Кодекс Охотника. Книга VII

– Так в чём проблема, Волчара? – в очередной раз спросил я, любуясь на свой механизированный парк.

Три мощных «Буревестника», «Тигр», старая «Ласточка» и платформа с зениткой – составляли боевую механизированную часть моего силового блока. Да, всё это было разномастным, но тем не менее.

Восемь фур, укреплённых и переоборудованных в подобие броневиков, в принципе, могли выдержать выстрелы из крупнокалиберного пулемёта. Их тоже можно было условно считать боевыми.

Ну и ещё разный трофейный автопарк был частично приспособлен к боевым действиям. Вон, как те четыре пикапа, у двух из которых в кузове стояли крупнокалиберные пулемёты, а у двух гранатомёты.

– Ну, проблема в том, что мы собрали всех людей, в верности которых мы уверены на сто процентов. Но тебя это количество, я так понимаю, не устроит, – уточнил он.

– Ты мне ответь, – хмыкнул я. – У Алмазного Короля десять тысяч гвардия. Да, я знаю, что каждый из наших стоит десятки врагов. Но всё равно перевес слишком велик.

– Ты с Анной-то посоветовался? – скривился Волк.

– А о чём я должен с ней советоваться?

– Об увеличении бюджета, – хмыкнул Потапов.

– А чё с ней советоваться? Как я скажу, так и будет. Кто в доме главный?

– Ну-ну, – широко улыбнулся Потапов.

– Что ты мычишь? – нахмурился я.

– Не, ну так-то ты в доме главный. Но вот что касается денег…

Рядом сдержанно заулыбались Призрак и Астахов.

– Бараны, – беззлобно сказал я, частично признавая их правоту. – Ну а какие предложения и пожелания? – спросил я.

– Есть ещё примерно четыре сотни знакомых ребят, всё ещё находящихся на действующей службе. Вот только у них пенсии, семьи, а многие оказались патриотами, более серьёзными, чем я предполагал.

– И? – предложил я развить ему мысль.

– Саша, при всём уважении, барон в Иркутске… Ты широко известен среди ваших, – он кивнул на Астахова, чем вызвал вторую улыбку на лице Гриши, что было практически невероятно.

Две улыбки за день! Григорий не выдержал, протянул руку и похлопал Потапова по плечу.

– Ваших? Так ты теперь тоже наш, – сказал он, кивая на белое кольцо Истребителя, что Потапов, увидев нелепую смерть в глубине Эпицентра «людей без кольца», теперь, похоже, даже спал с ним.

И да, он затребовал кольца для всей своей гвардии, просто на всякий случай. Но это было не трудно, поэтому я разместил заказ у Архипа.

– Так вот, – продолжил Волк, ни мало не смутившись фразы от Григория. – Простых людей, вроде нас, – он кивнул в сторону гвардейцев, вызвав у меня ещё одну улыбку от его шутки про «простых людей», – Больше интересуют твои достижения в реальном мире. Я думаю, если твои подвиги распространятся не только среди Истов, но и среди обычного населения, то многие смогут передумать. Опять же, при всём уважении, денег нужно сильно побольше.

Он замолчал и посмотрел на задумчивого меня.

– Больше славы и больше денег, – хмыкнул я. – Кажется, мы можем сделать всё это в один присест, – я поднял улыбающееся лицо и оглядел своих товарищей. – Нам надо грохнуть Алмазного Короля и его доблестную гвардию.

Волк нахмурился. Астахов скривился. Только Призрак безмятежно улыбался.

Я всё-таки предполагаю, что у него не всё в порядке с кукухой! Снова пришла мне в голову мысль, глядя на его лицо. Чем-то он мне напоминает моего Затупка со способностью Шнырьки. Страшный человек!

– Придётся потратить много денег, чтобы сделать эшелонированную оборону. Я знаю, у него есть авиация, – покачал головой Волк.

– Оборону? – засмеялся я. – Перепахать поля? Настроить дзотов? Нет уж, это не наш метод! Как говорил кто-то из великих: лучшая защита – это нападение!

Кажется, невозмутимый Волк икнул.

Глава 2

Усадьба рода Голдсмит

г. Иркутск

– Мама, вы в этот раз были не правы… – серьезно, но сдержанно, обратился Рафаэль к своей матери. – Я понимаю, что вы желаете ей только всего самого лучшего. Но не забывайте, что я отец и глава Рода. Мне решать ее судьбу, думая не только о ней, но и о нашем будущем.

