Виконт. Книга 4. Колонист

— Что у тебя тут за звери? Не размером с поросенка? — я помнил байку девяностых о крысах в метро. Точно не помню, но вроде дело оказалось в одичавшем бультерьере, которого можно было за крысу и принять.

— Нет, но чуть поменьше кошки.

— Ладно, когда буду травить, всех выведешь, и свою живность тоже. Применю черную магию, передохнут все, включая и тараканов. Надеюсь, хоть их у тебя нет? — спросил я.

Этих тварей я ненавидел, особенно с тех пор, как внизу поселился сосед, таскавший с помойки всякое говно. Пока он не помер, и пока не прошло время, чем только не травили этих гадов. Зато на его похоронах никто из подъезда не плакал, многие даже вздохнули с облегчением.

— Тьфу-тьфу, — сплюнул он, отгоняя Нечистого и осенил себя Святым Кругом. — Хоть этих тварей нет. Как ты в первый раз очистил это место, так и осталось. И термитов тоже.

Ну да, бич американских домов. Особенно как раз Атлантическое — здесь Туранское — побережье. Жрут, заразы, древесину как вафли.

— Ладно, — тяжко вздохнул я. — Давай ключи, начну с колокольни.

Тарсо согласно кивнул, отстегнул с пояса большое кольцо с ключами, больше похожими на гнутые гвозди и отдал мне.

Путь наверх дался мне тяжелее всего — с набитым пузом-то! Я поднялся по лестнице на второй этаж, прошел в другой конец коридора и, встав на ступеньки, скрежеща ключом, отомкнул потолочный люк. Да, с запорами здесь беда. Ну ничего, потом научатся. Слесарь в Осгене был обучаемый, надо будет ему пару идеек подкинуть, пусть попробует.

А вообще идеи я старался не давать. Не то, чтобы я категорически против прогрессорства, но и не чувствую себя лишенным каких-то вещей. Например, внедрю я сейчас пороховое оружие, показав, что оно может не только ядрами из короткого стволика кидаться и вонять серой, аки диавол. И что дальше? Через год все армии мира вооружатся до зубов, а войны приобретут более кровопролитный характер. Это плохо. Учитывая зачаточное, а точнее, противозачаточное общественное сознание, дать обезьяне гранату я не готов. Так же и с остальными отраслями науки и техники. Надо оставить место для магии, все-таки маги в этом мире рулят. Особенно, с такими ништяками, как у меня — посох-то я всегда с собой таскаю, вот и сейчас футляр с ним болтается у меня на спине. Да и Лория я снимаю только на ночь, а с Марсом вовек не расстаюсь. А дам я обезьяне гранату, все изменится — видимо, поэтому и мне перешла по наследству магия Равновесия, которая должна была компенсировать вот такие вот выверты ситуации. Нет уж, пусть техническим развитием займется кто-нибудь другой после меня. Когда средневековье сменится эпохой возрождения, причем эволюционно, а не революционно. А пока знания я придержу для себя, когда-нибудь они мне точно пригодятся. Кто знает, не потребуется ли мне то, что местным знать вовсе не обязательно, как в случае с моими метательными снарядами для баллисты? А пока и магии хватит, тем более, я только сейчас начинаю понимать силу посоха и хранящиеся в нем знания.

Я вылез на закрытый от остальных третий этаж. О да! Здесь у любого загорятся глаза от той кучи оружия, развешанного по стенам и сложенного по углам так, чтобы это не мешало перемещать баллисту. А вот и закрытые лари на стенах, тускло светившиеся красным в магическом зрении от содержимого внутри них. Каждый такой шарик, пущенный за стены, был способен рвануть не хуже термобарической гранаты, выпуская содержимое наружу. Ну и кому здесь пушки нужны? Только что с дальностью проблемы, но на двести с лишком шагов уйдет. А для ближнего боя дальше и не надо. Но и это не было главным сюрпризом для нападающих. Я мельком осмотрел закрытые сейчас ставни на предмет плетений — не надо ли что здесь обновить, не распались ли нити заклинаний. Нет, вроде нет. Но сами плетения светились уж больно тускло. И немудрено — Силы в этом месте было мало, таверна стояла как назло между двумя геомагическими силовыми линиями, как и пролегал сам тракт. Приходилось довольствоваться малым и использовать статические накопители, которые высасывали крохи из окружающего пространства. Но раз решили поставить постоялый двор на тракте, именно здесь... Ладно, на некоторое время хватит, и ладно.

