Серый Человек. Цель обнаружена

– Я не знаю такого места. Вот рынок. Хотите выпить? Там много лавок с содовой, есть хороший чай.

– Мне не нужна долбаная содовая. Мне нужна штаб-квартира НСБ. Просто доставь меня куда-нибудь рядом. Покажи, куда идти, и дальше я пойду пешком.

Корт достал еще несколько мятых банкнот. В свете витрины, питающейся грохочущим и дымящим бензогенератором, он заглянул в округлившиеся глаза водителя. Тот медленно кивнул и посмотрел на деньги, потом на безумного американца.

– Я высажу вас за два квартала. Возле футбольного стадиона.

– Стадион находится в двух кварталах от Призрачного Дома?

– Да, – водитель кивнул. Корт ощущал нервное напряжение и был уверен, что человек говорит правду.

– Хорошо. Дам больше денег, если поедешь быстрее.

В этот момент Джентри услышал шум в небе. Он сразу понял, что это; даже не нужно было смотреть. Но он все-таки поднял голову и увидел силуэт «ИЛ-76МФ», поднимавшийся в звездное небо.

– Гребаные русские, – проворчал он, хотя и не мог винить их.

Корт почувствовал себя невероятно одиноким, но сейчас не было времени думать об этом. Ему был нужен план.

Они снова влились в вечерний транспортный поток и почти сразу попали в пробку. Гудок водителя Корта потерялся в дружном напеве более громких автомобильных гудков. Ослиная тележка справа от рикши продвинулась вперед на несколько футов, и Корт заметил в просвете грунтовую тропу, идущую рядом с дорогой. Там, при свете единственной лампочки, сидел мужчина на перевернутом металлическом ведре. Рядом с ним находился контейнер размером с магазинный пивной бочонок, с резиновым шлангом, закрепленным сверху и обернутым сбоку. Надпись на выставленной впереди деревянной рукописной табличке на арабском и английском языке гласила: «Бензин». Мужчина набирал пальцами горсти риса из плошки и отправлял в рот.

Джентри тут же наклонился вперед, протянул руку и выдернул ключ из замка зажигания под носом у водителя.

– Я сейчас вернусь, – сказал он и не обратил внимания на крики, полетевшие ему в спину, когда он устремился через улицу к продавцу бензина.

На ходу Корт поспешно вытащил бумажник, достал еще одну порцию замусоленных суданских фунтов и протянул их продавцу. Пожилой мужчина кивнул, быстро встал и с любопытством посмотрел на иностранца. Корт не понял в чем дело; он сказал «Бензин!» и указал на бочонок. Позади раздавалось гудение автомобилей и мотоциклов, а люди на лошадях и мулах гневно кричали на моторикшу, застрявшего посреди улицы. Корт снова крикнул «Бензин!» и только потом сообразил, что продавец не понимает, куда нужно наливать. Мгновенно оценив ситуацию, он протянул продавцу еще одну бумажку и указал на ведро, на котором тот сидел. Корт сам взял ведро и перевернул его; оно вмещало около двух галлонов. Продавец посмотрел на него как на сумасшедшего, но тем не менее сделал подсос из шланга и пустил струю в жестяное ведро.

Понадобилось полторы минуты, чтобы наполнить ведро, и когда Корт вернулся к водителю рикши, он явно был самым ненавистным человеком в Эль-Фашире. Его встретил дружный хор гудков. Он протянул ключи водителю, который продолжал всячески ругать его, пока заводил двигатель. Корт поставил ведро на пол и закрепил его между ногами. Потом достал еще пачку денег из бумажника протянул руку и помахал ею перед рассерженным дарфурцем. Тот замолчал и потянулся к деньгам, но Корт отдернул руку и похлопал водителя по спине:

– Скоро, друг мой!

Водитель поехал вперед. Тем временем Корт открыл бутылку с водой, стоявшую напротив. Даже в скудном освещении из окон домов и фар проезжавших автомобилей он видел густой черный осадок на дне. Пить такую воду означало почти наверняка заразиться дизентерией, но Корт не собирался пить ее. Вместо этого он как следует облился водой, включая руки, волосы, лицо и одежду.

