Ракетам покоряется пространство

Говорил Глушко негромко, сдержанно. Это свойственно людям, любящим мыслить конкретно, говорить только о том, что имеет прямое отношение к теме.

Потом академик пригласил гостей в демонстрационный зал, который находился в другом помещении.

— Первое впечатление, — вспоминает Герман Титов, — будто мы попали в музей. — Это была живая иллюстрация к рассказу Валентина Петровича. И до того убедительная, что мы вначале стояли как завороженные и молчали. Всех нас поразил первенец— ОРМ-1… С него все началось. И невольно каждый из нас подумал: нелегок был путь от него, первого, к тем, что поднимают сегодня в космос современные ракеты. И мы по-новому взглянули на стоявшего перед нами ученого, на его седые виски.

Потом космонавты остановились около ракетного двигателя, на табличке которого написано: «Ракетный двигатель РД-107». Гагарин обошел его вокруг, легко ударил рукой по металлу:

— Знакомая лошадка!

— Их в этой упряжке миллион, — заметил Николаев.

— Больше, — улыбнулся Глушко. — Более 3 миллионов. Да, да, более 3 миллионов лошадиных сил.

— Расскажите нам о двигателе поподробнее, — попросил Герман Титов.

— Хорошо. Этот ракетный двигатель используется для аппаратов, исследующих космическое пространство, с 1957 года. Каковы его основные характеристики? Он имеет четыре камеры, — ученый показал на высокие серебристо-матовые баллоны, объединенные в единый комплекс. — Две маленькие качающиеся камеры внизу являются рулевыми. Их назначение — придать ракете во время полета нужное направление. Питает все камеры горючим и окислителем турбонасосный агрегат. — Академик посмотрел на своих слушателей и спросил: — Наверное, вы все это уже знаете?

— В самых общих чертах, — ответил за всех Павел Попович.

Валентин Петрович назвал еще несколько цифр, характеризующих двигатели:

— Тяга в пустоте —102 тонны, полная тяга первого жидкостного двигателя была 6 килограммов. Удельный импульс, по которому судят о совершенстве ракетного двигателя, — 314 секунд. Эти цифры вмещают в себя очень много человеческого труда, дерзновенных порывов, помноженных на смелость и точность научно-технической мысли, — продолжал Глушко. — Сама по себе суммарная максимальная полезная мощность ракетных двигателей всех ступеней ракеты-носителя «Восток» составляет ошеломляющую цифру: 20 миллионов лошадиных сил! Она равняется мощности почти полумиллиона «Москвичей», превышает мощность почти тысячи наиболее тяжелых из известных самолетов.

— А как запускается двигатель? — поинтересовался Попович.

— Пуск, управление работой, а если надо, и выключение двигателя производит автоматика по команде с борта ракеты.

— А рулевые двигатели во время полета не уменьшают скорости?

— Ненамного. Удельный импульс снижается всего на единицу. Значит, вместо 314 единиц будет 313. Подобное уменьшение существенного значения не имеет.

Космонавты обратили внимание на соседний двигатель— под индексом РД-108.

— Это двигатель второй ступени ракеты-носителя «Восток», — пояснил В. П. Глушко, — также четырехкамерный и также работает на кислородно-керосиновом топливе.

— Насколько перспективны жидкостные ракеты? — спросил Герман Титов.

— Думаю, современная ракета на жидком топливе далеко еще не раскрыла всех своих возможностей. Уже в ближайшие годы — можно не сомневаться в этом — мощность ракетных двигательных установок значительно возрастет. И миллиард лошадиных сил группы ракетных двигателей одного космического лайнера не за пределами реально достижимого. Я убежден, что создание таких двигательных ракетных установок будет осуществлено учеными и инженерами еще в текущем столетии…

В этом своеобразном музее ракетных двигателей есть книга. Она уникальна. Тираж ее всего один экземпляр. В ней короткие, но волнующие строки, обращенные к тем, кто создает энергетические сердца ракет-носителей.

В одно из следующих своих посещений конструкторского бюро Юрий Гагарин подошел к ней, открыл первую страницу, улыбнулся, увидев свой собственный почерк: «Двигательную установку принято называть сердцем машины. Очень сложное и совершенное сердце, созданное коллективом ОКБ, работало отлично и вынесло «Восток» 12 апреля 1961 года в космическое пространство.

Как командир «Востока» сердечно благодарю вас, дорогие товарищи, за созданные совершенные двигатели и оборудование к ним.

Желаю новых больших творческих успехов!»

И Юрию Алексеевичу вспомнилась встреча с коллективом, создававшим ракетные двигатели.

