Помоги проекту - поделись книгой:
– Ну привет, – ответила раздраженно. – Поздоровался, уходи.
– Я не только для этого… – глазки в пол, взгляд как у оленёнка Бемби. Заискивающая улыбка, вызывающая во мне аллергию, и шаг навстречу, от которого все мои внутренности скрутило до рвотного спазма от боли его предательства.
Отшагнула назад.
– Я тут подумал…
Ой да не важно, что ты подумал! Мне вообще плевать на тебя и мысли в твоей тупой башке. Только уходи, потому что слишком больно вот так стоять и на тебя смотреть.
– Ты замки сменила, я хотел сюрприз сделать. Ужин приготовить для тебя.
Ага и сжечь кухню в придачу, потому что кулинар их тебя никудышный.
– Моими ужинами теперь занимается другой человек, – ответила равнодушно и даже не сразу поняла, как двояко это прозвучало. Я имела в виду Маринку, но, когда в глазах Валеры зажегся огонек возмущения, до меня дошло.
– Ах вот ты значит, как… – возмущенно хлестнул цветами по столу и бросил букет. – Не успел я уйти, как в дом нового хахаля притащила!
– Ха! – невольно вырвалось. Его наглость не знает границ. В дверном проеме появилась Таня, она пришла на крик Валеры, и я тут же прикусила себе язык, хотя на нем вертелась масса эпитетов, что бы ответить. – Валера, иди домой, мне работать надо…
Устало произнесла, надеясь, что бывший жених не станет сейчас устраивать скандал и просто уберется с моих глаз.
– И цветы забери, у Тани на них аллергия… – соврала, очень надеясь, что коллега не станет меня сдавать.
Та открыла рот, пытаясь что-то сказать, но мой взгляд, брошенный в ее сторону, обрубил попытку на корню.
– Какая же ты стала… – Валера на секунду затих, не зная, какое слово подобрать, но я просто развернулась и пошла обратно к детскому отделу. Как же я люблю ВРИО Губернатора, который едет к нам с проверкой, потому что он дал мне отличный повод не разговаривать с бывшим.
Никогда больше.
Глава 19
Домой я пришла поздно. Маринка мирно напевала за закрытой дверью ванной, а я тихонько прошла в новую кухню и села. Ремонт сверкал пастельными оттенками и радовал глаз, и комната заиграла новыми красками. Не было воспоминаний о том пятне от вина на обоях, не было той посуды, что любовно покупали вдвоем с Валерой. Мы с Маринкой разжились ровно на две чашки и пару тарелок. Все красивое в тон кухне, а большего и не надо.
– Ты сегодня поздновато, – подруга негромко заговорила за моей спиной, но я все равно вздрогнула и вскочила. – Прости, я думала ты слышала, как я вышла…
– Все в порядке, – отмахнулась, чувствуя, как сердце сбоит. Маринка обернулась полотенцем и намотала второе как тюрбан на мокрые волосы. – Ревизия затянулась. Думала, мы никогда не закончим. Чертовы проверки!
– Есть хочешь? – подруга прошла к плите и открыла крышку кастрюли, помешивая суп поварешкой. – Только сварился, я перед тем как мыться выключила.
– Спасибо, с таким поваром я скоро перестану влезать в старые вещи, – пошутила, стягивая с себя курточку. – Ты меня так откормила, что боюсь скоро подо мной начнет трескаться пол.
– Ой, вот не надо! – Марина достала из шкафа две наши тарелки и налила в них суп. – Ты после расставания похудела, кожа да кости. Ты себя хотя бы видела со стороны?
– Не худее тебя, – ушла в прихожую повесила куртку на место и забежав в ванную вымыла руки. Глянула на себя в зеркало и нехотя признала правоту Марины. Щеки и правда впали, я и раньше была стройной, но сейчас ключицы стали выпирать сильнее, да и скулы вырисовывались более скульптурно. И часы на руке стали болтаться хотя раньше были впору. Вытерла руки полотенцем и вернулась в кухню, занимая место рядом с подругой за обеденным столом. – Зато на меня теперь наконец-то налезет старое платье!
Его я купила несколько лет назад. Строгое приталенное, но сдержанное и лаконичное. Оно было надето мной всего раз, когда я сдавала экзамены в университете, а после я его отложила. Валера был против, что я носила такие обтягивающие вещи.
– Слово старое меня уже настораживает, – похоронно отозвалась подруга, и я взяла в руки ложку и помотала головой.
– Оно новое, просто хорошо забытое…
– Старое…
– Ой да ешь ты уже! – показала подруге язык и принялась за еду. Надо отдать Марине должное, готовить она умела. Мне было сложно удержаться и не поесть на ночь, когда в квартире витали такие аппетитные запахи свежих блюд. Она мастерски готовила уже привычные блюда, и порой рисковала на эксперименты, которые тоже удавались. – Скоро я совсем обнаглею и разучусь готовить.