Водитель оглянулся через плечо на это удивительное действо, но Корт жестом велел ему смотреть вперед и вести машину.

Вскоре дарфурец остановился возле большого, но старого футбольного стадиона. Он указал на оживленный перекресток впереди и жестами показал, что тюрьма находится слева. Потом он повернулся на сиденье и протянул руку за деньгами. Корт отдал суданские фунты, которые держал в руке, и поглубже залез в свой бумажник. Теперь американец вытащил тонкую пачку купюр другого цвета, но любой суданец мог узнать евро, когда видел их. Водитель медленно кивнул и стал более серьезным, когда увидел, сколько ему дали. Он сообразил, что за четыреста евро можно купить абсолютно новый комплект для моторикши, и невольно сглотнул.

Ему понадобилось еще несколько секунд, чтобы понять, что именно этот кавага предлагает ему сделать. Когда водитель взял деньги, мокрый белый человек с жестяным ведром бензина выбрался наружу, расстегнул свой комбинезон, разделся до мокрых шортов и футболки и протянул комбинезон водителю. Тому не понадобилось много времени, чтобы понять, что ему предлагают – нет, его заставляют – поменяться одеждой с белым незнакомцем. Он неохотно выбрался из машины и стал раздеваться прямо на обочине. Прохожие останавливались и смотрели на них. Кавага облачился в белую тунику и коричневые штаны, положил в карман отвертку и фальшфейер, потуже застегнул кожаный ремень, а потом снял тюрбан с головы дарфурца и обмотал себе лицо и голову, превратив их в белую маску. Не сказав ни слова, иностранец снял крышку с бензобака мотоскутера и бросил ее на дорогу. Потом торопливо уселся за руль и плотно зажал ведро между коленями. Он открыл еще одну бутылку воды и облил свою новую одежду, а потом дал газу, и ржавая красная машина с кряхтением влилась в поток уличного движения.

Дарфурский водитель стоял на обочине под уличным фонарем рядом с футбольным стадионом, и чесал затылок, пока вокруг него собиралась любопытная толпа.

* * *

Корт надеялся, что он не опоздал. Когда Элен Уолш доставят в Призрачный Дом, даже попытка спасти ее станет самоубийством и никак ей не поможет. Ему нужно было что-то сделать, прежде чем автомобиль НСБ достигнет своей цели.

Впереди у перекрестка он увидел очередную пробку, состоявшую из битых автомобилей, тягловых животных, запряженных в деревянные или ржавые железные телеги, и машин неправительственных организаций. Он повернул руль влево, подскочил на низком бордюре и поехал прямо среди людей, возвращавшихся с работы или совершавших вечернюю прогулку. Люди в белых тюрбанах разбегались или отпрыгивали в стороны, словно опасаясь за свою жизнь, но на такой скорости моторикша мог лишь наставить синяков неосторожному пешеходу.

Корт пытался представить, что его ждет впереди, так как не имел представления, что на самом деле увидит за угол. Но ему уже не раз приходилось видеть штаб-квартиры тайной полиции по всему третьему миру, в бывших колониальных странах. Это будет низкое прямоугольное здание, окруженное защитной стеной, с передними воротами, сторожевой будкой и каким-нибудь движущимся барьером. В таких местах нередко можно было увидеть пулеметы, закрепленные среди мешков с песком, или даже бронемашину во дворе.

Лучше бы эта проклятая следовательница оценила, что делаю, подумал он, но потом вспомнил, что если бы не его собственное вмешательство, она бы не оказалась в том бедственном положении, из которого он теперь собирался вытащить ее.

Корт подъехал к повороту налево, оставив за спиной новые крики и сигналы гудков. Он слишком круто вошел в поворот, и левое заднее колесо маленькой машины на несколько секунд оторвалось от земли, прежде чем грохнуться на пыльную мостовую, отчего кабина завибрировала с пронзительным скрипом. Бензин выплеснулся на штанину, но ему удалось спасти восемьдесят процентов содержимого, скомпенсировав толчок поднятым коленом другой ноги.

