Ты скажешь мне "Да"

Понимая, что говорю совсем не то и не так, я никак не могла перепрыгнуть языковой барьер, чтобы донести свою мысль. Плавая в океане забытой лексики и грамматических конструкций, я уже почувствовала, что начинаю тонуть, как вдруг услышала позади себя приглушённый смех. Мужской смех.

Какого чёрта?! Жан ведь стоял передо мной и вежливо улыбался? Я резко развернулась и сделала пару шагов по направлению к полу прикрытой двери, откуда мне почудились смешки.

Открыла её, и мои глаза полезли на лоб! Это ещё что такое?!

ГЛАВА 13. КИРА

Итак, я однозначно в беде!

Во-первых, за дверью меня встречает Кирилл. И самодовольно ухмыляется в лицо.

Во-вторых, комната, в которой он находится, смущает меня даже сильнее, чем вся эта дурацкая ситуация. Она оформлена в духе немецких порнофильмов - тёмная и мрачная с огромной кроватью, покрытой чёрным шёлковым бельём, а на этой кровати разложены различные хм... приспособления.

- Авантюристы, значит? - спрашивает он меня по-французски. Он говорит на этом языке гораздо лучше меня, поэтому я даже не сомневаюсь, что он забавлялся, сидя в своём укрытии и слушая мои бредовые объяснения. - Приключение?

Я не знаю, что ему ответить и с беспокойством кошусь на предметы, разложенные на кровати. Боже... чего там только нет!

- Да, детка, это было забавно, - продолжает потешаться он. - Но теперь, дорогая моя авантюристка, тебя ждёт очень серьёзный разговор.

Слышу, как позади меня закрывается дверь. На ключ. Нервно оглядываюсь.

- Это Жан, - поясняет Кирилл. - Оставил нас одних.

Я смотрю на мужа исподлобья и не знаю, что сказать. И как он только всё это провернул? Неужели так хорошо меня изучил? Заранее знал, что я соглашусь подняться в номер к Жану?

Я стараюсь вести себя непринуждённо и подхожу к окну. Скрещиваю руки на груди.

- И давно ты это всё придумал? - недовольно интересуюсь я.

- Сравнительно, - уклончиво отвечает он.

- И зачем это было нужно? Мы могли бы и так поговорить. Вечером. В нашемномере.

- Этот номер тоже наш, - Кирилл обводит взглядом комнату. - На какое-то время.

- Я тебя не понимаю! Зачем нам ещё один номер?

- Видишь ли, детка, - мужчина подходит ко мне сзади и дотрагивается до плеч. - Этот номер один на целый этаж.

- Ну и? - поворачиваю голову я. - Какая разница?

- Разница есть, - зловеще ухмыляется он. - Во-первых, у тебя нет ключа от этой комнаты. А, во-вторых, - он делает паузу и хищно оглядывает меня. - Тут никто не услышит твоих криков.

ГЛАВА 14. КИРА

От его слов я вздрагиваю. Давненько мы не играли. Что ж это может быть забавно. Если, конечно, Кирилл не увлечётся настолько, что снова позабудет о границах дозволенного.

Последний раз, когда мы устроили подобное, случился года полтора назад. Тогда я увидела в своём, как мне казалось, обрётшем гармонию муже, отголосок того, другого человека. Того, каким я знала его прежде. Это слегка испугало меня. Однако, не настолько, чтобы я не хотела всё повторить.

Делаю шаг к кованной кровати и оглядываю разложенный на ней «арсенал». Верёвка, стек, ремень… Провожу рукой по холодной коже. Сердце предательски ухает куда-то вниз, когда я скольжу взглядом по остальным «секс» игрушкам. Хм… А не многовато ли их тут?

Будто читая мои мысли, Кирилл говорит:

- Не знал точно, что сегодня мне понадобится, - он дотрагивается костяшками пальцев до моей оголённой спины. – Поэтому решил взять всё.

Я нервно усмехаюсь, в то время как Кирилл решает перейти в наступление.

- Знаешь, детка, - не спрашивая разрешения, он расстёгивает молнию на моём платье. – Иногда мне кажется, что ты нарочно ведёшь себя так, что у меня руки начинают чесаться, чтобы тебя наказать.

Я немного прикрываю глаза и ничего не отвечаю. Прав ли он? Наверное. Ведь мне всегда нравилось бросать ему вызов. Это добавляло нашим отношениям капельку манящего безумия.

Моё платье опадает мягким шёлком около наших ног. На мне остаются лишь туфли. Кирилл же полностью одет.

- Как далеко ты готова была зайти сегодня, девочка? – шепчет он мне прямо в ухо. Кожа становится чувствительной и покрывается мурашками. Его дыхание приятно щекочет мою шею.