Гагарин говорил:

— В наушниках слышу команду «Зажигание»! Значит, пройдут секунды и начнут работу двигатели. Видел их работу на Земле, когда перед моим стартом запускали опытные корабли-спутники. Красиво. Дух захватывает. Не знаю, какие еще слова сказать, но одно дело — смотреть на эту красоту и силищу со стороны, а другое — когда она у тебя, можно сказать, под ногами…

Но вот последняя команда «Подъем!». И в ту же секунду послышался нарастающий гул. Ракета чуть задрожала и пошла медленно вверх. Сердце радостно забилось, и я крикнул «По-е-хали!» А в ответ слова Земли: «Счастливого пути!»

Я знал все этапы старта. Вот сработали блоки первой ступени ракеты. Автоматика сбросила их. Почувствовал перегрузки. Работает двигатель второй ступени. И вдруг неожиданная легкость, будто с моих плеч кто-то снял тяжелый груз. Сработала третья ступень. Вот она, невесомость. Начался полет на орбите вокруг Земли.

Гагарин посмотрел в зал. Каждый из присутствующих на встрече внес свой вклад в создание двигателей, поднявших «Восток» в космическое пространство.

— Спасибо вам, конструкторы, инженеры, рабочие, за первоклассные двигатели.

От аплодисментов зазвенели стекла огромных окон.

— Я уверен, что могучие двигатели еще не раз славно послужат нашему народу, помогут ему в освоении космического пространства. Что касается нас, космонавтов, то мы готовы к новым стартам!

И снова горячие, идущие от полноты чувств овации.

Когда все стихло, Валентин Петрович по поручению общественных организаций вручил первому космонавту диплом, в котором значилось, что ему присвоено почетное звание «Ударник коммунистического труда».

Переждав новую волну аплодисментов, Юрий Гагарин воскликнул:

— Я начал свою трудовую жизнь рабочим. Я литейщик. Сейчас я стал рабочим космоса. Счастлив и горжусь этим. Звание, которого вы меня удостоили, — высокая честь. Я вас не подведу. Спасибо…

А в уникальной книге появлялись все новые записи. Вот некоторые из них:

«Летчики-космонавты знают, что сила, которая подняла нас в космос, — это труд 200-миллионного советского народа. Конкретным же воплощением этой силы явились двигатели, созданные коллективом ОКБ.

От имени всех товарищей, принимавших участие в осуществлении полета «Восток-2», приношу сердечную благодарность коллективу ОКБ за безупречную работу двигателей носителя… Г. Титов».

«Низкий поклон вам и сердечное спасибо за отличную работу сердца «Востока-6».

От всей души желаю коллективу ОКБ новых творческих успехов в создании замечательных двигательных установок…В. Терешкова».

«С удовольствием можем сказать, что двигатели нашего носителя работали отлично.

Надо признаться, что и до полета мы твердо верили в надежность и высокие качества двигателей, разработанных вашим замечательным коллективом, имеющим славные традиции и большой опыт в создании мощных ракетных двигателей высоких параметров.

Дальнейшее развитие космических исследований, изучение планет Солнечной системы будут зависеть от создания большого количества тяжелых космических ракет, использующих наиболее дешевое топливо и имеющих надежные двигатели высоких параметров… В. Комаров, К. Феоктистов, Б. Егоров».

«Рады доложить вам, что двигатели работали прекрасно — замечаний нет…

Примите нашу искреннюю признательность и сердечную благодарность за ваш большой труд по созданию двигателей. П. Беляев, А. Леонов».

«От всего сердца благодарю весь замечательный коллектив ОКБ за создание надежных и безупречных в работе двигателей, обеспечивающих выход на орбиту очередного корабля «Союз-4». Освоение космоса только начинается, и хочу надеяться, что двигатели, созданные вашими золотыми руками, еще много раз позволят мне взглянуть на нашу родную Землю «со стороны».

Желаю вам больших творческих успехов в создании новых двигателей, необходимых для дальнейших шагов в покорении космоса. В. Шаталов».

Есть слова благодарности, не вошедшие в названную книгу, но увидевшие свет в первое десятилетие космической эры в официальных сообщениях ТАСС, в статьях газет «Правда», «Известия», «Труд», в зарубежной прессе.

«Только благодаря созданию в нашей стране мощных ракетных двигателей, весьма точных систем управления полетом ракет и высокому конструктивному совершенству самих ракет можно было двигаться вперед быстрыми темпами в освоении космического пространства. Президент Академии наук СССР М. В. Келдыш».