Призрачный Дом находился впереди и справа от него. Стена оказалась ниже, а само здание выше и наряднее, чем он ожидал. Ворота с будкой охранника находились на ближней стороне дороги, а на дальней стороне виднелось что-то вроде бункера с жестяной крышей.

Автомобиль НСБ собирался повернуть направо с перекрестка перед ним, недалеко от входа в Призрачный Дом.

Проклятье, подумал Корт. Я не успею.

Тем не менее он выровнял маленькое такси и тронулся вперед, надеясь вопреки всему, что какая-то неожиданность замедлит движение полицейского седана.

Ослик с тележкой, нагруженной пластиковыми канистрами для воды, вышел на перекресток перед автомобилем НСБ, заставив его притормозить и дать гудок. Машина находилась в двадцати пяти ярдах от входа в Призрачный Дом, и Корт понял, что это его шанс. Он должен был добраться до седана, хотя шансы на успех его плана оставались ничтожными. Он схватил ведро с бензином за ржавую ручку, дал полный газ и помчался к неподвижному автомобилю. Как раз в тот момент, когда ослиная тележка укатилась с пути и седан двинулся вперед, Джентри отпустил ручки руля, повернулся на сиденье и спрыгнул на мостовую. Его мотнуло вперед, он расплескал еще немного бензина, но удержался на ногах и побежал к гудящему и вопящему затору.

Мотоскутер со скрежетом врезался в переднюю пассажирскую дверь автомобиля НСБ на скорости двадцать миль в час и толкнул его на деревянную телегу впереди.

Глава 20

Машины вокруг раздраженно гудели, досадуя на неизбежную задержку. Животные ревели и блеяли, напуганные шумом столкновения и пронзительных гудков.

Автомобиль НСБ остановился посередине перекрестка; его фары высвечивали пар, вырывавшийся из решетки радиатора. Трехколесный мотоскутер отскочил и завалился набок на улице. Бензин вытекал на мостовую из его открытого бензобака.

Корт оказался у пассажирской двери в тот момент, когда наполовину оглушенный командир НСБ распахнул ее ударом ноги. Джентри ухватил маленького очкарика за шиворот, отволок на пару шагов и отпустил, а потом поднял ведро обеими руками и окатил его бензином с ног до головы.

Двое солдат выскочили с заднего сиденья, а водитель начал медленно выходить со своей стороны, когда Корт выхватил фальшфейер, свернул крышку и дернул запальное кольцо. Последовал небольшой взрыв огня и искр. Он держал фальшфейер в левой руке подальше от тела, а правой рукой подтянул командира НСБ и взял его в удушающий захват.

Солдаты из автомобиля подняли винтовки и заорали на него.

Младший офицер НСБ обошел вокруг автомобиля, держа пистолет обеими руками и целясь ему в голову, и закричал на него.

Трое охранников из Призрачного Дома, которые приближались к месту аварии с автоматами на плечах, что-то вопили ему.

Корт стоял в центре перекрестка, обхватив командира за шею.

– Если потянешься за пушкой, я сожгу тебя, – прошептал он на ухо суданцу.

Тот ничего не ответил, но свесил руки по бокам, подальше от поясной кобуры под пиджаком.

Корт поднес искрящий фальшфейер ближе к нему и резко отдернул назад.

– Если они застрелят меня, я уроню это. Если я уроню это, ты сгоришь. Понятно?

Тот понял. Он поднял руки и закричал в хаос, царивший вокруг. Корт узнал суданский вариант арабского языка.

– Опустите оружие! Положите оружие! Не стреляйте!

Никто не опустил оружие, но никто и не выстрелил. Корт продолжал мотать тщедушного командира НСБ налево и направо, стараясь сделать себя подвижной мишенью, чтобы какой-нибудь снайпер на крыше здания НСБ или чересчур рьяный охранник или полицейский дважды подумал, прежде чем нажать на спусковой крючок. Пока он занимался этим, продолжая удерживать фальшфейер в опасной близости от командира тайной полиции, то быстро взглянул на заднее сиденье черного седана. Элен Уолш не двинулась с места. Она смотрела на него широко распахнутыми глазами.

