Темный Герой

Руку жгло нестерпимо, будто раскаленным железом приложили. Коля, как ошпаренным выбежал из комнаты и залетел в ванну, тут же сунув ее под поток холодной воды. Постепенно отпускало.

«Фух… Какого хрена? Что это вообще было?»

Такое чувство, будто клавиатура превратилась в шокер. Колян глянул на ожог — там будто черным железом выжгли. Появился какой-то знак. Нечто похожее на букву «Р» с завитушками. Больше понять было невозможно.

Коля направился в комнату.

«И о каком еще «бонусе» говорил тот тип?» — задумался он.

Он хотел быстренько прошмыгнуть через зал, однако не вышло — следом по голове прилетела пустая бутылка.

— Какого хрена носишься тут? Чтобы ночью из комнаты не вылезал! Ты мне всю концентрацию на победу сбиваешь! Ублюдок…

Коля покосился на него. Знает он, какая ему нужна концентрация на спортивных ставках. Тот как раз уткнулся в телефон, одним глазом наблюдая за игроками на экране, попутно вливая в себя новые литры пенного напитка.

Он ничего не ответил и лишь прошмыгнул обратно. Походу, сегодня тот нажрется по полной. Но это Коле было лишь на руку.

Он вернулся к компу. Однако тот тип уже вышел из сети. Он проверил счет. Есть контакт! Деньги по-прежнему у него! Все-таки это был не наеб! Отлично!

Странный типок был. Таких придурков еще поискать. Но денег он заработал немало. Лишь за это Коля готов был спустить ему все странности.

«Ну и хрен с ним!»

Пора было спать. Завтра рано вставать. Он быстро сводил мать в туалет, а после уложил спать. Проверил вещи на завтра. Рюкзак и все необходимое упаковано. Хорошо, что еще с неделю назад подготовился, сейчас возиться не надо, осталось лишь завтра получить аттестат об окончании школы и с этим его приготовления будут закончены.

Стал вырубать комп, как на глаза попались контакты, которые переслал знакомый эльф. Там были ссылки на странички с фотографиями и прочее, но Коля даже не проверил их и… просто удалил. Завтра начнется новая жизнь и старье в ней ни к чему.

Напоследок залез под подушку и вытащил оттуда настоящий боевой нож, завернутый лезвием в моток плотной ткани. Этот нож, помимо аккаунта, был последней памятью о брате. А еще это была подстраховка… «на всякий случай», если у пахана крышу окончательно снесет.

После чего завалился спать. И настроение в кой-то веки, было отличным. Еще бы… ведь завтра он станет свободным! Теперь судьба будет лишь в его руках!

Глава 2 — «Лучшая» Школа

Удар. Удар. Пинок в грудь. Тело отлетает назад. Его подхватывают за руки и ставят на землю. Снова удар: печень, грудь, живот.

В укромном уголке школьного двора группа гопников изо всех сил надрывалась, мутузя щуплого, низкорослого паренька — Колю.

Играя роль боксерской груши он никак не реагировал на происходящее: лицо-маска — выражение пустое, тело будто деревянное. Так это выглядело с точки зрения гопарей. Но сам он наблюдал за происходящим как бы «со стороны». Он не чувствовал ни боли, ни усталости. Как называется это состояние? «Выход из тела»? «Транс»? Кто знает, в любом случае это странные ощущения: эмоции блекнут, чувства тускнеют, а разум начинает напоминать машину. Он не знал точно, что это за способность такая, но именно она позволяла выживать с тех пор, как начался его новый «веселый» образ жизни. Как раз после того самого злопамятного инцидента. Способность появилась случайно, он сперва даже не знал, как «это» работает, но за последний год было много возможностей «попрактиковаться». Все благодаря лицам перед ним.

— Черт, будто мешок с песком лупишь. — мутузивший его, парень-блондин с пирсингом на лице, устало тряхнул руками.

Это Серый, местный мажор-гопник.

— Але-е! Может он в отключке? — Шкафообразное лысое нечто помахало перед глазами Коли.

А это Толян, вечная шестерка Серого с младших классов. Кстати, тот еще жирный индюк, выпивший не мало «крови». У Коли к нему имелся немалый «должок».

Сейчас он с выражением барана пытался изучать его лицо. Это Раздражало. И тут появилась отличная мысль, как этой свинье вернуть часть «долга».

