Птичка ппо имени Авелин

- Ты должен был прийти час назад, – рявкнул мэр на моего Хиро. – И что за вид?

- Гроза, господин.

- Ладно. Что у тебя на графиню?

- А вы твердо уверены, что желаете её выдать властям Ранолевса?

- Запрос прислали. Дипломатический. Какой у нас выбор?

- Господин мэр, при всем уважении... я жил в Ранолевсе, я был близко знаком с графом Волорье. Король Люциус у власти пробудет недолго. Я рекомендую всячески затянуть процесс поисков графини. Теряйте письма, пишите канцелярские отписки, уточняйте детали. Мне ли вас учить?

- Ты знаешь, где она, – мэр не спрашивал, мэр утверждал.

- Знаю, – не стал врать Хиро.

- И что ты думаешь?

- Она не виновата ни в чем.

- А если виновата? Если это она отравила прежнего короля по приказу своего мужа?

- В таком случае, для чего бы Люциус её так тщательно искал, да еще требовал доставить живой? Разве не проще было бы всё свалить на нее? На отсутствующих всегда проще...

- Ищет, чтобы устроить показательную казнь.

- Женщины ее положения? Он уже казнил графа и получил восстание на севере, которое до сих пор не может подавить. Пусть попробует отрубить голову графине – и от него отвернутся те, кто остался. И потом, она женщина! По законам Ранолевса именно муж отвечает за жену, а муж казнён.

- Тогда зачем ему графиня?

- Я думаю, она что-то знает, – наконец, сказал Хиро, склонив голову набок. – И Люциус очень боится, что это что-то узнает кто-то ещё. Например, его младший брат, который тоже ищет графиню Волорье.

- Я полагаю, что мне нужно дать знать его величеству, что дело продвигается, – задумчиво забарабанил пальцами по столу мэр. – И испросить совета, какому правителю Ранолевса нужно давать отчёты – нынешнему или потенциальному. Мы близко к границе, нам проблемы не нужны.

- Истинно так, господин мэр.

- Господин мэр, господин мэр, – передразнил ниххонца мэр. – Я теперь вообще не понимаю, кто у нас мэр. Ладно, давай сводки. Рассказывай, что происходит в городе.

Хиро разложил бумаги на столе, а я тряхнула головой и полетела прочь, обратно в беседку. Я должна была подумать.

Он знал моего мужа? Жил в Ранолевсе? Да как так? Почему я его не замечала?

Ответ прост. В то время я боялась даже посмотреть в сторону красивого мужчины. Муж ко мне таких и не подпускал.

Может ли Хиро знать, кто я на самом деле? Да, может. Он явно знает. И все равно со мной живёт. Оберегает. Вон, даже мэру не сказал. Вот только непонятно, какая у него цель.

Что у Люциуса есть ещё младший брат, я слышала. Он от второй королевской жены и воспитывался где-то на севере. Да, Ральф что-то говорил о нем вскользь. Если он не такая же мразь, как старшенький, я готова с ним сотрудничать.

Боже, как мне нужен сейчас чей-то совет! Я совсем отвыкла от этих интриг, да и никогда мне не было это интересно. Немного подумав, отправилась к дядюшке в лавку, потому что давно поняла, что он любит меня как дочь.

В груди было холодно и тесно. Не понимаю, почему мне так неприятно от мысли, что Хиро может меня просто использовать. Как странно, то, что меня использовал Ральф, казалось в порядке вещей. Но Хиро, мой ласковый Хиро! Тот, с которым я спала, с которым смеялась, который так быстро стал своим парнем на дядюшкиной кухне!

Так, Авелин, отставить истерику. Ты не любишь его. Тебе с ним удобно. И оттого, что он знает, кто ты, ничего не меняется. Он по-прежнему рядом.

И все же я разрыдалась, как только дядько Амбруаз принялся расспрашивать, что со мной случилось, если на мне лица нет. Расплакалась, как малолетка, дядько меня даже утешал, обнимал, хлопал по спине и подсовывал пахнущую бычьей кровью тряпку.

