Агентство Околунных Дел 2

Агентство Околунных Дел 2 — Чинара

Глава 1. В Логове Мышиного короля

Прэми Лэ…

Я справлюсь… обязательно справлюсь… да, обязательно добегу… тут без вариантов… ты либо успеешь…, либо… ты чей-то ужин…

Дракон, чьи вцепившиеся в мое плечо коготки придают ускорение, взлетает, и я, поддавшись глупому порыву несвоевременного любопытства, кидаю короткий и торопливый взгляд за спину

«Не отвлекайся! Беги!»

Но глаза успевают заметить всю омерзительную картину, возвышающуюся позади меня … Мышей, злых, шипящих, готовых накинуться на тебя в ту же секунду, становится все больше. Они вылезают из всех возможных щелей и с мерзким звуком присоединяются к основной стае…

Мой спутник обжигает их пламенем и те, кого коснулись языки огня, пищат от боли и негодования, некоторые падают без движения, но их собратья пробираются сквозь их тела и злятся сильнее прежнего…

Ещё один пролёт лестницы

Второй…

Третий…

Давай, давай же…

«Может стоит начать их будить? — нервно обращаюсь к дракону.

Лучше на крыше! — уверенно отвечает Фей.»

Мелкие уродцы мчаться за мной безумной разъярённой волной, забираются друг на друга, пытаясь дотянуться до меня изворотливостью и хитростью.

Какой-то гаденыш умудряется прыгнуть на моего дракона, но получает порцию славного огня. Так тебе зараза! Вздумал кидаться на моего Фея!

Люк на крышу открыт. Я заранее приготовила его ещё в прошлый свой приход. Надо только толкнуть сильнее, вот так…

А вот теперь точно пора, просыпайтесь, просыпайтесь…

Давайте…

Я совсем немного посыпала вас сонным зельем, вы должны сразу среагировать при малейшем моем зове.

Крылья на моей обуви начинают медленно шелестеть, а до слуха долетают сладкие зевки. И левый, как и всегда после сна, уходит в минуты безумства и трепыхания, отказываясь ждать своего правого брата и пытаясь немного полетать в одиночку, всячески хвастаясь передо мной — смотри как я умею! А еще вот так, поворотами, пиу!

Чуть встряхиваю ногу, на которой играется непослушная обувь и назидательно произношу:

— Имей терпение, Дзах!

— Пфффф, — сразу же получаю недовольство в ответ от вздорного ботинка, но, несмотря на это, его серые крылышки немного успокаиваются.

Останавливаюсь, не доходя до края.

Да, расстояние больше, чем между домами, где мы тренировались с ребятами, но… Сзади уже выползают крысы, бесчисленные и свирепые, с озлобленными оскалами, готовые наброситься… они собираются вместе, объединяются и группируются, превращаясь в огромное, скверное и безобразное месиво…

«Сейчас! — повелительно командует голос дракона в моем сознании»

Крысиная лавина обрушивается на меня, но я, что есть силы, разбегаюсь и прыгаю. Делаю пару шагов в воздухе и приземляюсь на крышу соседнего дома. Сердце бешено колотиться, но времени на успокоительные настойки у меня нет. Разбегаюсь вновь, и, оборачиваясь, вижу, как крысы, серым свирепым водопадом падают вниз, не долетая до своей цели.

Я прыгаю ещё на одну крышу, потом ещё и ещё. Моя обувь радостно шагает со мной в воздухе, наслаждаясь возможностью полета.

Наконец, оказавшись достаточно далеко, позволяю себе немного успокоиться и перевести дыхание.

*

К ожидающим меня ребятам, я спрыгиваю с красной черепичной крыши и проделываю это, на мой взгляд, достаточно эффектно. Подходя к напарникам по «краже», поднимаю руку и демонстрируя сверкающую цепь Ялка.

Глава нашей тройки награждает меня теплой улыбкой и кивком, хотя в его глазах я читаю беспокойство.

«Ему совсем не нравилась твоя идея. — хмыкает Фей.

— Знаю. Но он в меня поверил.

— Ты была очень убедительна. — иронизирует дракона, заставляя мои щеки вспыхнуть».

— Сегодня же отправлю Лиаму отчет о наших удивительных приключениях в Мышином городе. — довольно заключает наш третий околунный агент — Джорджи. — А теперь давайте, пожалуйста, сматываться.

Глава 2. Дорога и продолжение истории Джорджи

Два года назад

Всю дорогу обратно ребята предпринимали неуверенные и короткие попытки вывести меня из состояния меланхолии, опустившейся вначале мне на плечи, а затем и вовсе плотно ворвавшейся внутрь.

