В активном поиске

Боевой ковчег так зависящий от маны монстро-расы, для Разлома джиннов как государства являлся чем-то вроде помеси крейсера дальнего плавания и полярной научной станции — по принципу устройства. На нем обкатывались на практике теоретические решения, причем сразу скопом. И лишь в последнюю очередь защищал торговые интересы Разлома у берегов Чаши — хоть частично себя как проект окупая. Потому экипаж на борт упихали… специфический. В том числе и по немаловажному параметру “никак не смог отказаться”. Не удивительно, что команда как один ласково именовала свою плавучую крепость-лабораторию не иначе как “чайник”.

Синекожие вложились на перспективу: исследовали возможность полноценно путешествовать по морям и в случае чего дать отпор неприятностям любого генеза. Вот только только против магически инициированного цунами справится не получилось. Слишком быстро все произошло.

Это все я узнал от новоявленных гвардейцев Щедрой Чаши. Вот ей-ей, знал бы, что они мне расскажут — предложил бы совсем другой контракт. Мужики — экипаж не включал ни одной женщины — оказались с разным уклоном в специализации мастерами на все руки. Нет, не только в артефактостроении — чуть ли не вообще во всем! Их собранный в единственном экземпляре по чужому опыту “крейсер” одновременно страдал множеством детских болезней и при этом был для чужаков аж пипец каким секретным! И то, что мне вообще хоть что-то рассказали — это не потому, что корабль затонул и частично разрушился. Просто контракт каждого из них включал в себя передачу всех документов для создания алхимической цепочки переработки ебонитовой смолы в топливо на руки каждому отслужившему пять лет.

Достойный пример патриотичности с одной стороны, а с другой — у меня никаких иллюзий и не было, что синекожые гвардейцы так и так унесут с собой все нужные сведения и с легкостью их воспроизведут дома. Даже получше, пожалуй — для себя ведь стараться будут. Шила в мешке не утаить. Хотя бы потому, что джинны серьезно могли помочь с остротой и прочностью этого самого “шила”. А ситуация после визита запустнников скложилась из разряда “хватаемся за любую соломинку, с последствиями будем решать потом”. Впрочем, я это уже говорил, и не раз.

— Стабильность процесса без дураков на порядок выше! — Сеня пребывал в восторге от нового варианта горелки. Устройство после того, как к нему приложили руки джинны, внешне мало изменилось. Только стало заметно поменьше, добавился еще один управляющий кристалл и язычок пламени горел совсем уж миниатюрным. Этакая жирная светящаяся оранжево-голубая точка. Больше на светодиод похоже, чем на открытое пламя. — Теперь на место одной старой можно поставить две новых! Даже если с первой в паре что-то случится, вторая горелка продолжит работать. И давать до семидесяти пяти процентов мощности старой! Да, я сказал, что новая система гибче в управлении? И еще куда меньше продуктов горения дает.

— А не погаснет случайно? — на всякий случай уточнил я.

— Да не коснуться тебя сомнения, мой командир! — ухмыльнулся голый по пояс синекожий амбал Мурат. В отличии от остальных я с ним заключил контракт сержанта. Что для новоиспеченного гвардейца не стало причиной отказаться от привычки таскать за ухом боцманскую дудку. — Узри же!

С этими словами он вылил прямо в зону реакции кружку с водой, размашисто зачерпнув из стоящей кадки. А потом и вовсе забросил туда горелку. И… ничего. Лишь от тусклой светящейся точки вверх потянулась цепочка пузырьков.

— По совету уважаемого Мурата Сопрано модернизировала формулу топлива, — пояснил мне коллега-попаданец. — Теперь она содержит окислитель и для горения не нужен воздух. На самом деле это довольно стандартная добавка для зажигательных смесей, изобретать ничего не пришлось. Даже странно, что мы сами раньше не додумались.

