Преподобных отцов Варсонофия и Иоанна руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников

75

Вопрос того же к тому же старцу о сне, сколько следует спать, и сколько бодрствовать, и сколькими одеждами довольствоваться.

† Ответ. Что касается ночного сна, то молись с вечера два часа, считая их от захождения солнца, и, кончив славословие, спи шесть часов, потом встань на бдение и бодрствуй остальные четыре часа. И в летнее время так же, но сократи славословие и (читай) менее псалмов, по мере краткости ночей[34]. Относительно одежд: немощный, по слабости тела своего, должен иметь зимние и летние одежды, а тот, кто достиг, по слову апостола, того, чтобы алкати и жаждати и наготствовати (см. 1 Кор. 4, 11), во всякое время довольствуется одной одеждой. Впрочем, брат, не будем высокомудрствовать, а последуем смирению и не будем роптать, имея по две или по три одежды.

76

Вопрос того же к тому же старцу. Ты сказал мне, отец мой, чтобы я бодрствовал шесть часов, но как мне узнать, что я бодрствовал шесть часов?

† Ответ. Если хочешь с точностью узнать время, то усни когда-нибудь днем, чтобы не изнемочь телом, а ночь бодрствуй всю до утра и рассмотри, сколько тогда прочитаешь наизусть Псалтири, и потом раздели (количество прочитанных псалмов) на число часов, и в летнее время так же, и узнаешь разделение времени.

77

Вопрос того же к великому старцу. Я болен, отец мой, помолись о мне, чтобы я мог с радостью переносить болезнь, и скажи мне, как омыть скверны.

† Ответ. Любезнейший брат! Ты радуешь меня своими словами и соглашаешься со мною, не разумея того, что сам говоришь. В прошениях твоих ты называешь себя грешным, а грешный есть злой раб; ты теперь говоришь, что тебя постигла болезнь, болезнь же есть наказание. — Итак, наказание послано злому рабу. Если тебе тяжело нести наказание, то перестань быть злым; если же ты зол, то прими наказание; когда же радуешься, будучи наказываем, то ты не зол, а кто не зол, любим Богом. Господь, кого любит, того наказывает (Евр. 12, 6). Рассмотри же по истине, кто ты, и избери себе одно из сказанного. Бог знает, что хотя я и презираю свое спасение, но по силе моей тружусь (в молитвах) о вас, боясь заповеди. А желая омыть скверны, омой их слезами: ибо они чисто омывают всякую скверну. Пока не умолкнет гортань твоя, взывай к Иисусу: Господи! спаси нас, погибаем (Мф. 8, 25; Лк. 8, 24). Очисти сердце свое от пепла и воспламени тот огонь, который Господь пришел ввергнуть на землю: он истребит все сие и сделает золото твое чистым и горнило искусным. Много потребно нам трезвения.

78

Вопрос того же к тому же старцу. Прошу вразумить меня, отчего происходит слабость тела и изнеможение сердца и почему не могу я постоянно сохранять один устав в пище.