Я взобрался по лестнице, ведущей на крышу. Точнее, через крышу — на башенку посреди нее, которую все называли «колокольней». Нет, на самом-то деле колокол на ней был, только функция у него была совсем другая, не окрестный люд собирать — все равно тут в радиусе семи лиг никто на помощь в случае чего не придет. В посохе я почерпнул одно интересное заклинание — Гулкий Набат. По существу — нелетальное звуковое оружие. Дерни за веревочку, дитя мое — и в радиусе ста шагов любого разумного, будь то человек или орк, собьет звуковой волной с ног, а звенеть будет не только в ушах, но и во всех потрохах. Вот такие выдумщики были Древние. Причем это заклинание вообще не относилось к белой, черной и прочей разноцветной магии, оно было нейтральное. Как и вся техномагия, которой пользовались предтечи. Конечно, и от него была защита, но только если ты достаточно хороший маг и в курсе прямых заклинаний Стихий. Насколько я знаю, шаманы аборигенов такого не изучали, так что этот сюрприз им вряд ли понравится. А если кто и обойдет — ну на этот случай все остальное железо на третьем этаже и имеется.

Я вылез из люка, встал на дощатый настил, и посмотрел наверх, там, где на высоте трех человеческих ростов висел колокол. Нормально. Сквозь потемневшую бронзу отчетливо было видно впечатанные жгуты плетений. Судя по всему, зарядился он по полной и готов в случае чего к применению.

Я перевел взгляд с него и начал рассматривать забор, крышу и все остальное, куда только падал взгляд Ох и постарался я в свое время, когда все это накладывал, запитывал и настраивал! А вы что думали, само что ли все взялось? Нет, впахивал ваш покорный слуга с помощью знаний и умений, а также посоха. Эх, были бы у меня в свое время эти знания и умения! Глядишь, и замок бы не потеряли...

Удовлетворившись обзором, я кивнул, и только было собрался спускаться, как вдруг увидел на тракте черную точку, приближавшуюся к нам. Магическое зрение не подвело — к нам скакал какой-то всадник. Час от часу не легче...

Я не торопясь спустился по лестнице с колокольни, прошел через третий этаж и полез на второй. Перегнувшись через балюстраду, я крикнул вниз:

— Гости!

Глава 3

Какие там гости... И точно уж не за выпивкой или едой.

Особо, конечно, никто не расслаблялся — кем только всадник мог не оказаться — но и позиции наверху занимать никто не стал, не тот уровень угрозы. В конце концов, даже если уровень резко станет тот самый — я на подхвате и смогу нейтрализовать почти кого угодно. Но нет, все оказалось гораздо проще и банальней...

Всадник еле держался в седле, и его рубаха была залита красным. Когда мы подошли к нему, он буквально упал к нам на руки. Ба, знакомое лицо. Не помню, как зовут, видимо нас не представляли, но он был из Аспена. И был — точное слово. Я, конечно, попытался помочь умирающему, но он потерял за время скачки слишком много крови от раны в боку, а это уже фатально, кровезаменителей нет и спасти его можно было бы только в нашей клинике. Как он живым добрался до постоялого двора — загадка. Видимо, это как раз был тот случай, когда человека ведет долг, и смерть отступает перед ним.

— Орки напали на Аспен, — прохрипел он у нас на руках. — Я к вам за подмогой.

— Много? — спросил Бенидан, пытаясь удержать скользкими окровавленными руками тело несчастного парня.

— Племя.

— Как выглядят?

— Красные полосы на мордах. И белые.

— И все?

Парень не ответил, и тело его обмякло. Все, ушел за Грань.

— Отмучился, — сказал Род, и осенил себя Святым Кругом.

Мы осторожно положили тело на землю.

— Ну что, господа, военный совет? — спросил Бенидан.

— Пошли в таверну, — кивнул на постоялый двор Род.

— Что узнали? — встретил нас в дверях Тарсо, сменивший уже мясницкий нож на верный легионерский меч.

— Рано ты вооружился, — попенял ему Бенидан.

— Никогда не рано, — ответил ему Тарсо, убирая, однако, меч в ножны.

— Орки напали на Аспен.

— Твою мать, — Тарсо сплюнул на землю с крыльца. — Так и знал. Говорил же этим долбоклюям, что не спасет их святость и чистота помыслов.

— Не только ты, — ответил ему с досадой Род.

— Слушаю ваши предложения, господа, — сказал Бенидан.

— Да какие тут предложения, — поморщился Род. — Тарсо, ты вроде тут в местных разбираешься?

— Ну, в какой-то мере, — осторожно ответил Тарсо.

— Он перед смертью сказал, что они были в боевой раскраске с красными и белыми полосами на мордах. Я что-то среди подопечных такого не припомню.

— Можно вызвать Амитолу. Уж Истэка своих соседей точно знают, — вклинился Бенидан. — Тем более, если у них паспорт на морде написан.