«Для того чтобы осуществить орбитальный полет человека вокруг земного шара, потребовалось создание мощных многоступенчатых ракет, способных сообщить тяжелому кораблю-спутнику первую космическую скорость, для этого нужна была разработка соответствующих двигателей… Академик А. А. Благонравов».

— Скажите, пожалуйста, Валентин Петрович, кто из космонавтов при первой встрече произвел на вас самое сильное впечатление?

— Трудно сказать. Первая встреча с ними состоялась в 1960 году. Это были летчики, как сейчас говорят, гагаринского набора — Герман Титов, Андриян Николаев, Павел Попович, Валерий Быковский, Алексей Леонов. Надеюсь, никого не обижу, но среди этой группы как-то в ту пору больше запомнились Юрий Алексеевич Гагарин и Герман Степанович Титов. И не скрою, чаша весов колебалась то в сторону одного, то в сторону другого. И кому из них отдать предпочтение, не сразу решила даже Государственная комиссия. Поэтому я вправе назвать Гагарина и Титова первооткрывателями космоса. И тот и другой совершили полет в 1961 году. Как известно, американский астронавт Джон Гленн совершил орбитальный полет в 1962 году, в год первого группового полета кораблей «Восток» с командирами кораблей Андрияном Николаевым и Павлом Поповичем.

Первая деловая встреча с Гагариным произошла несколько необычно. Как известно, летчики-космонавты, прежде чем получить назначение на полет, сдают Государственной комиссии экзамен на готовность. В ней представлены специалисты всех служб, участвующих в создании ракеты-носителя, корабля. Спрос с космонавтов был велик.

— На комиссии, — продолжает Валентин Петрович, — было поручено дополнительно проэкзаменовать Юрия Гагарина и Германа Титова академику Королеву и мне. Не хотел бы я быть в их положении! Спрашивали мы летчиков с особым пристрастием. И чем точнее они давали ответы, тем больше нам хотелось убедиться в глубине их знаний. Сергей Павлович задавал особенно много вопросов. Ему, как техническому руководителю полетом, важно было знать, что предпримут космонавты, если во время полета они окажутся в сложной ситуации. Гагарин и Титов оказались на высоте. Когда летчики ушли, Королев спросил:

«Ну как?»

«Дело знают, — ответил я. — Молодцы!» «Пятерка?» — продолжал Королев.

«После полета поставим», — сказал я.

Сергей Павлович согласился со мной. И после полетов Государственная комиссия оценила работу в космосе Гагарина и Титова как отличную.

— Только что вы говорили о возможности возникновения в полете сложных ситуаций. Значит, был риск.

— Безусловно. Вообще вопрос обеспечения безопасности космонавта всегда стоит особо. Непосредственное освоение человеком космической стихии связано с преодолением наибольших трудностей, со значительной частью которых людям ранее не приходилось встречаться. Согласитесь: и морской корабль, и самолет как технические средства передвижения по условиям своей работы являются несравненно менее напряженными конструкциями, работающими в более естественном для человека окружении и в более легких условиях, чем ракетные аппараты. Поэтому было бы наивным предполагать, что покорение космической стихии не потребует жертв. Нашей задачей является свести эти жертвы до минимума, уделяя максимальное внимание изучению условий космического полета, отработке надежности используемых конструкций и спасательных средств, подготовке специально тренированного летного. состава. Этим мы почти полностью исключим неоправданный риск.

— Впереди далекие путешествия на планеты и, может быть, за пределы нашей Солнечной системы?

— Об этом, если вы помните, было четко сказано в официальном сообщении о полете первого искусственного спутника Земли. На ближайший период очевидна целесообразность создания экспедиционных поселений-баз на искусственных и естественных спутниках Земли и других планет, а также на поверхности самих планет. При этом численность персонала, работающего на этих базах, определится характером и объемом выполняемых заданий. Задачами этих баз станет проникновение в космос с целью его изучения и использования этих знаний для дальнейшего прогресса человечества…

Полеты к планетам! Нас не должна останавливать их продолжительность. В дальнейшем развитие ракетной техники, а главное, создание ракетных двигателей, использующих более мощные источники энергии, чем современные ракетные двигатели, откроют новые возможности.