- То есть Акихиро знал, что ты графиня Волорье? – уточнил дядюшка, когда я успокоилась.

- Знал. С самого начала.

- И все равно с тобой жил?

- Угу.

- И ты считаешь, что он шпионит за тобой? Просто решил быть поближе к подозреваемой?

- Именно так.

- И поэтому он твои юбки стирает (дядько до сих пор ржал над той историей) и придумывает, как тебя вытащить из того говна, в которое затащил тебя твой покойный муж? Ты дура, да?

- Наверное, дура, – угрюмо согласилась я.

- Лина, так, как он, ведут себя только любящие люди.

- Дядя, Хиро просто очень хороший. Правильный. Была бы на моем месте другая женщина, он вел бы себя точно так же.

- Милая, но на твоём месте ты! Да, Хиро хороший. Мне он очень нравится. Да и ты рядом с ним расцвела, снова стала улыбаться. А то, когда приехала, угрюмая, как галка, была.

- Он хороший, но меня использует.

- Все мы друг друга используем, – философски заметил дядько. – Я люблю свою жену, но ещё люблю пирожки, жаркое и чистые рубашки. Она любит денежки, которые я приношу. Ты любишь спокойствие и защиту, которые даёт тебе твой мужчина, а он – не знаю, чего он в тебе, непутевой, нашёл. Готовить ты не готовишь, деньги твои ему не нужны, сдать он тебя пока не сдал. Ну, может, в постели у вас все хорошо, но так ради этого с женщиной не живут, тем более, если можно и так получить постельные утехи, без сожительства.

Я кивнула, утирая слезы. Дядюшка был очень убедителен.

- И вообще, я бы на твоём месте больше волновался о том, что на тебя отравление короля повесили. Попадешься – стая не сможет тебя отбить. Разве что в лесу спрятать, как твою мать...

- Что?

- Что?

- Про маму ты сейчас что сказал?

- Потом, птичка, сейчас не до этого.

- Дядя Амбруаз! – я повысила голос, не собираясь сдаваться, но он ловко вытолкал меня из лавки.

- Иди-иди, после поговорим, – крикнул он вслед. – Иди, у тебя в аптеке посетители.

12. Графиня и шпион

Я лежала на постели, сжавшись в комок. Несмотря на дядюшкины слова, было страшно. Мне очень нужно было поговорить с Хиро, но он все не приходил, и я все больше волновалась и накручивала себя. Наконец, внизу тихо скрипнула дверь. Хиро явно думал, что я сплю, поэтому старался не шуметь и свет не включал. Вот его длинный силуэт вошёл в комнату, зашуршал одеждой. Он зашёл в уборную, где сначала характерно зажурчала вода, а потом послышался плеск. Вернулся, тихо сел на край кровати, разуваясь, и я не выдержала, дотронулась до его влажной спины.

Он вздрогнул всем телом.

- Ли, ты не спишь! – выдохнул он. – Ух, напугала!

- Хиро, я должна тебе что-то сказать.

- А до утра не подождет? – он зевнул и почесал нос.

- Нет. Хиро, я – пропавшая графиня Волорье.

- Да, и что?

- В смысле, и что? – повысила голос я.

- Ну я знаю, что ты графиня Волорье. Что теперь?

- И давно ты знаешь?

- С самого начала знал. Я видел тебя в Ранолевсе. Ты, конечно, здорово изменилась. Там была такая важная дама, и кожа белая, и волосы такие... кудрявые. А тут простая девчонка. Но ноги в чулках те же.

- Ноги? – глупо переспросила я.

- Ноги, – мечтательно протянул он. – Самые красивые ножки в Ранолевсе...

- Ты что, меня по ногам узнал?

- Не совсем. Я, когда ты на дерево полезла, подумал, что такие восхитительные ноги я видел только у графини Волорье. Потом, когда ты ко мне пришла, я подумал: да нет, что за бред! Разве графиня может быть такой...

