Венчур. Риск ради добычи

Антон медлит, притормаживает, теряя драгоценное время. Пикап боевиков стремительно приближается – он уже на расстоянии выстрела. Пользуясь заминкой беглецов, стрелок в кузове пикапа, держась за поручни, выпускает очередь из автомата. Одна из пуль пробивает дверь багажника «Навигатора» и застревает в сумке с героином.

Пассажиры в испуге кричат:

– Давай! Go! Пошел!

Колеса «Навигатора» раскручиваются, выбрасывая перемолотый грунт, машина срывается с места и едет прямо.

На дороге перед кишлаком бородачи в суматохе подбегают к своим автомобилям. Главный из талибов, дождавшись, когда три машины боевиков пронесутся через перекресток, отправляет им вслед один из пикапов – «Форд Рейнджер» с пулеметом и стрелком в кузове.

«Навигатор» на всех парах мчится, поднимая пыль, впереди четырех машин.

– Э-э! Ехать прямо нельзя! – не унимается Абдул. – Там Банги и там Анджуман! Эх, нельзя было…

Сидящий в кузове пикапа боевик снова стреляет, но из-за тряски не может как следует прицелиться, в очередной раз промахиваясь.

Пит обеспокоенно смотрит назад:

– Надо пострелять, припугнуть их выстрелами, чтобы не приближались!

– Я не попаду – я не левша, – оправдывается Руслан.

– Абдул, тебе легче с правой! – перекрывая шум двигателя, кричит Антон сидящему за ним пуштуну. —Бери немного выше и пальни разок.

Руслан протягивает дробовик Абдулу:

– Береги патроны, целься поточнее!

Пуштун с ухмылкой достает из-под рубахи трофейный «Глок», взводит, высовывается из окна и стреляет по пикапу преследователей. Боевик в кузове отвечает короткой очередью, но ни одна пуля не достигает цели. Из качающейся машины с одной руки Абдулу непросто попасть по движущемуся пикапу. Только одна из нескольких пуль на излете врезается в его кузов, не причинив особого вреда, зато охлаждает пыл сидящего за рулем боевика. Тот сбрасывает скорость, уступая джипу место лидера.

Чтобы хоть немного задержать джип, пуштуну приходится сделать еще несколько выстрелов.

– Береги патроны! – орет Руслан.

Абдул, попав по джипу, с гордым видом откидывается на сиденье и засовывает пистолет за пояс.

«Навигатор» рвется в сторону гор. Три машины боевиков, сменив резвость борзых на упорство гончих, не отстают. За ними, не пытаясь приблизиться, следует «Форд Рейнджер» талибов.

Абдул оглядывается на боевиков:

– Э-э. Надо скидывать сумки! По одной… Мимо такого подарка они не проедут. Каждая сумка будет их хоть немного задерживать!

– Нельзя! Если мы не доставим груз в Гонконг, нас убьют! – паникует Пит.

– Не оторвемся – убьют и вас, и нас! – рычит Руслан. – И прямо сейчас!

– А нас-то за что?! – вопит американец.

– Абдул, бросай! – распоряжается русский.

Пуштун перегибается через сиденье, достает из багажника сумку с героином и, открыв окно, выталкивает ее из машины под негодующий возглас Пита.

Джип сбрасывает скорость и встает перед лежащей посреди дороги сумкой. Из него выходит боевик, осторожно, словно принюхиваясь, приближается к приманке, с опаской заглядывает в нее, затем хватает и бросается назад в машину. Пока джип набирает скорость, его обгоняет пикап с автоматчиком.

На пути «Навигатора» появляется очередной кишлак. Прямо на дороге афганские дети играют в футбол. Антон снижает скорость и, посигналив, аккуратно объезжает мальчишек.

Пикап все ближе к «Навигатору»; снова звучат автоматные выстрелы. Абдул сбрасывает вторую сумку с наркотиком. Теперь перед «подарком» тормозит пикап.

Погоня идет по дороге, пролегающей у подножья гор. Боевики упорно преследуют «Навигатор», из которого вываливается очередной «тормоз». Теряя темп, боевики из джипа подбирают и третью сумку.

Абдул опять наклоняется к Антону:

– Скоро Банги. Я знаю брод. Джафар давал мне деньги, чтобы я покупал в копях Бадахшана крупные изумруды и рубины. Я несколько раз ездил по этой дороге. Дальше высокие горы – легко сорваться в пропасть. Я хорошо знаю эту дорогу. Дай сяду за руль!

«Навигатор» въезжает в отроги горной гряды, машины боевиков следом. Абдул выбрасывает последнюю сумку. Пока выскочивший из остановившегося джипа боевик забирает контрибуцию, его вновь обгоняет пикап.

