АСКРИФ Серафим

– Итак, архивариус «Заслона» узнал…, – старик одел очки и листал документы. – Он узнал Президента iNova Ника Бирса и Вице-президента Берта Пелоси, который курирует безопасность и конкурентную разведку iNova.

– И еще, по вашему мнению, он узнал Амона Флореса – филиппинского бандита, – Матсумаэ пристально посмотрел на Иоши.

– Мертвые не лгут, вы знаете, господин Матсумаэ. Филиппинец прибыл в город вчера утренним рейсом. Была информация, что у него намечены переговоры в iNova. Мы провели около тысячи повторений до того, как мозг архивариуса умер, и всегда получали надежный отклик на изображения этих трех человек.

– Вот здесь, – старик взял со стола несколько листов с мелким текстом, – список всех, кто был в штаб-квартире iNova вчера. Я видел Плохого Флореса в этом списке. Вы выяснили, как он связан с iNova?

– Мы работаем над этим, господин Матсумаэ.

– А это что? – старик вынул из папки Иоши несколько сшитых вместе листов.

– Это фрагмент текста, который целиком содержался в рабочей памяти архивариуса.

– Вы можете идти, – сказал Матсумаэ, склоняясь над бумагами. – Не упустите Флореса.

Двое из клана Санада поклонились и вышли.

Существовала одна чаша Грааля в жизни Матсумаэ, и чтобы добыть ее он был готов на все. На свои личные жертвы, жертвы корпорации, преданных людей из клана Санада или любые другие. Технология, которой он грезил, опережала время на десятилетия, если не на столетия. Порой, он был уверен, что это тень признака, плод безумной фантазии монаха-синтоиста, которому верил его отец. И у него давно бы опустились руки, если бы он не знал про успех «Заслона». Советским инженерам удалось по памяти и из обрывков чертежей создать в металле и углеволокне нечто, что было бесспорным доказательством – технология существует. У Матсумаэ были добытые людьми клана Санада фотографии и видео испытаний «АСКРИФ Серафим». И вот сейчас, опередив Матсумаэ на пол шага, гайдзин из iNova почти ухватил священную чашу.

Матсумаэ включил настольную лампу и принялся читать текст, который принес ему Иоши.

***

Через десять месяцев после запуска электромагнитного телескопа НИИ «ИНСЕРТЕХ». Пустыня Гоби.

Боорчи отогнал собак, которые грызли в пыли какую-то корягу.

– Снова принесли из песков.

– Отец, можно я отнесу за ручей?

– Не трогай его, я сам. Иди, помоги матери.

Наран убежал в юрту. Боорчи присел и принялся разглядывать червя. Этот был небольшим. Он крепко задубел на морозе и собакам не удалось его разгрызть. Пасть забита песком. Сложно сказать, когда он ползал. Может, дней семь или десять назад он мог еще двигаться.

Старики говорили, что в этих местах встречали таких червей. Может быть, одного на месяц пути. Но никто не помнил, чтобы их было так много. И уж тем более черви раньше не нападали на младенцев, да и вообще не появлялись рядом с людьми. Два месяца назад в семье соседа случилось несчастье. Его маленькую дочь, которую оставили совсем ненадолго без присмотра, укусил червь. Спасти ее не смогли. Девочка эта родилась в один день с Болдом, младшим сыном в семье кочевника.

Мужчина сложил червя в мешок и привязал к седлу. Конь недовольно зафыркал и попытался стряхнуть ношу. Боорчи и самому все это не нравилось. Потому он и старался отвозить мертвых червей как можно дальше от стоянки, за ручей. Там прятал на выступе скалы, под специально сложенную груду камней. Он решил сжечь их ближе к весне, а пока просто складывал под камни. Вот и в этот раз, поступил так же и поспешил назад, к дому.

– Наран рассказал мне, что собаки снова нашли червя, – жена качала на руках малыша, крепко прижимая его к себе, когда Боорчи вошел в юрту.

– Да, это был мелкий замерзший червь. Я отвез его подальше.

