Плюс-минус вечность

Она швырнула в меня моей рубашкой и брюками.

Через три минуты я очутился на лестничной клетке. Входная дверь за мной захлопнулась.

«Облом», – звенела в моей башке одна-единственная фраза.

Однако… В поведении обеих девушек явно крылась какая-то тайна… К тому же я понимал, что вряд ли скоро сумею забыть лицо Лены, ее большие глаза и мягкие губы…

На первом этаже не было консьержа, который смог бы застукать меня в противоправных действиях. Поэтому я без труда, одним мизинцем, вскрыл принадлежащий Елене почтовый ящик. В нем лежало письмо, адресованное г-же Е. Катеринчевой.

Итак, теперь я знал ее фамилию и адрес. И вкус ее губ. Хотя последнее с точки зрения частного сыска вряд ли может мне помочь.

…Назавтра из своего сыскного агентства я позвонил старой подружке Любочке из главного управления ГИБДД. Через пятнадцать минут та сообщила мне, что «Форд» с номером В 897 АР 177 принадлежит на правах совместной собственности некоему гражданину Станицыну Егору Еремеевичу, а также гражданке Станицыной Нелли Вениаминовне. Проживают оба в ближайшем Подмосковье: в поселке Никольское, на улице Зеленодольской, девять.

Не надо быть настоящим Шерлоком Холмсом, чтобы предположить, что Нелли Станицына – та самая блондинка в мини-юбке из метро, подружка моей Лены. А встречал ее на «Форде» супруг Егор Станицын.

Вкупе с формулой синильной кислоты и нервным вопросом Лены: «Тебя нанял ее муж?» – это создавало тревожную комбинацию (возможно, существующую только в моих мозгах).

Пока суд да дело – все равно другой работы у меня не было, – я решил побольше узнать о семействе Станицыных и Елене Катеринчевой, воспользовавшись Интернетом. Сеть, между прочим, в умелых руках – мощнейшее оружие для сбора информации. Спустя полчаса поисков мне удалось нарыть множество сведений об этой троице, которые, забегая вперед, скажу, представляли вчерашнее происшествие совсем в ином свете.

И тут в мою каморку заглянула Римка – мой верный рыженький секретарь.

– Паш, тебе звонят. Говорят, срочно.

– Кто?

– Сказали, хм, что «звонит его вчерашнее приключение».

Я немедленно взял трубку.

Голос Елены дрожал.

– Что случилось?

– Его отравили…

– Кого?

– Мужа Нелли. Егора. Нелли – та самая блондинка в метро…

– Я знаю, – прервал я ее.

– Павел! Я уверяю тебя: Нелли здесь ни при чем. Все, что ты видел вчера – полная туфта, блеф!.. И мы хотим – очень хотим! – нанять тебя, чтобы ты доказал ее невиновность. Она готова платить тебе любые деньги.

…Второй раз на протяжении одних суток мы встретились с «моим приключением» все у той же станции метро. Только теперь я был верхом на своей «восьмерке» – иначе трудновато нам пришлось бы добираться до поселка Никольское, где проживало семейство Станицыных (и где наверняка уже орудовали мои бывшие коллеги из милиции).

К дому Станицыных мы домчали за сорок минут. Мне было приятно находиться рядом с Леной в замкнутом салоне авто. Несмотря на ее вчерашнюю выходку, меня тянуло к ней.

Дом Станицыных встретил нас тишиной. Ни суеты, ни милиции.

У ворот нас ожидала давешняя крашеная блондинка – только на сей раз она была одета в веселенькое дачное платье. Нелли Станицына совершенно не походила на убитую горем вдову. И ни капли не смахивала на женщину, которую обвиняют в отравлении супруга.

– Здравствуй, дорогая, – они поцеловались с Леной. – Здравствуйте и вы, Паша, – протянула она мне руку, – я давно мечтала познакомиться с настоящим частным детективом.

– Тело уже увезли? – спросил я.

– А тело – вот оно, – вдруг громогласно объявил мужской голос.