У подножья горы бурная Банги, вырвавшись из скалистых обрывов, растекается на несколько рукавов, становясь широкой и мелкой. Именно в этом месте дорога пересекает реку. «Навигатор» подъезжает к Банги и в поисках переправы сбрасывает скорость.

Абдул, протиснувшись между передними сиденьями, рукой показывает Антону место брода. «Навигатор» въезжает в бурную реку, раскачиваясь на валунах; вода брызжет в лобовое стекло. Накренившись, внедорожник застревает. Ревет мотор, прокручиваются четыре колеса, бурлит выхлопная труба, но «Навигатор» не едет.

Все, кроме Антона, выскакивают из машины, оказавшись по колено в воде. Стремительный поток наваливается на ноги беглецов. Вчетвером они с трудом выталкивают «Навигатор» из западни. В этот момент нога Лоис соскальзывает с отполированного водой валуна; вскрикнув от боли, американка падает в заваливший ее поток. Пит пытается поднять Лоис, а Абдул, наклонившись, раздвигает тяжелые камни, чтобы освободить застрявшую ногу. Вдвоем они с трудом вырывают девушку из холодных объятий бурливой реки.

«Навигатор», подталкиваемый Русланом, ревя и содрогаясь, преодолевает реку.

Пит и Абдул, закинув руки Лоис себе на плечи, тащат пострадавшую, спотыкаясь о валуны и с тревогой оглядываясь. Несущийся к броду пикап боевиков – на одном берегу, «Навигатор», налетчики и кейсы на другом, а они, беззащитные и мокрые, – в воде, ровно посередине.

Лоис пытается шагнуть, но стонет от боли:

– Нога не держит!

– О-о, дьявол! – вырывается у Пита.

Абдул, поддерживая чужую жену за мягкое место, причитает:

– Сохрани Аллах!

Антон с дробовиком и Руслан с револьвером смотрят с берега на отставших подельников. Увидев приближающийся к реке пикап с боевиком в кузове, они прячутся за внедорожник.

Боевик выпускает очередь из автомата, но попадающие под колеса валуны трясут пикап, и прицелиться как следует снова не получается. Пули раскалывают камни, одна из них пробивает стекло двери багажника «Навигатора». Прикрывая американцев, Абдул отстреливается из «Глока». Антон и Руслан стреляют по пикапу, прячась за машиной.

– Предписано нам право за смерть убитых близких отплатить! – изрекает лингвист.

Автоматчик дергается, как ужаленный, и с криком падает в кузов. Антон добавляет в подствольный магазин дробовика последние патроны. Пикап тормозит, из его кабины выскакивает водитель, вырывает из рук мертвеца автомат и, опершись локтями на капот, целится в переходящих брод беглецов. Звучит ружейный выстрел, заряд картечи, перелетев через Банги, с металлическим треском рикошетит от капота и дробит шейные позвонки боевика. Тот как подкошенный падает за машину.

К броду мчит джип. Два араба с автоматами, высунувшись из окон, готовятся открыть огонь. Остановившись, Абдул с двух рук старательно целится по джипу, но стреляет всего трижды. Вытащив обойму и убедившись, что она пуста, пуштун выбрасывает «Глок» в реку.

Переходящей брод троице остается преодолеть последний рукав реки. Джип с арабами все ближе. Видя это, Антон снимает с пояса гранату и, вырвав чеку, с разбега бросает ее в сторону обреченных подельников. Лоис, как завороженная, смотрит на летящую гранату, Пит прикрывает ее своим телом, а Абдул, заткнув уши, с головой опускается под воду. Пролетев над ними, граната взрывается! Непроницаемая дымовая завеса от аэрозольного боеприпаса повисает над бродом, закрывая цели стреляющим боевикам.

Руслан бросается в реку навстречу оглушенным подельникам и, подхватив Лоис за ноги, помогает вынести ее на берег. Антон открывает для нее заднюю дверь, Абдулу указывает на водительское место, а сам с ружьем залезает в освободившийся от груза багажник.

Управляемый пуштуном «Навигатор» натужно ревет мотором, набирая скорость.

Два джипа боевиков преодолевают реку в дымовой завесе. На безопасной дистанции за ними следует «Рейнджер» талибов – не отставая, но и не пытаясь приблизиться.

Достав из аптечки эластичный бинт, Пит накладывает его на голеностоп Лоис.

Погоня продолжается вдоль Банги, следуя ее извивам. Беглецы пытаются оторваться, поднимаясь все выше и выше. На берегах появляются скудные рощицы: невысокие деревья с кустиками терескена под ними. Солнце слепит преследователей – прицелиться становится еще сложнее, но боевики не прекращают стрелять, требуя очередную дозу наркотика.