- Я планировала посмотреть мультики, если придётся, - томно отвечаю я, прижимаясь спиной к твёрдому телу. Его пальцы опускаются мне на живот, медленно ползут вниз. Поглаживают чуть выше лобка.

Подаюсь бёдрами назад о ощущаю его желание. Твердое и полное решимости.

Когда мы с Кириллом остаёмся одни, то кажется, будто весь прочий мир перестаёт существовать. Мы как планеты на просторах космоса – хоть и притягиваемся друг к другу, но всё равно недостаточно близко. Миллиметры, остающиеся между нами кажутся годами светового пути. Непреодолимое расстояние.

Мужчина опускает руку ниже. Жадно проводит по гладким изгибам. Другой рукой накрывает грудь и сильнее притягивает к себе. Мой сосок оказывается между средним и указательным пальцами. Остренький и твёрдый. Сжимает его и покручивает. Я издаю стон, запрокидываю голову вверх. Да… да… ещё…

Он подталкивает меня к столу и заставляет нагнуться вперёд. Я делаю то, что велят. Стою в одних туфлях на высоченном каблуке, опираясь локтями о стол. Чувствую себя уязвимо. Однако моему мужу как раз это и нравится.

Кирилл заходит спереди. В его руках верёвка.

- Вытяни руки вперёд, - командует он.

Я делаю, как сказано, и на мои запястья опускается грубая жёсткая ткань. Он связывает руки вместе, а оставшиеся концы фиксирует за ножки стола. Теперь я не сбегу.

Порочное предвкушение уже зарождается внизу живота. Я поймана им. Но это не пугает меня так, как раньше. Что может быть приятнее, чем оказаться в плену у того, кого любишь?

Дышу часто и ожидаю приятного продолжения. Знаю, как моему мужу нравится контролировать процесс. Однако, Кирилл не спешит. Он заходит сзади и просто смотрит на меня.

- Ну что, детка, - с каким-то странным триумфом в голосе говорит он. – Теперь настало время поговорить о серьёзных вещах.

Я недоуменно моргаю. Неужели сейчас ему хочется о чём-то говорить?!

- А…? – только и могу вымолвить я. – Ты о чём?

Кирилл усмехается.

- О том же, о чём пытался поговорить с тобой утром, - он проводит ладонью по моим ягодицам. – Да и вообще весь последний год. Но ты всё время убегаешь от этой темы. Вот теперь не убежишь, малышка.

Нервно вздыхаю. Чёрт! Я не думала, что он привёл меня сюда для разговоров.

- Кирилл… - начинаю я, но мужчина за моей спиной перебивает.

- Мне надоело ждать этого разговора, и я решил немного форсировать события, - он усмехается и шлёпает меня по попе. – Я уже давно хочу этого, и, боюсь, больше не намерен ждать.

Я пытаюсь обернуться, чтобы посмотреть ему в глаза и удостовериться, что… Что всё в порядке. Мне совсем не нравятся странные жёсткие нотки в его голосе.

- У тебя есть последний шанс объяснить мне, - я чувствую, как по моей спине скользит прохладная кожа ремня. Невольно вздрагиваю от этих прикосновений. – Объясни, почему ты не хочешь завести ребёнка?

ГЛАВА 15. КИРА

Сердце в груди начинает биться ещё быстрее. В зловещей тишине, что повисла между нами я будто со стороны слышу его отчаянные удары. Тук. Тук. Тук.

- Молчишь, девочка? – снова спрашивает он. – Тогда давай сыграем в игру? Я буду высказывать предположения, а ты просто кивнёшь, если я окажусь прав. Тогда остановимся.

Несмотря на то, что я каким-то шестым чувством ощущаю всю опасность новой одержимости Кирилла, его слова и действия странным образом заводят меня.

Моих губ касается какой-то холодный металлический предмет.

- Открой рот, - командует мужчина.

Я приоткрываю губы, и в мой рот заполняет круглый прохладный шарик. Наподобие кляпа. Теперь уже я не смогу ответить на его вопросы даже если захочу.

Кирилл закрепляет кожаные ремешки на моём затылке. И нежно гладит по голове.

Обнажённые груди касаются гладкой поверхности стола. Соски, твёрдые и возбуждённые, от каждого моего движения трутся о дерево. До боли чувствительно.

Кирилл заходит сзади и гладит мою попку. Не знаю, чего ожидать дальше, поэтому нервно ёрзаю под его ладонью.

- Ты боишься? – задаёт он первый вопрос.

Я мотаю головой.

Воздух пронзает хлёсткий удар. Ремень со свистящим звуком опускается на мою кожу. Дёргаюсь и вскрикиваю. О, Боже! Так игра уже началась?!

- Не боишься, значит, - рассуждает вслух мой муж. Его пальцы начинают поглаживать место удара. Кожа становится очень чувствительной, и каждое его прикосновение отзывается в теле смесью боли и удовольствия.