Практика и опыт, вот почему. Нашей фее-алхимику, впрочем, опыта не занимать — но это тот самый случай, когда одна голова хорошо, а две — лучше. Каждый артефактор вынужденно учит и алхимию — эти две дисциплины неразрывно связаны, хоть вторая и не совсем магия. Но и каждый алхимик вынужденно до какой-то степени владеет артефактом делом. Однако, как же хорошо, что появились все же профильные специалисты. Правда, не без своих… гм, завихрений.

— Сержант, вы разобрались с выбранными помещениями под гвардейскую казарму? — раз уж они ко мне пришли, решил сразу разобраться со всеми актуальными вопросами.

— Мой командир, твои воины славят тебя за подаренный дворец! Они завершили работы и теперь возлежат на коврах и атласе в неге, в любой момент готовые обрушить на твоих врагов огонь, гром и молнии!

По-нормальному Мурат тоже может изъясняться — сам слышал. Но со мной — только вот так. Полагаю, своеобразная “месть” за принудительно заключенный контракт. То есть понятно, что у спасенных выбора никакого просто не было, и что я передал им весьма ценные знания в откуп. Так что отыгрывается бывший боцман “Чайника” только словами. Типа “пленил джинна — терпи джинна!”

— О командир, нижайше прошу повелеть также изготовить “горелки” для ношения при себе вне дарованных тобой чертогов, — вся эта фраза сопровождалась глубоким поклоном. — Взамен же мы поможем тебе с твоей деревянной птицей, коей предназначено скользить над волнами. Приложим все усилия!

Ого! Как я и говорил, синекожие профессионально докапываются до буквы контракта. Который, как ни крути, военный. Потому выделить двоих из небольшого личного состава для службы канонирами на пушке-маготроне согласились без звука. А вот с чем-то “левым” помочь руками и знаниями — еще пойди договорись. Что-то синеньким прям очень приспичило себе сделать мобильные “зарядки” — раз уж они готовы взяться за временно замороженный экраноплан без отчаянного торга за что именно.

— Да ради бо… ради предков, — пришлось проигнорировать гримаску Мудрослава. Сфинксу тоже пришлось хлебнуть полной ложкой своеобразной манеры общения гвардейцев Чаши, утрясая множество мелких вопросов. Теперь усатый не прочь был устроить матч-реванш — а ведь замотался он не меньше меня. Правда, у кота нет гарема, в котором четверо беременны и трое с недели на неделю собираются рожать!

И да, богов тут лучше не поминать. Мало того, что в Новом Мире религии больше похожи на помесь фонда и секты, так еще и сами джинны никого из “паразитов” на дух не переносят. А вот предки у них в большом почете.

— Тогда не смею больше отвлекать Вас от дел государевых, мой командир! — удивленно поднял брови домиком сержант. И тут же смотался из кабинета.

— …Ну и зачем? — недовольно посмотрел на меня сфинкс.

— Потому что для нас дать разрешение ничего не стоит, — я сгреб со столешнице бумаги. Людей кот наплакал, джинны — первое прибавление за хрен знает сколько времени! До них — только потери. А бюрократия словно сама собой растет и растет. — Для синекожих действительно важно — нам же нужна их лояльность. При этом еще и получится штуковина, пригодная не только для них, но и для нас.

— Чем им курительные шарики не угодили? — проворчал мой помощник. — У них-то не лапки.

— Постоянный и переменный ток, — неожиданно довольно просто объяснил Сеня. Для другого попаданца просто.

— Заморочки прикладной артефактологии, — “передал” коту я. — И давай уже к насущным проблемам.

— Скорее, новостям, — поправил меня Мудрослав. — Плохим или не очень, даже не знаю. Куда-то подевались пираты. С того дня, как мы выпроводили рейнджеров — ни одного паруса на горизонте. Днем, разумеется. Ночью корабль, идущий без огней, из корзины шара пропустить легче легкого — и никакое заклинание не поможет. Со всем уважением, Сеня.

— Говоришь как что-то новое, — отмахнулся маг. — Лучше скажи, к какому выводу ты нас пытаешься подвести? Что пираты не только сохранили подобие организации, но связь между собой держат?

— Это еще раньше стало понятно, — покачал головой я. — Теперь же напрашивается следующий вывод: у флибустьеров есть связи как минимум среди рейнджеров.