Абдул уверенно и с азартом ведет несущийся вдоль берега «Навигатор». Сидящий в багажнике Антон просовывает ствол дробовика в пробитое пулей в стекле двери отверстие, целится и стреляет по машине боевиков. Картечь оставляет на лобовом стекле несколько выбоин.

Лоис достает из своей походной сумки сухой костюм, переодевается и засовывает в нее промокшую одежду.

В начале крутого подъема, когда преследователи успевают сократить дистанцию, Антон тщательно прицеливается и стреляет. На этот раз картечь разбивает лобовое стекло машины боевиков – съехав с дороги, та врезается в камень. Мимо нее проносится последний джип преследователей. «Рейнджер» с талибами тормозит у разбившейся машины. С автоматами наизготовку бородачи заглядывают в кабину и забирают у пострадавших боевиков оружие и трофей с желтыми пакетами.

Перед очередным подъемом Пит выбрасывает из окна сумку с мокрой одеждой. Джип тормозит, боевик хватает «пустышку» и проворно тащит ее в машину. После остановки джипу сложнее взбираться в гору – он заметно отстает.

Дорога, зажатая между утесами и бурной Банги, то следует за поворотами реки, то поднимается, переходя в извилистый серпантин. Путь знаком Абдулу, поэтому боевикам за «Навигатором» не угнаться, их джип отстает уже на несколько поворотов.

– Почему выбросил пистолет, Абдул? – спрашивает Руслан.

– Если его найдут у меня, подумают, что я убил тех из «Ровера». – Пуштун повышает голос, чтобы сквозь завывание двигателя его услышал русский, лежащий за сиденьями: – Э-э! Антон! Освободи багажник и спрячь свою пушку! Через десять километров – армейский блокпост! Чтобы не обыскивали, нужно двадцать косарей. Достаньте три пачки, а кейсы бросьте под ноги и накройте чем-нибудь.

Антон передает два черных кейса американцам и перелезает к ним на сиденье. Пит безропотно достает три упаковки долларов и отдает их Абдулу, а кейсы кладет под ноги. Лоис держит таджикский халат, а Антон золоченым ножом разрезает его на две половины и накрывает ими кейсы. Трое снимают бронежилеты, связывают их вместе и выбрасывают на дорогу. Ружье прячут за спинкой заднего сиденья.

Приблизившись к блокпосту прямо у моста через узкую, но бурную речку, «Навигатор» останавливается перед шлагбаумом. Из казармы выходят вооруженные афганцы в армейской форме. Офицер и солдат с тетрадью в руке чинно идут к «Навигатору», следом плетется огромный лохматый алабай.

Приветливо улыбаясь, Абдул роняет пачку долларов на землю. Не моргнув глазом, офицер проходит мимо и через окно с простреленной дыркой заглядывает в багажник, в котором осталась только канистра с топливом. Алабай берет пачку купюр в зубы и лениво уносит в свою конуру. Солдат записывает в тетрадь номер машины и количество пассажиров.

– Документы! – требует офицер.

Изобразив почтение, Абдул показывает паспорт, роняет вторую пачку и доносит офицеру:

– Э-э, командир, по секрету: в следующей машине – наши конкуренты. У них в сумках и в запаске белого на сотню косарей.

Алабай возвращается, шлагбаум открывается, и «Навигатор» переезжает мост.

Из-за поворота показывается последний джип, но тормозит, не доезжая до блокпоста. Боевики не рискуют связываться с военными, когда в их машине лежат сумки с героином. Офицер приказывает солдатам самим подойти к джипу. Но боевики разворачиваются и уезжают. Офицер немедленно отдает приказ догнать машину, а сам прыгает в военный внедорожник. Солдаты с автоматическими винтовками на трех армейских «Хамви» с пулеметами устремляются вдогонку за боевиками.

В зоне прямой видимости, военный стрелок на ходу открывает плотный пулеметный огонь и строчит до тех пор, пока джип не загорается. Навстречу джипу едет «Рейнджер» талибов, их стрелок тоже дает очередь по боевикам. Те тормозят, выскакивают из горящего джипа и карабкаются вверх по склону горы.

Солдаты и талибы с разных сторон завороженно смотрят на разгорающееся пламя, но, опасаясь взрыва, не решаются выйти из машин.

А «Навигатор» продолжает путь наверх.

– Э-э. Впереди Анджуман! – торжественно произносит Абдул. – Такого вы еще не видели.

Грунтовая дорога проходит по склонам высоких гор. Река становится все уже, а ее поток все более бурным.

Пуштун комментирует:

– Банги вливается в Пяндж, а тот, слившись с Вахшем, образует Амударью, которая течет к Аральскому морю.