† Ответ. Удивляюсь я, брат, и изумляюсь, как мирские люди, ища приобретений или идя на войну, не обращают внимания ни на диких зверей, ни на нападения разбойников, ни на опасности моря, ни на самую смерть и не ослабевают душою, лишь бы приобрести желаемое богатство, хотя и не знают верно, получат ли его. Мы же, окаянные и ленивые, получившие власть наступать на змей и на скорпионов и на всю силу вражию и слышавшие сие: Это Я; не бойтесь (Ин. 6, 20), зная несомненно, что мы не своею силою боремся, но силою укрепляющего и вооружающего нас Бога, изнемогаем и унываем. Отчего так? Оттого, что не пригвоздилась плоть наша страху Божию (см. Пс. 118, 120) и мы никогда не забывали снести хлеб наш от гласа воздыхания нашего (см. Пс. 101, 5–6). Потому переходим мы из одного в другое и от одного устава пищи к другому, что не приняли совершенно огня, который Господь пришел ввергнуть на землю (см. Лк. 12, 49). Огонь этот сжег и истребил бы терние на мысленной нашей ниве; слабость наша, нерадение и любовь к телу не допускает нас восстать. Господь мне свидетель в том, что я знаю человека[35], и он здесь, в сем благословенном обществе (да не скажет ктонибудь, что я говорю о себе, и да не почтет меня, ничтожного, за нечто), который, если пребудет как есть, ничего не вкушая, ни пия, ни одеваясь в одежды, до дня посещения его Господом, не будет в сем иметь нужды вовек; ибо пища, питие и одеяние его есть Дух Святой. Если хочешь поревновать ему, трудись, старайся, бойся Бога, и Он исполнит волю твою, как сказал устами пророка: волю боящихся Его сотворит (Пс. 144, 19). И я хотя ничего не значу, но ради заповеди (Господней) делаю по силе моей. От Бога же зависит утвердить (нас), подать (нам) крепость и возвести нас во всякое благое дело, сохранить от всякого зла и спасти во Царствии Своем. Тому слава, аминь. — Помолись о мне и попроси также и старца помолиться с тобою.

79

Вопрос того же к тому же великому старцу. Отец мой! Прошу тебя, скажи мне: как приобретает кто-либо смиренномудрие или молитву совершенную? Что делая, человек может считать себя свободным от рассеяния (мыслей), и что полезно читать?

† Ответ. Брат! Господь научил нас, как стяжать совершенное смиренномудрие, говоря: научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим (Мф. 11, 29). Если и ты хочешь приобрести совершенный покой, познай, что претерпел Господь, и ты претерпи и отсекай во всем свою волю. Сам Спаситель сказал:

Я сошел с небес не для того, чтобы творить волю Мою, но волю пославшего Меня Отца (Ин. 6, 38). Совершенное же смиренномудрие состоит в том, чтобы сносить укоризны и поношения и прочее, что пострадал Учитель наш Иисус. Молитва же совершенная состоит в том, чтобы беседовать с Богом, не рассеиваясь мыслями, собирая все свои помыслы и чувства. Человек входит в такое (состояние), когда умрет для всех людей, для мира и для всего, что в нем находится. И (такой) ничего не должен более говорить Богу в молитве, как только: избавь меня от лукавого; да будет воля Твоя (Мф. 6, 13, 10) во мне, и иметь в уме, что он предстоит Богу и с Ним беседует. Познает же он сие, когда освобождается от рассеяния помыслов и видит, что ум его, просвещенный о Господе, исполняется веселия. Признаком того, что (человек) коснулся совершенной молитвы, служит то, что он не смущается более, хотя бы и весь мир его оскорблял. — Совершенно молящийся есть тот, кто умерщвляет себя миру и покою его, а когда кто Бога ради прилежно исполняет свое дело, это не есть рассеяние, но тщательность, угодная Богу. Полезно читать жития отцов, ибо таким образом ум просвещается о Господе.

80

Ответ того же к тому же на прошение молитвы о себе и о тех, которые с ним пребывают.

† Дети мои возлюбленные! Приветствую вас о Господе и молю Его сохранить вас от всякого зла и дать вам терпение, как Иову, благодать, как Иосифу, кротость, как Моисею, и мужество в брани, как Иисусу Навину, обладание помыслами, как судиям, и покорение врагов, как царям Давиду и Соломону, владение землею, как израильтянам; и в примирении Его с вами да подаст Он вам прощение грехов и здоровье телесное, как расслабленному, да спасет Он вас от волнения, как Петра, и да избавит вас от скорби, как Павла и прочих апостолов, да покроет вас от всякого зла, как чад Своих искренних, и да даст вам прошения сердца вашего к пользе душевной и телесной о имени Его. Аминь.

81

Вопрос того же к другому старцу, чтобы объяснить ему о мере воздержания.