– Вы в порядке? – спросил он. Он быстро двинулся к другой стороне автомобиля, по-прежнему стараясь остудить головы ретивым стрелкам.

– Вы в порядке? – повторил он. Она отрешенно кивнула, и он забеспокоился, что она впала в ступор. – Слушайте внимательно! Садитесь на место водителя! Скорей, сейчас же! Возьмите себя в руки!

Корт прошагал на несколько футов взад и вперед. Пригнулся, едва не повалив командира НСБ на мостовую. Автомобильные гудки, крики, рев и блеянье животных раздававшиеся с трех сторон перекрестка, стали еще громче. Корт понимал, что фальшфейер будет гореть еще не дольше минуты. Через шестьдесят секунд ему предстояло либо убежать отсюда, либо все поджечь.

Он предпочитал первое.

Элен наконец соскользнула с заднего сиденья. Он беспощадно кричал и матерился, чтобы сосредоточить ее и вернуть к действительности. Нужно было убедить ее в реальности угрозы жизни и в том, что только он мог спасти ее.

– Правильно, – он заговорил спокойнее, когда она уселась за руль. – Все хорошо. Посмотрите, можно ли запустить двигатель.

Второй человек из НСБ, сопровождавший Элен от аэропорта, медленно отступил от автомобиля и передвинулся влево от Корта. Джентри беспокоился, что он собирается выстрелить, сначала отодвинувшись подальше от огненного шара, который неизбежно последует за выстрелом. Разумеется, его босс погибнет, но Джентри догадывался, что он был следующим в очереди на повышение и увидел возможность создать для себя вакантное место.

За его спиной появились несколько миротворцев Африканского Союза, попрыгавших с БМП. Они демонстративно, но осторожно начали махать винтовками, не понимая происходящего, но исполненные уверенности, что они никому не позволят стрелять в их сторону без уничтожающего ответного огня.

Превосходно. Теперь на Джентри было направлено двадцать пять стволов, и он не сомневался, что подавляющее большинство людей, целившихся в него, не дали бы и ломаного гроша за единственного заложника, который сгорит заживо.

Пора!

Элен завела автомобиль, а Корт оттолкнул своего пленника на несколько футов в сторону и велел ей двигаться вперед рядом с ним. Она отвела седан от ослиной тележки, а задний бампер задел остатки моторикши, прежде чем она переключилась на переднюю передачу. Джентри отпустил шею офицера, но продолжал махать фальшфейером рядом с его телом, а затем потянулся и выдернул пистолет из поясной кобуры. Он направил пистолет на другого сотрудника НСБ, который, похоже, передумал открывать огонь. Любой выстрел из этой толпы вооруженных людей мог устроить огненный ад на перекрестке и привести к неуправляемой перестрелке со всех сторон. Вероятно, другой человек из НСБ пришел к выводу, что миротворцы за его спиной будут готовы стереть с лица земли все живое перед собой, если он выстрелит в белого человека.

Пока Элен ехала рядом с ним, он велел ей медленно двигаться вперед. Потом отступил в сторону и отошел от наполовину распахнутой задней двери. Он оставил командира НСБ на перекрестке возле разбитого мотоскутера и сломанной повозки, не считая другого транспорта, напиравшего с трех сторон. Держа пистолет в правой руке, Корт размахнулся левой рукой и отправил остатки горящего фальшфейера широким броском через голову полицейского в лужу бензина, разлитую на улице возле протекающего бензобака. Потом опустился на корточки и выпустил по одной пуле в грудь каждого из оперативников НСБ. Развернулся в полуприседе, побежал и заскочил на заднее сиденье автомобиля.

– Давай, давай, давай! – крикнул он.

Перекресток взорвался, выбросив языки пламени и клубы дыма. Ударная волна была ощутима даже через открытую дверь автомобиля.

Элен Уолш резко нажала на педаль газа, и машина рванулась на север.