— Или просто хорошо разглядели, что тут у нас случилось, — предположил земляк.

— Надеюсь нет. Иначе это означает, что у нас на острове их наблюдатель, причем еще и имеющий прямую дальнюю связь.

— А первый вариант означает, что скорее всего мы не дождемся “Рыбу”, — мрачно подытожил Мудрослав. — Мы просили не стоять долго в Золотистых гаванях. И у них был хороший шанс убраться из порта раньше, чем клипер, который мы потрепали вернется. Теперь же…

— Теперь же надо исходить из наиболее пессимистичной мысли, что рейдер захвачен запустынниками и наш маго-привод изучен. Повторить они его не смогут, но вот представление о возможностях и слабых местах получили, — в тон коту продолжил я.

— Не нужно было “Рыбу” вообще отправлять, — дернул уголком рта волшебник. — Уж перебились бы как-нибудь плантаторы.

— Мы обещали, — напомнил я. — Не отпустили бы делегацию — и народ встретил бы команду Лорая… не так однозначно. А там и до удара в спину совсем близко. Зато теперь все островитяне — единый монолит, и губернатора для себя выбрали.

— Ненавижу политику!

— Кто ж в здравом уме её любит…

Затянувшееся молчание должно было сменится очередным обсуждением, но Мудрослав повел ухом — и вдруг вскочил на лапы. Надо отдать должное вестовому — в мой кабинет он ввалился всего несколько секунд спустя. Не прекращая выкрикивать:

— Губернатор! Талик! “Рыба моей мечты” на горизонте!!!

Глава 13 без правок

Чем ближе “Уродец” подходил к “Рыбе”, тем сильнее становилось заметно: путь домой дался рейдеру непросто. Корабль мало того, что сидел сильно ниже своей оптимальной ватерлинии, так еще и заметно клонился на левый борт. Градусов пять-семь диффирента, не меньше. Правда, рулевой грамотно подрабатывал колесами, пользуясь независимостью левого и правого приводов — и в целом курс держал ровно. Другое дело, что я б на таком, с позволения сказать, плавсредстве — в море бы откровенно побоялся выйти. Но экипажу повезло. Учитывая, сколько рук махало нам с борта и сколько глоток орало что-то радостно-неразборчивое — далеко не только экипажу.

— Каракатицу трехфутовую гривастую через задний проход тройным якорным узлом… — Марго рядом со мной напряженно вглядывалась в нашу лучшую подзорную трубу, пытаясь разглядеть детали.

Кирби еще отращивала пёрышки, да и не послал бы я её осматривать посудину, возможно, захваченную и везущую замаскированный десант. Да и сам бы десять раз подумал соваться на досмотр, если бы не собственный козырной туз в рукаве. А именно четверка джиннов-гвардейцев с муратом во главе, все по уши накачанные маной. Но оставался шанс, что на борту “Рыбы” свои — и маги пока выжидали.

— Проклятье! Косой Джо, — наконец-то абордажница начала различать детали — и сразу узнала несколько разумных. — А это Пью, мой сосед бывший… Придурок Герман! Как всегда в отрепьях, идиот. Они ж все свалили, аж пятки сверкали! Чего назад набились? Да еще с женами и детьми?! И эти горы мешковины и тряпок — скарб, прямо на палубе! Поубивала б!!!

— Не похоже на ловушку, — покачала головой Фран, окончательно ставшая капитаном “Уродца”. — Заложники так искренне не могут радоваться.

— Сержант, сигнал “белый-зеленый”, — выдохнул я и кивнул демонессе. — Берем на буксир и тащим в порт, пока погода благоволит. Марго…

— Да помню, помню, — отмахнулась женщина. У неё за спиной с палубы с громким свистом ушел в небо сначала белый, потом зеленый “фейрверк”. — Еще полпути пройти не успеем — будет тебе устный экспресс-отчет!