На ступеньках дома появился мужчина – судя по всему, «отравленный» супруг Егор Станицын – и радостно похлопал себя по животу.

– Что происходит?

– Сюрпри-из! – хором прокричали Нелли и Лена.

Лена взяла меня под руку и отвела в сторону.

– Не обижайся, пожалуйста, мы тебя разыграли. Никакого отравления не было. Просто Нелли и впрямь очень хотела познакомиться с настоящим детективом, и как можно скорей. У нее, знаешь ли, в очередной книжке должен действовать частный сыщик, а никого знакомых среди вашего брата нет. Вот она и попросила меня срочно доставить тебя к ней. Да и я, признаюсь, хотела с тобой снова повидаться. Вот мы и выдумали эту феньку с отравлением супруга… Ты не сердишься?

Я усмехнулся.

– Значит, ваша вчерашняя записка в метро была не более чем подготовительный материал к новой книжке госпожи Станицыной…

– Поздравляю! Ты все-таки догадался!

– Да. Я, конечно, болван – что и продемонстрировал тебе вчера. Однако я способен учиться.

– Поздравляю, – иронически проговорила Лена. – Значит, ты узнал в лицо писательницу Станицыну?

– Не надейтесь. О ней мне рассказал Интернет. И о Нелли Станицыной – авторе двадцати семи женских детективов. И о тебе, Елене Катеринчевой, открывательнице ее таланта и ее бессменном редакторе… Впрочем, я все равно болван. Я должен был догадаться еще вчера, в метро. Сейчас в какую женщину ни ткни – попадешь в автора детективов. Во всяком случае, в книжках коварные отравления синильной кислотой случается гораздо чаще, чем в нашей тусклой жизни…

Лена хотела мне что-то возразить, но тут господин Станицын снова появился на крыльце и прокричал:

– Господа! Все за стол! За стол! Шашлык стынет!

Рука об руку с Леной мы вошли в дом.

– Я перебил тебя. А ты, кажется, хотела что-то сказать. И по-моему, лестное для меня.

Она расхохоталась.

– Лестное? И не надейся!

– Говори. После того, как ты вчера выгнала меня голого на лестничную клетку, я готов принять из твоих рук любой яд.

– Знаешь, Паша, я подумала: в книжках таких героев, как ты, не бывает…

– Таких недотеп?

– Да нет: таких живых. Таких азартных, шустрых и обаятельных.

И она улыбнулась мне всеми своими родинками.

МОРОЗ ПО ДВОЙНОМУ ТАРИФУ

– Мамочка! У нас на Рождество концерт, и меня выбрали Снегурочкой! Из всех девчонок в классе!

Дочкины глаза сияли.

– Как замечательно, милая!

Катя обняла дочь, нежно пригладила ее светлые – настоящая Снегурочка! – волосы.

– Только мне нужен костюм. Самый красивый. С блестками!

– Ну, конечно, он у тебя будет, – твердо сказала Катя.

Сердце засаднило. Ох, опять траты…

Подбежал сынишка. Он едва начал говорить – но про Деда Мороза уже прекрасно знал.

– А ты какой подарок хочешь? – спросила его Катя.

– Папу, – твердо сказал сын.

Катя только вздохнула.

– Нельзя? – огорчился малыш. – Ну, тогда – грузовик. Только самый-самый большой.

– Я обязательно передам Деду Морозу, – пообещала Катя.

– Только пусть он к нам сам приходят! – захлопала в ладошки дочь. – С мешком подарков. Хорошо?

…Приближался Новый год. Их первый Новый год без папы.

Он ушел совсем недавно. Бросил их. Променял на новую семью. «На тех, кто принадлежит к моему кругу» – так сказал он на прощание.

И теперь у него совсем другая, куда более сытая и беспроблемная жизнь.

