Планета Зеленушка

загаживанием и так аномальной зоны кучками отходов жизнедеятельности. Промучившись два с половиной часа на улице в ожидания нашей

электрички мы наконец дождались её. Нашего железнодорожного коня подали к перрону и мы как оголтелые рванули в выбранный Василичем вагон.

Он заверил, что именно в этом вагоне нам не будет ничего грозить в пути. У него якобы предчувствие. Балабол конечно, но пусть на старости

хоть немного себя потешит. Расположились, заняли аж четыре сидения, два по два напротив друг друга. И вот тут он мне поведал, что тёща

сейчас помянутая им нецензурными словами, оказывается перед отъездом Василича принесла пирог с мясом. И он проглотил этот продукт в одну

физиономию, хотя жена предупреждала, что он тяжеловат для желудка. Видать сама не раз на этом пироге обламывалась. Так же он поворчал по

поводу дорогих билетов, что если так дальше будут убывать капиталы, то назад нам придётся идти пешком от самой Малёбской аномалии. Два

часа пока ехали на электричке Василич промывал мой молодой мозг правилами и запретами при поиске тарелок, аномалий и просто в

туристических походах. Много чего я услышал о местах куда совал свой любознательный нос мой теперешний наставник. Про Аномалию в которую

мы собственно и ехали он поведал много интересного. И что тарелки летают туда сюда, и что иногда даже садятся для чего-то. И про шары,

которые то перемещаются, то висят неподвижно. Сказал что якобы его знакомый, который каждый год ездит в эту зону, видел и гуманоидов, но

не серых и маленьких, а больших и чёрных. Я слушал открыв рот, представляя как я покатаюсь на тарелке и поймаю, хотя-бы на плёнку

фотоаппарата инопланетянина. Но незаметно для меня, за этими интересными разговорами мы прибыли в Усть-Кишерть. Приехали, а автобус то на

Малёбку только вечером, около восьми. Что делать? Делать нечего, только и остаётся ждать. Пока Василич караулил барахло я свинтил в

магазин, взяв у начальника финансы для поправки молодого и шустрого моего организма продуктами питания. Заметил, что в дороге раз пять

куснул по мелочи, не иначе как от нервов. И всего только раз сбегал до ветру, в платный местный клозет при вокзале. Пока я бегал Василич

встретил друга из поисковой команды Урала. Пока они болтали я любовался местными особями противоположного пола с формой заправских

тяжелоатлетов. Они хихикали, нагло пялились на меня и явно обсуждая мою кредитоспособность, а она у меня не просто хромала, она вообще

отсутствовала. Поняв, что от меня они ничего не добьются, отвернулись в другую сторону, полностью меня игнорируя, как в прочим и я их. На

фронте амура получился облом, поэтому я нацелил своё внимание на моих коллег по экспедиции. Болтали они как бабки на базаре, громко споря

где лучше пройти, шушукались и мне не было слышно чём, что меня слегка раздражало и я придвигался ближе к соратникам сталкерского дела.

Семён, так звали нашего попутчика, рассказал про некоторые загадки и волшебные места Пермского треугольника, которые мало кто фиксировал

или вообще о них не слышал и не видел. От него мы с Василичем узнали о поляне здоровья, а самое главное о воротах или портале, как между

собой его называли поисковики. Я загорелся идеей посмотреть на это чудо, что и заявил Василичу, тот подумав сказал, что можно попробовать,

тем более Семён описал место достаточно подробно. Так же у него мы срисовали примерную карту расположения аномалий от центральной поляны

до лошадиной горы. Это дело было поручено естественно самому молодому члену экспедиции, то есть мне. Чем я почти полчаса и занимался

прикусив слегка язык от усердия и должного старания при рисовании шедевра, вообще то не художником. Поэтому после завершения работы,

Василич сказал, что я не Репин, но потянет, между тем уточнив у Семёна некоторые моменты на моей карте. После чего мне пришлось немного

поправить этот шедевр. Последняя электричка пришла пол девятого, поэтому загрузились мы в Пазик только к девяти вечера. Автобус был под

завязку, естественно мы с Василичем висели на поручнях всю дорогу, а рюкзаки мешались под ногами. Все кто с нами ехал в автобусе и туристы

и местные, дружно проклинали местные дороги и криворуких водителей. После часа экзекуции в местном, не очень комфортном, транспорте мы

вывалились на остановке в Малёбке с каким то вздохом облегчения, после проделанной работы по удержанию наших тушек в вертикальном

положении. Руки гудели, спина ломила, голова кружилась, ноги подламывались, хотелось упасть прям где стоял. Но подождав минутку тело чуток

отдохнуло, на душе полегчало.