— Можете не вызывать, — махнул рукой Тарсо. — Я знаю, кто это. Племя Отэктей. Кстати, название говорящее, в переводе — Убивающие Многих.

— Точно говорящее, — хмыкнул Бенидан. — Что можешь про них сказать?

— Отморозки. Полные. Парии среди орков и индейцев, ну и поселенцев, само собой. С ними никто не хочет вести никаких дел.

— И что, они до сих пор еще живы? — заинтересовался я. — Нравы тут вроде простые, заехал в стойбище батальоном и вырезал под корень. Чтобы больше не размножались.

— Пытались и не раз. Вот только эти краснорожие живут в горах, куда добраться довольно трудно и где один стрелок может сдерживать целую армию на тропе.

— До гор-то отсюда сколько? — удивился я. — Лиг двадцать-тридцать?

— Бешеной собаке семь миль не круг, — сказал Тарсо. — Вот и устраивают они время от времени рейды на сопредельные территории. С соответствующим результатом. Иногда правда сами получают по щам, как в Орсоде.

— Пытались напасть на Орсод? Оптимисты, — ухмыльнулся я.

— Ну это, говорят, давно было. Мне в Орсоде рассказывали. Говорят, там их под ноль извели, недооценили они поселенцев, у каждого из которых по мачете под подушкой лежит, и боевых магов.

— А потом они восстановили численность и опять начали проказить, так что ли?

— Ну да, Гарс. Как те самые тараканы, про которых ты говорил. Кто-то остался, и пошли опять размножаться. Поколение подросло — и вот опять понеслись краснорожие по прерии. Только уже осторожнее стали. Не нападают на крупные племена вроде Истэка, или крупные города вроде Орсода. А вот пощипать переселенцев да пограбить независимых по дури поселений — это за милую душу.

— Какие милые ребята, — сказал я.

— Какие есть, — пожал плечами Тарсо. — Как и бешеные собаки.

— И бороться с ними надо, как с бешеными собаками, — озвучил всеобщее мнение Род. — Только вот как бы это сделать помасштабнее... Чтобы раз — и под корень...

Я поморщился, памятуя о том, как переселенцы устраивали геноцид индейцев, не побеждая их в бою. Отравленная, да и обычная «огненная вода» и оспенные одеяла. Правда, по большей части это не совсем так. И историки говорят совсем другое, судя по открытым архивам. Списывать все случаи эпидемий на переселенцев нельзя — масштаб не тот, и до них вымирали целыми племенами и не только от оспы. Но в любом случае, повторять здесь этот опыт не хотелось, хотя никаких конвенций и правил на эту тему здесь не было и в помине. Ну что вы хотите — средние века, жестокость здесь норма, а гуманность — слабость. Так что бактериологическую войну я оставил на самый крайний случай.

— Сейчас я звоню герцогу, пусть Его Светлость будет в курсе, — Бенидан достал из кармана переговорный артефакт моей работы.

Как ни тянуло меня обозвать его «смартфоном», но я вовремя прикусил язык. Тем более, что работал он совершенно на других принципах, к микроэлектронике совсем не относящихся. Я сделал его в виде привычной «лопаты», плоским и удобным. Хотя, конечно, экрана как такового у него не было — вместо него на лицевой панели были несколько кнопок-кристаллов. Важное, надо сказать, усовершенствование — обычный переговорник шел из одного камня, разрезанный пополам и при соответствующей обработке он приобретал свойства связности. Ну а покорпев как следует и изучив по мере возможности знания из жезла, мне удалось соорудить девайс, в котором связность шла с несколькими переговорниками. И вызов как раз шел из части того камня. По существу, это был набор переговорных артефактов, многих в одном. А вот как это все было увязать в один кусок, да экранировать взаимозависимость камней при условии их работы — да, это была нетривиальная задача. С которой, впрочем, я нормально справился, и теперь десяток моих артефактов был у самых главных людей в нашей иерархии.

Бенидан звонил Осию по очень простой причине — тот был нашим главнокомандующим. А кто же еще? Лейтенант Королевских пикинеров, служивший в Королевской Страже и изучавший военные науки подходил как нельзя кстати на эту роль. Тем более, он здесь самый старший по титулу, званию и опыту службы. Не знаю, какой он полководец и что ему там преподавали при дворце, но все равно — молодец среди овец. Пока, правда, брат увиливал от этой должности по весьма уважительной причине — у него были и другие заботы. В частности, такие, как обеспечение жизнедеятельности нашей деревни. Но в данном случае без него бы не обошлось.

Бенидан кратко изложил по артефакту случившиеся, выслушал довольно развернутый ответ, сказал «Есть!» и повесил трубку.

— Выдвигаемся на разведку в Аспен, — бросил он нам с Родом.

— А мы? — спросили оставшиеся легионеры.