- Какой? – не утерпела я.

- Забавной. Нежной. Чувственной. Но получалось, что всё сошлось: и то, что ты ниххонский знаешь в совершенстве, причем и традиции тоже, и приехала ты недавно, как раз передо мной, и аптека опять же. Я с графом знаком был, он как-то обмолвился, что его жена отлично разбирается в ядах.

- А почему ты мне ничего не сказал? – растерянно спросила я.

- Зачем? Раз ты скрываешься – значит, на это есть причина. Захотела бы – сама бы сказала. Ну и вообще...

- Что "вообще"?

- Если ты графиня, то я тебе не ровня, – тихо ответил ниххонец. – Я ведь даже не из знати, к тому же беглец.

- Дурак, – вздохнула я, прижимаясь к его плечу.

- Дурак, – не стал спорить он. – А ты почему решила сегодня сказать?

- Подслушала твой разговор с мэром.

Он засмеялся тихонько и затащил меня к себе на колени.

- Ли, – принялся целовать он мою шею. – Ты невыносима. Ты хоть понимаешь, в каком ты сейчас положении?

- Нет, не понимаю. Хочу, чтобы меня оставили в покое. Графини Волорье больше не существует.

- Тебя найдут. Я же нашёл.

- А ты искал?

- Искал.

- Кто ты такой, Хиро?

- Много кто, птичка. Убийца. Беглец. Начальник стражи. Твой любовник. Ну и еще шпион принца Вазилевса.

Я дернулась у него в руках, зашипела, начала вырываться. Он прикусил мне ухо и невнятно пробормотал:

- Не ерзай, я не железный.

- У тебя в беседке было, тебе мало?

- Ты слишком красивая.

- Не уходи от темы, хотя мне, безусловно, приятны твои намерения. Что там с принцем?

- Вазилевс – это второй сын покойного короля...

- А то я не знаю! Который наместник северных провинций.

- А давай ты будешь рассказывать, а я послушаю?

Я надулась и замолчала, а Хиро, понимая, что находится в более выгодном положении, нагло засунул руку в ворот моей сорочки и принялся поглаживать грудь.

- Вазилевс с Люциусом никогда не ладили. Они настолько ненавидят друг друга, что отец их разделил. Один на юге, другой на севере. Но Люциус, несмотря на то, что жил в столице, да еще с выходом к морю, все равно считал, что его обделили, ведь на севере горы, а значит, шахты, руда, металлы, оружие. Плавильные мастерские тоже на севере, и основные производства там. На юге же поля и сады.

- Хиро, я все это прекрасно знаю. Ближе к делу.

В отместку он ущипнул меня за сосок, а я специально поерзала попой на его бёдрах, с явным удовольствием ощущая его отчетливую реакцию.

- Ууу, коварная. Ладно. Я попал в свиту Вазилевса почти случайно. Как и здесь, пришёл наниматься в охрану, с блеском прошёл испытания, я все же меч с восьми лет в руках держу и учился у лучших мастеров Ниххона. Принц, видя, что я хороший воин, да еще неболтлив, взял меня в личную охрану, и не зря. Я дважды стрелы отражал и несколько раз из ловушек вытаскивал. Люциус же не оставлял братца в покое. Ну, стоит признать, что Вазилевс тоже не птичка-синичка (тут я улыбнулась, потому что говорил Хиро теперь совсем как один из нас, из птиц). Он тоже брату и убийц посылал, и отравленные свечи... Со свечами, кстати, отличный план был, жаль, не вышло. Он, когда зажёг их, вышел... а потом вернулся – а у него канарейка сдохла, прости за подробности, Ли.

Я пожала плечами: сдохла и сдохла. Бывает.

- Мне потом немалого труда стоило свечи обратно на обычные заменить, пока Люциус не сообразил их королю подсунуть.

- Да, он обошёлся обычным ядом. Не совсем обычным, конечно, очень редким.

- И куда делся яд, Ли?