Глава 4

Не долго думая мы с Василичем рванули на берег реки, а Семён пошёл в деревню к знакомому, где он не раз оставлял лишнее из немалого груза,

который он нёс на плечах. Мы прошли до переправы с Василичем, распаковали лодку и стали накачивать наше плав-средство. Мой начальник

сказал, что ужинать будем уже в лагере. Накачав наш корабль мечты мы начали грузить его нашим скарбом и с большим трудом уместились в нём и

сами. Наш ковчег тронулся к месту будущей стоянки. Река показалась нам мелковатой, так что Василич старался держаться середины этого

водоёма с цветом воды от серо-зелёного до светло коричневого. Проплыли первый поворот налево, перед ним увидели справа стоянку с кучей

народа. Василич сказал, что это стоянка под названием Чащёбы, правда чащёбы я не увидел, так узкая полоса деревьев, всего метров пятнадцать

шириной. Плыли медленно, боялись зачерпнуть воды, течение еле еле продвигало наш корабль к цели, даже приходилось помогать, работая ручными

вёслами лопатками, придавая хоть немного скорости нашему судну. По ходу любовался окружающим лесом, росшим по берегу. Иногда проявлялись

проплешины, было такое впечатление, что деревья вырубали хаотично, как бог пошлёт, бессистемно и бездарно, видно лихие лесорубы лихо рубали

деревья и элексира в их желудках было по макушку. Проплыв минут сорок, добрались до следующего поворота, теперь он был в правую сторону.

Ещё минут через двадцать увидели, вернее приплыли к острову и решили переночевать на нём. Я выпрыгнул из лодки и помогая Василичу смотрел

вокруг. Было здорово, единственно, что смущало не было слышно птичек. Василич заверил,что здесь такое бывает. Меня послал за дровами для

костра, а сам стал распаковывать палатку и посуду для приготовления не хитрого ужина. Пробежав по округе я набрал кучу хвороста и принялся

чистить бывшее здесь костровище. Пришлось мусор, который в нём был закопать в отрытую мной не вдалеке ямку. Что только я не обнаружил в

кострище: и железные банки из под консервов и бутылки стеклянные, даже одну из под водки Брынцаловской нашёл, и пластиковые, в общем всяка,

прости Господи, хрень. Вот спрашивается куда торопились бывшие постояльцы, что трудно было всё собрать и закопать, нет надо запихать

именно в костёр, что бы вонища от горелого пластика перепугала всех местных инопланетян и они задохнулись вдыхая этот смрад. Ну понятно

почему мы за два часа плывя по реке Сылве не увидели и не услышали ни одной птички. С горем по палам разобрался с костром. Он всё же

загорелся. Для котелка нашёл палки, пока не ставя их, пусть костёр немного прогорит. Следя за костром попутно помогал Василичу с палаткой.

Лодку запихнули чуть приспустив внутрь, глава сказал, что лучше спать в лодке, чем на голой земле. Укрепили углы и накачали каркас

палатки. Первый раз я видел такую палатку с надувным каркасом, очень кстати удобно, да и места в ней кажется больше. Вроде-бы особо не

напрягались, но оба умотались прилично, Василича аж покачивало, может из-за путешествия на резиновой лодке, где сидеть то не очень удобно,

не то что ещё и грести, этими очень маленькими лопатками, которые здесь были вместо вёсел. Я кашеварил, Василич уже откровенно дремал,

невпопад отвечая на мои вопросы о нашем дальнейшим маршруте. Вода в котелке закипела, когда уже почти стемнело. Закинув геркулес в

котелок, кинул сушёного мяса и приправы стал помешивать, чтобы каша не пригорела, минут через десять решил, что хватит мучить начальство

быстро снял котелок с огня заменив его походным чайником. Он был как игрушечный, литр, может литр двести. Воду правда наливал в чайник

взятую с собой ещё в интернате. Василич оживился, унюхав вкуснятину, заозирался, ища что то взглядом. Хлопнув себя полбу ладонью понял

забыл достать сухари, заранее заготовленные к экспедиции. Вот что было неприятно в этой идиллии, так это комары, я думал они меня сожрут.