Только морда Толяна приблизилась, как Коля повернул голову словно робот и… плюнул. Бинго! Прямо в глаз!

Толян замер, превратившись в каменный столб. Наконец он провел по лицу, размазав харчок. Посмотрел. Тут же вена взбухла на лбу. Морда жирной свиньи пошла пятнами. Пудовый кулак взлетел в воздух…

Коля лишь криво ухмыльнулся, любуясь его рожей. Пусть «вернул» немного, но это того стоило! «Божественное» выражение лица у этого индюка было великолепно!

…однако кулак как взлетел, так и замер. Серый вдруг перехватил его. После чего согнулся и… заржал на всю округу.

— Ха-ха-ха! Вот умора! Ты бы видел свою рожу, Толян!

Хех, походу не один лишь Колян оценил «картину»! Даже «ценитель» Серый одобрил!

— Ну жесть! Да, народ?! Ха-ха-ха! — Серый не мог остановится, хохоча и тыкая в Толяна пальцем.

Толпа шестерок, стоявшая рядом, начала посмеиваться в такт — скоро ржали все. Ну, для этих слово мажора — закон. Но все равно приятно было видеть, сколько «людей» оценили его «идею», хех.

Лишь Толян растерялся и не знал, что делать. Будь это кто другой, он бы скрутил его в бараний рог, но против Серого не мог пойти. Серый был его «боссом» и «лучшим другом». Хотя Коле что-то говорило, что понятие дружбы у этих двоих явно различается… Тот попытался ржать со всеми в унисон, но быстро заглох. Почему-то ему было не смешно.

Серый похлопал Толяна по плечу и достал толстый кошель. Тот ломился от распирающих банкнот и взгляды всех моментально прилипли к нему. Серому нравилось подобное внимание и он, рисуясь на толпу, отстегнул банкноту и засунул Толяну в карман.

— Остынь, Толян. Держи, купишь себе платочек. Надо на все смотреть с позитивной стороны! Здоровее будешь! Верно я говорю, народ? — Шестерки тут же закивали, как болванчики.

Коля мог лишь криво ухмыльнуться, наблюдая за такой «жаркой дружбой».

— А ты че лыбишься, сученыш?! — Серый внезапно зарядил ему леща. Коля сплюнул кровь. — Не обольщайся. Просто нехорошо получится, если Толян разукрасит твою рожу сейчас. А то воспользуешься этим, как предлог слинять с выпускной церемонии, так обидно будет.

Мажор во всю пользовался ситуацией. Коля мог лишь сверлить его взглядом.

— Что, думаешь такой крутой, непробиваемый? Ничего, ты у меня скоро так запоешь! Не хуже, чем год назад! Помнишь, сучка, как ползал у меня в ногах тогда?

При упоминании того «случая», руки сами начали сжиматься в кулаки.

— Как ты кричал «Пожалуйста, не надо!», «Пожалуйста, простите меня!», «Я ничтожество»! Не забыл, а?!

Ублюдок явно провоцировал. Не хотелось идти у него на поводу. Не хотелось, но… с этим Коля ничего не мог поделать!

Толян отвлекся, ослаб захват, и Коля ловко вывернувшись, кинулся на Серого.

«Может хоть раз получится достать?!» — мелькнула мысль перед ухмыляющейся рожей Серого.

Однако, как и ожидалось, это была спланированная провокация, а потому… тот легко ушел в сторону. Коле дали по ногам и тот рухнул на землю.

Толпа накинулась, как стая шакалов. И на этот раз… он как следует «прочувствовал» пинки этих ублюдков. Увы, его способность не была панацеей, и при сильных эмоциях выпадал из «транса»…

Эти уроды, как следует отошлись на нем. Он вынужден был глотать пыль, свернувшись в калачик. Участие приняли все шестерки Серого, с удовольствием полируя ботинки о его рожу, и даже гламурная фифа Чика — новая девка Серого, не побрезговала с широкой улыбкой на лице придавить его каблучком.

Ей Коля в ответ подарил незабываемый «взгляд», от чего та слегка шарахнулась. Еще одно имя попало в его личный «список».