Фей, устроившись на моих коленях, сладко спал.

Нил, сидевший напротив, наблюдал за дорогой. Кажущееся на первый взгляд спокойствие его лица было обманчивым. Это выдавали и хмурые глаза, и пальцы, время от времени сжимавшиеся в кулаки. Если же я ловила на себе его взгляд, мой друг преображался, в одну секунду складки дум покидали его и меня одаривали самой теплой улыбкой. Но память, не успевшая стереть воспоминание о том, как руки околунного вливали в меня мерзкое противоядие, живо представляла перед глазами неприятную картину, отчего я хмурилась и немедленно отворачивалась, бесцельно впиваясь в проносившийся мимо пейзаж. Наблюдая за зелеными лугами или озерными краями.

Джорджи совершал более героические попытки, не ограничиваясь неуверенными взглядами и улыбочками. Узнав, что я так и не дочитала его письмо, околунный выразил высшую степень оскорбления. Но его трагедия быстро сменилась радостью, ввиду открывшейся возможности подробно описать все приключившиеся с ним события. Поэтому почти всю оставшуюся нам обратную половину пути мы с Нилом, немного повеселевшим и расслабившимся от красочного рассказа Джорджи, слушали о маневренности и хитрости нашего околунного друга, сумевшего обмануть паучиху и спасти Арсина, друга мистера Бринжки, который был обнаружен обмотанным в прочную паутину — для дальнейшего маринования.

— Пела она мне на уши знатно, — кичился Джорджи, — Каких только волшебных сил и искристых утех не обещала. Но в ней было до боли много яда и злости, иначе колыхалась бы во мне мысль пожалеть, да не рубить… — пройдясь рукой по волосам, он встряхнул черными кудрями. — А хозяин по глупости полюбил ее, при этом терзал его душу страх быть однажды съеденным, отчего закрывал он глаза на ее … кхм… трапезы. Паучиха выбирала тех, кто прибыл откуда-то издалека или намеревался уехать в чужие края, да надолго. Одного маринованного тела ей вполне хватило бы на месяц два или три, но жадность… жадность карает созданий…

— Ты лучше про награды свои расскажи, — вступил в разговор Нил.

— Поведаю, конечно. Ведь и нашей красавице послал дар, да не глянула она. Да, именно тебе, красота моя. Ты же, как птичка, помогаешь мне в заданиях. Лучшая напарница, Эйрин!

— Я волшебная птичка, — злость немного ушла, и я искренне улыбнулась. — Из твоих трех-томовых отчетов составляю краткий и четкий обзор. — скрестила руки на груди. — Так что за дар?

— Арсин с Бринжкой были до того мне благодарны, что помимо золота еще и товары свои в дар отдали. Три пары высококачественной обуви! — он поднял вверх ногу, поворачивая носок то влево, то вправо, давая нам возможность разглядеть бахрому.

«Помню же, что он их не покупал, — произнес Фей»

— А одна пара оказалась волшебной, — улыбнулся мне Нил, и я ответила ему тем же, но, спохватившись, отвернулась.

— Ты спешишь, друг мой, — повернулся в сторону околунного Джорджи, — Упуская интересные детали. Арсин спросил, нет ли у меня возлюбленной, кому я желал бы преподнести подарок. Ибо есть у него пара особая, но лишь для женской ноги подходящая. Мужские ноги воспринимать отказывается, только кусает и скидывает.

— И что ты ответил? — в голосе Нила просквозил еле уловимый холод.

— Нет, — примирительно посмотрел Джорджи, — Сердце мое целиком отдано расследованиям и тайнам, не могу отыскать места для любви, но есть особа, она как сестра. И таким образом досталась мне интереснейшая модель. Маленькие, серенькие, они лежали в небольшой коробочке, привязанные ко дну, но стоило им почувствовать прикосновение, как они начали увеличиваться, брыкаться и отбиваться. Арсин пояснил, что лишь раз встречал мага-кочевника, подарившего ему эту пару, и купец несколько месяцев хранил эту удивительную обувь, надеясь продать однажды подороже, а теперь я спас ему жизнь, и ему не жалко с ними разлучиться. Они размера не имеют, принимают размер женской ноги. А в обычное время становятся маленькими, похожими на птичек.

— Обувь с крыльями?

— Летающая обувь, — пояснил Джорджи. — Не уверен, сможешь ли сразу в них взлетать, но мы поможем потренироваться.

— Мы непременно поможем. — подтвердил Нил, подчеркивая, что мы обязательно включало и его.

