправить.

– Пф-ф, конечно, не против.

– Ну, вот и увидим. – Она откладывает телефон.

– Что не так?  – спрашиваю я, когда замечаю закравшуюся неуверенность в её глазах.

– Я не знаю, могу ли просить его об этом после всего… Весь этот год мне казалось, что я поступаю только из самых лучших побуждений, но сейчас мне кажется, что оставив его я совершила огромную ошибку.

– Поэтому ты решила поступить в Колумбийский?

– Том живёт здесь, и с тех пор, как ты переехала, я чувствовала, что… Что-то не так. Знаешь, такое чувство, словно, уезжая отсюда год назад, я оставила здесь свою настоящую жизнь, но я больше не хочу бездейственно сидеть в стороне. Я решила вернуться и наконец-то стать той девушкой, которая исчезла, чтобы жить не своей жизнью…

– Я счастлива видеть тебя здесь. – Я беру подругу за руку. – И уверена, что Том, узнав о твоём приезде, будет счастлив не меньше, чем я.

– Думаешь, он не злится на меня?

– Джуд, если бы он был на тебя обижен или зол, не засыпал бы меня вопросами о тебе.

– Это он! – Она растерянно смотрит на экран телефона. – Он написал!

– Что ответил?

– Написал, что будет рад со мной встретиться и заедет через полчаса?! – в панике дочитывает сообщение подруга. – Через полчаса?! Я же совсем не готова!

– За полчаса ты успеешь сходить в душ и переодеться, а в остальном можешь смело положиться на своё обаяние.

В комнате я помогаю подруге выбрать наряд и провожаю на встречу с Томом. Узнать исход их свидания я смогу не скоро, поэтому, дабы не мучать себя нетерпеливым ожиданием, я сажусь за стол и уже заранее устало достаю учебники по международному частному праву.

По возращении, спася меня от депрессии по поводу количества заданных работ, Джуд принялась за детальный четырёхчасовой пересказ двухчасовой встречи, подтверждая слова Джейн Остин о благословенности женских речей, когда важна каждая подробность.

По факту, из её длинного монолога я вынесла, что как она, так и он, по-прежнему полны любви друг к другу. То есть, говоря о Томе, я в этом убеждена, говоря о Джуд – искренне в это верю. Пока подруга не готова признать своих чувств, но чрезмерная эмоциональность и огонь в глазах выдают её истинное отношение. Это всё, что мне важно было знать, а остальное прояснится со временем, а точнее завтра.

– То есть это свидание? – шокировано спрашиваю я.

– Нет, он просто пригласил меня погулять.

– Господи, только не говори «по-дружески»! – перебиваю я подругу.

– Но мы же… Я даже не знаю, – тяжело выдыхает она. – Кортни, наверное, меня терпеть не может. Вся его семья и он, в том числе, скорее всего, думают, что я больная на голову. Бросила, не отвечала на сообщения и звонки целый год, а теперь просто приехала и снова появилась в его жизни.

– Джуд… – успокаиваю я её, – ты же сама сказала, что с Томом вы всё обсудили, и он нисколько на тебя не обижен, так что, прошу, хватит себя в чём-то винить… Хватит бояться причинить людям дискомфорт и недооценивать себя. Если ты хочешь быть с ним, то последнее, о чём ты должна волноваться, – это о том, что скажут его родители, или что подумает его бестактный брат. Это твоя жизнь, а значит, только ты вправе решать, с кем тебе быть и что делать.

– Возможно, ты права, – тихо соглашается она, и, заметив моё удивление, поправляет: – Ты права абсолютно точно, но сегодня я больше не готова ни о чём думать, кроме сна.

– Понимаю, – смеюсь я, и мы завариваем травяной чай и, закутавшись в тёплый плед, включаем самый интересный исторический сериал всех времён – «Корона», под который, несмотря на его занимательность, быстро засыпаем.