Никто не стрелял в них, через сорок метров они повернули и оказались в темном переулке, а в небе за ними поднимался огненный шар.

* * *

– Куда мы едем?

Член команды русского военно-транспортного самолета, который явно не был русским, сидел на заднем сиденье автомобиля, пока Элен ехала по узким, перегруженным улочкам мимо серых домов с жестяными крышами и бурых глинобитных стен, расходившихся в разные стороны. Она проезжала перекресток за перекрестком, иногда разгоняясь до сорока километров в час, но часто замедляясь до черепашьего шага, чтобы пропустить стадо коров или овец либо обогнуть сломанную повозку.

– Куда мне ехать? – кричала она в таких случаях, но человек позади как будто не обращал на нее внимания.

Наконец он ответил, и голос его был более мягким, чем там, на перекрестке.

– Просто двигайтесь вперед. У вас отлично получается.

Да, признала она, у меня отлично получается. Она ни разу в жизни не испытывала душевного потрясения и теперь сохраняла это странное присутствие духа и ощущение спокойствия.

– Вы там никого не убили, нет? – спросила Элен. В отличие от состояния духа, ее голос был ломким и смущенным, пока она справлялась с чувствами, готовыми прорваться в любую секунду.

– Конечно, нет. Выпустил пару предупредительных выстрелов. Мне нужно было задержать их, пока мы не сможем оторваться.

Она поверила. Судя по его голосу и действиям, он не был человеком, который привык убивать.

– Куда мы направляемся?

– Пока нет определенного места. В эту сторону.

– Кто вы?

– Не сейчас, – только и ответил он.

– Вы не русский, – сказала она, глядя на него в зеркало заднего вида.

– Вы это вычислили? Ах да, вы же следователь по особым поручениям, – отозвался он, и Элен не смогла понять, съязвил ли он весело или со злостью.

– Американец? – она поняла это по его выговору.

– Не сейчас, – повторил он.

Еще полчаса они ехали на север и почти не говорили друг с другом. Американец что-то пробормотал о необходимости поменять автомобиль, но не давал ей остановиться, как будто не мог задержаться в городе хотя бы на несколько минут, чтобы найти новое транспортное средство. Он оставался на заднем сиденье. Сначала она думала, что он остался там, чтобы присматривать в зеркало заднего вида за возможной слежкой, но после нескольких быстрых взглядов назад убедилась в том, что он сидит в темноте и поглядывает по сторонам, как будто не знает, что делать дальше. Он выглядел очень решительным с пистолетом и фальшфейером, когда кричал на маленького мужчину, которого держал в захвате. Но теперь ее беспокоило, что он исчерпал запас сил – физических или эмоциональных – и ей придется самой принимать решения.

– Мне нужно добраться до телефона, – сказала она. – Позвонить людям, которые смогут помочь.

– Никак нет, – ровно ответил он. – Поезжайте дальше.

Его голос неожиданно окреп.

– Скоро мы окажемся в пустыне.

– Не в пустыне. В Сахеле.

Она оглянулась на него.

– Где?

– Это кустарниковая зона между саванной на юге и пустыней на севере. Редконаселенная, жарко, как в пустыне, но не совсем так. Пустыня начинается в сотне миль к северу отсюда.

– Ладно. Как бы там ни было с географией, нам в самом деле нужно убраться отсюда?

– Да.

– Но там не будет телефонов.

– Нет, – согласился он. – Пока что нам придется сойти с радаров. Потом мы отыщем путь в надежное место. НСБ откроет охоту на нас. Они будут прослушивать телефонные линии и поднимут в воздух вертолеты; они наводнят шпионами улицы, рынки и гостиницы Эль-Фашира. Нам нужно выбраться в чистое поле. Проведем ночь под открытым небом, а потом направимся в один из лагерей для перемещенных лиц под эгидой ООН.

– У меня нет полномочий для прохода туда, – возразила она.

– У вас не было полномочий для ареста русских поставщиков оружия, однако вы попытались это сделать.

Она покачала головой.

– О чем я только думала?