Глава 3. Два года назад. В Сытом Филине

Music: Jaleby Baby, Tasher, Jason Derulo

Праздник был в самом разгаре. Кошелек владельца Сытого Филина переживал в тот вечер хорошие позвякивающие золотом времена.

Иногда Фрэнк любил собрать всех околунных (ну или почти всех, так как некоторые все же были на очередном задании) и организовать для работников настоящее пиршество. Закрытое мероприятие только для своих. Например, в честь удачно раскрытого сложного дела (как, например, сегодня) или же отметить очередной год рождения агентства — только вот даты никогда не совпадали, что немного смущало, но никого и никогда не останавливало в желании праздновать.

Алкоголь и всякого рода дурманящие зелья не приветствовались в рядах околунных, поэтому никто не позволял себе лишнего ни во время работы (если подобного не требовала надетая роль) ни вне ее — исключения составляли совместные пиршества, на которых создания, изо дня в день доверяющие друг другу свои жизни, могли немного расслабиться и позволить себе, как говорила Сэльма: «славненько распоясаться».

Но кого я ни разу не видела пьяным — был Лиам. Он всегда следил и неустанно бдил.

*

Маленькие свече-фонарики были развешаны по всему периметру кабака, наполняя пространство уютом, а аромат мяса, душистых трав и печенных овощей вперемешку с крепким алкоголем и людским потом создавал причудливый и по странности приятный теплый букет.

— Наша отважная королева! — объявил Джорджи, поднимая меня на небольшую сцену. — Раскрыла опасное дело, и вы бы видели, как она отважно выхватила у меня лабрис и одним махом — напарник продемонстрировал, резко взмахнув рукой в воздухе, как можно отрубить нечисти голову. — Отправила демона в сумеречный путь!

— Требую отбор короля для прекрасной и смелой королевы! — крикнула раскрасневшаяся от нескольких коктейлей Сэльма.

— Читающая сны, как и всегда одарена интересными идеями. — тихо шепнули мне на ухо. Предложение моей светловолосой подруги определенно понравились Джорджи. Околунный кашлянул и громко обратился к залу, — Кто поборется за сердце нашей красавицы?

После раскрытых дел, собираясь на подобных попойках (давайте называть вещи своими именами), ребята устраивали викторины и конкурсы, перекликающиеся с произошедшей в расследовании историей, разбавляя их околунной щепоткой.

— Мне нужны только самые смелые ребята! — крикнул разливающийся в моем теле алкоголь, пока тело плавно покачивалось в такт музыке. В ответ послышался радостный и дружный гул.

— Не нужно отбора! — крикнул из другого конца Дилан. — Я на репетиции изображал наследника Лесолди, мне и быть королем!

— Чудно! Один кандидат у нас уже имеется! Осталось еще два свободных места!

— Джорджи, ты портишь нам отбор этим белобрысым, — запротестовала Сэльма, и Дилан, сощурив брови, помахал ей кулаком в ответ.

— Там же было четыре кандидатки? Почему мы только троих рассматриваем? — потянула, стоявшая близко к сцене Роуз.

— Одна из дам плохо закончила, — поморщился Джорджи, — Поэтому ее роль канет на дно Гипсин-океана. — зал дружно поддержал такой расклад.

— Я! — крикнул Дэрек и девушки завопили: «Ууууу!».

Дэрек был одним из самых высоких и плечистых наших агентов. Сильный боец, отбивающий у злостных неплательщиков деньги. В дальнейшем должники снова и снова приносили нам дары, хоть долг и был давно и полностью возвращен. Вот, что значит «верное применение дипломатического таланта», серьезно отмечал Лиам.

— Глаза мои полны радости! Два отборных околунных агента, а третий…

— Я! — раздался голос того, кто стоял около барной стойки.

— Друг мой, ты же слуга? — добродушно и иронично усмехнулся Джорджи.

— Намереваюсь совершить прорыв, несмотря на происхождение, — отпив из стакана, улыбнулся Нил.

— Если зрители не выступят против… — начал было ведущий, но околунные и не думали протестовать, они радостно взревели:

— Нила! Нила! Нила!

— Вторым заданием в отборе кандидаток для наследника эльфийского престола, как вам всем известно, следовал талант, в конкретном случае — пение. Но, позвольте вас заверить, голоса наших друзей, борющихся сейчас за роль короля, мне доводилось слышать вживую и, боюсь, уши наши прискорбно завянут раньше, чем они успеют закончить свои песни соблазнения для девы…

— Э! Я отлично пою! — смеясь, возмутился Дэрек. — Моя мать в восторге…

— Смею возразить, уважаемый околунный кандидат. — трагично покачал головой Джорджи, — Я как-то бывал у вас в гостях с гостинцем для твоей чуткой родительницы, заботящейся о чувствах своих бесталанных детей. И, видать, волшебные беруши оказались ей впору. — Дэрек метко кинул в нашего ведущего яблоком, но тот вовремя и необыкновенно ловко увернулся.