– Наран, свари отцу чай.

Мальчик выбрался на свет очага и принялся возиться с казаном. Боорчи присел рядом, поближе к огню. Он думал о своем и уже успел согреться, когда ему почудилось что-то неладное. Будто собачья возня и сдавленный визг снаружи юрты. Кочевник взял винтовку и жестом показал жене и сыну, чтобы они отошли подальше от входа. Собак не было слышно, кони нервно рыли копытами землю. Боорчи опрокинул казан с чаем в очаг. Угли зашипели, оставляя красные мигающие огоньки. Запах горелого молока наполнил юрту. Мужчина присел у входа и стволом винтовки отодвинул полог. Была лунная ночь, подвывал холодный ветер, кони нервно топтались и фыркали. Озираясь по сторонам, Боорчи осторожно выбрался наружу. С другой стороны юрты раздался топот двух удаляющихся коней. Галопом двое всадников скакали на восток. Холодный ветер донес тонкий детский плач. Боорчи неистово закричал и бросился туда, где только что были двое чужаков. В ярком лунном свете их силуэты быстро удалялись. Кочевник выстрелил и попал в одного. Где-то рядом с рычанием банхар возил по земле третьего из нападавших, впившись зубами ему в лицо. Тот отбивался, вонзая снова и снова короткий меч в тело пса. На земле в пыли лежала жена Боорчи. Кочевник схватил ее за плечи. Шея ее была измазана чем-то теплым и липким. Боорчи рыдая упал на колени. Рядом кто-то тихонько всхлипывал.

– Наран, гони табун к дяде Самдану.

– Нет!

– Делай.

Кочевник поднялся, опершись на винтовку. Обнял сына, прижал его к себе как в последний раз. Времени горевать не было. Пустыню восточнее стоянки Боорчи знал как свои пять пальцев. Чужакам не уйти.

Они скакали, огибая скальную гряду. Чужаков было двое, на двух лошадях. Мужчина и женщина. Оба в традиционной местной одежде. Только держались они в седле не как местные. Так гордо держа спину ты скоро устанешь. Ребенок был у женщины, которая скакала чуть сзади. Боорчи прицелился в первого всадника. Ярко светила луна. Раздался выстрел, и всадник слегка наклонился вбок. Боорчи попал ему в левое плечо. Запрыгнув на коня, он пустился наперерез чужакам по едва заметной тропе между скал. Всадники рванули во весь опор и скрылись из виду за поворотом гряды. Снова раздался выстрел. В этот раз стрелял притаившийся за камнем враг. Конь упал, подмяв по себя Боорчи, и испустил дух. Кочевник лежал неподвижно, в руке он сжимал плеть. Чужак подходил не спеша. Боорчи разглядел, как в лунном свете блестит длинный меч. Кочевник подпускал врага все ближе и ближе. Если бы не раненная рука, чужак убил бы уже Боорчи. Он медлил, стараясь удобнее взять рукоятку катаны. Кочевник резко рванул всем телом вверх. Длинный ташуур выбил меч, а вторым ударом обвил врагу шею. Боорчи из последних сил притянул чужака к себе. Тот извивался, как пойманная за шею гадюка. Кочевник схватил его удушающим захватом. Давил и давил, пока враг не замер на песке. Сил совсем не осталась. Раздробленная нога истекала кровью. Боорчи смотрел на восток, в предрассветное небо. Сознание оставило его, и он умер.

Женщина из клана Санада крепко прижимала к себе младенца. Впереди их ждал долгий путь. Через Китай, Северную и Южную Корею. И, затем, через море в Японию. Мальчик был настоящим кочевником, в дороге не плакал и ел за двоих. За себя и за того малыша, которого она потеряла на родине. В Корее, на пути в порт Пусан, она поняла, что не может выполнить задание и не вернется домой. Пуля застряла в кости, рана гноилась. Она лишь успела подбросить ребенка к дверям детского приюта.

***

Через сто тридцать месяцев после запуска электромагнитного телескопа НИИ «ИНСЕРТЕХ». Южная Корея, город Пусан, детский приют Ордена святого Франциска.