- Ты не хочешь моего ребёнка? – внезапно интересуется он.

Боже мой, нет, конечно! Я быстро мотаю головой, и за этим следует очередной удар ремнём. Ай! Точно по тому же месту. Кровь сразу же приливает к уже раскрасневшейся коже.

Кирилл снова гладит меня.

- Горячая такая… - он дует на место удара. Потом его пальцы скользят дальше, туда, где ещё горячее. Он быстро раздвигает мои складочки и обводит по кругу влажную дырочку.

- Ааах… - стону я через кляп. Как же хочется, чтобы он потрогал меня чуть глубже.

Но удовольствие заканчивается быстрее, чем мне того хотелось бы.

- Считаешь, что я буду плохим отцом? – очередной жесткий вопрос слетает с его губ. Я больше не хочу ударов, но и кивнуть, чтобы закончить его «игру» не могу. Поэтому медлю, прежде чем помотать головой. Секунды медленно уходят, а напряжение между нами становится почти физически ощутимым.

- Отвечай! – грозно приказывает Кирилл.

Я резко мотаю головой, и он шлёпает меня теперь уже ладонью прямо по промежности. Это ощущается очень остро и до странного приятно, поэтому я расставляю ноги, выпрашивая продолжения.

- Прекрати, - усмехается он. – А то вернёмся к ремню.

Я послушно сдвигаю ноги.

- Ещё один вопрос, маленькая, - Кирилл проводит ладонью по моей спине, слегка царапая кожу. – Ты боишься моей наследственности?

О, Боже! Я ожидала этого вопроса. Мне хочется повернуться и посмотреть ему в глаза. Пытаюсь обернуться, но вижу лишь край его брюк.

В этом весь Кирилл. Неужели он устроил это всё лишь для того, чтобы не смотреть мне в глаза, когда будет задавать этот самый главный вопрос?

Я мотаю головой и сжимаюсь. Однако шлепка не следует.

- Хорошо, детка, - мужчина облегчённо выдыхает, поглаживая меня по ягодицам. – Я тебе верю.

Его пальцы перемещаются туда, где всё ещё очень жарко. Они утопают в моей влаге. Он опускается передо мной на колени и пальцами раздвигает меня. Его язык с жадностью проникает внутрь, ласкает и дразнит. Сначала он действует нежно и осторожно, но мне хочется большего, поэтому я встаю на носочки и сильнее прогибаюсь в спине, давая ему лучший доступ.

ГЛАВА 16. КИРА

- Какая ты вкусная, - тихо говорит он, перемещаясь вверх и погружая язык глубже. Я издаю стон удовольствия, расставляя ноги шире.

Он несколько раз двигает им во мне, даря волшебные ощущения. Потом вынимает и начинает подниматься всё выше и выше…

Его горячие ладони властно скользят по моей попке. Он сдавливает половинки, а потом раздвигает их. Мои руки дёргаются. На секунду я забываю, что Кирилл привязал меня и хочу отстраниться.

- Я разрешал тебе двигаться, девочка? – голос мужчины хриплый от возбуждения.

Металлическое кольцо во рту не даёт мне ответить, поэтому я быстро мотаю головой.

- Твоё тело принадлежит мне, маленькая, - грозно говорит он. – Поэтому я буду проникать в него везде, где захочу. Не сопротивляйся.

Я стону в кляп, задыхаясь от возбуждения. Чем ближе он подбирается к моей попке, тем более уязвимой я себя ощущаю.

- Такая нежная кожа, - его дыхание обжигает меня между ног. – Сегодня на ней останутся мои следы.

Он начинает покусывать мои ягодицы, а я стону и жалобно поскуливаю от остроты ощущений. Его укусы перемещаются всё ближе к центру, и я начинаю протестующе извиваться. Мои щёки полыхают от стыда.

Однако мужчина будто не замечает моих протестов. Его язык скользит прямо по сжатой звёздочке. Как могу пытаюсь отстраниться, но Кирилл обхватывает ладонью мои ягодицы и фиксирует, не давая пошевелиться.

- Не мешай, мне, малышка, - слышу в его голосе предостерегающие интонации. – Иначе снова накажу.

Он приближается ко мне. Его язык напористо скользит по сжатому отверстию. О, Боже! Чувствую себя порочной и грязной от того, как сильно его действия заводят меня.

- Ты такая напряжённая, - хрипло говорит он, обводя колечко по кругу. – Расслабься.

Его напористые движения отдаются острым током внизу живота. Ах! Как же это приятно. Непроизвольно расслабляюсь, позволяя его нахальному языку слегка раздвинуть меня.

Как только он перестаёт ощущать моё сопротивление, то отстраняется. Не могу сдержать разочарованный стон.