† Ответ Иоанна. О мере воздержания в пище и питии отцы говорят, что надобно употреблять того и другого несколько менее надлежащего, то есть не наполнять совершенно желудка. И всякий должен определить себе (меру) как в вареной пище, так и в вине. Во время же зимы никто много не пьет, однако и тогда должно пить несколько менее надлежащего и в отношении пищи поступать также. Впрочем, мера воздержания не ограничивается только пищею и питием, но простирается и на разговоры, и на сон, на одежду и на все чувства: во всем этом должна быть мера воздержания.

82

Вопрос того же к тому же старцу. Скажи мне, отец мой, что значит употреблять «несколько менее надлежащего» пищи, пития или овощей?

† Ответ. От всего количества пищи, то есть хлеба и других снедей или овощей, отделять без малого одну унцию, а в отношении вина и воды: от обеих отделять менее половины чаши. Если ты внимаешь себе и нетрудно тебе пить один только раз, это было бы хорошо, если же не можешь, то пей два раза, но всякий раз несколько менее надлежащего. А во время смущения и брани помыслов должно и обыкновенное количество (пищи и пития) несколько уменьшать, то есть пищу на одну унцию, а все питие на половину чаши, так чтобы вообще уменьшить количество пищи на две унции, а пития на целую чашу. Помолись о мне, брат.

83

Вопрос того же к тому же, как каждый может узнать, сколько ему нужно есть и пить.

† Ответ. Наблюдая за собою в течение нескольких дней относительно всей пищи, то есть хлеба, других снедей и овощей, человек может из опыта узнать, сколько нужно его телу пищи и пития, например: если кто-нибудь (постоянно) пьет по три чаши в день и ест по одной литре[36] хлеба и увидит, что тело его требует больше трех чаш не потому, чтобы он более трудился или ел соленое, но так, без особенной причины, то это есть брань. Когда же не чувствует брани, то, если может, (должен) из трех чаш отказать себе в половине одной, и в пище так же — вместо целой литры употребить литру без одной унции[37].

84

Вопрос того же к великому старцу. Просим тебя, отец мой, скажи нам, сколько сие — «по силе человека», чего Бог от нас требует. Иной, может быть, примешивает чтонибудь к этой мере, извиняясь своею слабостью, и думает, что он исполняет все «по силе своей». Как нам верно понимать слова: «по силе своей»?

† Ответ. Бог дал человеку разум для того, чтобы различать вещи. После труда, подъятого в пути, или после других тяжелых дел человек не может сохранить тот же порядок, который соблюдает он в прочие дни, но оказывается телу небольшое снисхождение, например: если кто-нибудь (обыкновенно) ест в день пол-литры хлеба и по случаю труда съест еще одну унцию, то он сделал «по силе своей»; ибо ему и нужно было съесть более. Кто, вставая каждый день с полночи, отдохнет лишний час по случаю труда, тот также сделал по силе своей, потому что признак утруждения есть (потребность) успокоить себя немного, как было сказано, чтобы после опять бодрствовать по обыкновению. Делать «по силе своей» значит употреблять несколько менее надлежащего и пищи, и пития, и сна. Спросишь: какая должна быть мера сна? Отцы назначают для сего половину ночи. В пище воздерживай себя тогда, когда желаешь съесть еще немного, и таким образом всегда употребляй ее умеренно.

85

Вопрос того же к другому старцу. Какова должна быть приличная ежедневная мера вина и вареной пищи для живущего уединенно? И как отцы держались такого строгого правила в отношении пищи? И всем ли прилично то правило воздержания, которое вы мне сказали, или отцы отвечают сообразно с устроением вопрошающего?