Василич видя мои мученья достал герметичную как то странно пахнущую банку из под жидкого мыла и велел мне обмазать всё, кроме глаз и рта.

Помогло сразу, запах отшиб этим кровопийцам весь аппетит и мы закончили ужин при костре на вольной воле, да ещё и в аномальной зоне.

Летающих тарелок мы конечно не увидели, но по небу проскочила какая-то звёздочка слева направо от луны, если смотреть в сторону реки.

Может это просто спутник, но мне хотелось, что-бы это была тарелка. После кормёшки посуду Василич доверил мыть мне, я вздыхая отправился

на речку скоблить котелок, было уже темно и ничего видно не было, хреново помогал налобный фонарик. С трудом справился с мойкой посуды,

наверняка Василич завтра с утра будет ворчать и читать лекции про чистоту посуды. Да и пупыр с ним, вот завтра сам и пойдёт отмывать не

домытое с его точки зрения. Мне по приходу было уже не до аномалий и зелёных человечков, я почувствовал, что надо спать, а зелёные никуда

от меня не денутся. Завалились в наше резиновое корыто, а места то маловато для двоих. Пришлось рюкзаки положить рядом с лодкой и стелить

сверху спальный коврик. Ложиться на получившуюся верхнюю полку повезло мне. Полка представляла из себя борт лодки и рюкзаки с боку от неё,

получилось очень даже ничего. Я лёг на супер лежак, не много поворочался устраиваясь поудобнее на лежаке и уснул влёт.

Глава 5

Проснулся от того, что Василич тряс меня, выговаривая не громко по поводу молодых лентяев не годных к суровой сталкерской работе и готовых

спать до обеда, когда великий и мудрый начальник возится с завтраком. Кое-как поднявшись с походной перины, встряхнул головой право влево,

побрёл на реку умываться. Решил что зубы полоскать в этой воде не желательно, приду чайком сполосну, если остался. Естественно холодного

чая не было, был горячий, скипевший по заверению Василича только что. Позавтракав печенюшками с чайком мы опять обмазались супер мазью

против комаров. Василич сказал что там много трав от чистотела до пижмы. Не торопясь опять собрали лагерь, загрузились на лодку,

предварительно её подкачав и двинулись вниз по реке дальше. Следующая остановка предполагалась в районе пирамидок, так называют место где

плоские камни от старых фундаментов зданий наложены в виде пирамидок. Как по мне, так это просто некий шутник сделал это для большего так

сказать антуража этому месту, просто это голый угол рядом с поворотом реки и всё. Этим скорее всего смешливый энтузиаст подбросил в

копилку аномального треугольника ещё одну историю, на вроде истории о долине ужасов, в которой алкаши заблудились в двух соснах, да ещё и

получили от этого нервный срыв, потому что обнимались в тот день с белой горячкой. Проплыли минут десять, провожая слева то-ли остров,

то-ли косу и пристали к левому берегу сразу за островом-косой. Привязали лодку, прошли всего метров двадцать, уперевшись в эти пирамидки.

Как и предполагалось, здесь на пяточке уже заросшими деревьями поляне увидели несколько пирамидок, выложенных из камней горкой, и всё,

конец аномалии. Я пробежался вокруг и попытался помедитировать как учил меня Василич. Ничего не вышло. Василич видя мои бесплодные потуги

махнул рукой и велел заканчивать с этими плясками. Мы пошли назад к нашей лодке, я же получил только разочарование. Идя с кислой миной на

лице спросил у начальника, до коли надо мной будет измываться эта едрёна аномалия и когда я хоть чего нибудь увижу путное. Не тужи

говаривал мне Василич хриплым голосом, придёт твоё время отрок и поймаешь ты ещё свою тарелку счастья. Опять забрались в лодку и поплыли

дальше. Любуясь в пути на природу мы через час подплыли к центральному лагерю. Народу там был целый табун, все галдят, что то обсуждают.

Вылезли, Василич привязал лодку, не доверяя мне и мы пошли здороваться и знакомиться с нашими коллегами. Поспрашивали про Выселки про

Горку и решили двигать дальше. Правда пришлось перекусить прямо у реки. Не стали мы объедать местных сталкеров. Рванули дальше от гомона и

умных наставлений. Ещё три часа в пути и мы высадились на левый край берега ниже Скопино. Обнаружив стоянку мы никого не найдя и

убедившись в отсутствии нахлебников расположились с комфортом на стоянке с номером одинадцать. Сварив на этот раз супчика из пакета мы