Ну а дальше оставалось лишь терпеть. Он не знал, сколько это длилось, минуту, две или больше… когда тебя пинают толпой, время, как назло, течет медленно. Так продолжалось, пока в стороне не раздался крик. Только тогда удары прекратились.

— Черт, на самом интересном… повезло тебе, сучара! — чертыхнулся Серый, — Но запомни, сейчас была лишь разминка. Увидимся на выпускном!

Серый подарил «пинок на прощанье» и толпа скрылась за углом школьного здания.

* * *

Коля мог лишь протяжно выдохнуть, фокусируясь на ощущениях. Тело не спешило приходить в порядок. Неслабо его так отделали. Черт, как же он задолбался терпеть подобное дерьмо… Но ничего, и его время придет. И тогда он все припомнит…

Над ухом раздался стук каблуков, а следом и знакомый голос.

— Боже, Коля! Что с тобой?! Держись! — голос был женский, даже чуть детский.

В тот же миг Коля внутренне застонал. Беда не приходит одна, так ведь говорят? Как же идеально походила эта фраза сейчас. Он не мог не узнать этот голос — голос их «классной», Марины Алексеевны.

— Давай вставай, тебе срочно надо в медпункт! — она схватила его за локоть и потянула на себя, стремясь поставить на ноги.

Это давалось ей с большим трудом, что не удивительно, учитывая ее миниатюрную комплекцию — она была той еще малявкой, даже меньше Коли. Но каким-то чудом ей удалось поддержать его, и они направились в медпункт.

В кабинете никого не было, что не удивительно, учебный год уже закончился, на дворе середина июня. Училка усадила его на одну из коек, после порылась по полкам и нашла аптечку. Заставила стянуть рубашку и стала осматривать:

— Боже, Коля, какой кошмар! Как ты вообще можешь передвигаться с такими травмами! — ужаснулась она.

И не просто так. Посмотреть было на что. Весь торс был — практически один большой синяк. Ссадины и ушибы были везде, где только можно, хорошо, что кости вроде целы — нехило его так отпинали. Увы, так называемая «способность» только подавляла боль, но само тело от этого здоровей не становилось.

Она принялась обрабатывать травмы.

Коле до сих пор было сложно поверить, что личность перед ним — их классный руководитель, Марина Алексеевна. В чем проблема, спросите вы? Да в том, что фактически ей около 25 лет, но вот ростом не дотягивала и до полутора метров, отчего ее легко можно перепутать даже с шестиклашками в столовой (Что на самом деле случалось пару раз, и как итог виновникам оставалось только прятаться по туалетам от последствий).

Но будто этого мало, эта псевдо-лоля заплетает свои длиннющие черные волосы, достающие почти до пят, в две косички, что делает ее копией персонажа каких-нибудь китайских порно-мультиков. Или японских? Второе, пожалуй, будет ближе, ведь она сама наполовину японка. Из-за этого к ней даже обращаются на японский манер — «Сэнсэй» или «Мари-тян» (прямо как к детям в Японии).

Коля съел таблетки, болеутоляющее потихоньку начинало действовать, тело расслабилось. Маленькие пальцы училки осторожно продолжали перевязку.

— Это ведь были Сергей с ребятами, да? — Мари-тян вдруг задала вопрос серьезным голосом.

Коля ничего не ответил. А что говорить? Все и так очевидно.

— Да сколько можно… — поникла училка. — Весь последний год только это и происходит! Так не должно быть! Школа не должна быть такой! В школе ты находишь друзей, веселишься, изучаешь новое… но у вас все наперекосяк! Когда это закончится?!

Коля насмешливо взглянул на нее.

— А все уже закончилось, Марина Алексеевна. Выпускной уже, вот получу аттестат и все… Не поздновато ли вы спохватились?

Она нахмурилась.

— Наладить отношения, подружиться с кем-то — никогда не поздно!

У Коли скептически выгнулась бровь.

— Л-ладно, может не друзьями… — она смутилась, — но уж врагами точно нельзя расставиться! Школа и одноклассники очень многое значат в жизни. Вам надо хотя бы забыть былые обиды и разойтись миром!

Коля тяжело вздохнул и отвернулся. Ну да, а чего он еще ожидал? Она ведь всегда была… такой.

— Сэнсэй, давайте вы будете байки о «друзьях-товарищах», рассказывать кому-нибудь еще. Вы и так прекрасно в курсе наших великолепных «отношений». За последний год вы сами могли в этом убедится… поэтому увольте.