† Ответ. Относительно вина: здоровому и желающему воздержаться довольно одной чаши в день, если он ничего не имеет кроме сего. Если же часто бывает болен, может употребить две целые. Так же и в отношении вареной пищи (уединенно живущий) должен употреблять один какой-нибудь род вареной пищи и тем избавится от попечений о сем. Что же касается до отцов, как они держались столь строгого правила в пище, очевидно, что они тело свое соделали к тому способным. Впрочем, хорошо и рассудительно управляющие собою, сообразно с силами тела, устраивают и жизнь свою. Помолись о мне. Брат! Что я сказал любви твоей о воздержании (относится) к подобным нам, и я говорил по своей мере. Если мы успешно исполним среднее, то преуспеваем и приходим в большее: вступивши на первую ступень лестницы, не будем желать тотчас же взойти на самую верхнюю. Приходящие в ту меру (преуспеяния), о которой говорит апостол, могут и насыщаться, и терпеть голод, ибо они всему обучены; ты же знаешь меру свою, брат. Я сказал уже тебе, что когда чувствуешь брань, должен уменьшить количество пищи на одну унцию и в питии также ограничить себя.

86

Тот же брат еще вопросил того же старца: Отец мой! Что значит по прихоти принимать пищу, и что — по требованию естества?

† Ответ. По прихоти — значит хотеть принять пищу не по телесной потребности, но для угождения чреву. Если же видишь, что иногда естество охотнее принимает какоголибо из овощей, нежели сочива, и не по прихоти, а по легкости самой пищи, сие надлежит различать. Одни по естеству своему требуют сладкой пищи, другие соленой, иные же кислой: и это не есть ни страсть, ни прихоть, ни чревообъядение. А любить какую-нибудь пищу (особенно) и похотливо желать ее — это есть прихоть, служительница чревообъядению. Но вот из чего познавай, что ты одержим страстью чревообъядения, — когда она обладает и помыслом твоим. Если же противишься сему и благочинно принимаешь пищу, по телесной потребности, то это не есть чревообъядение.

87

Вопрос того же к тому же. Отец мой! Как же если страсть прежде не борет меня, а появляется в самое время принятия пищи, что мне тогда делать, оставить ли пищу или нет?

† Ответ. Тотчас не оставляй, но противься помыслу, приводя себе на память, что пища превращается в зловоние, что мы осуждаемся, принимая оную, тогда как другие всячески удаляются ее; и если страсть отступит, приими пищу, осуждая себя, если же не отступает, призови имя Божие в помощь и успокоишься. Когда же (страсть) одолеет тебя так, что не в силах будешь есть благочинно, то оставь пищу, а чтобы другие сидящие с тобою не заметили, принимай понемногу. В случае голода ешь хлеб или другую пищу, к которой не чувствуешь брани.

88

Того же к тому же. Объясни мне: в чем состоит признак чревообъядения?

† Ответ. Когда видишь, что помысл твой услаждается (представлением) снедей и понуждает тебя непременно всех предупреждать или придвинуть к себе какую-нибудь снедь, это есть чревообъядение. Внимай же себе, чтобы не есть такой снеди с поспешностью, но благочинно, и лучше предоставить ее другим, которые сидят с тобою. Как я уже сказал, по причине чревообъядения не следует тотчас же отказываться от снеди, но должно остерегаться, чтобы не принимать ее бесчинно. И кроме (брани) чревообъядения отцы пишут, что (вообще) за трапезою не должно простирать руки к части другого, ибо это неприлично и противно благочинию в обществе. Когда же предложенная снедь такова, что не назначено каждому своей части, но всем вместе есть, тогда всякий может есть с другими, и сие не будет неприлично, только с соблюдением благочиния, чтобы не впасть в чревообъядение и не подать другим повода к осуждению. Другой же признак чревообъядения состоит в том, чтобы хотеть есть прежде времени, но не должно сего делать без какой-нибудь уважительной причины. Во всем же нужно призывать помощь Божию, и Бог не оставит нас.

89

Вопрос того же к тому же. Отчего происходит телесное возбуждение[38]?

† Ответ. Телесное возбуждение происходит от нерадения: нерадение тайно увлекает тебя в то, чтобы судить и осуждать (других), а чрез сие и предает тебя. Когда Израиль истинно работал Богу, то Бог сохранял его от врагов, а когда нерадел об истинном служении, то Бог попускал врагам поражать его.