Безумно счастливая и сытая опустила ложку в пустую тарелку и взяла вторую, которую Марина тоже опустошила.
– Я не дам тебе обнаглеть, не забывай, я тоже была замужем и знаю, что половину обязанностей можно спихнуть на кого-то другого, – Марина отшутилась, и ее фраза резанула меня по ушам. – Так что посуда за тобой, а я пока волосы посушу.
Подруга скрылась за дверью, а я встала у раковины ощущая привычное умиротворение. Мы с Мариной прекрасно уживались, и то, что она не спешила уезжать, меня не напрягало, наоборот, я была даже рада что она скрашивает мое одиночество.
И тут до меня дошло.
Я даже не ополоснула руки от пены и оторопев от неожиданного открытия прошла в ванную, где орудовала феном моя сожительница.
– Что значит, ты
Она медленно опустила руку с феном и отложила его, так и не просушив прядь, а потом кашлянула и сделала глубокий вдох, будто собираясь с силами.
– Я не думала, что так глупо проговорюсь.
– Мариш…
– У нас с Жаном расходились взгляды на жизнь. Я хотела детей, а он нет. Месяц назад я от него ушла.
– Но ты даже ни разу не заикнулась о том что…
– У тебя масса своих проблем. Мне не хотелось свешивать на тебя свои, – ответила устало, и прошла к бортику ванной, садясь на край. – Мне следовало рассказать, но…
– Да, следовало, – села рядом с подругой и приобняла ее, притягивая ближе. – Порой надо просто выговориться, чтобы стало легче. Вовсе не обязательно держать в себе, то, что причиняет боль.
– Мне казалось, что если я не буду говорить о разводе, мне удастся о нем не думать. И этой проблемы как бы не будет.
– А теперь расскажешь? – спросила, сожалея, что не присмотрелась к подруге раньше. Она и ремонт наверняка затеяла только бы не думать о своих бедах. Одна во всем мире без возможности поговорить с кем-либо.
– Расскажу. Только дай мне волосы досушить. Не люблю ложиться с мокрой головой.
– Идет, – улыбнулась и поднялась на ноги. – Только пошевеливайся, иначе я усну.
– Не уснешь! – подруга швырнула в меня мокрое с головы полотенце, которое висело на ее шее, и я рассмеялась, отмахиваясь от сырой ткани. – Я буду тебе петь!
Глава 20
Утро встретило меня ярким солнечным светом, бьющим через щель в шторах. Лучики падали прямо мне на лицо и открыв глаза я зажмурилась, но потом торопливо схватила телефон и взволнованно села.
Начало девятого.
Почему будильник не сработал в семь?!
– Марин! – зашептала в панике, но подруги не было видно, а вот с кухни доносился ароматный запах оладий. – Я проспала!
Уже громче и более испуганно. На работу к девяти, а ведь туда надо еще доехать!
Разве можно собраться и успеть за пятьдесят минут?
– Что, уже встала? – Марина с улыбкой отозвалась, когда я влетела в кухню уже в колготках и блузке. – Эй, осади коней. Что стряслось?
– Я опаздываю! – сунула в рот оладью и схватила чашку с чаем, который налила подруга себе. Жирные руки сыграли со мной злую шутку, и чашка выскользнула, чай горячей волной обдал грудь, оставляя на ней огромное коричневое пятно. – На работу…
– Я отвезу тебя, не надо так паниковать, – Марина подняла свою чашку и покрутила с укоризной на меня глядя. – Это моя любимая кружка, так что поаккуратнее!
Та чудом не разбилась.
– Прости… вот чёрт! Это была последняя чистая блузка! – едва не расплакавшись я ринулась в комнату, открыла шкаф по пути срывая мокрую вещь.
– Последняя сухая, – Марина вошла следом, и направилась к балконной двери, открыла, но через минуту вернулась в квартиру. – Да, последняя сухая, я вчера постирала все шмотки.
– У меня сегодня проверка! В чем я пойду!? – в панике сорвала с плеч блузку и уставилась в шкаф.
– У меня с собой только домашние шмотки, да джинсы… – подруга закусила губу и переступила с ноги на ногу. – Прости, я не хотела тебя подводить.
– Все в порядке, – устало вздохнула и потупилась. – Ты и правда не причем, это я должна была позаботиться о вещах раньше. Я не подумала, что просплю в такой важный день. Слушай…
Вспомнила о платье, о котором вчера говорила и метнулась в кухню за табуретом, а потом полезла в антресоли и достала оттуда пакет с почти новой вещицей.