Полезно вспомнить, что первое кругосветное путешествие было совершено экспедицией Магеллана за три года, с большими трудностями и лишениями. Более того, все кругосветные путешествия до начала текущего века занимали очень много времени; во всяком случае, их длительность измерялась годами. В наше же время с помощью авиации этот путь может быть преодолен за двое-трое суток. В случае необходимости и быстрее. Ракета дает возможность облететь вокруг Земли за два часа…

Я часто подчеркиваю значение ракетных двигателей. Но важно сказать, что есть еще два могучих двигателя — безмерная жажда познания окружающего мира, поднимающая человека все выше по пути совершенствования, и необходимость, понуждающая человека во имя сохранения собственной жизни искать новые средства для существования. Настанет день, когда человек вынужден будет черпать сокровища из внеземной кладовой. Это относится к Луне и другим ближайшим к Земле небесным телам. Наша планета имеет ограниченную и довольно небольшую массу, а значит — лимитированные энергетические и сырьевые возможности. Напоминаю, что сейчас на борту корабля «Планета Земля» 4 миллиарда пассажиров. В их распоряжении примерно 5 квадриллионов тонн воздуха, около полутора миллиардов кубокилометров воды, Земля с ее недрами: железом, нефтью, каменным углем и т. д. Мысленно перенесемся на сто лет вперед. По подсчетам ученых-демографов, численность населения земного шара достигнет к 2075 году около 15 миллиардов человек. Ежегодный прирост населения составляет 2 процента. Подсчитайте, сколько землян будет через 200, 500 лет? Корабль «Планета Земля» может оказаться перегруженным. Людей надо напоить, накормить, обуть и одеть.

Об уровне современного научно-технического прогресса судят прежде всего по энергетическому потенциалу той или иной страны. Сейчас важнейшими его составляющими являются каменный уголь, нефть, водные ресурсы. По примерным подсчетам специалистов, если потребление энергии на душу населения будет расти так же быстро, как и за минувшие 100 лет, то даже при условии консервации численности населения запасов угля, например, человечеству едва хватит на 150 лет. Приведу еще несколько цифр, взятых из разных источников. Ну, а как много у нас железа — этого хлеба индустрии? Если потребности в железе сохранятся на существующем уровне, то, по прогнозам геологов, мы продержимся сто лет. А состояние атмосферы, биосферы — оно ведь тоже вызывает законную тревогу!

В нашей стране много делается для охраны природы. Напомню важные государственные акты, предпринятые Центральным Комитетом КПСС и Советом Министров СССР в развитие ленинских, идей об охране среды обитания. Широкий отзвук вызвало в мире постановление «Об усилении охраны природы и улучшении использования природных ресурсов». Как депутат, я участвовал в работе сессии Верховного Совета СССР, на которой обсуждался этот вопрос. Мы должны разумнее расходовать то, что дает природа, бережнее относиться к ее бесценным богатствам, не нарушая ее баланса — одного из законов существования всего живого на Земле. Наконец, этой проблеме было посвящено общее собрание Академии наук СССР.

И тут опять я прихожу к главному: к насущной необходимости в будущем вынести хотя бы часть промышленного производства за пределы Земли, создать внеземную индустрию. Этим мы во многом решим проблему природных ресурсов, возвратим нашей атмосфере прежнюю ее чистоту. А леса и реки обретут свою прежнюю красоту, станут благом для всего живого на планете. Как-то академик Сергей Павлович Королев сказал, что «человечество порой напоминает собой субъекта, который, чтобы натопить печь и обогреться, ломает на дрова стены собственного дома, вместо того чтобы съездить за ними в лес».

— Но ведь привезти на Землю хотя бы одну тонну полезных ископаемых с небесного тела стоит бешеных денег!

— Согласен. Но разве самая первая тонна угля, добытая в новой, самой современной шахте, не стоит сегодня, как вы говорите, бешеных денег? Меньших, чем лунный грунт, но — все равно огромных! Но тысячная тонна межпланетного сырья будет уже дешевле, а миллионная просто дешевой. И потом, зачем возить на Землю сырье? Под внеземным производством я понимаю целый комплекс мероприятий. Сейчас над этими вопросами работают ученые, инженеры во многих странах. К таким вопросам относится создание космической энергетики. Несколько лет назад академик Николай Николаевич Семенов высказал мысль о возможности аккумулировать на Луне солнечную энергию, а затем направлять се на Землю, на специальные установки, вырабатывающие электричество. Не исключена возможность установки ядерных электростанций на Луне и небесных телах. Создав на небесном теле, обладающем запасами полезных ископаемых, энергетическую базу, можно будет налаживать там добывающую промышленность, а затем, естественно, и перерабатывающую. Это будут шахты-автоматы, рудники-автоматы, заводы-автоматы…

— А человек?

— Человеку отводятся функции научно-технического контролера, руководителя технических комплексов. В его обязанность войдет и наладка техники, а если понадобится — замена отдельных блоков, приборов и так далее.