Девочки вбежали в сестринскую и окружили мисс Браун.

– Мисс Браун, мисс Браун, – наперебой кричали они, – там Мин Тэ Тэк снова учудил! Он там такое устроил!

– Да что опять?!

– Пойдемте скорее смотреть, – девочки схватили мисс Браун за подол и потащили за собой.

Мисс Браун поспешила за ними в сад, где за беседкой на песке увидела группу мальчишек, которые возились с какими-то железками. Мисс Браун не сразу узнала старое кресло-каталку, обломки часов с кукушкой и еще какие-то детали, которым тут явно было не место.

– О, Боже мой, – мисс Браун обхватила лицо руками, – Господи, кто это?!

– Это ваш новый помощник, мисс Браун, – Тэ Тэк краснел и смотрел в землю.

– Господи, да за что нам такое?! – продолжала причитать мисс Браун.

– И еще, и еще, – девочки галдели и не унимались, – Тэ Тэк снова говорил по-русски! Да! А знаете почему?! Да потому, что он русский!

Мин Тэ Тэк явно не был похож на корейца и тем более на русского. Больше он походил на десятилетнего монгольского мальчика, которого подбросили к двери приюта примерно десять лет назад. Сестра-воспитательница обняла Тэ Тэка и прижала к себе.

– Да что же нам делать то с тобой, горюшко ты наше?

– Отпустите меня, мисс Браун. Мне нужно закончить одно невероятно важное дело.

– Да, одно дело тебе нужно закончить! Уберите тут все с ребятами. А кресло-каталку везите в сестринскую.

– А как же помощник?

Странное существо на трех колесах вдруг сдвинулось с место и подъехало к мисс Браун. Она взвизгнула и шарахнулась как от черта.

– А ну быстро приберите тут все! – крикнула мисс Браун уже из-за беседки.

***

Матсумаэ прервал чтение и взял в руки телефон.

– Флорес, это Матсумаэ.

– Да, господин Матсумаэ, так неожиданно вас слышать.

– Я знаю про твою сделку с iNova.

Флорес молчал.

– Почему ты не связался сначала со мной?

– Я знал, господин Матсумаэ, что если вдруг понадоблюсь, то вы сами со мной свяжетесь.

– Я дам тебе втрое больше, чем гайдзин. И ты знаешь, Амон, деньги не все в нашей жизни.

– Да, господин Матсумаэ.

Флорес подошел к открытой двери своего лимузина. На улице было жарко и душно.

– Добрый вечер, мистер Флорес, – приветствовал его водитель.

– Привет, Пако. Мы едем в Сан-Франциско. Немедленно.

***

Амон Флорес пришел в себя. Тихоня Джозеф, заметив, что босс очнулся, принялся колотить локтем в стекло, отделявшее салон от передних сидений.

– Тихоня, побереги локти.

– Мистер Флорес, как вы?

– Плохо.

Тихоня достал таблетку из аптечки и протянул боссу вместе с бутылкой минеральной воды.

– Спасибо дружище. Эй, вы кто такие? – обратился он к двоим на переднем сиденье.

– Твои попутчики, Амон. Нам тоже в Сан-Франциско.

– Так вы знаете, кто я. Ваша смерть будет долгой и мучительной, помните об этом.

– Ты наш заложник, Плохой Флорес. Пока ты с нами, все будет хорошо.

– Тупые же вы отморозки.

– Может хочешь еще вздремнуть, Амон?

– Тихоня, дай мне противогаз.

Тихоня послушно достал из-под сиденья единственный противогаз и протянул его Флоресу. За окном была лунная ночь, начинался дождь. Карл выключил связь с салоном.

– Мария, послушай, я перенаправил контейнер Флореса в другой терминал. Вместо него прибудет похожий контейнер, тоже с Филиппин.

– Зачем ты это сделал?!

– Может быть, это наш шанс спастись.

– Карл, ему удалось тебя запугать! По плану Октопуса, мы доезжаем до Сан-Франциско и оставляем машину в пробке.