Глава 17

"05.12

Со дня приезда Джуд прошла уже целая неделя. За это время Энди с Меган успели снова расстаться и обратно сойтись, мы с Джуд нашли нам новую двухместную комнату и пересмотрели весь первый сезон "Короны", Джуд пошла на подготовительные курсы перед своими экзаменами на факультет журналистики, но самое главное… Том и моя подруга снова вместе! Эта новость, вопреки опасениям Джуд, вызвала у всех только радость: родители Тома произнесли влюблённым восторженную панегирику, несомненно, одобряя их отношения, даже Стив, по словам Джуд, был рад видеть снова её видеть. Сама же Джуд, как и стоило ожидать, стала куда более спокойной и уверенной. Душевное умиротворение не обошло и Тома. Как для неё, так и для него, эти отношения всегда служили якорем, удерживающим их, невзирая на любые сложности; теперь же они стали маяком, проливающим свет на глубину любви и дающим ориентир всякому, кто посмотрит на них со стороны. Гармония, поддержка и любовь, которыми наполнено их общение, для меня всегда были и будут идеалом. И я в очередной раз убедилась, что, если людям суждено быть вместе, они найдут друг друга, сколько бы километров их не разделяли, сколько бы времени не прошло с их последней встречи. Любовь, если она настоящая, бессмертна".

Сегодняшний день выделен в нашем настенном календаре ярким маркером, ведь именно сегодня мы с Джуд и Томом идём на долгожданный концерт Шона Мендеса, билет на который я подарила другу на день рождения.

– А кто с нами идёт? – спрашиваю я у Джуд, подкрашивая ресницы тушью.

– В смысле? – Она протягивает руку, и я кидаю ей помаду.

– Я же подарила Тому четыре билета.

– А, он, кажется, говорил, что позовёт своего друга, – отвечает она, и мы, не заставляя парней долго ждать, выходим на парковку общежития и подходим к машине, где Том открывает нам заднюю дверь. Первой садится Джуд, и, когда до меня доносится её удивлённое "Стив?", я замираю на месте и перевожу вопросительный взгляд на Томаса, но тот лишь пожимает плечами, словно вообще не знает, что его брат делает в машине. Когда я, наконец, сажусь, Стив поворачивается ко мне и с непосредственным видом говорит:

– Привет!

Нахмуриваю брови, стараясь этой мимикой продемонстрировать всё своё пренебрежение к его личности, и он, отрезвившись моей неприязнью, отворачивается. Спустя полчаса дороги по завораживающему вечернему Нью-Йорку мы подъезжаем к огромному крытому стадиону – Мэдисон-сквер-гарден – и, пройдя длинную очередь, быстро находим наши места.

– Скай, Стив! Вы пока садитесь, а мы пойдём, возьмём что-нибудь выпить, – говорит Джуд, и они с Томом уходят. Я без колебаний занимаю место и, услышав шаги приближающегося Стива, кладу руку на место возле себя:

– Что ты хочешь? – даже не поворачиваясь к нему, я задаю вопрос, ответ на который уже и так прекрасно знаю.

– Разрешения сидеть возле тебя, – ожидаемо отвечает он.

– Проблема в том, что я не горю желанием сидеть возле тебя. – Поворачиваюсь к нему, чтобы мои слова звучали максимально убедительно. – Так что, ты, конечно, прости меня за эту вопиющую бестактность, но разрешение отклонено. – К счастью, возможности ответить Стива лишают вернувшиеся с красными стаканами колы Джуд с Томом.

Очень быстро зал забивается до отказа. Такого огромного скопления людей в одном месте я ещё никогда не видела. Внимательно разглядывая пришедших, я вздрагиваю от неожиданности, когда во всём помещении внезапно гаснет свет. Но уже спустя три секунду браслеты, которые всем выдали при входе, загораются ярко-голубым цветом, а на стадионе поднимается визг. Эта картина "За секунду до" навеивает острое предвкушение, а атмосфера, которую нигде больше не воссоздашь, даёт невероятный прилив энергии.

Когда по залу проносится знакомая негромкая мелодия, на сцене появляется Шон Мендес. Начав петь “There's Nothing Holdin' Me Back”, он заставляет абсолютно всех подорваться со своих мест.

Живые концерты – это как особое энергетическое поле: пока ты находишься на его территории, не вспоминаешь о прошлом, не гадаешь о будущем, а просто живёшь здесь и сейчас. Тебя не волнует, как ты двигаешься, не фальшиво ли ты подпеваешь, потому что танцует и поёт исключительно твоя душа. Наверное, именно поэтому воспоминания с концертов всегда затуманенные, ведь тебя буквально опьяняют эмоции.