90

Вопрос того же к тому же. Должно ли вопрошать старцев о всех помыслах, которые рождаются в сердце? Когда кто молится или поет псалмы[39], должно ли ему произносить (слова) вслух? Также о памятовании всего, что кто-либо сделал, или слышал, или говорил; и следует ли упражняться в трудах наравне с отцами?

† Ответ. Брат! Не о всех возникающих помыслах должно вопрошать (старцев), ибо иные мимолетны, но о тех, которые долго остаются в человеке и борют его. Дело сие сходно с тем, когда человек, хотя многие досаждают ему, пренебрегает неприятностями и не заботится о них, если же кто (хотя и один) восстанет и будет нападать на него, тогда он доносит на него правителю. О молитве же и псалмопении (скажу, что) надобно петь не только умом, но и устами, ибо пророк Давид говорит: Господи, устне мои отверзеши, и уста моя возвестят хвалу Твою (Пс. 50, 17). И апостол также, показывая, что требуется участие уст, сказал: то есть плод уст (Евр. 13, 15) и прочее. А воспоминаний о том, что ты видел, слышал или сделал, ничто не уничтожает, кроме молитвы, соединенной со смирением, трудами и слезами и с отсечением своей воли. — Отцы, в оной подвизавшиеся, не иначе достигли, как с трудом, слезами и отсечением своей воли. А упражняться в трудах наравне с отцами — значит считать себя за нечто и равняться с ними. Вопрошать же (отцов) и верить ответам (их) есть смирение и успех о Господе. Помолись о мне, брат.

91

Некто другой из старцев вопросил того же старца: Как блюсти сердце свое? Каким образом бывает брань вражия? Должно ли прекословить борющему нас врагу? О помысле блудном: должно ли заграждать ему вход? И как поступать, если он войдет? О пище: принимать ли ее на вес унций или просто руководясь благоразумием и сохранением себя?

† Ответ. Блюсти сердце — значит иметь ум трезвенный и чистый от помысла, наводящего брань. — Сперва ум пренебрегает помыслами своими, а потом уже, когда враг увидит нерадение, старается ввести в него брань. Если же хочешь узнать (о помысле), враг ли он тебе или друг, сотвори молитву и спроси его: наш ли ты, или из неприятелей наших? (Нав. 5, 13), и он скажет тебе истину, ибо предательство бывает от нерадения. Не противоречь же, потому что враги сего желают (и, видя противоречие) не перестанут нападать: но помолись на них ко Господу, повергая пред Ним немощь свою, и Он может не только отогнать, но и совершенно упразднить их. Касательно же блудного беса: весьма хорошо заградить ему вход; если же увлечешься и он войдет (чрез помыслы), то подвизайся против него, повергая немощь свою пред Богом и молясь Ему, и Он изгонит его. На вопрос же твой о пище (скажу): пусть благоразумие и охранение себя руководят жизнью твоею, и помолись о мне любви ради.

92

(Вопрос) того же к тому же старцу. Отчего отягощается сердце мое, одолевает меня безмерный сон и я вовсе не имею умиления?

† Ответ. Сие (враг) всемерно наводит на безмолвствующего для того, чтобы, предавшись унынию, он убегал подвига и пришел в отчаяние. Мы же повергнем немощь нашу пред Могущим сделать несравненно больше всего, чего мы просим, или о чем помышляем (Еф. 3, 20), пока Он не сокрушит сонмища аммореев, и Он не попустит Мадиаму, Амалику и сынам Востока истребить плоды наши (см. Суд. 6, 3–4). Потерпим же при помощи Владыки нашего Бога, ибо Он сильнее всех их, и спасемся.

93

Вопрос того же к тому же. Отчего ночью мечтаются мне одни лица, а днем ощущаю брань через другие? Случается же так, что бывает осквернение во сне и без представления лица: равным образом случается, что иногда мечтание бывает с услаждением, а иногда без услаждения.