– Ой, ви только посмотрите, какой решала нашелся, – закатила от смеха глаза Сара. – Ты, Рафик, еще даже в моих глазах поцом не перестал быть после случая с этим позорным шампанским, а уже лезешь к мудрой женщине со своими упреками.

Рафаэль был в гневе. Такого позора он давно не испытывал, да еще и перед всем Родом. Но должен был согласиться, что Александр поступил эффектно. И если в будущем этот молодой человек добьется успехов, то он, несмотря на свои претензии, все равно всем будет говорить, что работал и помогал еще молодому и зеленому барону.

Но это вряд ли… Столько врагов и столько проблем сейчас накопилось у Галактионова, что выжить там нереально, практически. Хотя ходят слухи, что он, возможно, будущий Абсолют. Да он может даже сейчас назвать человек двадцать, не задумываясь, о которых также говорят. Скорее всего, из них даже одного Абсолюта не получится. Кроме того, потенциальные Абсолюты недолго живут. Не все хотят допускать усиление чужого Рода. Да, Империя, по хорошему, должна пресекать попытки устранения потенциального Абсолюта завистниками и недоброжелателями, но… Империя такая большая!

– Вы обрекли свою внучку на верную смерть, – наконец-то он выдохнул и сказал матери все, что думал. – Ее смерть будет на вашей совести. Я хотел сделать, как лучше…

В один момент добрая и снисходительная улыбка старой женщины изменилась на хищный оскал, и Рафаэль сделал три шага назад. Он помнил… Он знал… Этот взгляд… Именно после такого взгляда разваливались корпорации и самые крепкие дела, которые были врагами его матери.

Однако в этот раз, как появился этот взгляд, также быстро он сменился на усмешку.

– Мудак ты, Рафик, и совсем не меняешься, эх… – грустно вздохнула женщина. – Одна надежда у меня на внученьку… Она, как раз, молодец! Пошла против всего Рода, и смогла устроиться в жизни. И не простила… Не забыла… – уже тише принялась шептать старушка.

Вот только Рафаэль ее прекрасно слышал, и побледнел наполовину от злости, а на другую – от ужаса. Он понимал, о чем говорит его мать, и помнил то свое решение, и его ужасные последствия. Именно тогда он стал не Рафаэльчиком у матери, а последним поцом…

– Не хорони раньше времени Александра, – опять нарушила тишину Сара. – Лучше готовь кладбище… Оно понадобится большое…

Мужчина не разделял ее веры в молодого парня, и тут было все непросто.

– Шесть моих клиентов работают против Галактионова, и люди они далеко непростые.

– Непростые? – приподняла она с издевкой одну бровь. – А какие тогда? Может… алмазные?

Рафаэль выпучил глаза от удивления. Ведь его дела имели особую секретность, и доступа к ним не было ни у кого.

– Откуда вы…

– Что… откуда? Забыл, с кем ты общаешься? – еще один разочарованный вздох. – Ты забыл, Рафик, что в мире есть вещи покрепче алмазов. Иногда такие вещи могут сломать не только защиту класса Титан+++, но и судьбу.

На это ноте их разговор закончился только по одной причине, что женщине надоело общаться с сыном. А вот с внучкой она еще с радостью пообщается. Ее же вроде в гости пригласили…

* * *

Приехав домой, Анна просто вся сияла, и не сводила глаз с кольца, которое ей подарила бабушка. Должен признаться, что женщина она интересная, и глядя на нее, я увидел такой стержень в глазах, которым можно пробить насквозь дракона. Причем не простого, а черного…

Вообще удивительно, что власть в Роду не находится в ее руках. Рафаэль, по сравнению с ней, всего лишь жалкая тень, которая никогда не достигнет ее высот. Глаза они такие… зеркало души.

Сейчас я лежал в ванной и отмокал после веселой прогулочки, и переписывался с Анной, которую распирало от новых ощущений и эмоций.