Мы с вами подошли к самой сути — для чего, во имя какой цели земляне стремятся все глубже в космос? Отвечаю: ради познания закономерностей развития Вселенной, ради того, чтобы познать вчерашнее и предсказать завтрашнее. Уже сегодня исследования Земли из космоса дают науке, а значит, и практике ценную информацию, позволяющую более рационально расходовать «кладовые» планеты, точнее прогнозировать наше завтра во многих параметрах. Земля наша в конечном итоге не вечна, но человечество — бесконечное в своем развитии — вечно. Оно развивается не только во времени, но и в пространстве. Как утверждал Циолковский, человечество в погоне за светом и пространством постепенно завоюет все околосолнечное пространство. И вынесение части промышленного комплекса за пределы Земли — необходимое начало на этом великом и бесконечном пути.

— В первых шагах по изучению и освоению космоса можно ли видеть хотя бы зачатки внеземного производства?

— Безусловно. Ряд спутников уверенно можно причислить к прообразам систем будущего внеземного производства. Аппараты типа «Луна», взявшие образцы лунного грунта и доставившие их на Землю, — тоже бесспорные зачатки внеземного производства. «Луноход», который исследует грунт, его физический и химический состав, — ведь это не что иное, как лаборатория-автомат. Многодневная работа советских космонавтов на борту орбитальной станции «Салют» и американских астронавтов на борту «Скайлэ-ба» говорит сама за себя. Сегодня орбитальная станцит с исследовательскими целями, а завтра с чисто производственными. В наши дни на станции могут трудиться, скажем, три человека, через несколько лет — двадцать. Сейчас это только станция, а завтра — завод-спутник, город-спутник со всем, что свойственно ему на Земле.

— Это потребует больших усилий.

— Да, объединения усилий многих, а позднее и всех народов. Первые шаги в этом направлении уже сделаны. Плодотворно проходит совместное изучение космоса социалистическими странами в рамках «Интеркосмоса». Известны общие работы советских и французских, советских и индийских ученых. Наконец, эксперимент по программе «Союз» — «Аполлон»— советских и американских специалистов и космонавтов. Все это важные меры на пути к овладению космическим пространством. Потепление международного климата, достигнутое в результате активной внешней политики Советского государства, осуществление программы мира, выдвинутой XXIV съездом КПСС, позволяет думать, что народы мира сделают все необходимое, чтобы системы космического корабля «Планета Земля» работали безотказно. Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев во время поездки в США в одном из выступлений призвал всех к тому, чтобы в космосе и на Земле происходили стыковки человеческих усилий и талантов, направленных на благо народов!

(Продолжение читайте на стр. 105.)

Наша беседа с академиком В. П. Глушко прерывается. Ученому принесли гранки одной из статей, предназначенных для тома Большой Советской Энциклопедии, посвященной освоению космоса. Валентин Петрович — научный редактор-консультант этой энциклопедии.

Академик извинился, что вынужден прервать разговор… Посоветовав ознакомиться с документами, приготовленными для меня, Валентин Петрович взял нужные материалы, пошел в соседнюю комнату.

Воспользовавшись советом хозяина, я просмотрел документы.

Несколько папок.

Открываю одну из них. В ней — документ о присуждении Ленинской премии Глушко Валентину Петровичу.

Другая папка. На ней тиснение: «Герою Социалистического Труда тов. Глушко Валентину Петровичу». В тексте сказано, что за особые заслуги в развитии ракетной техники, в создании и успешном запуске первого в мире космического корабля «Восток» с человеком на борту Президиум Верховного Совета СССР наградил ученого второй Золотой медалью «Серп и Молот».

И книги, книги… Редкие издания отечественных энтузиастов ракетного дела, американца Роберта Годдарда, немецкого ученого Германа Оберта. Однотомное издание энциклопедии «Космонавтика», выпущенное на нескольких иностранных языках. Ее главный редактор — В. П. Глушко. Книги, написанные Юрием Гагариным, Германом Титовым, другими космонавтами.

Среди космических сувениров большеформатная книга — «Делакруа». На одной из ее страниц Юрий Гагарин, Андриян Николаев, Алексей Леонов, Георгий Шонин написали: «Валентину Петровичу — нашей силе и нашему идеалу с глубоким уважением, благодарностью и любовью самой большой и чистой».

Небольшая коробочка.

В ней золотая медаль с изображением К. Э. Циолковского.

Она присуждена академику решением Президиума Академии наук СССР 14 февраля 1958 года «За выдающиеся работы в области межпланетных сообщений».