* * *

— Значит, так, — Марго с ловкостью заправского циркача пробежала по паутине натянутых буксировочных тросов и поднялась на квартердек. Даже не запыхалась. — На борту сто двадцать девять человек, включая четырнадцать детей разного возраста. Все, кроме наших — беженцы-репатрианты с Чаши, не сумевшие толком устроится на большой земле. Кто-то все за провоз отдал и с голой жопой остался, кто на месте растранжирил или грабанули. Короче на все готовы — только чтобы из нищеты как-то выползти. Немного идейных: как услышали, что остров уцелел — ринулись назад, едва услышали, что остров слабо пострадал от землетрясения.

— Если подумать, это было предсказуемо, — решил я. — Что по остальным моментам?

— Шлюпку со Следопытом и Уяной успешно и без проблем спустили на воду у самого устья Великой, — я аж выдохнул от облегчения. — Потом подняли мачты, но шли без парусов ввиду берега. Никого не встретили практически до самых Гаваней. Там тоже фурор внешним видом не особо произвели — во всяком случае, по мнению наших. А вот когда на Фруктовой бирже выставили товар…

— Это было ожидаемо, — покивал я. — А дальше что?

— А дальше набежали обнищавшие беглецы и слезно умоляли разрешить подняться на борт. Наши, кстати, молодцы: повезли не бесплатно, а с письменным обещанием отработать на благо Чаши. Пришлось задержаться в сумме на пять дней, пока все подтянулись. Плюс беженцы растрепали про остров дальше, так что можно ждать одну-две посудины, арендованные теми, кто переправился на материк более удачно. Тем более в этом году цены на перевозки по морю просели. Ну и торгашей — списки необходимого на острове при бирже оставили.

— Неплохо, — искренне оценил я. Все реально могло быть намного хуже! — Но, как я понимаю, без проблем не обошлось.

— На пятый день стоянки в порту началось какое-то нехорошее шевеление. Несколько купцов как сговорившись пришли с великолепными предложениями и просьбой подождать их товар пару дней. Короче, наши смекнули и сдернул аккурат под слабый ветер и в прилив, — агрессивно и одновременно весело оскалилась абордажница. Могу её понять: энерговооруженность даже самых лучших парусников проигрывает силе приливно-отливного течения, особенно в закрытых бухтах с узким входом. Это нам теперь пофиг, без половины защитной гряды и с моторами.

— Все правильно сделали, потому что кто-то постарался и смог прокинуть весточку. На перехват успели в основном какие-то мутные скорлупки и парочка бригантин без флагов. От большей части удалось увернуться, взяв курс против ветра. Одно корыто все-таки сожгли и одно протаранили… не очень удачно. Подбили скулу, отчего течь и перекос. Кое-как пластырь навели. Хорошо хоть растения твоей дриады с ролью насоса успешно справляются.

— Как меня напрягает, что противник общается через море как хочет, — поморщился я. — Это ведь не переписка через птиц-почтальонов. Корабль-получатель должен днями в дрейфе лежать в заданных координатах, такой фокус даже клиперу чрезвычайно сложно провернуть!

— Зато мы теперь точно знаем, что береговые связаны с пиратами, — равнодушно пожала плечам Марго. — Что? Да пусть хоть обговорятся: лапки коротки до Чаши добраться. И это мы им теперь нужны, а не они нам. Пусть даже с пиратами объединятся — пара-тройка залпов из твоего “маготрона” — и вместо гордых парусников куча беспомощных лоханок без такелажа и с оглушенными командами. А приспичит куда отправится — сядем в экраноплан и слетаем. Раз джинны согласились помочь с достройкой — это только вопрос времени.

— Лихо ты все расписала, — хмыкнул я. — Но в целом — все так и есть.

— И мы все помним, благодаря кому наш остров выбрался из самой задницы, о мой губернатор, — передразнив Мурата, хищно улыбнулась она мне, одновременно понизив голос до приватного, насколько это вообще можно сделать на открытой палубе. — Да ладно, расслабься. Я же знаю, что тебя по-настоящему тревожит, будущий папаша! Вот родят твои — поговорим о наградах самым близким твоим сподвижникам.