Он посмотрел на нее с вызовом, отчего она дрогнула и отвела взгляд.

Подобный разговор проходил далеко не впервые. С того самого случая, весь последний год новенькая училка старалась наладить внутри-классовые отношения. На удивление, у нее это и что-то получилось, а ведь их класс не зря называли «проблемным». Но оставалась проблема… Коля был единственным «недостающим элементом» — последней нерешаемой проблемой.

С той самой истории с Серым год назад, отношения с одноклассниками кардинально изменились. Да уж, это был самый настоящий «поворотный момент» в его жизни.

Кого-то это могло бы тяготить, но Коле было плевать. Он уже давно для себя все решил, и сейчас имел совсем иные цели и мотивы, никак не связанные с толпой придурков-одноклассников. Так что ее «забота» теперь нафиг не сдалась. Но училка была упертая, все не сдавалась. Даже сейчас… на выпускном.

Травмы она уже закончила обрабатывать, так что Коля решил валить. Он поднялся. Точнее попытался…

— Коля, ну пожалуйста, прислушайся к сэнсэю хоть раз… — внезапно училка вцепилась в него.

Ее взгляд выражал вселенскую скорбь, прямо как у котенка, брошенного на дороге. Она плотно прижалась к руке, отчего ее приличная грудь, размера так третьего (пожалуй, единственное, что было у нее «взрослое»), едва не выскользнула из декольте. Хотел Коля того или нет, но взгляд автоматически прилип к этой занимательной картине на пару мгновений. А училка, вовсю пользуясь преимуществами своих «природных орудий», мгновенно перехватила инициативу!

— Хи-хи… — донесся смешок на ухо, — Куда это ты уставился, Коля? Ученик не должен смотреть такими глазами на учителя. — Голос задорно зазвенел колокольчиком, а к левой руке плотнее прижались внушительные полусферы. — Но ничего, Коля, сэнсэй все понимает, ты ведь тоже мальчик, как раз в «этом» возрасте ~…

Женским вниманием Коляне был балован. Последние годы так вообще приходилось буквально выживать, совсем не до того было, а потому «сопротивление» к такому виду «атаки» было на очень низком уровне.

Он рефлекторно попытался отстраниться, но это лишь раззадорило училку.

— Знаешь, Коля, — ее шепот в ухо показался неимоверно горячим. — А ведь кроме нас здесь никого нет. Пустой кабинет, учитель и ученик, чем не сюжетик? Не такое ли любят мальчики твоего возраста? И если ты кое-что пообещаешь сэнсэю, то может быть…

Эти слова стали последней каплей. В голове что-то перемкнуло.

«А почему бы и нет? Какого я вообще сдерживаюсь?»

— Ауч! Вай! — училка удивленно пискнула.

И не спроста. Ведь рука Коли внезапно метнулась и вцепилась в одно из полушарий. Он почувствовал непривычное чувство мягкости, и оно ему понравилось.

«Она же сама лезет, верно? Пока не ясно чего она этим добивается, но… почему бы и нет?».

Училка, ошеломленная его напором, превратилась в камень. Кажется даже дышать стала через раз, сидит, как шест проглотила — ну прямо сжавшийся в пружину хомячок.

Но его мало волновала ее реакция. Он сосредоточился на внушительных, пахнущих дынями (это шампунь у нее такой?) полусферах. Правая рука продолжала мять грудь, а левая метнулась и схватила за подбородок. Он приподнял его, их взгляды встретились. Из нее вырвался писк, за которым с трудом можно было распознать слова:

— Н-нет! К-Коля… — ее голос задрожал, даже капельки влаги появились в глазах. — … учитель и ученик не должны…

«Что это с ней? Сама провоцировала. Вот пусть и не жалуется!»

Он потянулся к ее губам. Это стало последней каплей.

— Н-Н-НЕТ! — Она «взорвалась» и подлетела на месте. Безобидный хомячок внезапно превратился в гориллу.

Коля почувствовал, как его руку, мявшую грудь, зажало. Он потерял равновесие, и мир вокруг завертелся. Мгновение, и вот он уже лежит мордой на полу в неестественной позе, с вывернутой рукой и училкой на спине.