– Кстати, одно из значений слова «банги» на таджикском – наркоман, – замечает лингвист. – А «пяндж» в переводе с иранского – «пять».

Речная стремнина и дорога поднимаются еще выше. У берегов реки на каменистых склонах растет редкий арчовник. «Навигатор», тяжело завывая, минует бездонные пропасти, устремляясь вперед и вверх – к перевалу. Пит фотографирует великолепные горные пейзажи.

Добравшись до высшей точки перевала, Абдул ставит «Навигатор» на обочину и выключает двигатель. На придорожном столбе установлен указатель на трех языках: «Перевал Анджуман – 4450 метров». С перевала открывается потрясающий вид на заснеженные вершины Гиндукуша, искрящиеся на фоне синего неба. Дует холодный, пронизывающий ветер.

Беглецы вылезают из машины, разминают ноги, оглядываются и прислушиваются. Вокруг тишина – значит, погони нет. Достав из багажника канистру с бензином, Абдул заливает топливо в бак. Антон поднимается на бугор и высматривает в бинокль преследователей. Пит продолжает фотографировать, а Лоис записывает в блокнот путевые впечатления. К ним подходит пуштун.

– Эти хребты – сердце Гиндукуша и водораздел, где зарождаются реки. – Абдул, указывая рукой на теснящиеся вершины, замечает, что блогерша записывает его слова, и красноречивее прежнего продолжает: – А их ледники, как водонапорные башни, питают водные артерии – Амударью, Инд и Тарим – реки, которые орошают Центральную Азию.

В разреженном воздухе ощутимо трудно дышать, у всех начинают проявляться признаки горной болезни. Беглецы торопятся занять прежние места. Перед тем как залезть в машину, Руслан поворачивается назад, к невзгодам прошлой жизни, и показывает средний палец.

Яркое солнце освещает южный склон горы. Дорога круто уходит вниз. Внедорожник, двигаясь под уклон, так и норовит разогнаться до опасной скорости, но Абдул уверенно ведет машину, довольно скалясь, когда у пассажиров захватывает дух от близости крутых обрывов.

Наконец «Навигатор» скатывается на двухполосную асфальтовую дорогу, которая проходит вдоль реки, берущей начало в ледниках Гиндукуша.

– Это Панджшер! – восклицает Абдул. – Она впадает в реку Кабул, а та – в Инд, текущий к Индийскому океану!

– А живут здесь в основном таджики, – добавляет Руслан, – которых в Афгане не меньше, чем в Таджикистане.

– До сих пор эти горы продолжают выталкиваться из-под земли. Они подняли из преисподней драгоценные камни и самоцветы, – рассказывает Абдул, расслабившись на гладкой дороге. – В Бадахшане роют самые синие лазуриты и самые зеленые изумруды на свете! В копях находят и рубины, и сапфиры, и много других ценных минералов. А путь, по которому пуштуны и таджики доставляли эти камни в другие страны, называли «Лазуритовым».

– Верно! – подтверждает Руслан. – Древние индусы поклонялись драгоценым камням, а ариям они служили пропуском для проникновения на Индостан. Когда ариев стало много, они образовали почитаемую индусами касту брахманов. В нее входили жрецы и мудрецы, привилегии которых прописаны богом Брахмой в Ведах индуизма.

– Похоже, что летописцем у Брахмы служил один из ариев, – с усмешкой предполагает Антон.

Дорога проходит по широкому ущелью, которое река промыла за миллионы лет. Она несет свои чистые быстрые воды мимо утопающих в зелени таджикских кишлаков, огородов и фруктовых садов со спелыми плодами, тянущими ветви деревьев вниз.

– Отсюда недалеко мавзолей Панджшерского льва – Ахмад Шах Массуда, – указывает пальцем Абдул.

– Тоже таджик, – напоминает Руслан.

– Все копи и залежи драгоценных камней Гиндукуша всегда принадлежали эмирам и другим властителям Афганистана. Когда шурави ввели сюда войска, Ахмад Шах захватил копи и владел ими целых десять лет. Много камней тогда ушло на рынки южной Азии, а самые лучшие переправлялись в Лондон, где жил его брат, сбывавший их там. Братья делали большие деньги и покупали оружие.

– А сын Ахмад Шаха – Ахмад Масуд, – подхватывает Руслан, – после учебы в Англии стал принцем местных таджиков и их надеждой.

– Отца убили два смертника, прикинувшиеся журналистами, как раз за два дня до атаки на башни-близнецы в Нью-Йорке, – покосившись в зеркало на сидящих сзади, продолжает пуштун. – После этого американцы разозлились, собрали коалицию и вторглись в Афганистан.