– У меня же есть черное платье! – победно вскинула руки с пакетом и Маринка заметно выдохнула, ее плечи опали.
– Слава Богу! Никогда не думала, что буду рада твоему старому платью.
– Оно почти новое, – возмущенно возразила и вывалила вещь из пакета, подруга оттолкнула меня от кровати.
– Иди красься, я сама поглажу. И колготки смени, на этих пятна от чая. Надень черные.
– Едва не расцеловала подругу и рванула в ванную, торопливо открывая кран.
Через двадцать минут я уже застегивала на себе новое-старое платье и звякнув молнией оторопело застыла.
– Вау… – Марина ошарашенно выдохнула, рассматривая меня с восхищением. Она тоже переоделась, чтобы успеть доставить меня на работу на машине, и сейчас застегивая ширинку на джинсах замерла. – Вау!
Я повернулась к зеркалу и покрутилась.
– Я и забыла, как хорошо оно сидит, – забрала волосы наверх, открывая шею, и сделала себе мысленную пометочку взять на работу заколку.
Платье обтягивало фигуру как перчатка, оставляя лишь небольшой простор воображению. Грудь в нем казалась просто гигантской, хотя своим вторым размером хвастаться я не привыкла. Талия казалось безумно тонкой, а бедра красиво округлыми.
– Ты и правда похудела, мать, – Марина закончила переодевания и схватила ключи от машины. – Но это только тебе на пользу, смотри какая шикарная!
– Спасибо, – кивнула подруге, беря в руки сумочку.
– И туфли черные надень на шпильке. С таким платьем никакие балетки не будут смотреться.
– Мои ноги не скажут мне спасибо…
– Зато спасибо тебе скажут все мужики, которых встретишь. За утреннюю…
– Марина! – возмущенно округлила глаза и сдернула с вешалки куртку. – У нас двадцать минут, давай уложимся…
На работу я приехала без пяти минут. Марина гнала и подрезала пару машин, и я всю дорогу хваталась за ручку и ремень безопасности и, как только машина тормознула у крыльца, облегченно выдохнула.
– Поздравляю, вы прошли отбор на участие в гонках Ралли Париж Дакар!
– Ха-ха! – похоронно отозвалась Маринка, а потом отвесила мне смачный шлепок по заднице, когда я выходила из машины. – На удачу!
Вот бестия!
Помахала подруге и вбежала в здание библиотеки. Вереница черных машин, припаркованная у входа, насторожила еще тогда, когда мы подъезжали, и я напряглась, ощущая непривычную суету.
Обычно в библиотеке было тихо и спокойно, но сейчас отдаленные звуки разговоров и фоновый шум разбавляли привычную атмосферу.
– Кира, вот ты где! – директриса толкнула мне в руки ключ от своего кабинета и взволнованно затараторила. – Там в шкафу стеклянном сервиз на двенадцать персон, принеси его в актовый зал, только не опаздывай. Пулей туда-обратно.
– Х-хорошо… – облегченно выдохнула, что мне не вкатили выговорешник за опоздание в такой важный день. Торопливо шагнула к ее кабинету, но Раиса Петровна удивленно спросила.
– Хорошо выглядишь, у тебя день рождения что ли сегодня?
Я фыркнула совершенно неделикатно, именно так как не подобает леди в подобном платье и едва не рассмеялась.
– Нет, Раиса Петровна. Но спасибо, – торопливо засеменила к кабинету, проклиная длинную до колен узкую юбку. Да, я выглядела в этом платье элегантно, но в нем чертовски неудобно ходить. Открыла кабинет, наваливаясь всем весом на дверь. Замок тут чертовски тугой не представляю как директриса каждый раз с ним справляется.
Дверь поддалась, и я ввалилась в кабинет, задыхаясь от приторного запаха цветочных духов. Раиса любила ими злоупотреблять.
Стянула кожанку, бросила сумочку на стол и поймала свое отражение в зеркале. Черт! Я ведь совсем забыла о заколке!
Волосы свободно спадали на плечи и спину, но времени собирать их не было. Да и нечем.
Прошла к шкафу и открыла тот, с облегчением замечая большой поднос с сервизом.
Этот набор директриса берегла и использовала только, когда к нам наведывались проверки. Правда, бывало такое нечасто.
Взяла в руки ношу, шумно выдыхая. Она оказалась тяжелее, чем я думала.
Присела, подняла поднос и зашагала к дверям.
Неизвестно какими правдами и неправдами мне удалось не выронить сервиз и открыть, а потом закрыть дверь.
Сдула упавшую на лицо волнистую прядь и подтолкнула дверь бедром, чтобы та закрылась.
Актовый зал был в самом конце старого здания. Мне нужно было пройти два читальных зала, чтобы оказаться там.
Поделиться книгой: