Братья Кип (сборник)

Цзинь Фо толкнул входную дверь, затем тут же вторую, обилую кожей, и оказался в помещении, разделенном на две части обычной перегородкой. Несколько шкафчиков, уставленных картонными папками с металлическими застежками, сейф, два или три стола, за которыми сидели сотрудники компании, — вот, пожалуй, и все, что находилось в комнатах.

Уильям Бидульф возглавлял в Китае филиал страховой компании, штаб-квартира которой располагалась в Чикаго. "Сто лет" была крупная американская фирма, имевшая свои отделения во многих странах, широко известная благодаря гибкой организации и новаторским методам работы.

Жители Поднебесной постепенно приобщались к новым, доселе им незнакомым видам услуг. Множество фирм, контор застраховались здесь от пожара, а богатые китайцы все чаще выказывали желание оформить страховые контракты на случай смерти.

— Господин Бидульф? — обратился Цзинь Фо к присутствующим.

Управляющий, типичный янки пятидесяти лет, облаченный в темный пиджак, сорочку и светлый галстук, как всегда, находился в конторе. Аккуратная бородка и усы придавали ему благообразный вид.

— С кем имею честь? — вежливо осведомился он.

— Меня зовут Цзинь Фо, я из Шанхая.

— Ах, господин Цзинь Фо… один из постоянных клиентов "Ста лет"… страховой полис номер двадцать семь тысяч двести…

— Да-да.

— Чем могу быть полезен?

— Я хотел бы поговорить с вами конфиденциально, — ответил Цзинь Фо.

Общение между ними не должно было вызвать затруднений, поскольку Бидульф так же хорошо говорил по-китайски, как Цзинь Фо — по-английски.

Богатого клиента со всеми знаками внимания провели в кабинет, обтянутый плотным гобеленом и защищенный двойными дверями. Здесь могли собираться заговорщики, и ни один из самых ловких шпионов императора не услышал бы содержание их разговора.

Удобно устроившись в кресле-качалке перед газовым камином, Цзинь Фо начал первым:

— Господин Бидульф, я хотел бы заключить личный контракт с вашей компанией, предусмотрев в нем выплату определенной суммы в случае моей смерти.

— Господин Цзинь Фо, — ответил управляющий. — Нет ничего проще. Несколько предварительных формальностей, затем две подписи, ваша и моя, и можно считать, дело сделано. Но господин… простите за такой вопрос… Вы ведь хотите умереть как можно позже?.. Это вполне естественное желание.

— Вполне естественное, — согласился Цзинь Фо. — Но согласитесь и вы: клиент потому и страхуется, что боится, как бы преждевременная смерть…

— О, господин Цзинь Фо! — воскликнул без тени насмешки Бидульф. — Подобная боязнь излишня. Страхование в "Ста годах" — гарантия на долгую жизнь! Прошу прощения, но большинство клиентов нашей компании живут век и более! Мы делаем все, чтобы продлить их жизнь. И это, поверьте, удается! Итак, господин Цзинь Фо, если вы застрахуетесь у нас, будете просто обречены жить сто лет!

— Вот это да! — вскинул брови Цзинь Фо, не отрывая ироничного взгляда от американца.

Но управляющий был серьезен и не имел ни малейшего желания шутить. Убедившись в том, Цзинь Фо продолжал:

— Хорошо, я застрахуюсь на двести тысяч долларов.

— Отлично! — Бидульф записал куда-то названную цифру.

Размер суммы не произвел, казалось, на него ни малейшего впечатления.

— Вам известно, — продолжил управляющий, — что договор теряет силу, а выплаченные проценты остаются у компании, если клиент умирает из-за действий того, в чью пользу заключается контракт?

— Да, известно.

— И от каких рисков желаете застраховаться, господин Цзинь Фо?

— От всех, которые указаны в проспекте компании. Однако там я не нашел пункта, представляющего для меня особый интерес.

— Что же имеется в виду?

— Самоубийство. Я полагаю, "Сто лет" страхует и этот случай.

— Конечно, господин Цзинь Фо, конечно, — ответил Бидульф, потирая руки. — Должен признаться, что вы очень выгодный клиент. Но предупреждаю: проценты будут весьма значительны.

— Для меня это несущественно.

— Отлично, — заключил Бидульф, записывая что-то в календарь.

— И каков, кстати, размер процента?

— Уважаемый господин Цзинь Фо, — ответил управляющий, — наши проценты подсчитаны с математической точностью. В настоящее время они базируются не на таблицах Дювиллара… Вам знакомо это имя?

— Нет, я не знаю господина Дювиллара.

— Замечательный в прошлом математик-статистик. В свое время он разработал знаменитые таблицы, которые и сегодня еще используются в большинстве европейских компаний. Но эти таблицы уже устарели, так как средняя продолжительность человеческой жизни, подсчитанная на их основе, значительно ниже той, которая есть на сегодня благодаря техническому прогрессу и достижениям в области медицины. Мы базируемся на более высоком значении данного показателя, что очень выгодно клиенту, поскольку ему приходится платить меньше и жить дольше…

— Меня интересует размер процента, — повторил Цзинь Фо, которому порядком надоело многословие управляющего.

— Господин Цзинь Фо, — смутился Бидульф, — не сочтите за нескромность спросить, сколько вам лет?

— Тридцать один год.

— Мы делаем все, чтобы продлить их жизнь

— Итак, тридцать один. Если бы речь шла о страховании обычных рисков, в любой другой компании с вас запросили бы два и восемьдесят три сотых процента. У нас же возьмут только два и семь десятых процента, что ежегодно от суммы в двести тысяч долларов составит пять тысяч четыреста долларов.

— А если речь пойдет о моих особых условиях?

— Тогда, господин Цзинь Фо, — управляющий предварительно просмотрел таблицы в записной книжке, — компания запросит с вас не менее двадцати пяти процентов.

— То есть?

— Пятьдесят тысяч долларов.

— И как следует платить проценты?

— По усмотрению клиента. Можно всю сумму сразу либо каждый месяц равными долями.

— И сколько это составит в первые два месяца?

— Восемь тысяч триста тридцать два доллара. Если сумму внести сегодня, тридцатого апреля, то до тридцатого июня сего года вы будете свободны от платежей.

— Господин Бидульф, — сказал Цзинь Фо, — меня устраивают такие условия. Вот деньги за два предстоящих месяца.

Он вытащил из кармана и положил на стол толстую пачку долларов.

— Отлично, господин Цзинь Фо, отлично. Но перед тем как подписать страховой полис, требуется выполнить небольшую формальность.

— Какую же?

— Вас должен осмотреть доктор.

— Зачем?

— Дабы убедиться, что со здоровьем у вас полный порядок.

— К чему это, я ведь страхуюсь на все случаи жизни!

— Ах, дорогой господин Цзинь Фо! — улыбаясь ответил американец. — Компания должна быть предусмотрительна. А вдруг вы чем-нибудь больны и через несколько месяцев отправитесь в мир иной. А нам это будет стоить двести тысяч долларов!

— Но мое самоубийство все равно дорого вам обойдется?

— Уважаемый, — ответил великолепный Бидульф, взяв китайца за руку и ласково ее потрепав, — я уже имел честь сообщить, что многие наши подопечные страхуются на случай самоубийства, но никто, повторяю, никто не сводил таким образом счеты с жизнью. Впрочем, нам не запрещено наблюдать за клиентами… Излишне говорить, что этим занимаются профессионалы!

— Вот как! — только и вымолвил Цзинь Фо.

Кроме того, хочу кое-что добавить из своих личных наблюдений. Из всей клиентуры именно данная категория дольше других выплачивает проценты. В самом деле, зачем богатому Цзинь Фо кончать жизнь самоубийством?

— А почему богатый Цзинь Фо подписывает страховой полис?

— О, все очень просто! — выпалил неподражаемый Бидульф. — Чтобы в качестве клиента "Ста лет" иметь гарантию жить до старости!

Спорить с американцем не имело смысла.

— А теперь, — продолжил управляющий, — в чью пользу будет составлен контракт? Назовите, пожалуйста, имя.

— Речь идет о двух персонах, — произнес Цзинь Фо.

— Сумма между ними делится в равных долях?

— Нет, в разных. Один получит пятьдесят тысяч долларов, другой — сто пятьдесят.

— Итак, пятьдесят тысяч в пользу господина…

— Вана.

— Философа Вана?

— Да.

— А в чью пользу сто пятьдесят тысяч долларов?