— Осторожнее! — возмутилась неудачному нападению. — Я стою рядом с Джорджи, между прочим.

— Эйр, да разве бы я промазал, когда на сцене ты… Я бы никогда не причинил тебе вреда. Как можно, когда именно я намереваюсь стать твоим королем!

— Попытки ублажить слух нашей королевы самоуверенными речами в очки не засчитаются. — Джорджи усмехнулся и хлопнул в ладоши. — Итак! Объявляется конкурс танца! Все три кандидата пригласят нашу блистательную Эйрин на один танец. Мы оценим их умения криками и хлопками, но именно королева вынесет окончательный вердикт! Первым честь танцевать с нашей сиятельной предоставляется Дилану, вторым испытать судьбу сможет Дэрек, а затем и слуга, проявивший желание выйти в сословие повыше, то есть наш дорогой Нил. Музыка для всех будет играть одна и та же, дабы условия оказались равными. Успехов, господа околунные!

И под радостное улюлюканье не трезвого, но крайне довольного хора началось необычное соревнование.

Дилан умудрился оттоптать мне почти все пальцы. Сразу. За несколько судьбоносных секунд дал мне абсолютную веру в поистине убийственные способности его метких ног. Теперь мне стало понятным, отчего он на каждой вечеринке злостно критикует других, но никогда не танцует сам. Все мои жалкие попытки помочь кавалеру оборачивались для меня еще большей катастрофой. Ребята вокруг дружно гудели и смеялись, а девушки открыто выражали свое сочувствие.

— Джорджи, немедленно дисквалифицируй мальчика с тетрадкой, иначе у нашей королевы обе ноги будут в крови! И эта кровь будет на твоей совести! — сострадательно кричала Сэльма.

— Оттащите его! У него что ни шаг, так точно в цель! Метко ходит по ногам бедняжки Эйрин! — возмущалась другая околунная, веснушчатая Риндис.

Белобрысый оказался настолько поглощен своими садистскими па ногами, что даже не слышал криков или же искренне воспринимал их в качестве одобрения, отчего радостно поднимал руки и хлопах сам себе. А я, уверенно отказавшись от мысли помочь своему горемычному партнеру, танцевала новый для себя танец, в котором основное правило гласило — убери вовремя свои ноги, если не желаешь вскорости начать хромать.

Джорджи, спасибо ему, мучал меня не долго и объявил о необходимости смены кандидата. В итоге, Сэльма и Риндис с силой оттащили от меня сопротивляющегося Дилана, а ему на замену пришел Дэрек.

Кажется, его я тоже никогда не видела особо увлекающимся танцами…

Сделав выводы на примере предыдущего участника, незаметно сделала два маленьких пятящихся шажка назад. Но у моего нового партнера имелись свои планы. Он широко улыбнулся, поклонился, а затем быстро сократил дистанцию между нами, схватил меня и одним мощным рывком посадил к себе на плечо. И таким образом, чуть покачиваясь из стороны в сторону — не пьяно, а вроде как танцуя — совершил со мной обход по залу. Я старалась, насколько это позволяла моя позиция, двигаться в такт высокому Дэреку и беречь голову от столкновения с потолком и свече-фонариками. Тактика околунного, не скрою, была интересной, но не отпускало ощущение пойманной добычи.

— Не слишком-то похоже на танец! — выкрикнул смельчак, оказавшийся возмущающимся Диланом.

— Лучше, чем твои оттаптывания ног бедной королевы. — ухмыльнулся второй претендент на звание короля. — Я же таким образом даю возможность очаровательным ножкам Эйрин отдохнуть. И танцую за нас двоих, как настоящий герой, заботящийся о благополучии прекрасной дамы! — меня одарили широкой улыбкой, а публика после произнесенных слов иначе расценила наш своеобразный танец, и я, между прочим, тоже. Очень мило подумать о моих ногах, переживших смертельный номер с Диланом.

— Время третьего участника! — объявил Джорджи, единственный, на кого, кажется, речь околунного не произвела должного впечатления.

Дэрек легко, словно невесомую пушинку опустил меня на землю, и, поблагодарив за танец, деликатно взял мои руки в свои и, наклонившись, едва уловимо поцеловал в пальцы.