— Боюсь, расслабится — не лучшая идея, — себе под нос прошептал я. Разумеется — как в воду глядел.

* * *

Переписать прибывших, устроить, привести к торжественной присяге, решить тут же начавшиеся имущественные споры — у кого-то дом сгорел или развалился, а у кого-то в нем уже склад сделали или джиннов поселили. Или вовсе заключенных. Когда ко мне подошел почти перелинявший Сольпуга — я только мысленно закатил глаза. Этому-то от меня чего надо?

— Капитан, прочтите.

Развернув мятую записку, я с трудом разобрал каракули:

“Крыша три пополудни. Ты нужен” — здесь писавший с такой силой нажал на карандаш, что шрифт получился жирным. — “Тащи карты “Края света” — озолотят.”

— Это что? — было сложно сразу переключиться на что-то новое из-за свалившегося на голову клубка дел.

— Полли передала, — спокойно сообщил гарпия. — А почерк — Клина.

— А при чем тут… — я машинально поднял голову — выше, выше, пока не уставился на дугу кальдеры и висящий над ней наблюдательный шар. — …Крыша?

И тут извилины со скрипом провернулись и картинка сложилась. Проклятье!!!

— Коня, быстро! Гвардия, за мной! Рулевой, ты тоже!

Успели. Сольпуга отправился сдавать мне компромат сразу же, как только его получил. В итоге непорядок обнаружился только у камеры ценного пленника. Пост охраны в коридоре оказался пуст, еще больше меня напрягло состояние дверей двух соседних комнат. Замки кто-то успел взломать, отчего створки оставались чуточку приоткрыты. А вот камера вроде как была закрыта штатно. Проклятье! Нет, понятно, почему злоумышленники полезли в те двери — слишком жирно с такой нехваткой разумных выделять одному Клину аж целого охранника. Потому в сопутствующие помещения набили излишки найденных предметов роскоши: золото, украшения, запасные столовые приборы… Хорошо, артефактов никаких не было.

— Двое в камере, остальные — пусто. Вламываемся на счет “три”, — одними губами проартикулировал Мурат. Моя чувствительность к магии оставляет желать, потому о том, что профессионалы навешивают на себя один за другим заклятия-резиденты мог судить только по едва заметным вспышкам на открытых участках синекожих тел. — Раз. Два…

— Да сдаемся мы, заходите, хе-хе, уже!

Камера тоже оказалась не заперта, только к ней ключ у заговорщиков был и замок не им не пришлось выворачивать.

— Все равно без Сола никак не долететь, — закончил Клин. На редкость довольный сатир-инвалид прекрасно устроился в самодельной коляске-тележке и беззаботно улыбался. — А жаль, момент прям идеальный: и ветер, и заняты все, эх. Хе-хе!

— Где Жан, который на часах стоять должен? — резко перебил я говоруна.

Через почти прозрачные силовые щиты хорошо было видно, как эти двое подготовились: нагруженная тележка несла не только петли под стропы для загрузки в корзину аэростата, но и миниатюрный арбалет на подобии турели. Разряженный, к счастью. Да уж, мастер-плотник с одним гвоздем на чудеса способен, а уж если ему запас дерева притащат и ножи-скребки всякие… Прям танк получился, только очень маленький.

— Да спит ваш Жан… на толчке, э-хе-хе! — скорчил особенно мерзкую рожу престарелый бандит. — Знаешь, что бывает, когда снотворное со слабительным смешивают? Лучше пусть Сол скажет, чего свободу на предательство променял.

— Я служу своему капитану, — как-то просто и не рассуждающе пожал плечам однокрылый.

— Тебя Колибри на помойку выкинул, как ты махалки лишился, — фыркнул Клин. — Вроде ж должен был чему-то научится, не?

— Так научился, — в голосе человека-птиц прорезался сарказм. — Капитану Колибри я должен был беспрекословно подчиняться и делать, что говорят. Голову там отрезать, изнасиловать, поднести вино… А у капитана Талика я должен ходить к врачу на регулярный осмотр и обязан здоровым вставать к штурвалу. И рацион для роста перьев в период линьки получать.