† Ответ. Те же, которые борются с тобою днем, борют тебя и ночью, показывая чрез сие, что ты еще находишься в их руках; они же преобразуются или в то, или в другое подобие. А что иногда (мечтанье) бывает с услаждением, а иногда без оного: это происходит, как я уже сказал, оттого, что они принимают на себя разные образы, дабы привести человека в недоумение и смущение. Ночная же брань двояка: одна происходит от сластолюбия, а другая — от искушения диавольского, чтобы привести человека в отчаяние, — к той мысли, что нет для него более спасения. Когда случится тебе искушение от сей брани, делай семь раз по семи земных поклонов, то есть сорок девять, говоря на каждом: «Господи, прости меня имени ради Твоего святаго!» Если же (искушение) случится во время болезни или в день воскресный, когда не следует делать земных поклонов, то вместо сорока девяти коленопреклонений произноси молитву эту семьдесят раз. Различие же искушений таково: искушение диавольское бывает от возношения, а искушения сластолюбия бывают от чревообъядения.

94

Вопрос того же к тому же. Если случится мечтание (осквернение) ночью, а утром надобно приступить к Святому Причащению, как следует тогда приступить?

† Ответ. Приступим как уязвленные, не как пренебрегающие, но как имеющие нужду во враче, и Тот, Который исцелил кровоточивую, исцелит и нас. Возлюбим много, чтобы и нам простилось много. А когда приступишь к Причащению, говори: «Да не будет ми Святыня сия, Владыка, в суд или во осуждение, но во освящение души и тела». И тогда приступи со страхом, и Владыка наш Господь по человеколюбию Своему сотворит с нами милость Свою. Аминь.

95

Вопрос того же к тому же. Так как ты, отец мой, сказал мне в ответе своем, что (мечтания), случающиеся с человеком ночью, одни бывают от возношения, по искушению диавольскому, другие по сластолюбию от чревообъядения, то возможно ли диаволу произвести это в человеке единственно по зависти и тогда, как он не превозносится и не предается сластолюбию? И как узнать, если бывает ночью движение плотское, естественное ли оно или нет? Случается ли естественное движение у совершенных? И делать ли земные поклоны в Пятидесятницу или нет?

† Ответ. Диавол может произвести с нами искушение и по зависти, но когда с нашей стороны не содействует сему возношение или сластолюбие, не может часто повторять сего. Как строящий дом, если не найдет потребных материалов, трудится напрасно, подобно тому и диавол. Признак же естественного движения есть, когда кто видит, что движение приключается ему не от превозношения, не от сластолюбия и не по зависти диавольской. Бывает же сие не по зависти (диавольской), а от естества тогда, когда кто подвергнется сему, уснув с надеждою, после многих молитв, призывая Святую и Единосущную Троицу и ограждая себя крестным знамением. Совершенные же не подвержены и сему, ибо угасили и естественное (движение), оскопивши себя духовно Царствия ради Небесного, то есть умертвили уды свои. А о земных поклонах в Пятидесятницу тебе уже было сказано в другое время, что надобно их класть только в своей келлии. Помолись о мне, брат.

96

Вопрос того же к тому же. Отчего происходит, что я хочу удержать чрево свое и уменьшить количество пищи — и не могу? Если же и уменьшу, то снова, спустя несколько времени, возвращаюсь к первой мере своей, так же и в питии?

† Ответ. Бог да помянет любовь твою, брат мой, за то, что ты упомянул мне о страстях моих, ибо и я страдаю тем же. Никто не освобождается от сего, кроме пришедшего в меру того, который сказал: забых снести хлеб мой: от гласа воздыхания моего прильпе кость моя плоти моей

(Пс. 101, 5–6). Такой скоро достигнет уменьшения пищи и пития, ибо слезы служат ему хлебом, и наконец доходит до того, что питается Духом Святым. Поверь мне, брат, что я знаю человека (известного Господу) такой меры: в течение недели раз, и два, и чаще восхищается он к духовной пище и от сладости ее забывает чувственную пищу, когда же приходит вкусить (хлеба), то, как бы пресыщенный и брезгливый, не хочет вкушать его; вкушая же, осуждает себя, говоря: отчего я не всегда в таком состоянии? И желает преуспеть еще более. — А мы, брат мой, где находимся? Пойдем — умрем. Прости меня, что, не находя, чем похвалиться из своих трудов, хвалюсь чужими, к своему собственному осуждению.

97

Того же к тому же вопрос. Прошу тебя, отец мой, объясни мне сущность дела: как достигнуть состояния, о котором сказал ты? Я не знаю сего, потому что сколько раз ни начинал уменьшать пищу, уныние и слабость не оставляли меня до тех пор, пока я не возвращался к прежней своей мере. И почему ты сказал, что только тот, кто вошел в меру сказавшего: прильпе кость моя плоти моей, достигает до того, чтобы довольствоваться малым? И как прежде уменьшения пищи может прильпнуть кость к плоти?

† Ответ. Брат! Ты принуждаешь меня говорить о том, что выше моей меры, и боюсь, чтобы не быть мне осужденным за сказание о чужих успехах[40]. Слова Писания: прильпе кость моя плоти моей значат, что все кости человека бывают — одно целое, то есть все помыслы человека составляют одно целое по Богу. — И тогда плоть сия последует помыслу по Богу, и является радость Духа в сердце — питая ту душу, и утучняя тело, и укрепляя их обоих, и (такой человек) уже не ослабевает и не унывает, ибо Иисус отселе бывает ходатаем о нем и поставляет его близ преддверия там, откуда удалятся болезнь, и печаль, и вздохи (Ис. 51, 11), и исполняется на нем слово Писания: ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (Мф. 6, 21). Приводит же человека в такую меру совершенное смирение.

98

Вопрос того же к великому старцу. Как можно достигнуть воздержания, как различать немощь естественную от наводимой демонами, и сколько следует вкушать пищи?

† Ответ. Брат! Ты любопытствуешь понемногу открыть вещи сокровенные, и я, как безумный еще, думаю, что о чем ты вопрошаешь меня, сего никто не может рассудить, кроме достигшего в оную меру (преуспеяния). Живой человек ощущает действие холода или теплоты, мертвый же не ощущает сего, потому что потерял чувства. И как в меру познания вещей достигает лишь тот, кто изучает их, и (тогда) может рассуждать о них, а не учившийся и не достигнувший того (познания) если и тысячу раз спросит о них, что они такое, и получит ответ, все еще не может понять сущности вещей, так и в настоящем (случае). Сколько ни говори кому, но более нужен собственный опыт. О немощи (скажу): если тело, принимая повседневную пищу, расслабевает, это — от демонов; в противном случае это немощь естественная. А воздерживаться — значит вставать (из-за трапезы) немного несытым, как определили старцы новоначальным. — Когда же человек достигнет в меру апостола, который сказал: ибо нам не безызвестны его умыслы (2 Кор. 2, 11), то не может укрыться от него, сколько следует ему есть, ибо он уже обучен сему (упражнением и навыком). Я вынужден говорить о вещах, высших меня, в чем нет и надобности; может быть, нет даже и могущего принять и понять их, кроме некоторых немногих. Бог отцов наших да приведет тебя в радость сию: она светла и сладка. Такой (человек) уже не вспоминает о телесной пище, ибо он забы снести хлеб свой и пребывает умом в ином мире. Вышних ищет, о горнем помышляет, горним поучается, где Христос одесную Отца сидит (см. Кол. 3, 2, 1). Тому слава во веки, аминь.

99

Вопрос того же к другому старцу. Авва, если случится ночное мечтание, хорошо ли исповедать о сем кому-либо из братии и, сделав ему поклон, попросить помолиться о себе?

† Ответ. О ночном мечтании хорошо сказать тому, кто может слышать сие (не соблазняясь), и, сделав поклон, должно просить помолиться о себе, ибо Писание говорит:

Признавайтесь друг пред другом в проступках и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться (Иак. 5, 16).