— Госпожи Лэ У. Она проживает в Пекине.

— В Пекине, — повторил Бидульф, делая записи в своей книжке. — Сколько лет госпоже Лэ У?

— Двадцать один год, — ответил Цзинь Фо.

— О, — воскликнул управляющий, — эта молодая особа сможет получить причитающуюся ей сумму только в глубокой старости!

— Позвольте полюбопытствовать почему?

— Потому что вы проживете более ста лет, дорогой господин. А философу Вану сколько минуло?

— Пятьдесят пять лет.

— О, Боже мой, этот любезный господин никогда не получит свою долю!

— Посмотрим.

— Господин Цзинь Фо, — оторвался управляющий от своей книжки, — если бы я в пятьдесят пять лет считался наследником тридцатиоднолетнего молодого человека, намеренного прожить сто лет, у меня даже и мысли не было бы рассчитывать на его наследство.

— Ну что ж, прощайте, господин Бидульф, — сказал Цзинь Фо, вставая с кресла.

— К вашим услугам, господин Цзинь Фо, — поклонился американец.

Утром в дом нашего героя прибыл врач из компании. В своем докладе на имя управляющего он коротко записал: "Здоров как бык!"

В тот же день Цзинь Фо и Бидульф подписали страховой полис.

Глава VII, КОТОРАЯ БЫЛА БЫ ДОВОЛЬНО ПЕЧАЛЬНОЙ, ЕСЛИ БЫ НЕ РАССКАЗ ОБ ОСОБЫХ ОБРЯДАХ И ОБЫЧАЯХ ПОДНЕБЕСНОЙ

Что бы ни говорил достопочтенный Бидульф, его компании угрожала серьезная опасность!

Все было против Цзинь Фо. Письмо из Сан-Франциско извещало о прекращении Центральным калифорнийским банком всех финансовых операций, а состояние нашего героя почти полностью размещалось в акциях этого знаменитого, до недавних пор очень надежного финансового учреждения. Новость казалась невероятной, но вскоре ее подтвердили все газеты Шанхая. Так в одночасье Цзинь Фо стал нищим.

Кроме акций, у него почти ничего не было, а от продажи дома вряд ли стоило рассчитывать на большие деньги.

Восемь тысяч долларов, отданные за страховку, несколько акций судостроительной компании в Тяньцзине, некоторые суммы наличностью — вот и все, что осталось у жениха хорошенькой Лэ У.

Европеец, возможно, философски воспринял бы эту новость и попытался бы как-то поправить положение. Китаец же в такой ситуации ведет себя совершенно иначе. Всякий истый житель Поднебесной совершенно сознательно предпочитает в подобных случаях принять добровольную смерть.

Вообще люди этой страны обладают очень развитым чувством пассивного мужества. Их равнодушие к смерти просто поразительно. Больной может спокойно лежать в ожидании кончины. Приговоренный, находясь в руках палача, не выказывает ни малейшего страха. Частые публичные казни, жестокие наказания, предусмотренные уголовным кодексом, приучили сыновей Поднебесной равнодушно относиться к мысли о неизбежности смерти. Неудивительно, что эта тема естественным образом присутствует в семейных разговорах, в самых различных проявлениях обыденной жизни. Культ предков высоко почитается тут даже у самых бедных. Вы не найдете ни одного богача, в доме которого не было бы места для своеобразного алтаря, ни одной развалюхи, где не хранились бы вещи умерших родственников. Нет ничего странного в том, что в одном и том же магазине можно приобрести детскую коляску, свадебные подарки для невесты и самые различные погребальные принадлежности.

Покупка гроба — одна из первоочередных забот настоящего китайца. Обстановка в доме считается неполной, если там отсутствует сей предмет. Подарить гроб отцу — является здесь свидетельством сыновней привязанности и нежности. Гроб помещается в специальную комнату. Его украшают, с него вытирают пыль и когда вовнутрь кладут бренные останки, то чаще всего в течение многих лет оставляют рядом, продолжая проявлять трогательную заботу об умершем. В общем, почитание усопших составляет основу китайской религии и способствует укреплению семейных уз.

Таким образом, Цзинь Фо в силу своего темперамента должен был спокойно отнестись к мысли о предстоящей кончине. Он обеспечил достойное будущее двум самым близким людям. О чем же еще сожалеть?