Я сделал свой первый шаг, хотя и не планировал делать его так рано. Однако ее семья вынудила меня. Это была черта… Которую ты либо переступаешь, либо она пропадает навсегда, закрывая этот путь. Я сделал свой выбор! Теперь осталось подумать, как быть дальше. Но одно я знаю точно, Анну я уже не отпущу. Она моя! Впрочем, я думаю, что и она не захочет, чтобы я ее отпустил. Нужно было видеть ее улыбку, когда я появился в дверном проеме.

По дороге домой я рассказал ей вкратце о нашей поездке, и что там было. Она даже слегка всхлипнула, когда услышала про Олафа, ей стало жалко и саму Хельгу.

Хорошенько отмокнув в ванной, я пошел обедать с Анной где мы все время, практически, молчали и каждый думал о своем, а потом я спустился в подвал.

Подвал… Какое простое слово, и как много оно таит за собой. Если задуматься, то у меня там под землей находится целый мир из тварей разломных, а я бегаю по другим разломам. С другой стороны, зачем мне зачищать его сейчас? Как тут говорят – оставь и не трожь, это на Новый год!

Да и моим питомцам нужно развиваться. Они регулярно ходят сюда, правда, как оказалось, с той стороны сюда тоже приходят.

Проверил Красивую, у нее и ее выводка дела идут вроде неплохо. Натаскали себе всяких веток и корней. Построили норки и облагородили их. Когда я приближаюсь, то меня они воспринимают нормально. Хорошая она воспитательница, научила, кто здесь главный.

А вот и она, бежит радостно ко мне и хочет, чтобы я ее погладил. На нее я потратил примерно час своего времени, а затем направился к Бурбулису сорок там какому-то. Он даже внимания на меня не обратил, лишь показал, что занят. Сидит за крутой аппаратурой в больших и модных наушниках и что-то слушает.

Анна, по моей просьбе отслеживала его историю посещений и активность в сети. Кажется, франт всерьез решил стать певцом, освоил музыкальный синтезатор и запилил несколько видосиков в музыкальный видео-сервис, и теперь радуется, как ребенок каждому хорошему отзыву. Правда, он уже пару раз ненавязчиво уточнял у Анны, как вычислить хейтеров по АйПи, и сколько стоит переслать на время картину в столицу. Анна держалась, как могла…

Блин, а я хотел взять его с собой на дело, а теперь думаю, что пусть остается. Все же охрана дома тоже важна.

Пожалуй, пойду еще поем, а затем напишу Волку.

– Звал? – зашел на кухню свежий, и без следов усталости на лице Волк.

– Ага, присаживайся… и бери тоже, – подвинул к нему тарелки с тарталетками.

За меню у нас отвечала Анна, и иногда блюда, которые нам готовили, меня удивляли. Я уже и забыл, когда ел простую картошку. Но должен сказать, разнообразие – это клево.

С Волком мы быстро обсудили дела наши насущные, и пошли работать. А работа была интересной. Я решил провести с ними тренировку, в которой принял личное участие.

– Ну, кто из вас бессмертных решит первым выйти против меня? – встал я в центр рукотворной «арены», и обвел всех взглядом.

Должен сказать, что у многих не было опасения, а одно лишь веселье. Новые кадры, но они еще не прошли со мной интересный путь, и не удивлялись моим способностям на каждом шагу. Только можно сказать, что старики улыбаются и пропускают вперед молодежь.

– Давай, я попробую… – вышел вперед новенький, мужик лет так сорока пяти.

Георгий Акиян, так его звали, и он тоже пришел по рекомендации Волка. Он лично за него хлопотал, как о человеке повышенной порядочности. Типа, у него честность и порядочность в крови.

Произошел с ним один случай, когда он во время командировки купил себе фрукты и еды на неделю вперед, пока они жили в расположении. Под это выделялись им деньги, и проблем никаких не было. Правда, появились они потом, когда оказалось, что их агент из этой восточной страны решил слегка подзаработать, выдав им частично фальшивые деньги, почти половину суммы. Это всплыло только через месяц, когда Акиян вернулся уже в Империю, и тогда узнал об этом. По словам Волка, он первым же делом оформил себе отпуск, и полетел обратно за свой счет. Нашел ту самую лавку, с той самой женщиной, и вернул ей деньги, но уже настоящие. Хотя он и не знал на самом деле, сколько он ей дал фальшивых, да и вообще, были ли у него фальшивые, но эта мысль его съедала каждый день. При этом, выполняет приказы он без проблем, я за такое переживал. Мол, зачем мне человек с такой кристальной совестью, но Волчара меня успокоил. По понятиям Георгия, если плохой приказ отдает командир, то страдает совесть того, кто отдал приказ. А вот тогда с едой было его личное решение.