Бывший Катин муж еще с института стремился к успеху. Потому она его и выбрала. Самоуверенного, амбициозного, решительного. А обычный, безответно в нее влюбленный Мишка получил отставку и после института – исчез, потерялся и даже на встречи выпускников не приходил…

И вот сейчас она осталась одна. С двумя детьми и смешной зарплатой школьной учительницы. А совсем близко – Новый год, к праздничному столу нужны икра и утка, фаршированная яблоками, и детям – подарки.

На следующий день Катя поехала в центр решать невыполнимую задачу – как купить все, если в кошельке нет почти ничего. Город жил веселой предпраздничной суетой. Бесконечные елки, мишура, радостный блеск в глазах молодых девчонок – какое платье купить для новогодней ночи? Где и с кем ее встретить?..

Катя, в сравнении с ними, чувствовала себя усталой и старой. Какие могут быть наряды, если она на самое необходимое еле-еле наскребла…

И, когда уже возвращалась домой, на одном из красивых, украшенных иллюминацией домов вдруг увидела вывеску: «ОФИС ДЕДА МОРОЗА». Массивные двери и мраморная лестница пугали – но Катя все-таки вошла внутрь. Вдруг остатков ее сбережений хватит, чтобы заказать для детишек настоящего Санта Клауса? С бородой, посохом и мешком, откуда он извлечет ее немудрящие подарки?

– Слушаю вас, – кривя губы, обратилась к ней надменная секретарша.

Мгновенно, в один взгляд, оценила и ее старенькую дубленку, и нахлебавшиеся зимней слякоти сапоги.

– Мне бы пригласить Деда Мороза… Для детей… – робко произнесла Катя.

– Вот прайс-лист. Ознакомьтесь, – секретарша презрительно швырнула на стойку отпечатанные на плотной бумаге расценки.

И Кате чуть дурно не стало – да здесь один визит Дедушки дороже всех ее подарков раз в пять!

– Спасибо. Я подумаю, – Катя сунула прайс-лист в свою обтрепанную сумочку.

– Думайте, – ехидно кивнула секретарша. – Только имейте в виду: за два дня до Нового года расценки удваиваются.

– Придется, наверно, мне быть Дедом Морозом самой… – пробормотала Катя, покидая негостеприимный офис. – Самой. Все – самой…

Она не заметила, каким пораженным и сочувственным взглядом ее провожают из окна.

…И вот наступил Новый год. Утка, купленная на дешевом рынке, оказалась жестковатой, шампанское – чересчур сладким, дочкин Снегурочкин наряд – слишком скромным, а грузовик для сына – маленьким. Но все равно их крошечной, но дружной семье было весело. Точнее, Катя старалась веселить детей, придумывала им игры, пела песни – а сама изо всех сил скрывала черную, всепоглощающую тоску на душе.

И так теперь будет всегда? Она и затейница, и хозяйка, и мать?

А к часу ночи в дверь позвонили.

– Дед Мороз! – радостно закричал сын.

«Соседка. Я у нее тысячу до Нового года занимала», – мелькнуло у Кати.

Дочка распахнула дверь и пискнула:

– Ой…

На пороге и правда стоял Дед Мороз. Но совсем не похожий на тех поддатых, плохо пахнущих дедов, что приходили в их школу и к соседским детишкам. У этого – и борода была окладистой, и шапка роскошной, и шуба – с натуральным мехом, и пахло от него лесом и свежим морозцем…

– Здра-авствуйте, ребята! – нараспев произнес он.

И вывалил перед растерявшимися детьми мешок подарков – где оказался и роскошный наряд Снегурочки, и огромный, вызывающе красный грузовик, и конфеты, и книги, и еще множество милых, но недоступных Кате вещей.

Дети с восторгом кинулись разбирать подарки. А Катя – строго обратилась к незнакомцу:

– Извините, но я не смогу все это оплатить.

– Тсс… – Дед Мороз приложил палец к губам. – Не надо, чтобы дети слышали.

Поманил Катю за собой в кухню, скинул свою роскошную шапку, отцепил бороду – и впился в ее губы жарким, совсем не снежным поцелуем.

– Мишка… – отцеловавшись, пробормотала Катя.

Ее отставленный еще в институте поклонник.