– Я помню план, – Карл помолчал, глядя как стеклоочистители смахивают потоки дождя со стекла. – Я должен знать, что в контейнере.

– Ты псих.

– Нам нужно разделиться. Ты продолжаешь ехать тем же маршрутом, а мы с Флоресом выйдем по дороге и пересядем. Не доезжая до места назначения, ты бросишь машину в центре города и просто уйдешь.

Лимузин остановился. Впереди на дороге был затор. Под проливным дождем у въезда в тоннель стоял полисмен в длинном желтом плаще. Он остановил движение, чтобы пропустить встречный поток машин. В темноте, под потоками ливня не было видно, что случилось. Флорес достал сигареты и закурил. Прошло минут десять в тишине, лишь дождь стучал по крыше и окнам. Полисмен пропустил очередную партию машин и с ними лимузин Флореса.

– Пора одеть противогаз, – объявил Карл в салон.

Бандит неспеша затушил сигарету и надел маску на лицо. Одна из капсул, которая оказалась в салоне еще днем, лопнула. Телохранитель успел пристроить валик под шею и откинулся на спинку сидения. За поворотом показалась ниша в правой стене тоннеля. Лимузин снова встал. Карл крепко прижал к себе Марию, обнял ладонями лицо и посмотрел ей в глаза. Она тоже смотрела на него не отрывая взгляда. Они поцеловались. Карл открыл заднюю дверь и взял Флореса на мушку короткоствольного автомата. Было всего несколько секунд, пока на встречу не пойдет новый поток машин. Мария, перехватила руки филиппинца пластиковой стяжкой и выпихнула его из авто. Он нехотя перепрыгнул через поток дождевой воды и двинулся в нужном направлении.

– Не знаю, о чем вы там говорили, амиго, но у меня есть к тебе предложение, – начал Флорес. – Это хорошо, что ты отправил дамочку своей дорогой. Ты умный парень.

Они стояли в нише у запертой двери. Карл держал Флореса на мушке и смотрел на дорогу.

– Расскажи, что в контейнере.

– О, это долгая история, амиго. Я закурю.

Флорес попытался достать из кармана пачку сигарет, Карл помог ему.

– У нас есть время.

– Хорошо. Сначала я расскажу про одного своего знакомого. Он был не очень умным человеком, но ему невероятно везло. Тот мой знакомый промышлял пиратством и контробандой. Не один, конечно, а у него была банда таких же отморозков, – Флорес задумчиво выдохнул дым в потолок тоннеля. – И вот как-то раз, эти подонки сбили легкомоторный самолет в тех местах, где они промышляли. Им это казалось хорошей идеей, понимаешь ли.

– Нам пора, – Карл показал на беспилотное такси, которое остановилось возле ниши в стене.

Они снова перепрыгнули через поток воды и забрались в тесный салон. Карл усадил Флореса спиной по ходу движения, сам сел напротив, не выпуская из рук оружия.

– Эта история про тебя, Амон?

– Неет, – бандит рассмеялся, – я никогда не был таким придурком и не палил в небо почем зря. Короче говоря, они сбили самолет якудза. Тот вез из Китая двоих японцев и пассажира. Им здорово досталось. Все погибли. Но пилот успел кое-что сказать про того пассажира.

– Что?

– Это был очень дорогой пассажир. Такой дорогой, что даже за его труп готовы были платить очень хорошие деньги. В общем, ребята тянули жребий. Труп пассажира достался моему знакомому, а самолет – его друзьям, – Флорес рассмеялся. – Тех его друзей не стало. Сам понимаешь, самолет якудза. А вот моему знакомому везло.

– Так что стало с твоим знакомым?

– Помня про судьбу своих дружков, он боялся вытаскивать тот труп на белый свет. Время шло, денег у него больше не становилось. А он, знаешь ли, был азартным игроком. Проиграл почти все и остался без гроша. Вот тут ему пришла идея сыграть на истлевшие кости. Терять-то все равно было нечего.