Странный мужик, но я его принял сразу. Нам такие нужны, чтобы Затупок на их фоне хоть немного выглядел адекватным. Он, кстати, сейчас сидел тут и яростно царапал стену. Недавно отремонтированную, между прочим! А его даже никто не остановил.

Мысленный приказ, и в помещение через минуту входит Кара, пока Георгий готовится к поединку. Карамелька медленно подходит к занятому Затупку, и со всей дури бьет его лапой по затылку.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш… – зашипел бедняга, отлетая от нее.

Кара в ответ на него взглянула таким испепеляющим взглядом, что он сразу поник и, повернувшись спиной, побежал прочь, при этом смешно виляя задницей.

– Спасибо Кара, только ты знаешь как с ним нужно обращаться.

– Мяу! – покладисто кивнула она мне.

Моя кошечка подошла ко мне, и прежде, чем уйти, грациозно потерлась об мою ногу, показывая свою привязанность и любовь.

– Как договаривались, можешь сегодня на кухне взять кусок мяса побольше.

Ну да, я ее подкупил… А что такого? Затупок тут громко царапал стену и пыхтел, так сказать, отвлекая людей.

Я бы, конечно, поставил в спарринге кого-то из своей гвардии против него. Вот только он, падла такая, может укусить, и превратит умного гвардейца в тупого. Будут вместе бегать и пускать слюни. Вон, даже дефективный голем куда-то пропал, не выдержав «любви» медоеда. Возможно, покончил с собой, не вынеся такого тупого друга, но это еще неточно.

Вот теперь можно начать спарринг, когда наступила относительная тишина.

– Начинай, Георгий, я жду, – поманил его к себе рукой.

И он начал…

Неплохой боец, которого подвело незнание противника. Он наносил усиленные удары так, как его учили, а я неуклюже отбивался, делая вид, что мне сложно. Выждав момент, когда он допустит ошибку, я вмазал ему с ноги в грудь. Его доспех выдержал, но остался висеть лишь на добром слове и его надеждах.

К слову, он допустил ошибку только через сорок семь секунд. А это неплохой показатель.

– Чего такой недовольный? Понимаю, что рукопашный бой не твоя специализация, – я помнил его дело. – В следующий раз готов выйти с тобой на бой с любым холодным оружием, которое выберешь сам.

– Хм… – задумался мужчина и улыбнулся, – даже на танках можно?

Теперь пришла моя очередь улыбнуться.

– Жора, – по-дружески подошел и помог ему подняться, так как он лежал после последнего моего удара. – Даже на кораблях… Ты еще не понял, что против лома нет приема? А Галактионов – это лом! Охрененно здоровый и опасный, сука, лом!

Еще шесть раз мне приходилось выходить на середину площадки, и показывать разные новые приемы для гвардии. При этом старался комментировать их ошибки и учить. А потом уже за всех взялся Волк, и тогда они поняли, насколько со мной было хорошо. Но не все было так просто… Одному бойцу я случайно сломал палец на руке. Удар вышел сильнее, чем я рассчитывал, а он захотел его заблокировать. Теперь придеться найти залегшего на дно Андросова, и притащить сюда в гости.

Блин… Пятьдесят миллионов! Точно!

Мои ночи не бывают спокойными, вот и сегодня только прилег. Уже думал, что наконец-то смогу расслабиться, как появился начальник разведки с наполовину съеденным мороженым на палочке.

– Ш-ш-ш-ш-ш-шлуш-ш-ш-ба ш-ш-шовет, – серьезно сказал он мне.

– Что на этот раз? – не было тяжелых вздохов или усталости, а только легкий страх.

Я боялся, что он скажет, мол, там снова шпион или какая-то непонятная проблема. А мне просто хотелось кого-то прибить. Кого-то покрупнее и пострашнее. Чтобы его можно было еще долго-долго пинать… ногами.

– Ш-ш-ш-ш-шабаки… Ш-ш-ш-штук ш-ш-ш-шешнадшать…

Оооо! Вот это я понимаю – хорошие новости.