— А что вы? Остаетесь на постоялом дворе. Все. Или кто-то по дому соскучился?

Раздались короткие смешки. Нет, по Осгену не соскучился никто. Возвращаться в казарму и искать себе занятие? Да ну его к черту. Вахта у Тарсо считалась за счастье — размяться, помогая по хозяйству, да заодно сытно и вкусно пожрать. Тарсо не заморачивался отсутствием гостей и готовил всегда что-нибудь вкусное для себя и смены, благо продуктов в стазисах у него был приличный запас. Да и истэки помогали со всякой четырехногой дичью. Сидеть сиднем в казарме и лопать «жричедают» народу явно не хотелось.

— Ты не возьмешь с собой охрану? — удивился я.

— А смысл? — спросил Бенидан. — Мы же не с акцией возмездия едем. Пока мы доедем в Аспен, пока проведем время там, то-се, отэктеи успеют добраться до своего стойбища, а там их оттуда не выковыряешь.

— Посмотреть и только?

— Ну да. Герцог сказал, что потом туда подъедут истэки, от одного из их стойбищ до Аспена недалеко. А там будем разбираться на месте.

— Ладно, — вздохнул я, и сделал жест Другу.

Пес вздохнул так же, почти по-человечески. Уж очень ему не хотелось вместо возвращения домой куда-то заезжать.

— Надеюсь, хоть в Аспене переночуем.

— Подождите! — Тарсо исчез в дверях постоялого двора.

Бенидан скорчил неопределенную морду и пошел к конюшне за подменными лошадьми, а я принялся снимать седло для перевозки пса. Когда он вывел оттуда трех свежих жеребцов, Тарсо опять появился в дверях с объемистым мешком.

— Вот, вам на дорогу!

— Спасибо! — я принял увесистый мешок.

Никакая мешковина не могла унять ароматы стряпни Тарсо. Да и пес сразу повеселел — пожрать он всегда любил.

— Спасибо, — повторили за мной Род и Бенидан.

Род еще заговорщически подмигнул, а Тарсо кивнул. Ну все понятно, его знаменитый вискарь входил в комплект. Я сделал вид, что поскользнулся и вот-вот уроню мешок. Тут же Бенидан открыл рот, как рыба, а Род издал неопределенное восклицание ужаса. Я ловко поймал мешок у земли и подмигнул Тарсо.

— Дай сюда! — Род протянул руку и потребовал мешок.

— Да на. Что, не доверяешь?

— Вам с псиной жратву доверять — себя не уважать. У меня целее будет, — он бережно засунул мешок в переметную суму типа «мечта оккупанта». Туда влез бы и Друг, и еще место бы осталось.

— Алкаши, — буркнул я, и стал приторачивать седло.

— Что-то у нас младший легионер Гарс разговорился, — ласково сказал Род, делая вид, что ищет кнут.

— А еще он боевой маг, — я в ответ поправил притороченный к спине посох. — И знает заклинание очистки воды от всяких примесей, в том числе ядовитых. Будет чистейшая вода, как слеза Единого.

Род шутливо погрозил мне кулаком.

— Так, вы закончили? — осведомился Бенидан. — Тогда по коням!

Я поднял Друга и вскочил в седло сам. Предстоял долгий путь.

К Аспену мы подъехали, когда уже стало смеркаться. Точнее к тому, что от него осталось. А осталось от него пепелище с кое-где торчащими обгорелыми стенами.

— Вот ублюдки, — сплюнул Род.

— Тут прямо-таки резня, — Бенидан осматривал тела, лежащие на деревенских улицах. — Арман?

Ну раз он меня так называет, пора и мне поработать. Я кинул поисковое плетение. Черт, да тут была конкретная бойня. Все мертвы, причем оскальпированы по обычаю орков, никого живого... почти. Одна точка все-таки была. Я спустил пса на землю.

— Пошли! — скомандовал я псу, и мы с ним двинулись в направлении еще дымящегося амбара.

Пес старательно обходил лужи крови и сгоревшие головешки, ведя меня туда. Там, за амбаром, за каменной оградой кто-то прятался.

«Человек. Один.», — оттранслировал мне пес.

— Понял, — ответил ему я.

Я перепрыгнул ограду. Вот те на! На земле, прислонившись к ограде, без чувств лежал пацаненок лет десяти. Худенькое тельце, взьерошенные волосы, в домашнюю одежду въелись кровь и копоть...

Я быстро осмотрел ауру. Все понятно — переохлаждение, каких-либо других повреждений я не заметил. Грелся, видимо, у сгоревшего амбара, когда нападавшие ушли, но тепла надолго не хватило. Ничего, необратимых повреждений нет, слава богу. Я осторожно, медленным ручейком, влил ему немного силы.