Можно было подумать, что все остальные просто стояли и смотрели, пока эти двое распинались — как в плохом американском кино. Ага, сейчас. Пока двое джиннов страховали меня и гарпию, еще двое скользнули вдоль стен, заходя за спины противникам. К сожалению, не только они.

— А ну все замерли и заткнулись!!! — я так и не понял, откуда Полли вытащила кусок ебонита килограмма на два. Видимо, она долго готовила этот трюк, потому как из-под пальцев ладони, удерживающей смолу, с шипением вырвались языки пламени! — Делайте как я скажу, или в кальдере будет новый десятиметровый…

Запнувшись на полуслове, девушка упала как стояла, словно окаменев. Кусок смолы выпал из её руки, пламя погасло. Из её затылка торчала рукоять стамески: никто не смог заметить, как Клин её метнул. Без всякой магии.

— Хотите верьте, хотите нет — но это она меня заставила план побега прорабатывать, — расплывшись в мерзкой улыбке, сообщил нам сатир. — Кстати, мне ведь смягчат приговор за подготовку побега, приняв к сведению факт спасение нескольких жизней? А то вы мне там всякого нехорошего, помнится, пообещали. Хе-хе!

Интерлюдия 4 без правок

Гидеон, человек, бывший губернатор Щедрой Чаши, теперь на пенсии.

Живя на вулкане, нужно быть очень глупым, чтобы не думать о подземном пламени, пока спящем под ногами. Как ни странно, большинство разумных предпочитают глупость забвения опасности ради так называемой “счастливой жизни”. Что ж, итог получился… немного предсказуемым. Большинство беженцев потеряли все и еще должны остались, некоторым удалось утащить кое-какие пожитки. И лишь несколько персон… нет, не выиграли. Отделались расчетными убытками. Зато теперь впервые за сколько там лет можно не напрягаться и заниматься лишь необременительными хлопотами о себе любимом! Роскошь, сомн слуг, гости каждый день — все тлен. Чего действительно жалко — так это головокружительного вида на внутреннее озеро острова.

В столице просвещенного мира, коей экс-губернатор искренне почитал Электру, за скромным фасадом таился уютнейший особняк с внутренним двором, купленный давно-давно. И содержащийся полным штатом местной прислуги так, что в него можно было сходу въехать и начать жить. Вот и пригодилось. Теперь можно несколько лет отдохнуть, наслаждаясь тем, что никогда не получишь в захолустье, как его не пытайся. Прекрасные магазины с товарами со всего света, кафе и рестораны, самые изысканные и современные способы доставить бытовой комфорт! Ну и конечно же — самые просвещенные собеседники и собеседницы.

— К Вам профессор Академии Электры, мастер Фулкрум, милорд, — дворецкий отвесил положенный поклон.

— Кофе и коньяк из стеллажа с красными пробками очень быстро! — хозяин дома подскочил со своего уютного кресла, в одно движение скидывая халат на руки слуге и распахивая гардероб. — Кальян с островным табаком в вине и тропическом перце через полчаса. Бери тот, что не менее восьми лет выдержки. Не тупи, иди уже! Такого гостя я сам встречу и провожу!

Надо сказать, что даже будучи губернатором, Гидеон всегда предпочитал сделать несколько лишних шагов навстречу любому, попавшему на аудиенцию, чем сидеть на троноподобном кресле с видом мучающегося запором баклана. Дорогую шлюха под руку взять как приличную женщину, руку от души потрясти плантатору, не заглядывая на ужас под ногтями. И не развалился ведь — и врагов нажил куда меньше, чем мог. Но тут случай был особый.

Профессор мало того, что входил в Ученый совет Академии, так еще и был одним из тех людей, что, скажем так, помог заинтересованному интернациональному купечеству найти подходящего чиновника для управления долговременными инвестициями в Острова. Собственно, Гидеона. Долги за ту “небольшую” помощь, конечно, давно выплачены — но связи и влияние мага никуда не делись. Потому никакая лишняя толика уважения не будет лишней.