† Толкование Отец сей, ответив, что хорошо сказать могущему слышать (не соблазняясь), показал тем, что неполезно говорить о сем всякому, кому случится.

100

Некто из безмолвствующих отцов вопросил того же, как ему пребывать в келлии.

† Ответ. Пребывать в келлии — значит воспоминать свои согрешения, плакать о них и сетовать, бодрствовать над собою, чтобы ум не был пленен, а если и будет пленен, то стараться скорее опять привести его в свое место.

101

Вопрос того же к тому же. Помысл говорит мне, что поучение (в Писании) доставляет чистую молитву: так ли это?

† Ответ. Брат! Остерегайся быть поруганным демонами и говорить, что поучение доставляет чистую молитву. Как же страсти пребывают в человеке, имеющем чистую молитву?

102

Вопрос того же к тому же. Когда ум бывает зверохищен[41]?

† Ответ. Ум бывает зверохищен тогда, когда человек не поспешит предварительно укорить себя. (Такой ум) имеет на себе следы угрызения зубов и терзания ногтей (зверей мысленных), почему и нуждается во врачевании, то есть в покаянии.

103

Вопрос того же к тому же. Следует ли закрывать глаза при кознях вражиих, и когда восстает на меня тело, что мне делать?

† Ответ. Диавол представляет человеку вещи чувственным и нечувственным образом. Слабый закрывает глаза, чтобы не видеть их, а сильный, и видя их, пренебрегает ими, ибо праведник смел, как лев (Притч. 28, 1). О восстании же тела: беги поспешно с молитвою к Иисусу и успокоишься.

104

Вопрос. Отчего случается со мною, что я после вопроса (от отцов) осуждаю другого?

† Ответ. Осуждение другого после вопроса случается с тобою за то, что еще не умерло в тебе самооправдание: осуждай себя и перестанешь осуждать других.

105

Тот же, будучи возмущен и весьма напуган разбойниками, но благостию Божиею сохранившись от них невредимым, возвестил тому же старцу о своей боязни и вместе просил его молитв о сохранении его на будущее время.

† Ответ. Бог, Который сказал: не оставлю тебя и не покину тебя (Евр. 13, 5), никого не предает; предает же нас неверие наше. Впрочем, и те, которые имеют совершенное упование на Бога, подвергаются иногда, по попущению Божию, искушениям для испытания веры. Разве нападавшие на тебя разбойники были многочисленнее колесниц и сил фараона? А известно, что они внезапно были потоплены одним словом и мановением Господним. Ужели не помнишь, как ослепли напавшие на Елисея? Кто ослепил их? И для чего соделал и соделывает это Тот, Кто знает, как избавлять благочестивых от искушения (2 Пет. 2, 9)? Как мы забыли Писание, которое говорит: Господь сохранит тя от всякого зла, сохранит душу твою Господь (Пс. 120, 7)? Как мы предали забвению слова Христовы: у вас же и волосы на голове все сочтены (Мф. 10, 30), и: птица не падет в сеть без воли Отца вашего (Мф. 10, 29), не много ли паче лучше есть человек птицы?! О боязнь — дщерь неверия! Куда низвела она нас?! Боязнь эта весьма вредна: она ослепляет ум, ослабляет сердце, отторгает людей от Бога — она сестра отчаяния, ибо удаляет людей от страха Божия и низводит в страну погибели. Брат! Убежим от нее и возбудим спящего в нас Иисуса, воскликнув: Наставник, спаси нас, погибаем (Мф. 8, 25; Лк. 8, 24). И Он, восставши, запретит ветрам, и они утихнут, а нам скажет: это Я; не бойтесь (Ин. 6, 20). Оставим тростяной жезл (см. Ис. 36, 6) и возьмем жезл креста, силою коего утверждаются хромые, восстают мертвые, которым хвалился апостол (см. Гал. 6, 14), коим мы освободились от предательства, предоставив себя Распявшемуся за нас. Он Сам упасет сим жезлом нас, овец Своих, и отгонит от нас кровожадных волков. Тому слава во веки, аминь.

106